Pill

Столько есть всего, о чём надо подумать. Зачем забивать себе голову тем, чего уже не вернёшь, — надо думать о том, что ещё можно изменить. Маргарет Митчелл

Все можно вернуть, Джеки уверена. Она знает, что так, как раньше, уже не будет. Но как бы ни вышло, это в любом случае гораздо лучше того «ничего», что между ними сейчас. Сегодня больно, как никогда. Но завтра обязательно станет легче. Нужно только смириться. И не с обстоятельствами, а с собственным решением. Потому что когда ситуация складывается таким образом, что создает проблемы и причиняет боль, то это обидно и несправедливо, и тогда человека начинает пожирать чувство жалости к самому себе. Но когда он сам себе причиняет боль - всё уже иначе. Это его выбор, и здесь все решает чувство ответственности и осознания собственной ошибки. По крайней мере, так всегда было с Джеки. Мэйсон знает, что сама во всем виновата. И так же понимает, что только она сама будет разбираться с последствиями. А это означает не только попытку справиться со своими эмоциями, но еще и не дать Стайлзу переживать из-за произошедшего. Единственный способ сделать это – показать, что ей не все равно, что все это было не ради забавы. И так же показать, что для Джеки это не является проблемой. Они оба достаточно взрослые, чтобы не раздувать из этого драму. «Если взрослеешь – взрослей полностью», - сказала как-то мама. Девушка навсегда запомнила эти слова, и сейчас уже не в первый раз убедилась в их истинности. Поэтому теперь поступит так, как будет правильно. Джеки запомнит эту ночь, запомнит в мельчайших деталях, убедит себя в том, что только тогда Стайлз принадлежал ей, что тогда было можно, просто жизненно необходимо. А потом они вернулись в реальность и не стали омрачать все, что между ними было, раскаянием и сожалением. «Я сама этого хотела, зная, что мы не можем быть вместе. Поэтому теперь я сама хочу быть его другом. Только другом», - это мантра Джеки, и она повторяет ее себе уже третий раз за утро. Ночью девушка так и не смогла уснуть, поэтому теперь сидела у зеркала, накладывая на лицо очередной слой тонального крема, чтобы скрыть синяки под глазами. Она не хотела, чтобы кто-то начал задавать вопросы. Не хотела, чтобы кто-то ее жалел. Она хотела быть прежней, всегда позитивной Джеки. А для этого нужно было хорошо выглядеть и улыбаться. И с этим девушка могла справиться.

***

«Тео разговаривает с «докторами» в их лаборатории» «Шериф Стилински и его помощник Пэрриш осматривают место, где держали Хейден и Лиама»

***

Джеки шла в школу, мысленно молясь всем известным ей богам, чтобы у нее хватило сил выдержать сегодняшний день. Чтобы хватило смелости вести себя, как и прежде. Нужно отвлечься на что угодно, кроме воспоминаний о вчерашнем. Главное - не думать об этом. Для начала, сосредоточиться на удачной сдаче проекта, того, что они со Стайлзом сделали вместе… Мэйсон все утро убеждала себя, что нет никаких «они»! Есть только Стайлз и его друзья, и Джеки с ее личными проблемами, которые не должны никого касаться. Парень и так кажется слишком мрачным, как и вся школа. Ну, или почти вся… Парочка младшекурсников, спрятавшаяся между школьными автобусами, кажется вполне счастливой и не вписывается в унылую атмосферу Бейкон Хиллс. Они говорят о чем-то, стоя совсем рядом, потом целуются, улыбаются друг другу. Джеки отворачивается, потому что не желает нарушать уединение влюбленных. А еще не хочет думать, будто на их месте могли быть она и Стайлз. Не хочет вспоминать свой слишком реалистичный сон. Не хочет снова испытывать «это». Она делает глубокий вдох и идет в школу. Она сильная. Она со всем справится.

***

Они никогда не найдут чертов Неметом. Этот пень обладает слишком сильной магией, и его не так-то просто отыскать. В прошлый раз это вышло лишь тогда, когда Стайлз, Скотт и Эллисон погрузились в ледяную воду. А теперь, вероятно, у них вообще нет ни единого шанса. Местность, по которой Стайлз и Лидия ходят сегодня, кажется очень знакомой, похожей на ту, где Неметон отыскался в прошлый раз. Однако, ничего похожего на остатки огромного дерева и близко нет. - Он будто не хочет, чтобы мы его нашли, - говорит Стайлз. - Может, он знает, что нам пора на уроки, - отвечает Лидия, и парень оборачивается на звук ее голоса. – Потому что… мы уже дважды здесь были, - добавляет, взмахивая рукой с большим куском мела в ней и слегка разочарованно с долей раздражения смотрит на дерево. Стайлз тут же подрывается, проследив направление ее взгляда. Касается рукой дерева, на котором есть уже две белых отметины в виде крестиков. - Черт! - Теперь можно поговорить с Пэрришем? – недовольно спрашивает Лидия, широко распахнув зеленые глаза. - Слушай, подожди, - почти перебивает ее Стилински, выставив вперед руку с поднятым указательным пальцем. – Если Неметон покрыт телами, разве ты не можешь его найти? Парень уже думал об этом, но пока не решался задать вопрос, потому что надеялся, что они и без этого смогут справиться с задачей. Но, кажется, ничего не вышло, и теперь Лидия настаивала на помощи Пэрриша, который уж точно мог найти «волшебное дерево». Только Стайлза эта перспектива нисколько не радовала, учитывая историю с Донованом. - Я? – спрашивает Лидия, мотая головой. - Да, ты. Именно это ты и делаешь. Ты – банши, ты находишь тела, - объясняет парень, жестикулируя так, словно его подруга глупый, ничего не понимающий ребенок. - У банши сегодня выходной, - деловито заявляет Лидия. – Можно поговорить с Пэрришем? - Мы не можем, - продолжает настаивать Стайлз, ненадолго опустив глаза вниз. Словно Мартин могла догадаться обо всем по взгляду. - Почему нет? – не понимает Лидия, внимательно глядя на парня. Взгляд зеленых глаз проникает словно бы под корку мозга, и заставляет Стилински нервничать. Потому что он не знает, что ответить. Не знает, как объяснить все, не выдавая правды. Просто не может признаться даже Лидии. Своей Лидии, которая за это сумасшедшее время превратилась из одержимости в кого-то, кто всегда рядом. Превратилась в ту, которую он никогда не перестанет любить и никогда не перестанет ждать. Это совершенно не так, как было раньше. Теперь Лидия – это не сияющий бриллиант, о котором грезит Стайлз. Теперь она живая, настоящая, реальная. Теперь она та, к которой он может прикоснуться, обнять, пожалеть, или та, от которой он может получить поддержку. Лидия единственная из всей стаи, кто, пожалуй, понимает Стилински. Потому что она, хоть и является сверхъестественным, но не имеет когтей и клыков и в случае опасности не может себя защитить. Только она понимает, как тяжело идти рука об руку с оборотнями. Она понимает, каково это. Лидия для Стайлза, как Лили Поттер для Снейпа. Дурацкое сравнение, но оно лучше всего описывает то, что чувствует Стилински. Это затянувшаяся любовь, которая уже никогда не пройдет. Это такая любовь, которая все вытерпит и поймет. И, наверное, если бы девушка испытывала к нему тоже самое, то, возможно, он бы рассказал о том, что случилось в библиотеке. Но Стайлз не может. Он не может рассказать об этом вообще никому. А уж тем более Лидии, жизнь которой после укуса Питера не стала лучше. Поэтому нужно придумать что-то, нужно срочно придумать отговорку. Нужно сморозить какую-нибудь херню «в стиле Стилински», просто чтобы отвлечься от идеи обратиться к помощнику шерифа и еще раз поискать самим. Вдруг повезет? - Потому что одно из тел… - начинает Стайлз, делая шаг вперед, но запинается. Он больше не может шутить в такие моменты. Ему слишком тяжело лгать Лидии и думать обо всем этом сразу. – Одно из них… Одно из них может быть… - На ум ничего не приходит. В грудной клетке бьётся паника, в голове – каша. Но у Стайлза нет выхода, он должен! - Может быть чем? – подозрительно сощурившись, спрашивает девушка. - Может быть зацепкой, - наконец отвечает он, нервно теребя собственные пальцы. Смотрит на Лидию, чувствуя, как сердце готово выскочить из груди, выломав при этом ребра. Тяжело вздыхает. - Я ухожу, Стайлз, - недовольно отвечает Лидия. – Я собираюсь поговорить с Пэрришем и рассказать, что он похищает тела. - Голос у девушки уверенный, и Стилински знает, что она сделает то, о чем говорит. Поэтому парень открывает рот, чтобы возразить, но Лидия не собирается слушать. – Всегда лучше, когда они знают, - добавляет она, делая несколько шагов назад в направлении машины, лишь затем разворачивается и наконец уходит. - Ну, тогда ему следует знать, что он должен мне джип, - говорит Стайлз в спину девушки, и нехотя направляется следом. Еще одной проблемой стало больше.

