Группа крови

      Грей поднялся с места и рывком поднял за собой Локсар, что туманно опустила голову, вполне приготовившись отправиться в мир иной. Только бы поскорее… Шаги по ту сторону двери приближались и спустя мгновение на пороге возникли двое профессионально спокойных мужчин с большими кейсами в руках. На какое-то время подвал погрузился в тишину.       Джувия безразлично окинула взглядом каждого поочерёдно. Тот, что рассматривал улыбающегося Грея с чуть приоткрытым ртом, был высок и крепок, а макушку его усеивали так похожие на её собственные, синие волосы. Под правым глазом покоилась причудливая татуировка, лицо чуть напряжено.       Глаза Локсар встретились с проницательными зелёными очами второго юноши, что улыбался не менее широко, чем Грей. Поверх его дорогих одежд был наброшен белый врачебный халат. Руки твёрдо стискивали ручку кейса – сразу видно, что его рука со скальпелем никогда не дрогнет перед телом на операционном столе. Розовые волосы небрежно взлохмачены, тёмные очки со сплошным стеклом повисли на горловине рубахи, а глаза поедали Грея и Джувию с ненасытным интересом. Нацу заметил, как сильно измотана и бледна девушка, с рук и шеи которой свисали цепи.       Такое ощущение, что она устала жить.       Наконец Грей нетерпеливо рассмеялся, изо всех сил стиснув Джувию в счастливых объятиях, и горячо поцеловал её в висок, радуясь, как безумный, в то время как сама девушка безжизненно зажмурилась.       — Ну наконец-то, наконец-то! — истерично пропел Грей. Джерар сглотнул, неуверенно переглянувшись с Нацу. Драгнил же светился, однако не переставал глядеть на пациентов такими удивлёнными глазами, словно те были занимательной композицией в картинной галерее. Девушка обмякла. — Вот и они… Подожди ещё немного, моя родная Покровительница, и мы будем вместе… Твоя кровь, твоя жизнь будет во мне…       — Здравствуй, Грей, — тихо поздоровался Нацу, приветственно махнув. Тот закивал, подтащив Джувию ближе. Драгнил посмотрел на девушку, внимательно изучая, и приблизился, после чего приподнял ей подбородок, чтобы увидеть лицо.       Она совсем не сопротивлялась и просто устало посмотрела на мужчину мутнеющими глазами. Драгнил заинтересованно приоткрыл ей рот, оттянул нижние веки и присел на одно колено, серьёзно рассматривая необычную бледность её лица.       — Как себя чувствуешь?       Губы девушки дёрнулись в саркастичной усмешке, Нацу и Джерар переглянулись между собой. О да, что может быть лучше, чем влюбиться в съехавшего с катушек маньяка, да ещё и на смертном одре?       Она прохрипела:       — Всё просто потрясающе, как видите.       — Как звать тебя, красотка?       — Джувия Локсар.       Нацу поднялся и вместе с Джераром неторопливо прошёл к приготовленным больничным койкам и оборудованию, которое удалось каким-то образом утащить Фуллбастеру. Оценивающе провели пальцем по капельницам, оглядели запасные плотные мешки для крови, постучали костяшками пальцев по аппаратуре и, решив, по всей видимости, что всё пригодно к работе, Нацу бодро повернулся к паре:       — Ну что, ребятки, вы готовы?       — Да, разумеется! — с придыханием объявил Грей и принялся стягивать цепи с рук Джувии, чтобы она могла с комфортом улечься.       При виде врачей, что запускали машину для переливания крови, её бросило в дрожь. Страх всё же кольнул девушку… но она прошептала, потерев стёртые цепью руки:       — Да. Только давайте скорее.       Она покорно села на койку под взглядами трёх пар глаз и, нервно выдохнув, легла. Койка показалась ей холодной, жёсткой… и Джу стиснула кулаки, чтобы не закричать. Взгляд её устремился на пошатывающуюся лампу под потолком и на подпольных врачей, что натягивали белые хирургические перчатки. Грей торопливо выбирался из толстовки, чтобы ничего не мешало.       — Значит, переливаем всю её кровь тебе, так?       — Да-да, — с нетерпением закивал Грей.       — А ты не мог бы рассказать, зачем? — попросил Джерар.       Тот сел на койку, болтая ногами, и широко улыбнулся, безумно переводя взгляд с одного на другого:       — Моя кровь так ничтожна по сравнению с её, кровью первой группы! Два года назад эта милая девушка поделилась со мной своей кровью… и я почувствовал боль. Её кровь не смешивалась с моей.       — Не смешивалась?.. — удивился Нацу. — Все-таки не смешалась? И поэтому ты восхотел заполучить всю кровь в замен своей настоящей? Значит, это сопровождалось болью, угу… Но вот интересно, почему это так сильно повлияло на твой рассудок… — Драгнил озабоченно сложил руки за спиной, Джерар волнительно облизнул сухие губы. — То есть после той аварии Локсар оказалась поблизости, но твой организм, получив немного стандартной крови, восхотел избавиться от собственной?.. Как интересно, такого я не мог и предположи…       — Постойте, — чуть нахмурился Грей. Его улыбка угасла, и он промямлил, глядя врачу в глаза: — Я… Я ничего не говорил вам об аварии. Откуда вы знаете?..       Джувия похолодела и распахнула глаза, чуть приподняв голову. Врачи молчали, глядя на Грея. Фуллбастер сглотнул, непонимающе хлопнув глазами, но только хотел было подняться с койки, как вскрикнул, а Локсар передёрнулась всем телом, прижав руки ко рту: Джерар кинулся к нему и с силой повалил извивающегося пациента назад на койку. Прижал его, в то время как Нацу торопливо распахнул сразу оба кейса и извлёк из одного целую связку прочных больничных ремней, какими приковывают к постелям буйных постояльцев психиатрических отделений.       — ЧТО ПРОИСХОДИТ?!! — закричал Грей, но как не старался, а выбраться из хватки Джерара ему не удавалось. Он пытался молотить кулаками, но ничего не выходило, и вдохнул со свистом, когда Драгнил принялся отчётливым набитым движением натягивать ремни на его тело и защёлкивать застёжки под койкой.       Девушка вскочила с места, тяжело дыша, и заметалась из стороны в сторону. Она совершенно растерялась и не знала, что делать: бросаться защищать Грея или нестись из подземелья со всех ног. Крик поднялся невообразимый, она видела, как Нацу довязывает последние ремни, полностью обездвижив каждую часть тела безумца, и, задрожав всем телом от ужаса, прижала руки к ушам, чтобы только не слышать отдающегося от стен ора Фуллбастера. Она попятилась, чувствуя, что сходит с ума… и случайно споткнулась о второй распахнутый кейс, обнаружив в нём… плотные пакеты с тёмной кровью, которых было здесь не меньше дюжины. Джувия закричала, прижавшись к стене.       Крик Грея сменился на истеричные, перепуганные вздохи, и Локсар подняла глаза, цепляясь за стену дрожащими пальцами. Доктора, тяжело дыша, чуть посторонились, открыв девушке обзор на скованного по рукам и ногам Грея. Он безумно глядел на каждого поочерёдно и, чувствуя что-то недоброе, умоляюще поглядел на Локсар. Ни он, ни она не понимали, что происходит, так вдруг оба вздрогнули, когда потные Нацу и Джерар дали друг другу «пять», тихо рассмеявшись.       — Ч-ч-ч-что проис… п… — залепетала Джувия, и Нацу улыбнулся ей через плечо, направившись к аппарату, что уже тарахтел, готовый к работе.       — Да не бойся, девочка. Прости, что так вышло с тобой, нам пришлось ловить его на живца, а то есть на тебя. Можешь продохнуть свободно, твоя роль сыграна, оставь его на нас.       — Ч-что вы делаете?! Я ничего не понимаю! — таращил глаза на них Грей, пытаясь пошевелить рукой, но ничего не выходило. Паника волнами разливалась по его телу, и Драгнил ухмыльнулся им обоим, пока Джерар, с улыбкой на лице, извлекал из кейса пакеты с кровью. — Всё же ты действительно ничего не помнишь… Так уж и быть, я пролью свет на твою память.       Джувия и Грей переглянулись, тяжело дыша.

