Распад

Отыскав взглядом только что названную ему в учительской цифру 3-B, Куджо, с закинутым по привычке за плечо портфелем, отодвинул дверь классной комнаты. Тут же встретившись с еще большим удивлением в глазах всех обернувшихся на него учеников, чем то, какое он наблюдал в собственном классе час назад, Джотаро ровно таким же образом не придал ему значения и переступил порог. Какёин, сидевший за последней партой третьего от двери ряда, поднял глаза от книги, которую он держал на коленях, и собрался было приподняться – но Куджо уже успел закрыть за собой двери и пройти внутрь. Бросив полный ледяного раздражения взгляд на затихшую и уставившуюся на него аудиторию всего класса, он всего с несколько секунд прождал, пока те не обернулись и под шумок шёпота снова не занялись своим делом. – Джотаро, уже звонок был, - нахмурившись, вполголоса проговорил Нориаки и недоуменно пронаблюдал за тем, как Куджо, оставив портфель на полу рядом с соседней с ним партой, опустился на стул. – Учитель не здесь, значит я вовремя. По сквозящему в голосе безразличию было ясно, что его не взволновало бы и присутствие в классе учителя. Джотаро повернулся в сторону полного непонимания Какёина и решил разъяснить. – Преподавательский состав сошелся на том, что, раз мы пропустили одинаковое количество материала, им будет удобнее, если мы будем в одном классе. Чтобы проще ориентироваться по программе, - он хмыкнул. – Хотя, скорее всего, руководитель моего класса просто давно ждал повода от меня избавиться. – Вся школа, наверное, нас теперь вконец ненавидит, - хмыкнул Нориаки, откладывая книгу в нишу под столешницей. – От нас слишком много проблем. – Наши проблемы – их работа, - пожал плечами Куджо и поднял взгляд на открывшуюся в передней части класса дверь, в которую вошел учитель истории. Который по какой-то причине остановился у доски, не дойдя до своего стола у окна. Джотаро обернулся на тут же сдавленно усмехнувшегося и прикрывшего часть лица ладонью Какёина – и теперь уже сам недоуменно вскинул бровь, не понимая, в чем дело. – Сперва меня попросили сообщить классу о небольших изменениях в составе и-… Догадавшись, к чему именно клонит историк, Куджо скривился и не сдержал тихого недовольного мычания. – Подготовил приветственную речь? - Нориаки, бывший не в силах избавиться от того, насколько нелепым воображался ему ритуал представления перед классом в исполнении Джотаро, изогнул уголок рта в легкой ухмылке. Цокнув языком и переведя взгляд с Какёина на уже с приглашающим намёком смотрящего на него историка, Джотаро опустил на глаза шапку и, вместо того, чтобы встать, закинул правую лодыжку на левое колено. – Куджо Джотаро, - объявил он с места. - Сомневаюсь, что кому-то нужно знать, как пишется моё имя, но если кому-то интересно – сверьтесь с ежемесячно вывешиваемыми списками выговоров. Надеюсь, мы поладим. Он сперва исподлобья взглянул на учителя, всем своим видом давая понять, что никак иначе представляться не намерен, а после искоса взглянул на Нориаки. – Тебя ничто не поставит в тупик, да? – в ответ на его изогнутую в немом «ну что?» вопросе бровь, с каким-то разочарованием вздохнул Какёин. Джотаро хмыкнул и, полностью игнорируя разнообразную реакцию одноклассников и уныние прекрасно знавшего, на что он шёл, учителя, расслабленно откинулся к спинке стула. Он так и не приподнял козырька и, какое-то время попытавшись следить за цепочкой событий, о которых рассказывал историк, в конце концов прикрыл глаза и погрузился в нагнанную на него занудной лекцией дрему, планируя выбраться из неё только вместе со звонком на перерыв. Но вместо этого вынужденно вынырнул из сна чуть раньше запланированного от раздававшихся рядом с ним голосов. – ...