***

Стайлз все еще не понимает: зачем, зачем он сделал это? И почему, черт возьми, Мэйсон не остановила его? Почему позволила быть тем, кем он не являлся? Настоящий Стилински… он другой: любит испортить серьезный момент дурацкой шуткой, бросить в собеседника порцией сарказма, часто начинает без умолку трещать о всякой ерунде, когда стоило бы промолчать. Настоящий Стайлз – вечный ребенок. Но вчера он был кем-то другим, он был уверен в себе и действовал так, словно уже давным-давно все спланировал. Стайлз все помнит: каждую деталь и каждую мелочь. И от этого становится еще тяжелее. Потому что он, как и все, чувствует, что приближается гребаный апокалипсис в их маленьком мирке. Потому что сегодня все еще хуже, чем было, и это чувствует словно бы весь город. И не нужно быть психологом, чтобы понять это. Стилински заходит в кабинет и садится за парту, стараясь не смотреть по сторонам. Он откровенно боится столкнуться взглядом с Джеки, он не знает, как она поведет себя, и что делать ему? Улыбнуться, помахать рукой, проигнорировать? Что делать ему в этой ситуации, кто скажет? Конечно, никто. Только сам Стайлз может ответить на этот вопрос. Но проблема в том, что у него на это нет сил. Просто все произошедшее не столь важно по сравнению с «врачевателями» и химерами. Но оно давит, жутко давит на стенки мозга, и в грудной клетке свербит эта проблема. Еще одна, в довесок к тому, что и без того не дает спокойно жить. Поэтому придется решить этот вопрос. Хотя бы для себя, чтобы, наконец, выкинуть все это из головы и подумать о более серьезных делах. Например, о том, что шериф пока что не в курсе того, что Пэрриш похищает тела. И это к лучшему, потому что если отец узнает, то обязательно попытается что-то с этим сделать. А это может быть очень опасно… Поток мыслей прерывает звонок на урок, и Стайлз понимает, что сейчас может произойти катастрофа. Учитель уже в кабинете, орлиным взглядом осматривает класс, выискивая первую жертву. Несколько учеников еще только идут к своим партам, а хмурый Скотт прячется за папкой, делая вид, что повторяет. Все выглядит привычно, если не считать того, что напоминает немой черно-белый фильм… - Привет, - раздается над ухом знакомый голос, и щеки касается горячее дыхание. Джеки опирается о плечо Стайлза, наклоняясь, перелистывает страницы проекта, бормоча что-то себе под нос. – Вот эта точка… Аллилуя, все правильно! Мне показалось, что мы ошиблись в расчетах. – Захлопывает папку и садится за парту на соседнем ряду. Все выглядит нормально, если не считать того, что Стилински почти перестает дышать – легкие забиты запахом Мэйсон. Тепло от ее щеки, едва не коснувшейся лица Стайлза, все еще ощущается, и от этого мурашки бегут по телу. Жест девчонки, как удар под дых: сильный, четкий и умелый. Раз! – и выбивает из головы все остальные мысли. И ошарашенный взгляд медово-карих глаз прикован к ней. Джеки открывает свой проект и внимательно всматривается в строчки. Закусывает губу, сильнее, чем нужно, сжимая страницу, а затем поворачивает голову к Стайлзу. Взгляд у нее не такой, как всегда. Теперь более жесткий и холодный, словно море замерзшего капучино. И от этого Стилински становится не по себе. Это слишком неправильно для них. Ему хочется успокоить Джеки, объяснить, что произошедшее сегодня ночью было… чем? Он и сам не знает, путается в собственных мыслях и эмоциях и до сих пор ничего не понимает. Он знает только, что Мэйсон по-прежнему его панацея. Даже сейчас, когда она смотрит на него так, словно он ничего не значит… До Стилински вдруг доходит, что холод во взгляде карих глаз – это лишь попытка не показать эмоций. Потому что ночью их было слишком много, и они не могли пройти так быстро. И они все еще есть. Нужно только их разглядеть под коркой искусственного льда. Стайлз продолжает смотреть в глаза Джеки, пытаясь отыскать хоть каплю того, что было вчера. Но видит только холодное море капучино, которое внезапно озаряет теплая и искренняя улыбка. И только эта улыбка говорит правду, только она дает понять, что Джеки все еще Джеки. По-прежнему достаточно сильная, чтобы самостоятельно справиться с эмоциями. Переживает, но не покажет этого по одной ей известным причинам. И все еще общается со Стилински так, словно бы действительно ничего не было. Холод в ее глазах нужен лишь ей самой. А улыбка предназначалась ему – Стайлзу. Магнит все еще работает, бомба давно рванула, но они оба живы. Стайлз криво улыбается в ответ, не отрывая взгляда от лица Джеки, и в этот момент все барьеры между ними с грохотом рушатся, оставляя лишь клубы пыли. Оба уже прекрасно понимают друг друга без слов. И не нужно быть телепатом, чтобы прочитать мысли Мэйсон. Стилински уже все понял. Джеки сильнее, чем кажется, поэтому никому не покажет своих переживаний. Она слишком упряма, поэтому будет до последнего делать вид, что «все хорошо». А еще она действительно умная, поэтому им обоим будет проще сохранить все это в секрете. И от понимания всего этого вдруг отпускает. Просто становится легко, и Стайлз, наконец, вдыхает полной грудью. Лишь от осознания того, что между ним и Джеки все по-прежнему. Потому что эта девчонка его кислород в удушающем водовороте сверхъестественных событий. Она – его воздух, появляется рядом и помогает не сдохнуть. - Итак, - говорит преподаватель, обращая на себя внимание класса, - начнем с интересного. МакКол, ты первый, к доске. Учитель сегодня ведет себя на удивление тихо. И это говорит о том, что катастрофа все же приближается.

***

Джеки вышла на улицу, чтобы немного проветриться. Экономика выдалась трудной, потому что девушке весь урок пришлось притворяться, будто все хорошо. Она, конечно же, была уверена, что Стилински все понял. Догадалась по поведению и взгляду медово-карих глаз. Она была уверена, что Стайлз винит себя в произошедшем, но надеялась, что он не будет из-за этого переживать. Хотя бы потому, что Мэйсон все же нашла в себе силы улыбаться ему и находиться рядом, нашла силы вести себя так, словно «ничего не было». А это означало, что они могут быть друзьями. А теперь впереди было самое сложное: соврать самой себе. Убедить себя, что выдержит это, что сможет и дальше играть свою роль. Что скоро станет легче и нужно лишь немного потерпеть. И не думать о том, что сегодня ее снова тянуло к Стилински чертовым магнитом. Ей хотелось коснуться его, снова услышать запах и почувствовать тепло кожи… как сегодня ночью. Прошло совсем немного времени, а Мэйсон уже хотелось повторить то безумие, что было между ними. Нет никаких «они» - в тысячный раз повторила она. И будет повторять себе это каждую перемену, каждый час, если нужно, пока эта мысль не впитается в мозг и не станет в статус «по умолчанию».

