Группа крови

      13 февраля, 2010 год, 21:45       — Ох, Господи… — с трудом выдохнула Люси. Она улыбалась и тихо постанывала под Нацу, что спокойно, как и всегда, придерживал её бёдра, пошло ухмыляясь. Он часто накрывал её губы своими, и совершенно не соблюдал ритм, с которым входил в свою девушку. — День Святого В-Валентина ведь только… завтра… Угх…       — Я отрабатываю вперёд, — пожал плечами Драгнил.       Они встречались с того самого момента, как Нацу понадобился отсчёт о Фуллбастере, что находился у Хартфилии. Сначала парень не думал о том, что действительно вернётся к ней ещё раз, и пусть любовь кружила ему голову далеко не так, как кружит Люси, но что-то эдакое в этой особе было, и он определённо испытывал к ней симпатию.       Люси громко вскрикнула под ним, и уставший Нацу, который кончил ещё минутой ранее, посчитал это сигналом о передышке. Он лёг на неё, тяжело дыша, и та любовно обняла его, прижав к мягкой груди.       Вдруг оба притихли: на тумбочке завибрировал телефон Нацу, к которому парень потянулся без замедлений. Прикусил губу, нащупывая устройство.       — Нацу, имей совесть, — немного обиженно надулась Хартфилия, когда парень привстал с неё, щурясь, чтобы разобрать имя звонившего на экране.       — Прости, детка, звонок может быть важным. Да? — сказал он в трубку, сев на край постели. Люси скрестила руки на груди. Она терпеть не могла, когда в такие моменты парня отвлекал телефон. — Джерар, это ты?       — Да, — отозвался тот.       — Ты по работе? Говори скорее, у меня нет времени.       — Прости что отвлекаю, но… Помнишь несколько месяцев назад ты говорил, что нам нужно ждать звонка от Грея Фуллбастера, который попросит предоставить ему подпольного врача?       — Ну, — утвердительно кивнул он, потянувшись к стакану с водой, и осушил его двумя глотками. — И что?       — Это произошло.       Нацу на миг замолчал… и его уста растянулись в широкой улыбке, так что заныли уголки рта. Он, как был голый, поднялся и прошёл пару шагов к окну. Люси вопросительно натянула одеяло по самую шею.       — Правда?..       — Да.       — Это просто превосходно. Надеюсь, ты сказал ему всё так, как надо?       — Конечно, — уверенно отозвался парень. — Грей попросил подпольного врача, который способен лечить или проделывать различные процедуры вне зависимости от того, законно это или нет. Я порекомендовал нас с тобой, он с радостью согласился. Назвал адрес, куда подойти.       — На какое число?       — На завтра, в одиннадцать часов вечера.       — Ну наконец-то! — победно возликовал Драгнил. Люси привстала, сильно удивившись: она привыкла видеть его всегда спокойным и на чём-то сосредоточенным, но в этот раз он смеялся, и громко выдохнул. — Боже мой, я и не думал тогда, что ожидание займёт целых два года! Просто прекрасно, спасибо за добрые вести, Джерар. Завтра, наконец, завершим начатое.       И он дал отбой, направившись к Люси, насвистывая при этом что-то себе под нос, после чего сложил руки вместе и «рыбкой» прыгнул в кровать. Хартфилия рассмеялась и дала ему откинуть с себя одеяло. Он незамедлительно устроился у девушки в ногах.       — Ого, Нацу, что же тебя так обрадовало?       — Да так… Просто дело, которым я занимаюсь уже два года, завтра подойдёт к концу. Я ненавижу, когда висят дела, но завтра со всем будет покончено.       — П-погоди… Я думала, что мы проведём День Всех Влюблённых вместе…       — Планы поменялись, крошка, но… — он подмигнул ей, чувственно сжав грудь, так что она блаженно застонала. — Мы отпразднуем его сегодня, идёт? До утра я весь твой.       13 февраля, 2010 год, 22:07       Джувия Локсар стояла посреди гостиной с письмом в руках уже несколько минут. Глаза бегали по строчкам трижды… и, наконец, остекленели, впервые за этот год налились совершенным безразличием. Девушка медленно опустилась на диван и запустила цепкие пальчики в волосы.       … Так иди же ко мне…       …Я жду тебя. Жду с нетерпением…       Она прикрыла глаза и легла, почувствовав под собой жёсткую и скользкую обивку дивана, с которой когда-то было удобно стряхивать крошки от пиццы или сладких булочек, когда они с Леоном смотрели у неё фильмы. Но на сей раз Джувия подумала, что с неё будет удобно смывать кровь.       — Наконец-то, — шепнула девушка, и почувствовала невероятное облегчение, смешанное со смиренностью.       Похоже, что через пару часов, когда стрелки перейдут на первые секунды Дня Святого Валентина, всё и закончится. Он убьёт её, засунет нож под рёбра, как пелось в какой-то песне, название которой Локсар никак не удавалось припомнить.       Она чуть нахмурилась, встав с дивана, и туманно направилась к шкафу с одеждой, чтобы в последний раз привести себя в порядок. Девушка в самом деле пыталась вспомнить песню, которую слышала на днях. Песню о маньяке и его жертве… Точно, кажется, так и называется, «Жертва». Джу вспомнила такой чувственный, искренний голос певицы Fleur, которая исполнила эту песню… и вдруг рассмеялась. Она смеялась, хохотала или, что называется, ржала, запрокинув голову. Удивительно, о каком бреде могут думать люди перед смертью! Ну разумеется, ей предстояло отдать себя в руки этого психа и встретить рассвет в луже собственной крови, да и то встретить только телом. Интересно, а что произойдёт потом? Разумеется, преследователь избавиться от тела. Может быть вырежет сердце и оставит себе на память, а саму девушку бросит в сточную канаву… Или же её сердце станет доказательством для следующей несчастной жертвы этого ублюдка, что он не станет шутить.       Джу не заметила, как по щекам заструились слёзы, и продолжала смеяться, натягивая колготки.       Она надела своё простое белое платье, желая остаться в нём до самого конца. Натягивала сапоги и плащ, глядя на настенные часы. 11:35. Нужно поторопиться, не опоздать до полуночи. Перед тем как выйти в подъезд она окинула квартиру прощальным взглядом. Сглотнула, проведя рукой по стене, после чего приникла лбом к шершавым обоям, чуть улыбнувшись, и слабо приоткрыла веки. Разумеется, она могла бы взять с собой нож и попытаться зарезать маньяка первой, хотя бы предпринять попытку нанести ему смертельную рану, чтобы они умерли вместе… но Джувия не стала этого делать, и просто покинула подъезд. Она устала. Джувия так вымоталась, что ждала смерти с нетерпением… и пошла ей навстречу по пустынной тёмной улице, под светом ночных фонарей.       Ветер трепал синие волосы, ватные ноги сами несли её по указанному в письме адресу, промозглый ветер необычно холодного февраля свёртывал воздух в лёгких. На улице уже никого не было, лишь поздние снежинки кружили и переливались серебром… но, несмотря на всё это, несмотря даже на то, что она идёт на верную смерть… Джувия шла неторопливо, чуть покачиваясь из стороны в сторону, и напевала обрывки строк песни Fleur «Жертва». Эта песня словно была написана для неё, для вот этого самого дня…       — …Можешь связать меня, можешь убить. Меня это вовсе не будет смущать, я, может быть, даже не буду кричать… — нараспев шепнула Локсар, приближаясь к цели.       13 февраля, 2010 год, 23:59       Она слабо приоткрыла рот и вошла в тёмный подъезд, поискав вход в подвал, и потянулась к железной двери, что сначала показалась ей забетонированной. Наверняка сюда и звук не проникает… Неудивительно, что ни одному жителю дома и в голову не придёт побывать здесь.       Прядки длинной чёлки нависли на лицо, закрыв левый глаз, и она туманно закрыла за собой дверь, двинувшись вниз по ступеням. Она нащупывала стены, так как свет сюда не проникал, услышала, как где-то внизу ритмично капает на пол вода. С отвращением отдёрнула руку, когда её ладонь, скользящая по стене, наткнулась на что-то склизкое.       Ступени уходили всё дальше вниз и постепенно к ней откуда-то стал пробиваться тусклый свет… Она помедлила, чувствуя, как инстинкт самосохранения пытается завладеть её мышцами, пытается не дать ей дойти до конца, пытается силой развернуть… Но Джу не дала ему сделать это и удержалась на месте, увидев в паре метрах от себя приоткрытую дверь, из щели которой пробивался свет. Это конечная остановка её пути.       