-и вам не кажется, что давать ответ «поищите в библиотеке», когда вопрос напрямую касается темы, и когда вы должны на него ответить на уроке, вы не имеете права? – Другого ответа я вам предложить не могу, юноша. – Вы вообще знаете по этому периоду хоть что-нибудь не из того учебника, от которого вы на протяжении всего урока не отрываетесь, а? Куджо приоткрыл глаза и повернул голову в сторону парты Какёина, который испепелял историка тем самым взглядом, каким днем раньше пытался изничтожить и Джозефа. – Если вам что-то не нравится в том, как я веду свои уроки, можете обратиться в студенческий совет, - учитель поправил на носу дужку круглых очков. – Но я бы на вашем месте, после такого количества пропущенных занятий, вёл бы себя поскромнее. – Я не вижу смысла вообще присутствовать на ваших уроках, если я могу с таким же, если не большим, успехом прочитать материал в учебниках, - еще сильнее прежнего сведя брови, процедил Нориаки. Весь класс, давно обернувшийся в его сторону, смотрел на него уже с искренним ошеломлением. И это ошеломление только еще больше убеждало Джотаро в том, что такая линия поведения с учителями для Какёина не была привычной. – В свою очередь я не вижу смысла выслушивать критику своих учебных методов от наглой прогуливающей молодёжи. Историк фыркнул, но тут же отвел взгляд и, развернувшись, спешно направился обратно по ряду парт к своему столу, выдавая таким своим поведением то, что какую-то уничижающую угрозу, которая исходила от Нориаки, он прочувствовал в полной мере. И что даже в ущерб своей преподавательской гордости решил ей в каком-то смысле уступить. По тому, как еще сильнее сощурился взгляд Какёина и как с силой сжались его кулаки, Куджо понял, что последнюю фразу тот отнюдь не расценил как отступление, и продолжал переполнялся нескрываемой злостью. – Какёин. Оклик по имени вслух оказался абсолютно бесполезным – Нориаки будто ничего и никого вокруг себя не слышал и горящим взглядом продолжал смотреть в спину историку. Сжав зубы, Джотаро, несмотря на продолжавший идти урок, уже готов был подняться с места и подойти к парте Какёина, чтобы попытаться вернуть его в норму до того, как тот привлёк к себе еще больше ненужного внимания. Но, прежде чем он успел это сделать, удобным образом раздался звонок с урока – и Нориаки, моментально вздрогнув, стал медленно расслаблять плечи и постепенно разжал стиснутые до этого в кулаки пальцы. С началом перерыва часть класса стала выходить из комнаты, не преминув бросить взгляд в сторону Какёина. Те, кто оставался в кабинете, сбивались в кучки по трое-четверо человек и активно перешептывались. Джотаро, заметив, что в его сторону направляется стайка новых одноклассниц, и прекрасно зная, что это означает, шикнул и резко поднялся со стула. – Выйди на пару слов, - бросил он, пройдя мимо парты Нориаки, и уверенно направился к выходу из кабинета. Стоя в коридоре у окна, напротив двери, он дождался, пока Какёин не вышел за ним следом. – Пару слов о чём? Увидев чужую, вздернутую в вопросе бровь, Куджо плотно сжал губы. Он опустил руки в карманы и продолжал молчать. Ситуация достаточно его настораживала, но то, что Какёину всё виделось привычным и нормальным, он не мог не расценить как совсем паршивый знак. – Джотаро. – Ты серьезно не понимаешь? – Куджо встретился с еще большим недоумением на лице Нориаки. – Не понимаю чего? – Того, что ты странно себя ведешь. – Странно? Ты про разговор с историком? – Какёин качнул головой. – Со мной согласилась бы большая часть класса, если не школы. Просто никто никогда и рта не раскроет, чтобы сказать, как есть. – Ты бы раньше тоже не раскрыл. – Мы раньше не учились вместе, откуда ты можешь знать? – задето сощурил взгляд Нориаки. – Ты, может быть, в сравнении со мной и более печально известен не самым примерным поведением, но это никак не делает меня всегда и всем довольным паинькой. – Я видел и знаю, как ты бываешь не доволен в разговорах с Полнареффом, - фыркнул Джотаро. – Тогда в чем дело? Куджо выдохнул, не представляя, как объяснить что-то настолько для него самого нелогичное и основывающееся не более, чем на чувствах и ощущениях - том, в чём обычно он мастером и не был. – ..