***

«Лиам и Скотт разговаривают в раздевалке. Лиам отказывается от помощи «альфы»

***

- Вы уверены, что Пэрриш относит тела именно туда? – спрашивает Тео, когда они со Стайлзом заходят в библиотеку. - Лидия сказала, что так было в его сне, - отвечает Стилински. Он не в восторге от такой совместной работы, но иного выхода нет. МакКол на самом деле совершенно расклеился, и от него сейчас мало толку. А вот Тео в порядке, несмотря на происходящее, хотя это кажется Стилински странным. Но, по крайней мере, до сих пор он еще никому не навредил. И даже наоборот, спас, хотя и это выглядело подозрительно. - Если Лидия найдет Неметон, то она найдет и Донована, - говорит Тео, и Стайлз тут же оборачивается к нему, почти подпрыгивая. Смотрит на собеседника недоверчиво, с долей удивления, будто спрашивает одними глазами: «Что? Ты с ума сошел?» Потому что они в той самой библиотеке, где сейчас есть ученики, и кто-то может их услышать. Хорошо хотя бы, что Стайлз видел, как Джеки вышла на улицу сразу после урока. Значит, она точно не подслушает их разговор. - Прости, - отвечает Тео, поворачивая голову и беглым взглядом осматривая помещение. - Она найдет еще и Джоша, - напоминает Стилински, просто чтобы парень не забыл о том, что они хранят секрет друг друга. Тео внимательно смотрит на Стайлза и тяжело вздыхает. Отводит взгляд в сторону, словно ему стыдно, а затем отвечает так, будто не он собственными руками разорвал глотку подростка: - Может, это и к лучшему. Стилински смотрит непонимающе. Отводит глаза, слегка мотнув головой. Он совершенно не врубается, о чем говорит Тео? Что он имеет ввиду? Какого хрена это должно значить? - Для Скотта сейчас все изменилось, - объясняет парень. – Особенно после того, что он сделал с Кори. Не думаю, что он будет винить нас за то, что мы защищались, - молчит несколько секунд и добавляет: - Тебя точно не будет. Смотрит на Стайлза своим «все понимаю и сочувствую» взглядом, и у Стилински от этого переворачивается всё внутри. Волосы на затылке встают дыбом, и сердце в груди бьется с удвоенной силой. Ощущение, словно у него за спиной стоит призрак Донована, и обжигает его кожу ледяным загробным дыханием. Стайлз медленно поворачивает голову, и видит насквозь проткнутое трубой тело. Только вместо химеры – он сам, в такой же позе. Рука, уголок рта и подбородок покрыты дорожками крови и ртути, глаза потухшие, безжизненные. Мертвый Стилински вместо Донована. И это не в голове, а словно наяву. Как реалистичный глюк. И это почти выбивает землю из-под ног. Стайлз поворачивается, глядя на Тео, и вдруг понимает, что тот спокоен. Слишком спокоен. Всегда спокоен. Этот парень будто бы и не переживает из-за того, что убил подростка. Не случайно, как Стилински, а намеренно, разорвал горло когтями. А теперь верит, что МакКол простит его? Тео что-то знает, теперь Стайлз был в этом уверен. И жалеет только о том, что никто не видит этого, кроме него.

***

«Кори проверяет свои способности в тренажерном зале»

***

Джеки роется в библиотечных полках, пытаясь отыскать необходимую ей книгу по английской литературе. Боковым зрением замечает, как в помещение входит странный силуэт в темно-зеленой одежде, и он не похож на ученика. Девушка отрывает взгляд от корешков книг и в шоке смотрит на шерифа Стилински собственной персоной. Мужчина оглядывается, включает фонарь, бьющий почему-то синим светом, и осматривает пол, стены и полки, медленно продвигаясь вглубь библиотеки. Делает еще несколько шагов и резко останавливается совсем недалеко от Мэйсон. Девушка замирает, вжимаясь в стену, стараясь спрятаться в тени. Шериф присаживается на корточки, светит на пол, - и Джеки видит, как в луче ультрафиолета просматривается словно бы испарение, похожее на дым сигареты, только черного цвета. Шериф смотрит на это несколько секунд и выключает фонарь. Уходит быстрыми шагами, вероятно, найдя то, что искал. А Мэйсон все так же стоит в тени библиотечных полок, понимая, что все это время была права. Да, здесь явно происходит нечто интересное. Поэтому к черту литературу! Ей нужны учебники по химии и физике!

***

«Кори забирают в больницу» «Тео «рассказывает» Скотту об убийстве Донована»

***

Говорят, что парень, которого забрали в больницу, истекал не кровью, а чем-то черно-серебристым. И это уже второе странное явление за это утро. Которое, кстати, неплохо отвлекает от мыслей о Стилински. Джеки уже намного лучше себя чувствует, и теперь уверена, что с ней все будет в порядке. - Одним из наиболее распространенных видов биологического оружия является сибирская язва, - выдергивает из размышлений голос миссис Мартин. – Использовалась в Германии во время первой мировой, а так же Японии, в экспериментах на людях во второй мировой. Мэйсон делает необходимые пометки в конспекте, но ее отвлекает Малия, сидящая за соседней партой. Она отчего-то крутится по сторонам, будто пытается найти кого-то. - Бэт, закрой, пожалуйста, свой ноутбук, - просит учитель, - больше повторять не буду. Девушка захлопывает ноутбук и продолжает усердно грызть ноготь. Раньше Джеки за ней такого не замечала. Потом внезапно останавливается, замирает на пару секунд, а затем с ужасом смотрит на свою руку. В уголке рта у нее что-то темное, но совершенно не похожее на кровь. Оборачивается, осматривая учеников, которые, кажется, ничего не замечают, а затем останавливает взгляд на Малии, в упор смотрящей на нее. Подрывается, собираясь уйти. - Бет! Бет! – кричит миссис Мартин, но девушка скрывается за дверью. Тейт тут же срывается за ней, оставив вещи на парте, однако учитель перекрывает ей выход. - Малия, в туалет мы отпускаем по одному, - говорит она. А затем добавляет что-то еще, но уже тише. Так, что никто другой не может слышать. Бросает беглый взгляд сквозь линзы очков, и снова говорит что-то Тейт. Обе перебрасываются короткими фразами, после чего миссис Мартин снимает очки. Еще несколько фраз и девушка все же выходит из класса. Учитель лишь смотрит ей вслед, а затем улыбается и возвращается к теме урока. Женщина делает вид, что ничего не произошло, однако Мэйсон уверена, что ни Малия, ни Бет не пошли в туалет. И это как раз то, до чего и пытается докопаться Джеки. Через пару минут из коридора доносится грохот, словно кто-то ударил ногой в школьный шкафчик. И это только подтверждает правоту девушки. А еще через пару минут звенит звонок, к которому Джеки была готова заранее, поэтому одна из первых выходит из кабинета. В двух шагах от себя видит Стайлза, и тут же замирает на месте, словно прирастая к полу. Из другого конца коридора медленно, словно в трансе, идет Малия. Она не видит ничего вокруг, совершенно потеряна и сбита с толку. Стилински тут же подходит к ней и берет за руки, и сердце Джеки в этот момент сжимает в маленькую, болезненно пульсирующую точку. Ничего страшного. Совершенно ничего страшного. Они пара, и могут держаться за руки. Джеки ведь была готова к этому, Джеки знала, что это произойдет. Поэтому сейчас не будет распускать нюни: она уже все для себя решила, и будет действовать так, как задумала!

***

- Ненавижу! – говорит Малия с болезненным выражением лица и растерянным взглядом. И сердце Стилински падает в пропасть. Потому что только сейчас до него доходит, что Тейт могла уловить на нем запах Джеки, могла учуять его эмоции и догадаться о том, что произошло ночью. Он совсем не подумал о том, что его девушка – койот, и у нее очень острое обоняние. - Я не справилась, - продолжает она, - но я не такая, как Скотт. Я не могу смириться с еще одним телом. С еще одним провалом. Слезы в карих глазах высыхают, едва успев проложить дорожки на щеках, и Тейт уходит, оставляя Стилински одного в пустом коридоре и полном недоумении. Она не как другие девушки жмется к груди парня в поиске поддержки, а просто уходит, чтобы остаться в одиночестве. Малия – все еще койот, и, возможно, навсегда останется такой. Стайлз иногда думает о том, что их отношения развиваются неверно. По крайней мере не так, как должно быть. Слова Тейт о том, что «она никогда не бросит Стайлза» больше похожи на привязанность волка или собаки к своему хозяину. Звучит по-идиотски, но это так. Ведь он помогал Скотту разыскивать Малию, помог ей в доме Эха, он был у нее первым и помог ей контролировать себя во время полнолуния. Просто она не знает никого другого, кто был бы с ней рядом в трудные моменты. Просто больше никто не заботился о ней так, как Стайлз. Это, безусловно, сближало, но совершенно не означало, что они любят друг друга. Он не мог этого с уверенностью сказать. Знал, конечно, что испытывает сильные и теплые чувства к девушке, но еще не был уверен в том, что любит ее. Малия была у него первой, и навсегда ей останется. И этого уже ничто не может изменить. Но Стайлз совершенно не уверен в том, что и в будущем между ними все будет хорошо. Он вообще ни в чем не уверен. Даже в том, что у кого-то из них есть будущее.