* * *

      20 августа, 2008 год, 16:01       Нацу спокойно улыбался, изредка подталкивая тёмные очки со сплошным стеклом к переносице привычным движением, и закинул ноги на богатый письменный стол из красного дерева, после чего опрокинулся на спинку мягкого офисного стула, скрестив руки за головой. Небольшой, но солидный кабинет был немного омрачён тёмными обоями, дубовая мебель бесцеремонно сдвинута к стенам, а хрустальная люстра, свисающая с потолка, освещала посетителя Драгнила, что молча сидел напротив него на жёстком стуле. Нацу привык принимать к себе людей в порядке очереди, но когда выглянул в коридор и оглядел пациентов, что ютились на скамейках перед его кабинетом, взгляд его непроизвольно уткнулся именно в этого юношу, и он попросил его зайти к нему без очереди.       Грей Фуллбастер бросился ему в глаза, потому как, несмотря на то, что к Нацу на приём или консультацию приходили только преступники, на уголовника похож не был. Брюнет не выглядел нагло, как обычно выглядят его постояльцы из приступного мира. Грей, зажатый на скамье ожидания между двумя громилами, очень сконфуженно и подавленно натягивал на голову капюшон своей тёмной толстовки. Сейчас, разглядывая молчаливого постояльца, Нацу отметил, что Фуллбастер явно исхудал за короткий срок, хотя и сохранял безупречные формы, лицо его было смертельно-бледным, под глазными яблоками чернели круги, а сами глаза, синие и живые, чуть потускнели.       Он смотрел в пол, не решаясь заговорить первым, и Драгнилу пришлось брать инициативу в свои руки:       — Назовитесь, пожалуйста.       — Грей Фуллбастер.       — По какому делу ты пришёл ко мне, Грей? Я вижу, что ты не преступник, и это нехорошо, что обыкновенные добропорядочные граждане могут так запросто найти местоположение подпольного медицинского центра, где проводят незаконные лечения…       — Вы правы, я не преступник, но… не скажу, что найти вас не составило труда. Мне пришлось изрядно попотеть, чтобы вычислить вас, — тихо, но ясно отозвался парень, не желая сбрасывать с головы капюшон.       Нацу чуть удивлённо приподнял бровь:       — Вот как? Зачем хорошему парню понадобилось посещать такое место? У вас что, свои больницы закончились?       Грей потупился, однако Драгнил тихо рассмеялся, помотав головой:       — Расслабься, парень, я ворчу только для приличия. Я согласен выслушать тебя, если пообещаешь, что ни один опознанный тобой преступник, какого ты видел в приёмном отделении, не попадёт в ближайшее время в тюрьму по твоей вине.       — Обещаю. Мне вообще нет дела до преступников.       — Отлично. Что ж, излагай. Ты страдаешь каким-нибудь недугом, или кто-то из твоей родни? Проблемы с гражданскими врачами? Нужно достать кому-то из твоих знакомых органы для пересадки? Если так, то это мы запросто: ночью по пустынным переулкам ходит столько неосмотрительных людей с прекрасными органами…       Грей коротко мотнул головой и, немного помявшись, извлёк из кармана толстовки свёрнутый вдвое потрёпанный лист бумаги, после чего протянул его собеседнику. Тот заинтересованно принял документ и развернул его, устроившись в кресле поудобнее, и снял тёмные очки, положив их на стол перед собой.       Грей нервно наблюдал, как зелёные глаза Драгнила бегают по строчкам, как сдвигаются к переносице его брови, образуя складку… и как тонкие губы растягиваются в спокойной, понимающей улыбке.       Нацу отложил письмо, глядя на юношу. Грей опустил голову и опёрся локтями о колени, зарывшись пальцами в волосы. Он измученно закрыл глаза, поджав губу.       — Так вот оно что, — тихо сказал Драгнил, по-прежнему улыбаясь, и, также уперев локти в стол, сосредоточенно сложил руки, как в молитве, поддержав голову. — Значит, у тебя рак крови.       — Да, — очень тихо отозвался Грей.       — Уже месяц как носишь в организме этот недуг?       — Да.       — И тебя отказываются лечить, верно?       — Всё так.       Они немного помолчали. Нацу ещё раз пробежался взглядом по листку перед ним и хмыкнул. Он уже отвык, что обычные бесплатные врачи пишут так отвратительно и настолько категорично, что с этим документом в пору идти не на лечение, а в ближайший похоронный магазин, чтобы заказать себе гроб.       