Tainted Love

Бланшет бежала из этого проклятого дома не оглядываясь, надеясь на то, что Порция не станет ее останавливать. Да, так и случилось. Писательница не приняла слова любовницы всерьез, поэтому и не поверила, что ее план провалился, а старая, но горячо любимая игрушка уходит. Она прекрасно знала Бланш, но сегодня ей удалось ее удивить. Тонкие губы на неестественно бледном, но красивом лице скривились от разочарования, когда леди Ауэрсфорт подошла к окну спальни на верхнем этаже. Она молча наблюдала за тем, как внизу под окнами, раздался глухой хлопок двигателя и начищенный до блеска автомобиль самой последний марки плавно двинулся в сторону ворот загородного поместья. Бланшет взяла машину, соврав сонному шоферу, что хочет прокатиться, пока леди Ауэрсфорт наслаждается сном. Дорога до Лондона должна была занять половину дня, а значит уже к вечеру Доктор Мотерсхерд добралась бы до города. Но ей абсолютно не хотелось возвращаться. Ни особняк Порции, ни поместье Холландов не стали для нее настоящим домом. Она уже давно поняла, что во всем мире не было такого места, которое она могла бы назвать домом, и в данный момент ей больше всего хотелось навсегда остаться в машине, которая мчалась по дороге между ее прошлым и будущим, что лежало в руинах от недавнего взрыва. По этой причине женщина резко повернула руль, свернув с обустроенной трассы на старую, почти заросшую травой дорогу, чтобы растянуть время и добраться до Лондона окольными путями. Ей нужно было найти еще совсем немного сил, чтобы склеить себя из кусочков, а там дальше будь что будет. Она сильная и всегда была сильной, а значит сможет с гордостью вынести все, что преподнесет ей возвращение в Лондон. Но сейчас Ривер чувствовала, как ее душит собственная беспомощность. Ей были ни к чему лишние люди рядом, а детская любознательность Доктора привела бы ее в бешенство. Хотя Сонг прекрасно понимала, что он заботился о ней как умел, но его забота была так поверхностна, непостоянна и мимолетна и, как могла догадаться женщина, вытекала только лишь из-за обостренного чувства вины. Действительно, а из чего же еще? Она надавила на газ. Машина недовольно зашумела, разгоняясь до непривычной для нее скорости. Ривер хотелось исчезнуть, забрать вещи, свои любимые книги вместе с парочкой старых археологических находок из музея и исчезнуть. А лучше угнать Тардис у этого назойливого мальчишки. Но больше всего задетой до самого сердца женщине хотелось найти виновных. Свалить на кого-нибудь всю накопившуюся боль и обиду. Почему мир так не справедлив именно к ней? Ведь она старалась, изо всех сил старалась, стать другим человеком, начать новую, совершенно иную жизнь. Как просто было полюбить самого обычного мужчину или женщину, но Бланш в очередной раз не повезло. Люди так просто устроены! Им можно позвонить и сказать о своих чувствах, говорить о чем угодно, проводить время в спокойствии и тишине под стук старинных настенных часов в гостиной за ароматной чашечкой кофе, но нет. У профессора не было выбора. Человеку не дано права выбрать свою любовь. Любовь приходит сама. Она обманчива и непостоянна, а ее дары в виде недолгого счастья часто оказываются прикрыты пеленой страданий, и Ривер слишком хорошо это знала. Неожиданно пошел дождь, но шум капель, разбивающихся о лобовое стекло, не заглушал поток ее мыслей и воспоминаний. Хотя где-то в подсознании промелькнули образы с последнего свидания с Доктором. Самого нелепого свидания, на котором ей приходилось бывать. Она невольно улыбнулась, но эта улыбка не перекрыла следы от слез на раскрасневшихся от гнева и обиды щеках. Когда Ривер въехала в город, на улицах, залитых дождем, уже стемнело. Затерявшись на его безлюдных узких переулках, она практически не следила за дорогой. Ей казалось, что ее вовсе нет здесь, что она осталась где-то там, в спальне Порции, где еще недавно была счастлива. Удар. Не рассчитав очередной поворот, женщина не заметила ничего происходящего вокруг. Не заметила она и красного света на небольшом перекрестке в спальном районе, в паре кварталов от дома Порции. Машина Ривер врезалась в боковую дверь семейного автомобиля, хозяин которого послушно ждал зеленого сигнала, чтобы послушно поехать по своим делам, послушно провести время с женой, даже не догадываясь о том, что этот дождливый вечер изменит чью-то жизнь. Придя в себя от столкновения с реальностью, женщина усмехнулась, помассировав пальцами пульсирующую ссадину на лбу. Лобовое стекло было в трещинах, а на сидениях лежали осколки. Удар был сильным, но не настолько, чтобы кому-то серьезно навредить, исключая автомобили. Как же Сонг жалела об этом! Ей хотелось разбиться. Она уже видела эту картину и фотографию на первой полосе бульварных газет: лежащая на дороге блондинка, ее волосы окрашены в алый, уродливая и изувеченная, рядом с ошметками своего серого вещества, а какой-то посыльной журналистишка обязательно подсунет в ее вещи издания «Золотого пламени». С этими мыслями Ривер толкнула плечом заклинившую дверь автомобиля, выбираясь наружу. Тут же к женщине поспешили несколько свидетелей происходящего, но она отказалась от помощи и, захватив вещи, двинулась в сторону дома Порции. Ее трясло от усталости, тело ныло от долгой дороги в узком автомобиле и неожиданного столкновения, на светлой ткани перчатки и измятого пальто были видны капельки крови. Что ж, наконец ее внешняя оболочка полностью отражает внутреннее состояние. Гармония, построенная на полуразрушенном фундаменте, теперь дала неисправимую трещину.