Это не в твоём стиле. – Не «в моём стиле»? – еще больше изогнул бровь Какёин. – Ты же сам только что сказал про моё общение с Полнареффом. – С ним ты злишься.. - он озадаченно нахмурился, по-прежнему не зная, как объяснить, - по-другому. Окончательно сбитый с толку Нориаки скрестил руки на груди. – Если на то пошло, то такое постоянное беспричинное беспокойство тоже не в твоём стиле, Джотаро. Тот стиснул зубы. – Я просто спрашиваю, осознанно ли ты так себя ведешь или нет. – Что ты имеешь в виду? – Ты уверен, что полностью себя контролируешь? Нориаки прикрыл глаза и, запустив пальцы левой руки в волосы над виском, качнул головой, заставляя длинную прядь плавно качнуться следом. Откинув её с лица, он резко выдохнул и поднял взгляд вверх. – Джотаро, ты с того случая в пустыне до сих пор ждешь, что я сломаюсь и выживу из ума, так? – Тч, причем здесь это? – Тогда почему ты продолжаешь обо мне печься, когда я говорю, что я, моя психика и всё остальное - в порядке? В это так трудно поверить? Глядя в полные уже серьезного раздражения зеленые глаза, Куджо плотно сжимал губы и молчал около половины минуты. Он знал, что поводы для такого раздражения у Какёина были, но вдаваться в причины своих собственных беспокойств - которые что-то бы прояснили, а что-то бы бесповоротно ухудшили - он не мог. И весь этот хаос недоговоренностей, недопонятости и обид его начинал уже по-настоящему бесить. – Я «пекусь» просто потому что мне не всё равно, черт побери, - шикнул он, отталкиваясь от окна и направляясь обратно в класс. – Но раз в это так сложно поверить, то забудь, что я вообще тебя о чем-то спрашивал. Делай, что хочешь. Как только он вернулся к себе за парту и опустился на стул, к нему с прежней настойчивостью подошла та самая стайка одноклассниц. Джотаро, хоть и не реагировал на их восхищенное воркование и вопросы, не отгонял их, позволяя им до самого звонка на урок отгораживать его от сидевшего слева Нориаки. Когда девушки вернулись на свои места, он намеренно облокотился о парту и, лениво подперев левой рукой лицо, перевел взгляд на зашедшего в класс преподавателя английского. Всю первую половину занятия Куджо упрямо не поворачивал головы ни на один градус вбок, чтобы исключить любую возможность пересечься с Какёином взглядом. Ближе к середине урока он вдруг почувствовал, как что-то почти невесомо касается его левого плеча – и, скользнув глазами вверх по руке, увидел согнутый лист вырванной из тетради бумаги, протягиваемый ему зеленым щупальцем чужого стэнда. Взглянул в сторону Нориаки, который невозмутимо смотрел вперед класса, на доску, Джотаро взял лист и развернул его. «Я довольно быстро привыкаю к чему-то хорошему. И могу стать той еще недовольной занозой, если ты вернешься к своей прежней безучастности, когда убедишься, что я в норме. Я предупредил.» Он снова покосился влево, и, на этот раз встретившись взглядом с лукаво изогнувшим бровь Какёином, хмыкнул и опустил подбородок, официально принимая предупреждение. После того, как Нориаки усмехнулся в ответ и повернулся обратно к стоявшему у доски учителю, Куджо согнул лист бумаги вдвое и, вложив его в учебник английского, опустил левый локоть со стола.

