Под луной

- Ты в своем уме? – Саша не злилась, лишь укоризненно смотрела куда-то мимо меня. – Где шлялась пол ночи? Мне не было стыдно ни капельки, я не чувствовала себя позорно или бесстыже похабно. Я хотела рассказать ей историю, дивную, полную только начавшихся приключений, но меня с головой накрыла волна мыслей о том, что это только наше с Чансоном дело. Что он, или возможно я, скрываем какую-то тайну, и она не нужна никому, кроме нас. Воздух не стал тяжелее, вокруг было все так же по-приятельски абсолютно дружелюбно. Это главное - она поймет и примет все, что будет твориться в моей жизни. Поэтому я отрицательно закивала головой и, после того как я подтвердила, что не делаю ничего плохого, она от меня отстала. Я вышла из номера вялая и сонная, в срочном порядке требовался кофе на голодный желудок. Но нам его в столовой не давали по, видите ли, каким-то правилам. Я разработала виртуозный план и сразу привела его в действие, направляясь в соседний люкс. Пару тихих ударов по двери, несколько томительных секунд ожидания, и кто-то уже копается в замке. Чансон предстал передо мной в одном халате, теплом и, наверное, очень мягком, он был заспанным, волосы торчали во все стороны. Тут-то я уже и не выдержала, слегка засмеявшись, глубоко наслаждаясь представшей картиной. Он улыбнулся так, как умеет только он. Ненавязчиво, легко и удушающе приятно. Пришлось пройти в его шикарные апартаменты. Кто он? Если живет в люксе, то…? Было много вопросов. Просто уйма, необъятное количество. Я ведь и правда не знаю этого человека совершенно, хотя, могу с точностью сказать его любимый цвет, запах одеколона, друзей поименно и в кого он был влюблен в детстве. Я знаю слишком много деталей, теряя при этом самую главную суть. Мне хочется расспросить его, но почему-то не хватает банальной смелости. А потом я, моментально успокоившись, думаю, что у нас впереди еще как минимум три недели. Он смешно по домашнему подходит ко мне с двумя чашками кофе. - Имбиря, корицы? – он протягивает красивую чашку с корейской поп группой, кажется, f(x) или что-то подобное. – Шоколада? Его губы застывают в немом слове, которое, слава Богу, так и остается комком пустой тишины где-то в горле. Он собирался сказать абсурдную шутку в стиле «Меня?», но все же вовремя остановился. За утренним кофе мы наблюдали аномально синее небо с небывало белоснежными мягкими облаками. И нам не надо было обескураживающих ситуаций, как минимум в данный момент, для того, чтобы быть счастливыми сейчас - нам просто хватало общества друг друга. Весь остальной день как-то не выходило пересечься. Ну и ей-богу, я еще не настолько привязалась, чтобы гореть желание проводить все свое время с ним. А во вторник мы с самого утра уехали на экскурсию, возможно, не шибко интересную, но все равно красивую. Тихие водопады горных рек, кристально чистый воздух, высокие хвойные деревья – все это заставляло мое сердце биться намного быстрее. Он появился неожиданно, прямо у выхода из автобуса, и подал мне руку. На парне были выцветшие джинсы, которые манили белесой и идеально сидели на его ногах. В ту секунду я отвернулась и решила, что думать о таком не очень то правильно. Моя рука выскользнула из его теплой ладони, и он подал ее моей подруге. Саша отпрянула, но потом-таки подала руку, а после уставилась прямиком на меня. Кажется, что она сто процентов признала в нем парня из соседнего люкса. - Ты веришь… в магию? – он тихо прошептал эту фразу, приближаясь к моему уху ровно так, чтобы никто не заметил. Неожиданно тучи рассеялись, и лучи солнца начали омывать наши лица. Оно было теплым и мягким, не похожим на объятия луны той ночью. Это было великолепное чувство, как запах неба, который спускался на землю вместе с дождем, как запах корицы из булочной напротив, только это был запах теплого весеннего солнца и он определенно был лучше всего вышесказанного. Вечером я вышла на балкон. Я говорила, что иду смотреть на закат, что было в какой-то мере правдой, но на самом деле – я ждала встретить там Чансона. Мое сердце продолжало бешено колотиться, пока я проходила сквозь дверь и поворачивала голову. Но стоило мне увидеть, что он стоит там, где всегда и тоже наблюдает за закатом, как мое сердце моментально успокоилось. Вроде море было далеко, но я чувствовала его соленый запах и, кажется, слышала