Вдруг Нацу заметил, что Грея затрясло. По его лбу потёк холодный пот, все конечности чуть тряслись в едва уловимых судорогах, губы дрожали.       — Фуллбастер?       — М-меня мучают боли, — шепнул он, изо всех сил стараясь совладать с голосом, и так сильно зарылся пальцами в волосы, что на руках взбухли вены, пришли в движение сухожилия. — П-почти в-в-всё время… И се-сейчас тоже… Я был у врачей, оббегал весь город, но ни одна поликлиника не берётся за меня… Они сказали, что им и так хватает больных. Понимаете?       — Разумеется, — мягко вздохнул Нацу и решительно извлёк из письменного шкафчика открытую бутылку виски и два гранёных стакана, поставив их на стол. Он, чуть улыбаясь, принялся заполнять стаканы алкоголем, и Грей сглотнул, едва сдерживая себя от крика. Боль блуждала по всему телу. — Да-да, мне ли не знать. В наше время врачи редко когда озабоченны здоровьем населения, они способны захлопнуть дверь перед твоим носом, когда в палате нет места, даже если ты лежишь у порога с ножом в сердце. Им удобнее подождать, пока ты сдохнешь.       — Да, меня… меня просто б-бросили умирать, — задрожал Грей. — Просто кинули! Я больше не могу работать, меня уволили из-за диагноза, и ни одна больница в городе не согласилась что-то предпринять! Я..       — Успокойся, Грей, успокойся, — сказал Нацу, и тот, обхватив живот от боли, с надеждой поднял глаза. — Не нервничай так, ты сейчас там, где нужно, считай, что с твоим приходом к нам полдела уже сделано. Я сделаю всё возможное, чтобы тебе помочь.       — П-правда?!..       — Конечно! Я обязательно подумаю над твой проблемой… а пока выпей, — предложил Драгнил, подтолкнув к нему навстречу стакан с виски. — Лучшее лекарство от любой боли, не правда ли?       Грей благородно схватил стакан обеими руками, чтобы не расплескать жидкость, и приник к стеклянному краю, сделав хороший глоток. Нацу улыбнулся, делая медленный глоточек за глоточком из своего стакана, когда его пациент, явно не приученный пить алкоголь, передёрнулся и поставил почти полный стакан обратно на стол, зажав рот кулаком. Горло обожгло непривычно горючей жидкостью… но Грей заметил, что боль, в самом деле, постепенно начала проходить. Парень сделал ещё глоток и вновь сморщился. Брюнету показалось, что он мог дышать огнём.       — Ах ты, Боже мой! — рассмеялся Нацу, спокойно осушив стакан наполовину, и поставил на место, утерев губы. — Я так полагаю, ты совсем не испытывал ранее пристрастий к алкоголю?       — По мне так заметно? — саркастично спросил Грей, и Нацу улыбнулся шире. — Эм… Так что же? Вы можете что-то сделать?       Драгнил опустил глаза и пожал плечами:       — Да, у меня есть один вариант… Но ты не согласишься. Лучше уж тебе поискать помощь у кого-то ещё…       — Нет! — торопливо сказал Грей, со страхом подавшись вперёд. — Только вы можете помочь мне, я знаю! Пусть незаконным способом – мне всё равно. Умирать, знаете ли, не хочется. Я готов выслушать всё, что предложите.       — В таком случае, — довольно быстро сдался Нацу, — я могу предложить тебе решение. Я очень хороший хирург, могу провести операцию. Ты не только избавишься от рака крови. Тебе даже не придётся платить, а наоборот, Я заплачу тебе приличную сумму…       — Что? — Грей прищурился, покрутив в руке стакан с виски. Нацу отпил из своего ещё немного, дружелюбно улыбаясь. — Пожалуй, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Вы вылечите мне рак и ещё и заплатите?.. Но насколько я знаю, бесплатный сыр бывает только в мышеловке…       — Всё именно так, — без всякого смущения подтвердил он. — Видишь ли, Грей, дело в том, что сейчас я работаю над весьма интересным опытом, и мне как раз нужен человек, готовый испытать его на себе.       — Стать лабораторной крысой?..       — Я изложу тебе всё без утайки. На днях я и мой коллега, Джерар Фернандес, в ходе долгой и занимательной работы попробовали вывести свою собственную, новую группу крови, «третью КП».       — Новую группу крови?.. — тихо переспросил Грей.       — Да. Она ненастоящая, не имеет ничего общего с обыкновенной кровью и существует пока что только в стенах нашей лаборатории, в упаковках. Мы как раз подыскиваем человека, который согласится заменить кровь в своём теле на ту, что мы вывели в ходе химических опытов, чтобы посмотреть, способна ли она прижиться в организме. Мы тебе очень, ОЧЕНЬ хорошо заплатим, ведь это невероятно опасно… Но это не главное, ведь так? Мы полностью заменим твою больную кровь, заменим до последней капли, и рак покинет твое тело. Это единственный выход.       — Д-да.. — шепнул Грей. Его лихорадило, но хотя бы появился какой-то шанс избавиться от ужасной болезни… Фуллбастер вновь приник к стакану с виски и, сглотнув, сказал: — Я согласен. Хочу попробовать.       — Так ты уверен? — серьёзно спросил Нацу. — Ты ведь знаешь, на что идёшь, так? Предупреждаю, я понятия не имею, может ли третья группа КП вести себя, как живая, и примет ли её для перекачки сердце. Она может свернуться прямо в тебе, может не попасть в какую-либо часть тела и её придётся ампутировать, может полностью изменить тебя, сломать рассудок или элементарно эта кровь может не прижиться, и ты умрешь. Тем более, если ты всё же останешься в живых, мне придётся провести ряд ужасных испытаний, чтобы проверить, как кровь будет вести себя в той или иной ситуации. Возможно, мне придётся буквально расплющить твоё тело, чтобы ты был на волоске от смерти. Этот эксперимент может закончиться очень плачевно, может серьёзно подкачать твоё здоровье. Ты разве не боишься идти на такой риск?       Тут Грей невесело усмехнулся, глотнув ещё виски, и посмотрел прямо Нацу в глаза:       — Да какой, к чёрту, риск?.. А что ещё мне остаётся? Если откажусь, то всё равно умру, а с вашим предложением у меня есть хоть какие-то шансы. Разумеется, я согласен. Делайте со мной, что хотите.       — Значит, договорились, вот и славно! Приходи завтра в десять в кабинет 658, я буду тебя ждать. Правда, у твоих родных могут возникнуть вопросы…       — На этот счёт не беспокойтесь. У меня нет семьи, никого нет.       — Отлично, тогда по рукам.       Мужчины пожали руки, глядя друг другу в глаза, и синхронно осушили свои стаканы. Фуллбастер получил деньги в тот же день, ему доверили отнести их к себе до проведения опыта, потому как знали, что самому парню эта операция также важна, как им самим, и никого обманывать он не собирался.       21 августа, 2008 год, 10:35       — Ну что? Как себя чувствуешь, дружок?       — П-пока в-в-вроде ничего…       — Угу, — довольно улыбнулся под стерильной маской Драгнил, постучав по почти опустевшему пакету с тёмной кровью, что вливалась через иглу в левую руку пациенту, и глянул на почти полный пакет со светлой кровью, жидкость в которую втекала через иглу, присоединённую к его правой руке, и прокричал через плечо: — Джерар, ну где ты копаешься? Давай следующие упаковки.       Грей сглотнул. Он лежал на операционном столе в очень светлом и чистом кабинете, абсолютно голый и прикрытый только лёгким хирургическим покрывальцем по грудь. По лбу струился холодный пот, рот часто пересыхал, и медсестра изредка давала ему глотнуть воды. Сейчас она разминала поочерёдно каждую часть тела, помогая новой крови функционировать.       Он глядел по сторонам мутнеющим взглядом, дыхание давалось ему тяжело. Всюду светлые стены, Нацу, Джерар и ещё пару врачей без конца мельтешили, куда-то торопились… Лампа слепила, руки онемели, а пальцы чуть подрагивали. Он лежал уже полчаса, а крови перелить оставалось ещё порядком. И не думал, что операция будет идти так долго…       21 августа, 2008 год, 15:03       — Эй, народ, закругляемся!       Нацу увидел, что в тот пакет, куда откачивалась кровь, начала струиться тёмная, а значит, его старая кровь в организме иссякла. Грей зажмурился, чувствуя, как Драгнил осторожно вынимает из вен иглы и хлопает его по щекам. Брюнет слабо раскрыл глаза, чувствуя в теле непривычную тяжесть.       — Ну что, красавчик, живой? Очень хорошо! Так, а ну-ка попробуй поднять левую руку.       Грей с трудом, но поднял.       — Хорошо, теперь правую… Так, умница, пошевели ступнями… Так… Сможешь сесть?       Фуллбастер напряг мышцы и присел… но едва не рухнул, зажав рот: он подавился, из уголка рта потекла кровь, и Нацу поспешил придержать трясущегося Грея выше локтя:       — Спокойно, не торопись, Фуллбастер, старайся делать первые движения постепенно, ладно? Отдышись, всё нормально.       