Harmonic Convergence

Их конечности были сплетены как щупальца пьяных осьминогов, или, по крайней мере, так воспринимал происходящее помутневший разум Мидоримы. Кагами целовал, лизал, покусывал его шею, сводя его с ума. Всё тело ныло, жаждало чего-то, чего – он сам не понимал. Он слышал свои вздохи, но они звучали где-то далеко. Его длинные бледные пальцы сжимали рубиновые пряди волос Кагами. Они перекатились на кровати, и Кагами прижал его всем весом, поймал в жаркую ловушку. Какая-то часть разума Мидоримы отметила, что в этот раз он не чувствовал страха. Наоборот, ему нравилось. Нравилось чувствовать себя более хрупким. Он закинул ноги на талию Кагами, притягивая его ближе. Кагами издал приглушённый рык. Они чувствовали возбуждение друг друга. Медленно, осторожно, руки Кагами скользнули под рубашку Мидоримы. Его пальцы были очень горячие. Мидорима вскользь подумал, что это не очень полезно для здоровья. Возможно, всё от того, что этот идиот ест слишком много красного мяса. Эти мысли испарились, как только Кагами погладил дрожащий бледный живот. Мидорима почувствовал, как Кагами вздрогнул. Нервным, рваным движением Мидорима переместил руки на широкие плечи Кагами. Он ведь правильно сделал? Судя по удовлетворённому выдоху Кагами, он сделал всё правильно. Кагами отстранился, усаживаясь на колени меж раздвинутых ног Мидоримы, и снял футболку через голову. Мидорима широко раскрыл глаза. - Не смотри на меня так шокировано! Ты уже видел меня без футболки, - усмехнулся Кагами. В ответ Мидорима выдохнул: - При несколько иных обстоятельствах. Кагами ухмыльнулся и перенёс вес на локти, не касаясь тела Мидоримы, но давая почувствовать исходящий от него жар. Несильно куснул его за мочку: - Правда? Признай, тебе ведь понравилось мазать меня кремом. Потому что мне, например, очень понравилось, - широкую ухмылку Мидорима не видел, но чувствовал кожей. – Не бойся прикасаться ко мне, Мидо. Мне нравится. Нерешительно Мидорима огладил плечи. Едва ощутимыми прикосновениями спустился ниже по спине, до самой резинки шорт, наслаждаясь ощущением упругих мускулов под пальцами. Кагами замер под его прикосновениями, изредка прерывисто вздыхая. Когда Мидорима остановился, Кагами зарычал. Мидорима резко отдёрнул руки. - Мидорима, пожалуйста, - хрипло, болезненно выдохнул Кагами, - всё нормально, честно, - одной рукой он дёрнул за край рубашки Мидоримы. Шумно сглотнул. – Можно? - Можно что? – нервно отозвался Мидорима. Он не мог перестать думать об этой широкой спине, о горячей коже под его пальцами. Даже захотелось снять бинты. Кагами потёрся носом о его плечо. - Можно я сниму твою рубашку? – Мидорима, должно быть, вздрогнул. Кагами поспешил объяснить: - Всё нормально, если ты не хочешь. Просто ты никогда не снимаешь её на наших тренировках, и я никогда не видел… - он тряхнул головой. – То есть, я думал об этом, но… - промямлил он и замолк. Мидорима почувствовал, что краснеет. Хорошо, что Кагами не видит его лица. Кагами представлял, как он выглядит без рубашки? Ему вдруг очень захотелось увидеть лицо Кагами. Он быстро вылез из-под него. Кагами посмотрел с беспокойством в тёмных глазах. И тут же неверяще их раскрыл, когда Мидорима начал расстёгивать рубашку. Игнорируя, хотя, скорее, наслаждаясь лёгким головокружением, Мидорима медленно высвобождал пуговицы из петель. Несмотря на некоторый страх, ему нравилось, как Кагами жадно рассматривал открывающиеся участки бледной кожи. Мидорима тряхнул головой, позволяя зелёным прядям скрыть яркий румянец, и снял рубашку. Повисла тишина. Наконец, Мидорима поднял взгляд, думая, что он сделал не так. Кагами сидел на коленях. Руками он сжимал одеяло по обеим сторонам от ног. Он буквально пожирал Мидориму взглядом. Кагами