***

По окончании 6-го урока Джотаро шумно вздохнул с искренним облегчением: с непривычки высидеть за неудобной партой 7 часов к ряду, слушая часто не слишком полные логики и смысла лепетания учителей, оказалось еще сложнее, чем казалось раньше. Взяв портфель, он первым направился к двери, чтобы как можно скорее пропасть из вида стайки одноклассниц, доканывавшей его каждую перемену. Уже на выходе он оглянулся, собираясь окликнуть и поторопить Нориаки, но заметив, что, пока тот складывал учебники, к его парте подошли трое парней их же класса, свел брови и молча остановился. – Так вот, значит, какие у тебя требования к приятелям и собеседникам, - хмыкнул один, стоявший посредине. – Теперь мне даже спокойно, что весь класс под них никогда и не подпадал. Какёин спокойно продолжал складывать принадлежности в портфель. – И «с кем поведешься, от того наберешься» на тебя уже работает по полной, - хохотнул другой. – Шоу на истории было классное. Перед новеньким выделывался? – Да кто знает, ребята, - хмыкнул третий и перевел взгляд на Нориаки. - Может, ты всегда такой и был на самом деле, но тихо сидел в овечьей шкуре, а? – Может, - флегматично отреагировал Какёин и, защелкнув портфель, поднял на них взгляд. – Вы всё? Все трое оскалились, но Нориаки спокойно обошел их и приблизился к выходу, где, холодно глядя на тройку одноклассников, стоял Куджо. – У меня почти тот же вопрос: и это всё? - проговорил тот, как только они подошли к лестничному пролету рядом с классом и стали спускаться вниз. Какёин усмехнулся. – А ты предлагаешь мне ввязаться в детсадовские междоусобные перепалки? Брось, Джотаро, ты и сам не стал бы. Смысла что-то с ними выяснять нет никакого. Джотаро молчал даже тогда, когда они спустились на первый этаж, но Нориаки будто бы и по тишине понял, что тот мысленно упрекал его в противоречивости. – Я согласен, что погорячился с историком. И с Джостар-саном вчера тоже. Просто… - он на какое-то время замолчал снова, но, как только повернул голову и увидел, что Куджо, искоса глядя в его сторону, терпеливо ждет, пока он закончит фразу, выдохнул. –..С тех пор, как мы вернулись, я не могу избавиться от ощущения, что иногда времени может оказаться недостаточно. И я быстро раздражаюсь, когда чувствую, что кто-то заставляет меня тратить его впустую. Наверное, дело в этом, и поэтому меня как накрывает. Джотаро не нашелся, что сказать, и до того, как они подошли к шкафам с обувью, между ними повисло молчание. – А историю нам сдавать, кстати, всего через неделю, - уже чуть натянуто усмехнулся Какёин, переодевая туфли, – и такие методы обучения явно не на руку нам обоим. Куджо равнодушно пожал плечами. – Чем плохо поспать на уроке и прочитать учебник перед тестом дома. – Я бы лучше и поспал дома, – сменив обувь и оставив школьную в ячейке, Нориаки обернулся на всё это время стоявшего рядом Джотаро. – А почему ты не.. – он оборвал свой же вопрос, опустив глаза вниз и увидев на Куджо его привычные уличные туфли, которые тот даже не переодевал, зайдя в школу. – ..Джотаро, ты серьезно? Тот снова пожал плечами и Какёин со смешком закачал головой. – Твои рекорды бунтарства мне при всем старании не побить.