***

«Доктора убивают Кори. Скотт и Тео находят его труп в больнице»

***

Мэйсон как раз спускалась по лестнице, когда внезапно услышала голос Стилински в коридоре. Тут же взбежала на несколько ступеней вверх и присела на корточки, прячась за перилами. - …С Пэрришем. И если он отправится за телом, не вставай у него на пути. Лидия, не мешай ему! За телом? Лидия? Неужели суперумная, все успевающая Мартин тоже связана со всеми странностями Бейкон Хиллс. Что вообще происходит в этом чокнутом городе???

***

«Лидия и Пэрриш находят Неметон» «Тео говорит шерифу, что это он убил Донована» «Доктора приходят за Хейден в клуб. На помощь Лиаму приходят Скотт и Тео. Доктора вводят раствор Хейден, после чего уходят. Скотт решает отвезти девушку в ветклинику» «Пэрриш запер себя в камере. Лидия остается с ним»

***

МакКол, наконец, ожил. Сам позвонил Стайлзу и попросил приехать к ветклинике. Наверное, все же, придумал что-то, что поможет спасти стаю. Или даст шанс отсрочить приговор. - Привет, прости, у меня опять были проблемы с джипом, - сказал Стайлз, захлопывая дверцу и зная, что задержался ненадолго. – Все держится на соплях, - продолжил он, говоря громче, чтобы было слышно сквозь шум ливня. – Я не смог связаться с Малией или Лидией. МакКол молчит, даже не глядя в глаза Стилински. Как-то тяжело дышит, и выглядит расстроенным и потерянным. Больше, чем обычно. - Скотт? – обращается к нему Стайлз, задницей чувствуя неладное. Друг достает гаечный ключ из внутреннего кармана. Тот самый ключ, которым Стайлз ударил Донована. Он все еще в крови. И Стилински перестает понимать, что происходит. Это никак не должно было оказаться у Скотта. И уж тем более, найди он его случайно, вряд ли понял бы, кому это принадлежит. - Откуда это у тебя? - Он твой… - не то утверждает, не то спрашивает МакКол. Стайлз отворачивает голову и отводит взгляд. Он знает, что не сможет избежать этого разговора. Тяжело вздыхает. У него в очередной раз нет выхода. Забирает железяку, облизывая и без того мокрые от дождя губы. - Почему ты не рассказал мне? – спрашивает Скотт. - Я собирался, - отвечает Стилински, глядя на ключ. - Нет, почему ты не рассказал мне, как только это случилось? В голосе друга звучал не вопрос, а, скорее, обвинение. - Я не мог, - отвечает Стайлз, и поднимает взгляд на Скотта. - Ты убил его? – неуверенно спрашивает МакКол. – Ты убил Донована? - Он собирался убить моего отца, - оправдывается Стилински. Это единственное, что тогда на самом деле имело значение. – И я должен был позволить ему? - Ты не должен был делать этого. Никто из нас не должен, - отвечает Скотт, мотая головой и глядя на друга шокированно, но с долей сожаления. И в этот момент Стилински чувствует, что что-то не так. Он всегда знал, что МакКол потому и стал истинным альфой, что соблюдал определенные порядки и моральные устои, однако это казалось слишком неправдоподобным. Потому что Стайлз говорил о своем отце. О единственном родном человеке, который у него остался. О том, кого он больше всего боялся потерять. И Скотт прекрасно об этом знал. Он готов был умереть ради матери, погрузившись в ледяную воду и пробыв много часов в отключке. А теперь вдруг обвинял Стилински в том, что тот защищал отца? - Думаешь, у меня был выбор? - Выбор есть всегда, - отвечает Скотт, снова боясь посмотреть в глаза друга. Он повторяет эту фразу, словно мантру, хотя на данный момент, кажется, совершенно не представляет, как спасти стаю. И просто вроде бы… не пытается понять лучшего друга. - Да, но я не могу делать то, что можешь ты, - не выдерживает Стайлз. – Я знаю, что ты бы так не поступил. Ты бы, наверное, что-нибудь придумал? - Я бы попытался, - все с тем же профессорским выражением лица отвечает МакКол, даже не обдумывая то, что говорит. Словно робот повторяет одно и тоже, каждый раз. Будто он всемогущий Бог. Будто он самый умный в этом городе. И что-то в груди Стилински разлетается на куски. Словно скатившийся со склона снежный ком с грохотом разбивается о дерево. - Да, потому что ты - Скотт МакКол. Ты истинный альфа. Но не все из нас могут быть истинными альфа! Некоторые из нас должны совершать ошибки! Некоторые из нас должны иногда испачкать руки в крови! Некоторые из нас – люди!!! – орет Стайлз, перекрикивая шум дождя. Задыхается от переполняющих его эмоций. Делает шаг назад, потому что трясет, почти подбрасывает на месте. И капли дождя болезненно ударяют по воспаленному мозгу. - Значит, тебе пришлось это сделать? – спрашивает МакКол, но снова как-то неуверенно. Будто убеждая самого себя, а не пытаясь понять ситуацию. - Скотт, он хотел убить моего отца, - уже в который раз повторяет Стайлз. - Но то, как ты это сделал… - мотает головой друг. – Дело в том, что когда… Это уже была не самозащита… - О чем ты вообще говоришь?! – не врубается Стилински. МакКол несет полнейшую чушь и упорно отказывается слушать лучшего друга. – У меня не было выбора, Скотт! Но МакКол даже не меняется в лице, все так же тупо опускает взгляд и не может объяснить, что происходит. По-прежнему считает, что всегда есть выбор. Что он, истинный альфа, смог бы трезво мыслить в ситуации, когда его матери угрожала бы опасность. - Ты мне даже не веришь, да? – вдруг доходит до Стайлза. Потому что сейчас перед ним не лучший друг, а совершенно чужой и незнакомый ему человек. - Я хочу поверить, - мямлит Скотт. - Ладно… Давай, поверь мне. Взгляд темно-карих глаз напротив нервно бегает, избегает прямо смотреть на Стилински. МакКол все же чувствует вину, но по-прежнему не верит. - Скотт, скажи, что веришь мне. Стайлз внимательно смотрит на друга, отчаянно желая услышать от него: «да, я верю». Однако все, что видит, это растерянность и нерешительность на его лице. Он одумается, он обязательно все поймет, еще пара секунд - и сдастся. Но Скотт молчит. - Скажи, - просит Стилински. – Скажи, что веришь. - Нельзя убивать тех, кого мы пытаемся спасти, - снова талдычит тоже самое Скотт. Стилински раздражен этим. Подходит к другу: - Скажи, что веришь мне. И тут МакКол откровенно пугается, глядя на гаечный ключ, зажатый в руке Стайлза. Смотрит так, словно тот собирается ударить его. Словно Стилински собирается убить лучшего друга! - Нельзя. Убивать. Людей! Блядская мантра, от которой скоро будет тошнить! Стайлз и без того прекрасно знает, какие правила действуют в их стае. И просто в шоке от всего происходящего. Словно бы его друга подменили. И это не МакКол перед ним, а его тупая запрограммированная версия! - Ты в это веришь? – спрашивает Скотт. И Стилински не знает, что ответить. Просто чувствует, что леденящий холод проникает в душу. И парень готов на все, чтобы друг его простил. - И что мне сделать? - обреченно спрашивает он. – Что мне сделать… Скотт, скажи, что мне сделать, чтобы все это исправить? Если МакКол хочет и дальше строить из себя альфу, то пусть будет так. Пусть Стайлз признает свою вину и спросит совета у друга. Может, так они смогут решить этот вопрос? - Прошу, скажи, что мне сделать? – почти умоляет Стилински, видя, что друг ничего не отвечает. И нутром чуя крушение прежней жизни. Скоттт открывает рот, но не решается ответить. Отводит взгляд в сторону, словно это может его спасти, а затем все же неуверенно произносит: - Не волнуйся о Малии или Лидии. Мы их найдем. Возможно… Возможно тебе стоит поговорить с отцом. И он уходит, оставляет Стайлза одного. Дождь нещадно лупит, смешиваясь со слезами на щеках Стилински. И внутри у парня что-то ломается, крошится, осыпаясь острыми осколками. И это меняет Стайлза, причиняет адскую боль. Вся его жизнь рушится.