Грей послушался и дал себе время, чтобы прийти в себя. Мало-помалу головокружение прекратилось, и он смог сесть ровно, свесив ноги с койки. Прикусил язык, напряжённо опуская ступни на пол, и устоял.       Нацу и Джерар рассмеялись и ладони их встретились в победном хлопке. Грей радостно улыбался, пройдясь немного по кабинету. Он не мог поверить, что всё прошло так хорошо! Кровь функционировала в организме с той же отдачей, что и его настоящая, но самое главное… он был здоров. Рак остался в откаченной жидкости, которую скоро бесцеремонно, как есть, в пластиковых пакетах, отправят на помойку.       — О-у, батюшки, — подмигнул Нацу, оглядев Грея. — А вот функционирует ли твоя шикарная «вещица» ты проверишь как-нибудь без нас, ладно?       Грей рассмеялся, неловко сорвав с койки хирургическую простыню и обвязав её вокруг талии, чтобы прикрыть срам. Врачи, особенно медсестры, также засмеялись, переглянувшись. Парень был счастлив. Теперь у него есть целая жизнь, которую так несправедливо пытались у него забрать… но вдруг улыбка поблекла, сменившись страхом.       Нацу неловко выбрался из белого халата и серьёзно спросил, шагнув к нему:       — Раз ты жив, Грей, нам придётся провести с тобой опыт, ты не забыл? Я искренне надеюсь, что всё будет нормально, но… ты можешь умереть в ходе эксперимента.       — Да… я понимаю. Что же вы будете делать?       — Вот что… Завтра ты будешь находиться под нашим контролем, мы будем наблюдать, не изменится ли к худшему твоё состояние, не будешь ли ты болеть, не вернётся ли рак, и доживёшь ли ты с новой кровью до утра. Если все результаты проверки будут положительными, нам необходимо будет поставить тебя в экстремальную, смертельную ситуацию, чтобы узнать, не умрёшь ли ты от потери крови, как будешь вести себя в другой обстановке, удастся ли тебе выкарабкаться и, возможно, посмотрим, как твоя новая кровь перемешивается с другими. Это невероятно опасно, Фуллбастер, но 23его числа мы подстроим аварию. Я собью тебя на автомобиле.       Грей похолодел.       — Скорее всего, если ты останешься в живых, — продолжал Нацу таким тоном, словно речь идёт о погоде, — тебя поспешат забрать в какую-нибудь городскую больницу. Какое-то время тебе придётся побыть там. Тебе дольют чью-нибудь кровь, хорошенько подлечат. Думаю, всё это займёт примерно год. Врачи сделают всю работу за нас – они составят полный отсчёт о твоём состоянии, и потом я приду, чтобы забрать его и, разумеется, тебя. Посмотрим, что из этого выйдет, вместе с письменным отсчётом я получу все результаты нашего эксперимента.       — Да, — покорно вздохнул Грей, зажмурившись. — Я… Я готов.       — Но знаешь, Грей…       — М-м?       — Если забыть на минуту о том факте, что ты можешь умереть, больше всего я страшусь не за твоё физическое состояние, — задумчиво сказал Нацу, снимая перчатки. — Я переживаю за твою психику. Кровь может воздействовать на мозг самым разным образом… Я не знаю, как ты будешь вести себя в этой ситуации. Очень надеюсь, что тебе не отшибёт память.       — Я тоже на это надеюсь. Спасибо за то, что сделали… Я обязательно рискну.

23 августа, 2008 год, 12:54

      Грей Фуллбастер зажмурился, дрожа с головы до пят, и глубоко засунул руки в карманы. Он торопливо шёл по тротуару, не смея останавливаться, потому как знал, что в любой момент его должна сбить машина. Он заставлял свои ноги идти, заставлял изо всех сил, но страх подкашивал колени. Парень решил, что лучше не оглядываться назад, чтобы не видеть, как на него несётся автомобиль, и косо поглядел на высокого светловолосого парня, что услужливо открыл переднюю дверь машины своей девушке, симпатичной особе со струящимися синими волосами.       — Леон, я могла бы и сама открыть…       — Не вредничай, любимая. Джу, в какой магазин ты хочешь поехать сначала?       — Ну… — чуть сморщила носик Локсар, усаживаясь, — хотелось бы везде успеть, но, кажется, скоро пойдёт дождь…       Грей прошёл мимо них, похолодев. Эта парочка сейчас выглядит так беззаботно… Удивительно, что в то время как кто-то идёт на верную смерть, другие занимаются самыми обычными повседневными делами и…       Он сглотнул, сжав кулаки.       Грей слышал позади себя скрип разгоняющихся автомобильных колёс.       На лбу выступила испарина.