тряхнул головой и сделал глубокий вдох. - Ты ведь даже не догадываешься, да? Мидорима гневно прищурился: - Что? – выдавил он сквозь зубы. Кагами снова тряхнул головой, заставив Мидориму смутиться ещё больше. Потом махнул рукой: - Точно. Ты и понятия не имеешь, насколько ты сексуален. Не осознаёшь, да? - Ты неуклюжий, тупой… что? – Мидорима заморгал, когда до него дошёл смысл слов Кагами. Кагами подался вперёд, заправил за ухо выбившуюся изумрудную прядь и нежно погладил большим пальцем красную щёку. - Ты сексуальный, - он мягко поцеловал другую щёку, - офигенный, - ещё один поцелуй, на этот раз в подбородок, - возбуждающий, - бормотал Кагами, выцеловывая бледное горло, - нелепый, - он поцеловал выпирающее адамово яблоко. Потом грудь. Когда Мидорима вздрогнул и сдавленно вздохнул, Кагами на пробу обхватил губами розовый сосок. Нежно, следя за реакцией Мидоримы. Тот тихо, сдавленно застонал. Было слишком хорошо. Тревога и стыд медленно испарялись, уступая место незнакомому теплу, заполнившему грудь. «Я сексуальный?» - он хотел бы думать, что Кагами издевается над ним, но тот зашёл уже слишком далеко для того, чтобы хотеть просто унизить его. Возбуждённый член Кагами обжигал кожу сквозь ткань его шорт и брюк Мидоримы. Его поцелуи стали страстнее, языком он оставлял мокрые следы на груди и животе. Они съехали вниз на кровати. Кагами целовал его тело с той жадностью, с которой он всегда ел гамбургеры. Наконец он добрался до выпирающих тазовых косточек. Мидорима полузадушено вскрикнул: - Не… не здесь, Кагами. Это слишком, - всё тело била дрожь, ощущать губы Кагами на чувствительной коже было почти больно. Кагами немедленно остановился. Нежно поцеловав кожу над пупком, Кагами лёг рядом, опираясь на локоть. - Ты хочешь остановиться, Мидо? Не хочу причинять тебе неудобства. Я могу поспать на диване. Как, чёрт возьми, объяснить, что Мидорима не хотел останавливать Кагами? Что всё его тело буквально горело, что он никогда такого не испытывал, и поэтому закричал? Потому что от прикосновений, губ и тела Кагами было слишком хорошо. Он никогда не решится сказать это, а если и решится, то умрёт от смущения. Он хотел умолять Кагами не переставать прикасаться к нему, никогда не переставать. Но не мог. Просто не мог. Постепенно тело Мидоримы предавало его. Он мотнул головой. Щёки сильнее покраснели, стёкла очков запотели по краям. - Не хочешь, чтобы я уходил? – тихо спросил Кагами. Таким тоном он говорил, когда Мидорима расстраивался и это было заметно. Кажется, разочарование Мидоримы достигло максимума. Он сердито сверкнул глазами: - Ты непроходимый тупица! – не думая, он взял правую руку Кагами и положил её на свой пах. – А теперь скажи, хочу ли я, чтобы ты уходил? Клянусь, ты самый тупой, идиотский, непроходимый… - поток оскорблений прервался громким стоном, когда Кагами cжал его через брюки. Ушли мысли, гнев, тревога и смущение. Мидорима закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями. Руки Кагами были горячими, и он точно знал, что надо сжимать и куда давить. Мидорима почувствовал вспышку ревности, но эти мысли вскоре тоже ушли. Остались только прикосновения Кагами, тепло его тела, его запах, заполняющий всё вокруг и заставляющий голову кружиться. Он заставил себя открыть глаза, посмотреть на Кагами. И сделал это не зря. Кроваво-красные глаза сверкали похотью из-под полуприкрытых век. Мышцы на руке бугрились с каждым движением. Он всё смотрел и смотрел на тело Мидоримы, стараясь сохранить в памяти то, что видит. На шортах, напротив головки, появилось мокрое пятнышко. Мидорима тяжело вздохнул, перемежая стоны с вздохами. - Кагами, идиот, - он выгнулся под прикосновениями, - думаю, без брюк будет намного приятнее. Кагами