***

«Скотт отказывается обращать Хейден»

***

«…Так же пары ртути обладают способностью сильно поглощать ультрафиолетовое излучение. Поэтому в тех местах, где в воздух поднимаются невидимые «ртутные струйки», УФ лучи задерживаются в воздухе, и именно в этих местах можно увидеть темные пятна, как небольшие темные «облачка»... Значит, это была ртуть? На полу школьной библиотеки? Откуда бы ей там взяться? Да еще в таком количестве…» Размышления прервал чей-то голос на пустой ночной улице, затем последовал странный грохот. Джеки выглянула в окно и увидела Стилински за поворотом дороги. Капот его джипа был открыт и дымился, вокруг валяющегося на дороге чемодана разбросаны гаечные ключи. Сам Стайлз, промокший до нитки, был, судя по всему, до крайности раздражен. Девушка впервые видела его в таком состоянии. Он со злостью захлопнул капот автомобиля, достал что-то с переднего пассажирского сиденья, замахнулся и уже готов был швырнуть туда же, куда улетел набор ключей, однако в последний момент передумал. Остановился, глядя на ключ в руках. Обернулся к машине, снова посмотрел на ключ… Сердце Джеки почти остановилось. Она видела, что со Стайлзом что-то не так. Даже с такого расстояния она могла заметить, что он взбешен. Замахивается – и со всей силы швыряет ключ в лобовое стекло джипа. Если Стилински собственными руками разбил джип – значит, все плохо. Все даже хуже, чем плохо. И Мэйсон не могла представить, что же такого произошло? Парень садится прямо на асфальт рядом с машиной, кладет руки на согнутые колени и теребит пальцы. Ссутулился, понуро опустил голову… Джеки было сейчас почти так же плохо, как и ему. Потому что он был важен, необходим, и желание выйти из дома и поддержать его ломало изнутри. Но она не могла, ведь дала себе слово, что больше не будет вмешиваться в его жизнь. Будет просто другом… Но друзья поддерживают, так ведь? Помогают в трудную минуту. И ей бы сейчас стоило выйти и спросить, нужна ли ему помощь. У него есть Малия, Лидия, Скотт! И тот факт, что Джеки переспала со Стайлзом, не дает ей право становиться частью его жизни. Не дает ей права вмешиваться! Нет! Но он ведь так близко. В каких-то пятидесяти метрах от ее дома. Совершенно один, сидит у разбитой машины и словно бы совершенно не знает, что ему делать дальше. И Джеки отчаянно хочет, но не решается выйти к нему…

***

«Машина Кларк разбита. Шериф Стилински встречает ее в школе»

***

За прошедшее время Стайлз лишь позвонил кому-то и переместился на бордюр. А Джеки все так же стояла у окна, борясь с желанием выскочить на улицу. Она хотела, она так хотела помочь ему! И… К черту все! К черту все правила! Мэйсон накидывает байку и прямо в домашних тапках выскакивает на улицу. Медленно идет к Стайлзу, сложив руки на груди. Тот замечает ее не сразу. Только когда она подходит почти вплотную, Стилински поднимает голову. - Привет, - говорит он, глядя на нее снизу-вверх. - Привет, - отвечает она. – С тобой все в порядке? - выпаливает немного нервно, выдавая все свои эмоции. - Нет, не все, - отвечает, поднимаясь. – Я в дерьме. Я в огромном дерьме. – Устало трет шею и ерошит волосы на затылке. Смотрит на Джеки. В медово-карих глазах хроническая усталость и боль. На лице растерянность. Мэйсон так и подмывает утешить его, но она держится, пока еще держится подальше от всех этих сентиментальных соплей. - Что случилось? Я могу чем-то помочь? Он смотрит на нее, слегка хмурясь, нервно облизывает губы, оглядываясь по сторонам, топчется на месте. - Это… Нет. Ты просто… Заикается, не знает, что сказать или как. Будто не решается. И в этот момент Джеки срывается, она первой не выдерживает. Снова. Делает уверенный шаг и крепко обнимает Стайлза за плечи, прижимаясь к сырой кофте, гладит по влажным волосам, утыкаясь носом в горячую шею. Она задыхается от запаха меда и пряностей, по которым скучает каждую чертову секунду. И сейчас хочет насквозь ими пропитаться. Так, чтобы они никогда больше не выветрились. Стилински колеблется пару секунд, а затем так же крепко обнимает девушку в ответ. Прячет лицо у нее на плече и тяжело дышит. Позволяет ей хоть отчасти впитать тяжесть своих эмоций, делится с ней. Джеки не знает, правильно поступает или нет, но в данную секунду это совершенно не имеет значения. Пока он рядом – ничего не важно, кроме него самого. - Почему ты не спишь? – спрашивает он. - Бессонница, - отвечает она, немного отстраняясь лишь для того, чтобы заглянуть в его глаза. – Лазила в интернете. Искала кое-что… - Ты ведь больше не пытаешься докопаться до правды? – вдруг перебивает он. И Мэйсон теряется в первые секунды, не зная, что сказать. – Джеки, - с мольбой выдыхает ее имя, - пообещай мне, прошу, пообещай, что не будешь в это лезть. Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься! У девушки заходится нутро от этих слов. Потому что в них забота и искреннее беспокойство, страх и переживание. В них что-то, от чего хочется выть. - Я… - начинает, но запинается. - Пообещай! - с нажимом просит Стайлз, заключив ее лицо в свои ладони. - Обещаю, - выдыхает она, не веря собственным словам. Она готова сказать все, что угодно, только бы стереть это болезненное выражение с его лица. - Хорошо, - отвечает Стайлз, немного расслабляясь. – Тебе утром в школу. Лучше ложись спать. - А ты… - За мной скоро должна приехать Малия. Джеки поджимает губы. - Я буду в порядке, обещаю, - говорит он, зная, что именно это Мэйсон и хотела услышать. – Увидимся в школе. - Увидимся, - отвечает девушка, силой заставляя себя сделать несколько неуверенных шагов назад и медленно побрести к дому. Все внутри нее вопит и тянется назад к разбитому джипу и разбитому Стайлзу. Но Джеки понимает, что больше ей там нет места. Такой момент не повторится. И, возможно, только что она обнимала Стайлза в последний раз.

***

«Мелисса пытается спасти Хейден» «Шериф получает карточку сына»

***

Эвакуатор медленно трогается с места, увозя за собой разбитый синий джип. Стилински провожает его таким взглядом, словно вместе с машиной кто-то забирает у него все самое дорогое, что есть. Словно кто-то забирает у него стаю. И от этого ему становится не по себе. Смотрит на Малию, ища поддержки, и видит открытый понимающий взгляд: она на его стороне. Стайлз садится в Тойоту, и уже точно знает, что будет делать дальше. Он решил это пару часов назад, сидя на пустой улице. И это было единственным правильным решением в данной ситуации. - Они его починят, - ободряюще говорит Малия. - Во всем мире не хватит изоленты, чтобы его починить, - вяло отшучивается Стилински. - Может, использовать что-нибудь кроме изоленты? - Сдох генератор, - тут же объясняет Стайлз. – Нужно заменить все ремни. С коробкой передач проблемы, тормозные колодки стерлись до металла... - Почему ты его так запустил? - Если ты не заметила, кое-что меня отвлекало. Это кое-что порой не оставляло времени на себя, не говоря уже о машине. - Я заметила, - отвечает Малия так, словно бы хочет оправдаться. – Даже больше, чем ты думаешь. Стайлз поворачивает голову, внимательно глядя на девушку. Тут же начинает перебирать в голове все, что скрывал от нее, и надеется, что она не имела в виду ничего такого. Просто, наверное, хотела сказать, что не так сильно была погружена в свои переживания, как могло показаться. - Я не хотел грубить… - Мне отвезти тебя домой? – перебивает Малия, слишком внимательно глядя на дорогу. - Нет. В участок шерифа, - отвечает Стайлз. Тяжело сглатывает и облизывает пересохшие губы. – Я должен поговорить с отцом.