* * *

      Воцарилась тишина, Джувия осела на грязный пол, побелев как смерть от услышанного, а у прикованного ремнями к кушетке Грея глаза полезли на лоб. Нацу и Джерар кивнули в подтверждение своим словам, и последний извлёк из кейса упаковку крови, передав её Драгнилу. Тот, с довольной улыбкой, принялся пристраивать её к капельнице. Грей лихорадочно замотал головой, девушка на полу дрожала.       — Врёте! — заголосил Грей, покрывшись холодным потом. — Врёте! Врёте! ВРЁТЕ! Ничего такого не было, я… я…       — И ведь отшибло всё же память, зараза! Надеюсь, это дело поправимое…       — Что вы хотите сделать с ним теперь?.. — в ужасе пролепетала Локсар, с трудом поднявшись на ноги.       — Успокойтесь, мисс. Я изучил отсчёт его состояния из больницы, всё хорошо проверил, и стало понятно, что созданная нами кровь пригодна для жизни но, к сожалению, не смешивается с чужой кровью. Его рассудок сильно пошатнулся, потому что когда организм почувствовал в себе настоящую кровь, твою, Джувия, он попытался отвергнуть нашу, химическую, и потребовал немедленного долива. Тело сопротивляется ненастоящей крови, если чувствует живую, поэтому я знаю, как всё исправить: нам нужно всего лишь слить кровь девушки из его тела и долить кровь третьей КП группы. Тогда есть шанс, что всё вернётся на круги своя…       — НЕТ! — закричал Грей во всю мощь лёгких, и постарался выбраться, уронить койку, сделать хоть что-нибудь, чтобы помешать Нацу воткнуть ему иглу в вену, но ничего не выходило. — НЕТ! НЕТ! НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО! НЕ З-ЗАБИРАЙТЕ ЭТУ ЧУДЕСНУЮ КРОВЬ ИЗ МЕНЯ!.. ПОКРОВИТЕЛЬ, ДЖУВИЯ, ПОЖАЛУЙСТА, ОСТАНОВИ ИХ!       — То есть… П-подождите! — прошептала Джувия, осмелившись сделать несколько шагов навстречу врачам. Грей дрожал всем телом, глядя на неё, как на последнюю надежду, пока Нацу метился, дабы вонзить вторую иглу, чтобы откачать из его тела чужую кровь. Она с надеждой прижала обе руки к груди. — Если вы сделаете это, уберёте из него мою кровь, которая причиняет его организму столько соблазна и боли, то он станет нормальным?! Станет обычным, ничем не одержимым человеком, каким был два года назад?..       — Да, я в этом уверен, — сказал Нацу.       — НЕТ! — завопил Грей, когда врач, наконец, вогнал шприц ему в вену, и решительно хлопнул по кнопке аппарата. Прибор тихо затарахтел, Фуллбастер с ужасом повернул голову… и пронзительно завопил, увидев, как от его руки понеслась красная струя первой группы крови. Тёмная же стремительно ползла к нему. Оба врача чуть посторонились, кивнув друг другу, и вздохнули с облегчением, радуясь, что спустя два года их опыт, наконец, можно считать завершённым.       Джувия знала, что Грею станет лучше, уже понимала, что она не умрет, что все они выйдут отсюда с улыбками на лицах, что Фуллбастер будет освобождён от своего безумия и что ужасы, что ей пришлось пережить, подошли к концу… Но сейчас, когда его любимая кровь, пожертвованная Джувией, покидала его тело, крик парня раздирал ей душу от жалости в клочья. Он умолял её о помощи, звал по имени и мотал головой… но сейчас ради его собственного блага она не могла помочь. Тепло, которым Джувия прониклась к нему несколько часов назад, никуда не делось, она поняла, что по-настоящему любит его. И от этого смотреть на страдания брюнета было гораздо больнее.       — Нет, не надо, не лишайте меня этой крови! — закричал Грей… и из глаз его заструились настоящие слёзы. Он плакал, не в силах смотреть на красный поток, что покидал его тело. Грудь парня вздымалась и опускалась от безудержных всхлипов, и Джувия заплакала тоже, мотая головой из стороны в сторону. Нацу с Джераром потупились, отойдя к стене, а взгляды Грея и Джувии встретились. Она не могла смотреть на него… — Не надо!.. Покровитель, останови их! ПОЖАЛУЙСТА, ОСТАНОВИТЕСЬ! Я два года жил… э-этой кровью!.. Жил мыслями о твоей крови и о тебе, Покровитель!.. Вы не можете так поступить со мной! Если бы вы знали, ч-ч-чего я натерпелся… Я почти ГОД пробыл в психиатрическом крыле, я убивал, я мучился, я ждал, и всё это было ВОИМЯ ТЕБЯ И ТВОЕЙ КРОВИ! ОНА ПОКИДАЕТ МЕНЯ, Я НЕ ХОЧУ ЭТОГО!..       