полупростонал-полурыкнул что-то невразумительное. Мгновение – и он уже сидит на коленях меж ног Мидоримы и расстёгивает его ремень. Под брюками у Мидоримы были красные боксёры, практически не оставляющие простора для воображения. - Блядь! Ты ведь это специально?! Мидорима удивлённо нахмурился. - В чём дело? Красный – мой счастливый цвет сегодня, - он постарался сохранить самообладание, но быстро бросил попытки, когда Кагами рванул вниз резинку трусов, обнажая член. Мидорима почувствовал, как румянец заливает шею и грудь. Сердце колотилось от страха и предвкушения. Он никогда не видел… половые органы других парней. Что если с его что-то не так? Кагами недолго заставил его ждать. Он слегка наклонил голову набок, как делал всегда, когда смотрел на что-то, что ему нравилось, и обхватил горячей ладонью член Мидоримы. Мидорима позволил чувствам отвлечь себя, наслаждаясь видом широких плеч Кагами и его мускулистой груди. Реальность оказалась намного лучше его странных, полуоформленных фантазий. Пробившись через пелену желания, Мидорима смог вернуться в реальность. Он понял, что не чувствует стыда. Будто присутствие Кагами не позволяло испытывать страх. Кагами без смущения сидел на коленях, трогал его… Если Кагами не чувствовал стыда, то и он не должен. Мотая головой из стороны в сторону, Мидорима приподнялся на локтях. Правой рукой он потянулся к поясу шорт Кагами. Взглянув в тёмные глаза своего… парня?.. Мидорима постарался придать голосу твёрдости: - Твои тоже, - но под конец голос всё равно дрогнул. Кагами кивнул слегка отчаянно и замедлился. Он был похож на хищника в засаде, почти не двигался, стараясь не спугнуть жертву. Мидорима потянул пояс вниз, обнажая болезненно твёрдый член Кагами. Потянулся к нему, но в последний момент остановился, оборвав движение на середине. Кагами дрожаще выдохнул. Он задерживал дыхание? Покрасневший Мидорима потупил взгляд. Он не выглядел неготовым или испуганным, только смущённым и неуверенным. Кагами опустился на локти и колени, прижимая Мидориму к матрасу. Отсюда не нужно было смотреть ему в глаза. Его не увидят. Он почувствовал благодарность. Кагами снова вернулся к его шее, целуя, вылизывая и посасывая бледную кожу. Мидорима немного расслабился. Кагами, будто этого и ждал, потёрся своим членом о его пах. Сначала это было неловко и немного неуклюже. Кагами потянулся рукой вниз, пытаясь обхватить оба члена. Его член был твёрдым и горячим. Это подводило Мидориму всё ближе и ближе к некой границе. Но Кагами не мог обхватить оба члена сразу, его пальцы были недостаточно длинными. Разочарованно рыкнув, Мидорима просунул руку между их животами. - Дай я, идиот. Мои руки больше, - услышав этот громкий хриплый стон, он подумал, что Кагами сейчас кончит. Мидорима сжал длинными пальцами оба ствола, чувствуя под рукой незнакомую твёрдость. Кагами толкался всё быстрее и быстрее. По венам будто бежала раскалённая лава вместо крови. Его мысли были одновременно где-то далеко и полностью сконцентрированными на Кагами. Кагами был всем. Заполнил собой всю вселенную. - Мидо… я… - тяжело выдохнул Кагами. – Не могу… Мидорима слышал слова, но смысл ускользал от него. Чистая лава в его венах стала ещё горячее. Он никогда не чувствовал ничего подобного. Какая-то часть его разума боялась того, что может случиться, но Мидорима не слушал её, не сейчас, не тогда, когда Кагами трётся о его член своим, и оба они, каменно твёрдые, в его руке. Вздрогнув всем телом и чувствуя, как сознание рассыпается на миллиарды искр, Мидорима кончил, крича, сжимая забинтованными пальцами простыни. Он едва почувствовал, как Кагами следом выплеснулся на его живот. Несколько секунд они просто дышали, отходя от оргазма. Мидорима прикрыл глаза и вырубился.