***

«Хейден просит отыскать ее сестру»

***

Повсюду были полицейские и патрульные машины. Перед загороженным участком школы уже собралась толпа любопытных зевак. В гуле их голосов сложно было что-либо разобрать, поэтому Джеки подошла ближе, чтобы узнать причину, по которой сегодня отменили уроки и устроили такую суматоху. - Эй, Бренда, - обратилась она к девушке с младшего курса, - что здесь произошло? - Копы все перегородили, но ходят слухи, что проломана крыша и разнесена половина коридора. А еще - что это было сделано бетонным постаментом Бейкон Хиллс. По крайней мере, на улице его нет… - ответила она. В толпе больше ловить было нечего, поэтому Мэйсон вышла на улицу и направилась к другому входу в школу. Здесь тоже обнаружилось ограждение с кучей любопытных школьников. Только скрыть то, что было огорожено, у копов не вышло. Поэтому Джеки, протиснувшись сквозь ряд учеников, смогла увидеть подтверждение словам Бренды. Место, где раньше красовался постамент с табличкой «Старшая школа Бейкон Хиллс», было пустым. На траве был растянут огромный темно-серый брезент, и это вызвало у Мэйсон подозрения. Зачем закрывать брезентом остатки вырванного с корнем куска бетона? Еще одна загадка этого города, которая так и подталкивает девушку на новое расследование. И единственное, что не позволяет этого сделать, это обещание, данное Стайлзу. И оно сильнее, чем любопытство.

***

- Хочешь, чтобы я пошла с тобой? – участливо спрашивает Малия, когда они останавливаются возле участка. Стайлз хочет ответить «да», но понимает, что разговор, который состоится у них с отцом, не для ушей его девушки. Это слишком личное во всех смыслах. И не только по причине убийства Донована. - Нет, все хорошо. Это, возможно, займет какое-то время, - аргументирует свой отказ Стилински, чтобы снова не обидеть Малию. Нервно перебирает руками, откровенно боясь выйти из машины. Он даже представить не может, что ждет его там? Как отреагирует отец? Что он скажет? Поймет ли? В машине спокойней, потому что Тейт не задает лишних вопросов. Ей тоже неловко, но она молчит, отвернувшись и глядя на улицу сквозь боковое стекло. Стайлз уже собирается выходить. Хватается за ручку двери, но вопрос Малии, заданный в спину, заставляет замереть: - Ты собираешься рассказать ему о Доноване? Девушка поворачивается. Теплые карие глаза внимательно изучают лицо Стилински. Парень снова облокачивается о спинку сиденья, захлопывая дверцу машины. Быть шокированным и удивляться у него уже просто нет сил. - Ты знала? - Догадалсь, - спокойно отвечает она. – Я увидела укус на твоем плече, пока ты спал. Стайлз хмурится, смотрит на свое плечо и машинально трет рукой. - Для меня это не важно, - успокаивает Малия. Молчит несколько секунд. – Поэтому я и не говорила об этом. Стилински внимательно смотрит на девушку, понимая, что ошибался на ее счет. Она все чувствует и видит, просто воспринимает окружающую реальность иначе. Она проще относится ко многим вещам, не заморачивается из-за ерунды, в отличие от МакКола. Он тоже отчасти прав, но уж слишком перегибает палку в стремлении быть «правильным». Но Стайлз не как Скотт и не как Малия. Стайлз всегда был другим, и не может утаивать произошедшее. Тем более от отца, потому что он единственный, кто у него есть. Потому что отец – это все. И Стайлз должен это сделать. - Да, но это важно для меня, - отвечает парень, глядя на Малию. В ее глазах слезы, и в горле Стилински ком. Все они надломлены из-за того, что произошло. Всего лишь подростки, которые попали под прицел сверхъестественного, и не в силах больше справиться с этим. Стайлз поджимает губы, мотая головой, и собирается с духом. Он должен поступить правильно, поэтому все же выходит из машины и неуверенной походкой направляется в участок. Он поведет себя по-взрослому. И он доверится отцу.

***

- Па-а-а-ап! – кричит Джеки, заходя в гараж. - Да, родная! - доносится откуда-то из-под машины. Затем шорох и грохот металла, и Уильям появляется за капотом старенького пикапа. – А ты почему не в школе? - Там что-то непонятное произошло. Полиция пока ничего не объясняет, но занятия отменили. - Все в порядке? Все целы? – тут же начинает волноваться мужчина. - Да. Все, вроде бы, обошлось, - отвечает Джеки. – Только школьное имущество пострадало. - Каким образом? – спрашивает отец, вытирая руки, измазанные в мазуте, о не менее грязный клочок тряпки. - Точно не знаю, - говорит дочь, швыряя портфель на единственный чистый стул. – Вроде бы крыша проломлена и полкоридора разнесло. А еще пропал наш бетонный постамент. Но не думаю, что он может быть связан с разгромленной школой. Так ведь? - Ну, полиция сама с этим разберется. Главное, что все живы. «Не факт», - проносится в голове Джеки. Несколько секунд тишину гаража нарушает лишь грохот металла, издаваемый Уильямом. Мужчина копается в коробке с инструментами и достает оттуда гаечный ключ. - Я сегодня утром видел, как эвакуатор увозил синий джип. Кажется, это машина сына шерифа Стилински? – спрашивает он как бы между прочим, поворачиваясь к дочери. - Да, - отвечает она. – Джип, вроде бы, давно барахлил. Видимо, пришло время. - Но что он делал в такое время на улице? – снова задает вопрос отец, подходит к пикапу и открывает капот. – Рановато для поездки в школу, - добавляет и, как ни в чем ни бывало, возвращается к работе. - Представления не имею, - безразлично жмет плечами Джеки. Это отчасти правда, потому что девушка на самом деле не знает, откуда ехал Стилински и что вообще произошло. Она знает только, что ему было очень плохо, и она из-за этого сама не смогла уснуть. Стояла и наблюдала, как Стайлз садится в машину Малии, а затем Тойота скрывается из виду. А затем до самого звонка будильника лежала с открытыми глазами, пытаясь не сойти с ума от мыслей. Поэтому сейчас девушке катастрофически был необходим сон. Хотя бы пара часов, просто чтобы не свалиться посреди улицы. - Ладно, пап, я сейчас в магазин и домой. Что тебе приготовить на ужин? - Что угодно, - отвечает Уильям. - Хорошо, только потом не жалуйся. - Боже упаси! - До вечера! – кричит дочь уже у выхода, хватая свой портфель. - До вечера, Джекс! Да, до вечера, потому что сейчас Джеки лучше поспать, а уже потом готовить ужин. А еще лучше успеть убрать в доме, полить цветы, сделать уроки – все, что угодно, лишь бы не сорваться и не начать искать ответы, от которых ее так отгораживает Стайлз. Он просил не лезть, просто просил не лезть! И Мэйсон постарается сдержать обещание!

***

«Лидия в библиотеке выясняет, что Пэрриш является Цербером. Приходит Тео, ударяет ее, лишая сознания» «Малия в пещере, рассматривает свою куклу, когда к ней приходит Тео в облике койота» «Хейден становится хуже. Мелисса решает отвезти ее в больницу»

***

Сигнал тревоги отвлекает Стайлза от рассматривания бумаг на отцовском столе. Парень выскакивает из кабинета, глядя на суматоху в участке. - Эй, в чем дело? – спрашивает один из полицейских. - Кто-то включил пожарную тревогу! – отвечает другой. - Иди, проверь! Стайлз почему-то уверен, что это плохой знак. У него нюх на такие вещи. Он еще не знает, в чем именно заключается проблема, но задницей чувствует неладное. Возвращается в кабинет, надеясь, что хотя бы на этот раз ошибается. Но оказывается прав, когда через пару минут в офис входит Пэрриш. Точнее что-то, что живет в нем. На лице помощника нет ни одной эмоции, сплошная бесстрастная маска. От кожи поднимается пар, и в помещении становится жарче. Офицеры тут же хватаются за оружие, даже не имея представления, с кем столкнулись. Стилински тоже еще не понял, но точно знает, что становится на пути этого парня опасно. Поэтому выскакивает из кабинета, выставив руки в сторону полицейских. - Так, стоп! Стоп, стоп, стоп, стоп! Не стреляйте! – орет он. – Назад! Дайте ему пройти! Полицейские отступают, однако оружие не прячут. Обходят Пэрриша с обеих сторон, ошарашенно глядя на помощника шерифа и, вероятно, ни черта не понимая. Только Стайлзу известно, что это означает, поэтому парень, забыв о цели своего визита, выходит вслед за Пэрришем.