***

Раздавшийся стук в дверь комнаты уже сам по себе сужал предположения о том, кому вдруг что-то от него понадобилось всего до одного человека. Джозеф и Сьюзи не стучали никогда. – Зайди, - лениво проговорил Куджо. Дверь приоткрылась - и в комнату, всё еще с аккуратным сомнением, заглянула Холли. – Я собирался сесть за уроки, поэтому давай быстрее, - Джотаро отложил на стол номер журнала и кивком пригласил мать войти. Та улыбнулась и, зайдя в комнату и закрыв за собой дверь, сделала несколько шагов в направлении его стола. – Папа сказал, что ты хочешь поступать в университет, Джотаро, - начала Холли и, заметив опустившиеся вниз брови сына, тут же замахала перед собой руками и поспешила продолжить. – И я хотела тебе сказать, чтобы ты его не слушал и не обращал внимание на его реакцию, дорогой. Мы с твоим отцом будем только рады, если ты будешь делать то, что тебе нравится. И мы гордимся тем, что ты хочешь добиться чего-то такого сложного. – Мне и не нужно, чтобы кто-то мне это говорил, - ровно отреагировал Куджо. – Дедово мнение меня не волнует. – Я пыталась объяснить ему, что неправильно давить на тебя какой-то причастностью ко всем этим… странностям, - неуверенно проговорила Холли, - но он говорит, что это ваше семейное мужское дело, и я не должна в него вмешиваться, и-.. – Я сам с ним разберусь, не лезь, - Джотаро качнул головой. - Когда они уезжают в Штаты вообще? – Не раньше твоего дня рождения. Куджо цокнул языком. – Не смей устраивать из этого какой-то чёртов семейный праздник, слышишь? – Но Джотаро, это ведь-… – Я второй раз об этом говорить не буду, - прервал Куджо, сверкнув глазами в сторону матери. – Я просто не приду домой в этот день в противном случае, и всё. Ты меня знаешь. Холли поджала губы. Она знала – и лучше, чем кто-либо другой. – ..Хорошо, - вздохнула она. Джотаро развернулся к столу и, выдвинув ящик, стал глазами искать в нём нужный ему учебник по химии. – Ты всё? Мне надо готовиться. – Еще кое-что, - Холли сделала еще несколько шагов внутрь комнаты и подошла вплотную к столу. Повернув голову в её сторону, Куджо заметил, что она что-то держит и мнет в руках. – ..С Какёин-куном что-то не в порядке, да? Он стиснул зубы, в мыслях проклиная деда за чёртов длинный язык. – Я не знаю, в чем именно дело, но папа хотел отдать тебе это, - Холли протянула на ладони картонную упаковку, - чтобы ты передал их Какёин-куну. – Что это? – сведя брови, Джотаро взял в руки коробку и, открыв её и увидев блистеры таблеток, поднял глаза на мать. – Какое-то успокоительное, по-моему, - с мягкой улыбкой ответила Холли. – Папа получил их от Фонда и думал отдать тебе их сам, но.. я не хотела, чтобы он тебе мешал. Куджо какое-то время молча смотрел на блестящую фольгу небольших капсул, и после вздохнул. – Какёин в порядке. Ему просто нужно время, чтобы привыкнуть к обычному ходу вещей, вот и все. Холли согласно кивнула и улыбнулась. – Мне тоже так показалось, и я так и скажу папе. Ему вернуть таблетки? Неуверенно переведя взгляд обратно на коробку с блистерами на ладони, Джотаро снова какое-то время молчал, обдумывая ответ. – Пусть останутся у меня на всякий случай, - он опустил таблетки в ящик стола. - Я поговорю на их счет с дедом завтра утром. – Да, - кивнула Холли, направляясь к выходу из комнаты. - Поговоришь с ним, когда тебе будет удобно. А пока занимайся. – Эй, - задвинув ящик и не поворачиваясь к двери, Куджо окликнул мать, заставляя ту остановиться у уже открытой ей двери и оглянуться. – ..Спасибо. Холли просияла. – Мама всегда рада тебе помочь, дорогой, - сладко протянула она и вышла из комнаты, оставляя в ней со вздохом закатившего к потолку глаза Джотаро, который вскоре опустил взгляд на страницы учебника.