тихий бриз. У парня в руках была белая лилия, выглядевшая совершенно свежей. Стоило ему заметить меня, как он улыбнулся. - Смотри. – Он оторвал один лепесток и отправил его в полет. Я старательно наблюдала, как он спокойно спускается на землю, кружась в ясном только ему танцы, следуя ветру, наматывая круги по пространству. Я старательно наблюдала, как он соприкасается с холодной землей, а еще – как он пытается впитать в себя ее вкус. Чансон обрывал листок за листком, молча, а после каждый из них опускался на землю. И если сначала это казалось странным, потом – нудным, то в конце это было жутко красиво. Я вроде как поняла смысл и меня затянуло. Из его номера играла тихая мелодия, под которую лепестки продолжали падать, пока лилия не осталась совершенно голой. - Прости. – Он вдруг засмеялся, сменяя серьезно лицо на более спокойное. – Наверное, ты решила, что я безумец. Возможно, я хотела ему ответить, но у меня не было слов. Да, я считала, что он немного безумный, но именно эта часть меня цепляла, разжигала интерес, именно эта часть мне в нем нравилась. И я была без понятия, как это объяснить, поэтому предпочла молчать. Я не заметила, как на улицу спустились сумерки, потому что лепестки определенно ввели нас в транс. Было уже совершенно темно, хоть глаз выколи, поэтому на небе снова появилась луна. В какой-то момент я поняла, что задыхаюсь. Сумасшествие захлестывало меня, спускаясь ярой волной, накатывая снова и снова, его голос, взгляд, поведение, темное небо и полная луна. В моей фантазии все складывалось в тысячу невероятных картин, которые вряд ли когда-либо произойдут. Луна снова вызывала у меня желание мечтать. Боль в сердце не хотела уходить, мне пришлось задержать дыхание, но я сама не могла понять, почему делаю это. - Держи. – Он кинул мне пакет. У меня пробежались мурашки от испуга, я боялась, что пакет полетит вниз. Тогда мне пришлось бы спускаться по ступенькам и искать его в высоких колючих кустах. Но, суетясь, я таки сумела его поймать. - Спасибо. – Но стоило мне поднять взгляд, как парня уже не было на балконе. Дверь в его комнату оставалась открытой, и я надеялась, что он услышал мою благодарность. В пакете был шоколад. Молочный, с апельсином. Такая ситуация ставила меня в тупик, поэтому я все рассказала Саше. Я не говорила о том, что чувствую, не описывала все так, как происходило на самом деле. Это было больше, чем «курортный роман» и далеко не простая влюбленность. Это было нечто очень, очень странное, что не давало мне спокойно спать. За всю ночь я так и не сомкнула глаз, рисуя ими узоры на белоснежном потолке. Мысли продолжали ураганом кружиться в моей голове, оставляя там огромные дырки и делая из мозгов полную кашу. В три часа ночи я услышала тихий стук в стену и сразу подскочила. Ушло пару минут, чтобы усмирить дыхание. Первым делом я проверила спит ли Саша, а потом уже отправилась к выходу. Я не была уверенна, делаю ли то, что он имел в виду, но я все же отправилась к парню в комнату. Все вокруг было уставлено свечами, заставляя трепетать всю меня, в голове закончились мысли. Мой голос немного охрип, и разговоры выходили смущающими. На полу стояли высокие желтые свечи, стол украшали ярко красные огоньки, на тумбах красовались синие, а кровать была усыпана салатовыми свечами-таблетками. Все вокруг мерцало, зачаровывая. Каким-то образом в наших руках оказалась бумага и простой мягкий карандаш. В рисовании я не была очень сильна, но это все равно казалось интересным. Мы просто рисовали портреты друг друга в три часа ночи, где-то на берегу океана, в дорогом люксе усыпанном свечами. Его рисунок оказался божественным. Закрывая глаза, я до сих пор ощущаю аромат свечек, вижу карандаш в руках Чансона, а еще представляю тот самый портрет на немного пожухшей бумаге. Мы встретили рассвет вместе, наблюдая, как тысячи звезд исчезают с неба, как солнце пытается вкрасться во владения луны. Взгляд парня был слишком грустным, как будто он прощался с ночью навсегда. Уже у самой двери, когда я даже успела повернуть ручку, он обнял меня. Неожиданно, смущающее, он обнял меня без вопросов или предупреждений. На секунду я ощутила, как немеют все части моего тела, включая сердце, которое ранее бешено колотилось. - Я верю. – Голос оказался тихим шепотом и жутко дрожал. – Я верю в магию.