***

«Скотт получает сообщение от Лидии и приходит в школьную библиотеку» «Тео замыкает круг из пепла рябины вокруг библиотеки. Рассказывает МакКолу правду о себе» «Мелисса пытается спасти Хейден в больнице»

***

Джеки проспала почти весь день. И, если бы не звонок одноклассницы, то, наверное, до сих пор бы еще валялась в кровати. Однако, девушка должна была приготовить отцу ужин, поэтому заставила себя спуститься вниз. На улице уже почти стемнело, а это значило, что Уильям должен был скоро вернуться. Он обещал сегодня не засиживаться и провести вечер с дочерью. А она, в свою очередь, пообещала отложить все дела и сделать что-нибудь особенное для папы. Поэтому сейчас листала мамину книгу рецептов, чтобы приготовить лазанью. Пусть лучше голова будет занята кулинарией, чем всем остальным. Потому что мысли о Стайлзе вызывают болезненное ноющее чувство в груди. Мысли о произошедших за эти два дня странностях усиливают любопытство Мэйсон до невыносимого зуда под кожей. А это никак не способствует проведению спокойного семейного ужина. В последние дни в жизни Джеки вообще мало что проходит спокойно. Только совместная работа со Стилински была на удивление тихой и… «правильной». А все остальные события бросали девушку из крайности в крайность. Складывалось ощущение, что с момента, когда Стайлз обнаружил ее в мужской раздевалке и до сегодняшнего дня прошли месяцы, если не годы. Слишком много всего случилось. И события эти вызвали слишком много эмоций: от энтузиазма к собственному расследованию до отчаянных слез в подушку. А это очень выматывало. Джеки вообще терпеть не могла плакать. И старалась не позволять себе подобных слабостей. Девушку в таких ситуациях часто спасала музыка, поэтому сейчас она громче включила музыкальный канал и взялась за приготовление лазаньи, покачивая бедрами в такт зажигательной мелодии. И все шло хорошо до тех пор, пока не заиграла та самая песня, от которой скрутило нутро. Сердце совершило кульбит, и нож выскочил из рук, с грохотом упав на плитку пола. В голове против воли зазвучал голос Стайлза. Того самого, из сна… И в этот момент все выстроенные Мэйсон барьеры рухнули. Все, чего Джеки избегала последние два дня, вернулось. Все мысли и эмоции бумерангом врезались обратно с удвоенной силой. И казалось, будто гравитация стала сильнее. Колени девушки подкосились, и она тут же упала на пол, едва успев подставить ладони. Ком в горле мешал дышать, и слезы жгли глаза так, что они могли бы вообще сгореть к чертям. Все могло бы пойти к чертовой матери! Потому что это край. Гребаная катастрофа, сотрясающая внутренности Джеки ударной волной… Нет, это всего лишь ее собственные рыдания. Она давится ими, захлебывается в слезах, едва ли может вздохнуть. Последний раз она плакала так несколько лет назад над могилой матери, и от этих воспоминаний девушка начинает выть в голос, калачиком сворачиваясь на полу. И где-то в сознании проскакивает мысль, что умереть было бы легче… Затуманенным взглядом девушка видит лежащий рядом нож, и в голове против воли вспыхивает картинка ее собственной руки со вскрытыми венами. Нет, Джеки не собиралась делать ничего подобного, просто воспаленный мозг не выдержал всего этого, и выкинул на поверхность какой-то бред. Бред! Бред! Бред! «У тебя есть отец! Господи Боже, Джеки, у тебя есть отец!!!» - орет подсознание, и только после этого Джеки удается нормально вдохнуть. Потому что только за эту мысль она и может держаться. Только эта мысль может помочь ей успокоиться и прийти в себя. Только это в ее жизни имеет какое-то значение.

***

«МакКол в библиотеке пытается пройти сквозь рябиновый круг» «Малия в больнице сражается с новой химерой» «Скотт выбирается на крышу и обнаруживает, что его ингалятор был отравлен аконитом. Лиам нападает на него» «В Бейкон Хиллс возвращается Брейден и спасает Малию от химеры»

***

Стайлз следует за Пэрришем по пятам, стараясь держаться на расстоянии, чтобы не быть замеченным. Хотя, кажется, сам помощник шерифа не особо заботится об этом. Он вообще не смотрит по сторонам, словно робот выполняя свою задачу. Стилински крадется возле машины и приседает на корточки. Видит, как Пэрриш открывает задние двери микроавтобуса, осматривает что-то. Из одежды на парне только импровизированные шорты в виде обгоревших и оборванных до колена джинсов. Лицо и тело частично измазаны в саже. Он захлопывает двери, садится на водительское сидение и уезжает. И Стайлзу не нужно гадать, куда: он точно знает, что помощник шерифа направляется к Неметону с очередным трупом химеры.

***

«Брейден сообщает Малии о том, что пустынная волчица возвращается в Бейкон Хиллс»

***

Долгие, невыносимые гудки раздаются в трубке. МакКол по-прежнему не берет телефон, а Стайлз немедленно должен сообщить ему, что Пэрриш забрал труп. За спиной раздается шорох гравия под колесами машины, и парень оборачивается на этот звук. - Прости, - выскакивая из машины, говорит Тео, - я приехал, как только смог. - Поехали, сейчас же! – командует Стилински, уверенно шагая к автомобилю. – Пэрриш забрал тела. - Стайлз, подожди… - перебивает Тео. Но собеседник и слушать не желает. - Пэрриш забрал тела! Нужно найти Скотта и рассказать ему, - тараторит, открывая дверцу пассажирского сидения. - Стайлз!!! – выкрикивает Тео, и Стилински замирает, внимательно глядя на него. Громко хлопает дверью. – Не думаю, что Скотт захочет с тобой разговаривать. - Спасибо, я в курсе, - раздраженно отвечает Стайлз. – Но это не важно. Ему нужно об этом знать. Сейчас на самом деле не до этого. Дела стаи гораздо важнее. - Стайлз, - уже совсем другим голосом обращается к нему Тео, - Скотт не хочет с тобой разговаривать. - Губы Райкена растягивает гадкая улыбка, от которой у Стилински противно скручивает кишки. Он подходит ближе, с подозрением глядя на Тео. – А вот твой отец – совсем наоборот, - продолжает он и достает из кармана пропуск Стайлза, который тот выкинул в больнице. Стилински не верит собственным глазам и чувствует, как в грудной клетке беспокойство смешивается со злобой. Тео отворачивается, делая несколько шагов от машины. - Твой отец искал тебя, Стайлз, - говорит он. – Но вместо этого нашел меня. Беспокойство усиливается, почти ощутимо вибрируя под ребрами. Стилински следует за Тео, не отрывая от него озлобленного взгляда. - Где он? Собеседник поворачивается к Стайлзу. - Я прикрыл тебя. – Машет пропуском. – Я позаботился обо всем. Лицо меняется, с насмешливого становясь раздраженным. - Если бы Мелисса не нашла это в больнице… Видимо, даже сын копа может допустить ошибку, - откровенно издевается он, ходя кругами. - Ты что-то с ним сделал? – нервно выпаливает Стайлз, почти подпрыгивая на месте, делая шаг в сторону Тео. Тот оборачивается, с хитрым прищуром глядя в ответ. - Я никогда не лгал о том, зачем приехал в Бейкон Хиллс. Я здесь ради стаи. – И снова гадкая улыбка растягивает его губы. – Я пришел за оборотнем-койотом, - продолжает он, вышагивая вокруг Стайлза, словно дикое животное вокруг добычи, - чей главный инстинкт – убивать. Пришел за банши – девушкой, окруженной смертью. Пришел за темной кицунэ. За бетой, у которого проблемы с самоконтролем. И за пустым Стайлзом. Это стая, которую я хочу! – почти кричит он. А затем с насмешкой добавляет: - Но, к сожалению, в нее не входит Скотт. Стилински вдруг начинает трясти от вспыхнувшей внутри него ярости. Потому что он был прав! Он, как всегда, был прав, черт возьми! Он знал, что с Тео что-то не так, и теперь этот ублюдок развалил стаю и принес еще больше гребаных проблем в их жизнь! - Твое сердцебиение учащается, Стайлз, - говорит Тео, глядя на грудную клетку Стилински. Потом снова смотрит в глаза все с той же насмешкой и продолжает идти по кругу. – Это не потому, что ты напуган. Нагицунэ больше нет, но у тебя на руках все равно больше крови, чем у кого-либо из нас. Терпение Стайлза подходит к концу. Окружающее пространство начинает окрашиваться в красные тона, и здравый смысл теряется где-то в бешеном сердечном ритме, отдающемся в ушах. Все это слишком даже для благоразумия Стилински. - Я готов добавить, - отвечает он. Сжимает кулаки, сдерживая рвущуюся наружу ярость титаническими усилиями. - Я расскажу тебе, где твой отец, - спокойно, словно ничего в сущности и не происходит, говорит Тео. Отворачивается и кладет карточку на капот машины. – Если обещаешь не помогать Скотту, - добавляет, разворачиваясь. И Стайлз, наконец, взрывается. Замахивается, почти ничего не соображая от захлестывающих эмоций, и со всей силы бьет Тео в челюсть. Тот складывается пополам, делая несколько шагов в сторону. А затем до ушей Стилински доносится омерзительный издевательский смех. - Вот он!!! – держась за нос и улыбаясь во все свои к сожалению целые зубы, кричит Тео. – Вот он – пустой Стайлз! – Эмоции на лице Рейкена снова меняются. Теперь он опять словно бы зол. – Уже легче, да? Стилински снова бьет его, почти не чувствуя боли в руке. Бьет с такой силой, что Тео падает на землю, волчком обернувшись вокруг себя, а Стайлза заносит в сторону от замаха. Тяжелое дыхание рвет легкие, и все тело ломает от желания избить сучонка до полусмерти! И плевать, что скажет Скотт. Плевать, что это будет намеренное убийство! Да просто плевать на все, лишь бы избавить мир от еще одного урода!!! Тео опирается на локоть, сплевывая. - Скотту мы не расскажем, - издевательски произносит он. – Ты ведь не хочешь потерять лучшего друга, так? Даже если мы оба знаем, что он никогда не был тебе нужен. До крайности взбешенный Стайлз перестает нервно переминаться с ноги на ногу и подлетает к Тео, падая на колени. Хватает его за грудки, встряхивая. И не знает, что ему сделать от ослепляющей его ярости. - Сейчас ты меня ненавидишь, но со временем поймешь. А сейчас самое сложное, - продолжает свою игру Рейкен, пока Стилински колотит от бешенства, - ты не можешь помочь Скотту и спасти своего отца! Но время у тебя еще есть, Стайлз. Время еще есть, - говорит он, словно успокаивая. И только благодаря этому Стилински не начинает готовить фарш из его физиономии. Потому что время дает возможность подумать. А это и есть главное оружие Стайлза: он размышляет и составляет план. И это всегда спасает.