Ноги затряслись.       Ну вот и всё, — подумала Джу, коснувшись двери дрожащими пальцами… и толкнула её, сделав внутрь пару шагов. Она думала, что будет проще, что смерть будет мгновенной и она умрёт со смело поднятой головой… но от того, что она увидела внутри, все конечности заледенели, и она едва удержала себя от того, чтобы с воплем покинуть это место.       В подвале было темно и холодно, как в морге. Она огляделась по сторонам и задержала взгляд на двух потрёпанных больничных койках с какими-то операционными принадлежностями чуть поодаль от себя. Здесь были несколько стульев со свисающими с них верёвками и цепями. Покачивающаяся одинокая лампочка создавала лишь освещённый круг, но свет не захватывал углы и стены… Джувия не видела здесь ни единой души, и сделала два шага по направлению к стульям… Как вдруг резко обернулась и застыла от ужаса, когда с грохотом захлопнулась входная дверь.       Прямо из тени к ней медленно вышагивал высокий мужчина с наброшенным на голову капюшоном, и Джу едва не завопила, посторонившись. Это был складного телосложения совершенно безумный юноша, и лишь раз взглянув на него, девушка уже не сомневалась, что это он, тот самый сумасшедший преследователь и убийца. Его синие глаза были выпучены, бледная кожа, покрытая испариной, обтянула лицо, как маска, чёрные колючие волосы выбились из-под капюшона, а тонкие губы растянулись в безумной, широченной улыбке. Его дрожащие руки тянулись вперёд, к Джувии. Она попятилась, сглотнув… но вскоре просто замерла, прикрыв глаза.       Пусть убьёт. Только скорее…       — Э-это ты… — шептал Грей, приближаясь. Почти все мышцы его лица дёргались, он тяжело хватал ртом воздух, как в припадке, и буквально впитывал взглядом Джувию. Его трясло от нетерпения… Кровь в его жилах словно завизжала звериным стоном, свернулась и растворилась в отдельных частях тела, когда Грей принялся рассматривать чуть приоткрытые пухлые губы, её фигуру, синие волосы и бледное смиренное лицо, лишь чуть-чуть подгорчённое страхом. — П-П-Покровитель… Джувия Локсар, это ты…       — Скажи, наконец, кто ты такой, — попросила девушка.       Он сглотнул и раньше, чем успела что-либо понять Джу, набросился на неё, прижав к полу всем своим телом. Она вскрикнула от боли, ударившись затылком об бетонный пол, и похолодела, замотав головой: безумец, неотрывно глядя на неё, принялся озабоченно стаскивать с неё плащ. Несмотря на то, что девушка настроилась на смерть, инстинкты пытались взять над ней верх и спихнуть с себя маньяка. Она силилась изо всех сил оттолкнуть его ногами, обутыми в сапоги, но ничего не вышло, и Джувия вскрикнула, когда почувствовала, как маньяк отшвыривает её плащ прочь и торопливо обвязывает руки за спиной гремящими цепями. Ещё минута, и она поняла, что руки полностью обездвижены.       Тонкая материя платья пропускала холод. Она дрожала всем телом, чувствуя нестерпимый ужас от каждого прикосновения парня… и вдруг закричала от неожиданности, когда он резко поднял её и усадил себе на колени таким образом, что ноги Локсар оказались с обеих сторон от его бёдер.       Их лица были почти в плотную, она со свистом втянула ледяной воздух в лёгкие, тяжело дыша, и с ужасом увидела, что он лихорадочно набрасывает петлю из холодных цепей ей на шею. Край стальной верёвки гремел у него в руке… и Грей широко, счастливо улыбнулся.       Девушку настолько поразила его улыбка, что она на миг вообще перестала сопротивляться и пытаться встать. Это была улыбка ребёнка, что, наконец, получил именинный подарок, которого ждал весь год. Они молчали, глядя друг на друга, Джувия совершенно не обращала внимания на то, как стремительно немели скованные за спиной руки… Джу просто впитывала его взглядом, пытаясь приписать к этому человеку все те слова и страхи, какие он ей писал, пытаясь связать с его образом всё, что ей пришлось пережить за этот долгий год…       …И глядя на эту улыбку, пока получалось не очень.       