***

«Лиам и Скотт дерутся в библиотеке» «Хейден умирает» «Лиам возвращается в больницу» «Тео приходит в библиотеку и убивает Скотта»

***

- Пап, я только на десять минут. Отвезу конспект и вернусь. - Хорошо. Только не думай, что я буду мыть за тебя посуду, - отшучивается Уильям. Джеки лишь закатывает глаза в ответ, усмехаясь, и выходит из дома. Она сказала отцу, что должна отдать конспект однокласснице. И конечно же, это было ложью. Ей нужно было увидеть Стайлза. Ей нужно было поставить точку в их «недоотношениях» и сказать, что скоро она исчезнет из его жизни. Потому что Уильям все же принял предложение из Нью-Джерси, и в скором времени семья Мэйсон должна уехать из города. А Джеки не могла позволить, чтобы последним нормальным разговором со Стилински была эта странная встреча на ночной улице у разбитого джипа. Это просто было неправильно. И девушке станет гораздо легче, если она извинится за все, что произошло между ними. Ей это было нужно. Поэтому теперь она подъезжала к дому шерифа. Почему-то позвонить и узнать, где сейчас Стайлз, ей не пришло в голову, а теперь уже поздно было думать об этом. Джеки вышла из машины и окинула взглядом темные окна, в которых не было и намека на свет телевизора или монитора компьютера. Возможно, никого нет дома, но девушка попытается. Ей ведь ничего не стоит подойти и нажать на кнопку звонка? Дома действительно никого не оказалось, и Джеки разочарованно побрела к машине. Густые облака расступились, и полная луна осветила улицу бледным светом. Сегодня суперлуние. Может, поэтому девушка так странно себя ведет? И, может, именно по этой причине в последние дни в городе происходит что-то странное? Кто знает: луна по-разному влияет на людей. Внезапно Мэйсон накрыло странное чувство тревоги, беспокойства. Она даже сама не смогла понять, просто вдруг стало как-то не по себе. Ощущение, словно бы что-то произошло… Отвратительное чувство, которое жутко отвлекает от всего остального. Вдруг Джеки показалось, что сегодня был единственный шанс поговорить со Стайлзом. И, раз уж его не оказалось дома, то она оставит ему записку. Да, вот так по-детски, но это лучшее из того, что есть сейчас. Поэтому девушка лезет в бардачок и достает оттуда блокнот и ручку. Почти не думая пишет заранее заготовленную речь. Складывает лист и замечает, что руки трясутся. Старается не обращать на это внимания и оставляет записку под ковриком у входа. Хозяева ведь будут его чистить когда-нибудь? Вот тогда и прочитают. Возможно, к тому моменту Джеки уже не будет в городе. Но это даже лучше. Потому что Стайлзу в этом случае не придется отвечать. Джеки возвращается домой, чувствуя, как нарастает тревога. Неизвестно, откуда она взялась, потому что все как бы нормально, и вроде бы все живы. Но ощущение, что с близким ей человеком произошла беда. И ей от этого очень плохо. Девушка смотрит на отца, улыбающегося, здорового и невредимого. Он заваривает чай. В DVD уже загружен диск с фильмом, и на журнальном столике стоят фирменные сэндвичи Уильяма. И уже не столь важно, откуда взялось чувство тревоги. Главное, что у Джеки есть отец – самый лучший во всем мире. - Ты уже все приготовил? - спрашивает девушка, заходя на кухню. - Да. У нас впереди два часа великолепных трюков Джеки Чана, - радостно произносит Уильям. - О-о-о! Тогда пошли быстрее, мне уже не терпится! – всплескивает руками дочь. – Всегда рада посмотреть на своего тезку. Они устраиваются на диване перед телевизором и включают фильм. Джеки кладет голову на плечо отца, а он обнимает ее за плечи в ответ. Целует в макушку, немного прижимая к себе. И девушка улыбается, расслабляясь, наконец. Она впервые спокойна за эти дни.

***

«Нет, нет, нет!!!» - вопит все внутри Стайлза. Он на негнущихся ногах вбегает в одно из помещений водоочистительной станции и тут же видит отца, лежащего на земле. Всегда выглаженная и аккуратная форма испачкана в крови. Багровые пятна на ней болезненно врезаются в сознание парня. Он почти падает рядом с шерифом, аккуратно беря его за окровавленную руку и крепко сжимая, словно бы пытаясь сказать, что все будет хорошо. Смотрит широко распахнутыми глазами, боясь моргнуть. Словно в этот момент отец может исчезнуть. Навсегда. И от этих мыслей кровь стынет в жилах. Абсолютно все становится неважным, кроме того, что отец дышит, он еще жив. И Стайлз сделает все, чтобы его спасти! Потому что отец – все! Потому что Стайлз не может потерять обоих родителей! Потому что отец – это единственный, кто у него остался. И если он умрет, то Стайлз просто сойдет с ума. Он потеряет того, без кого не представляет дальнейшей жизни; того, кому он ей обязан…

***

«Пэрриш забирает тело Хейден» «Мелисса спасает Скотта» «Тео проникает в сознание Лидии в лаборатории докторов. Привозит банши к Неметону и оживляет химер, создавая свою стаю»... ____________________________________________________________________

…Когда границы размываются, ты иногда удивляешься тому, на чьей стороне оказался. Крис Арджент