Внезапно он задрожал всем телом и с силой прижал её к себе. Одной рукой он притянул перепуганную девушку за затылок к плечу, другой — обхватил талию и с безумной силой стиснул в объятиях, желая чувствовать её всю. Грей столько раз представлял её, столько раз пытался нарисовать в воображении девушку, что имела бы право обладать этой невероятной кровью первой группы… Но она оказалась намного лучше его фантазий.       Джу застыла, тяжело дыша. Что не так с этим типом?.. Он обвязал её цепями, а теперь крепко обнимает?.. При чём так чувственно, что она невольно прижалась и сама. Никто и никогда её так не обнимал.       — О Господи, это ты! — воскликнул с придыханием Грей. Она дышала ему в плечо, испуганно слушая, пока парень растирал ей тёплую спину, хватал за волосы и жал ближе. Фуллбастер хлопал глазами, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди, и заговорил, дыша с волнительным, с самым счастливым и таким безумным свистом: — Это ты… Это правда ты, о Боже… Не представляешь, как долго я ждал этого дня! Жмись ко мне, я хочу чувствовать, что ты настоящая!       — Я н-не понимаю, что ты…       — Твой голос! — вскрикнул Грей так, что Джу передёрнуло. — Он так прекрасен! Твоя кровь, ох, она мучает меня два года… Джувия… Ты единственная во всем мире, кто думал обо мне всё это время! Неужели ты не помнишь, что два года назад ты перелила мне часть своей крови?       — Перелила… часть крови? — в замешательстве переспросила она… и вдруг разинула рот, затрясшись.       Она вспомнила что-то… Единственный раз, когда девушка испробовала на себе роль донора, это было два года назад. Точно, Джувия была с Леоном…       … они были там, когда…       — О, Г-Господи… — зашептала Локсар, тараща глаза от ужаса. — Ты… Тебя сбила машина у нас на глазах, так? Тебе едва не расплющило живот, прижало к фонарному столбу, ты потерял много крови, и я…       — Да, ДА! — расхохотался Грей, закивав, и стиснул её в объятиях так, что девушке спёрло дыхание. — Вспомнила?! Да, Джувия, ты пожертвовала мне кровь. Твоя кровь все это время звала меня, она не смешивается с МОЕЙ кровью… Боль привела меня к тебе, и я нашёл тебя. Ты моя Покровительница… ТОЛЬКО МОЯ, Я НИ С КЕМ ТЕБЯ НЕ ПОДЕЛЮ! ТЫ И ТВОЯ КРОВЬ – ВСЁ МОЁ!       — Т-т-ты спятил!..       — О нет, Джувия, я не спятил. Мне нужна твоя кровь… и мне нужна ты. Знаешь, после той аварии у меня отшибло память. Я оказался в больнице и всё, что помнил – больничные койки, и всё, что хотел – найти тебя и усмирить сладостную боль в венах, заполнить своё тело твоей кровью... Но также мне хотелось знать, кем я был до этого, были ли у меня родные люди, где я работал. Через год я бежал из больницы и быстро нашёл тебя, а пока играл с тобой, пытался разузнать хоть что-то о себе… и все попытки оказались тщетны. Я думал, что когда окажусь на свободе, кто-нибудь непременно появится, кто-нибудь, кто напомнит мне о себе, кто вернёт мне воспоминания, кто был мне родным… и з-знаешь, что? — тихо спросил он. — Ничего такого не случилось, Джувия! Меня год не бывало на улицах, не бывало дома, и когда я появился вновь… ничего не изменилось. Никто даже не смотрел на меня, все вели себя так, словно я невидимка… Меня просто не существовало, пока я не понял, что ты, моя Покровительница, единственная в этом мире, кто как-то зависел от моего существования. Ты единственная, кто думал обо мне беспрерывно… У нас частично общая кровь… Ты единственный, родной мне человек.       Джувия охнула, и он немного оторвал девушку от себя, истерично дыша ей в лицо. Она сглотнула, но была потрясена его словами… как вдруг он вновь шепнул:       — Я специально вызвал их только на вечер, и у нас с тобой есть целые сутки, чтобы просто смотреть друг на друга, чувствовать друг друга…       — К-кого – их?.. — не поняла Джувия… и он ухмыльнулся так безумно, что глаза девушки полезли из орбит, показав белки.       — Их. Подпольных незаконных врачей. Сегодня, в день Святого Валентина, мы с тобой, наконец, сольёмся вместе. У нас будет одно тело на двоих. Они перельют мне ВСЮ твою кровь, и таким образом ты будешь жить и течь во мне, мы навсегда, НАВСЕГДА останемся вместе! Р-разве не замечательно?..