Джувия не выдержала и подбежала к нему, рухнув на колени. Она привстала, оказавшись рядом с ним и, дрожа с головы до пят, мягко прикоснулась к его губам своими, чтобы заглушить крик. Его слёзы смешались со слезами Джувии, он продолжал подрагивать, но перестал кричать, пытаясь отыскать в поцелуе своего Покровителя успокоение, присутствие в такой непростой миг родного человека, что Локсар и пыталась ему дать.       Она оторвалась от него, всхлипывая, и только Грей хотел что-то сказать, возможно, собирался снова умолять её остановить это безумие, как она ласково положила два пальца поверх его губ и прошептала, тихо:       — Не надо, Грей. С-скажи, ты веришь мне?..       Он закивал, зажмурившись, и ещё две крупные слезы потекли по его щекам. Локсар стёрла их плавным успокаивающим движением другой руки, чтобы он хоть немного отвлёкся и расслабился. Фуллбастер действительно доверял ей, своему Покровителю, единственному родному человеку, и был готов слушаться её.       — Не переживай, всё хорошо, я рядом… Я рядом с тобой, буду рядом всегда… Послушай меня, ничего плохого не происходит, с тобой всё будет замечательно. Т-только пожалуйста… Не плачь…       Он хотел что-то возразить, снова повернул голову в сторону трубки, по которой его покидала кровь, и Джувия закрыла ему глаза ладонью, с жалостью шепнув на ухо:       — Не смотри. Будь спокоен, скоро всё закончится, и мы будем вместе, как ты хотел. Всё нормально, я клянусь, всё будет нормально…       Грей насилу замолчал и даже не попытался стряхнуть руку Локсар с глаз. Он чувствовал её успокаивающие касания и просто поверил, однако рот его продолжал дрожать. Она вновь приникла к ним своими губами, и оторвалась, обернувшись через плечо:       — Я даже не знаю, что сказать. Наверное, с одной стороны вы очень хорошие люди, даже несмотря на то, что связаны с уголовниками. Вы спасли его от рака, сейчас готовы вернуть ему рассудок. Но с другой стороны… — она затряслась, слёзы потекли по её щекам в три ручья, и она в сердцах вскрикнула, так что её голос эхом отдался от стен: — Какие же вы всё-таки мрази!! Из-за своего чёртового эксперимента вы так измучили его! Посмотрите на Грея, он убил человека, год мучал меня, но самое ужасное, что ОН перенёс столько боли, видел столько крови и вытерпел ужасное отношение к себе в городской больнице. Вы сбили его, буквально ЗАТОЛКАЛИ ПОД КОЛЁСА! Как же это… ж-ж-жестоко…       Джу почувствовала, как из-под её ладони потекли две сырые дорожки – Грей снова плакал. Она погладила его волосы свободной рукой:       — Грей?..       — Я… начинаю вспоминать, — прохрипел парень.       Девушка бросила взгляд на капельницу. Оба пакета с кровью были наполнены теперь наполовину.       — Э-это хорошо, Грей… Осталось немного…       — М-м-м-моя к-кровь… Моя… Моя!..       — Ничего не говори.       И он послушался, замолчав. Нацу и Джерар довольно переглянулись – их почти не задели слова Джувии. В конце концов, парни привыкли слышать и не такое, к тому же знали, что эти двое испытывают к ним не только ненависть. Они испытывают частичное понимание, что без этого было никак, и пообещали, что ответственность за смерть мистера Горнора их начальство возьмёт на себя. Они договорятся с нужными людьми, чтобы эту историю замяли. Грей всё равно не смог бы нести уголовную ответственность, потому как в момент убийства был неадекватен.       Прошло не меньше часа, когда Нацу, сменив уже третий пакет с кровью, торопливо вынул тонкие иглы из рук Грея. Парень застонал. Девушка взволнованно убрала руку от его глаз, тот распахнул их… и Джувия выдохнула, посторонившись. Его глаза были чистыми, сосредоточенными, нормальными. Кажется, он действительно приходил в себя.       — Как себя чувствуешь, дружок? — улыбнулся Драгнил.       Грей ответил не сразу. Ещё пару минут он просто глядел в потолок, иногда жмурился: похоже, ему было непросто осознать случившееся и всё то, что он делал эти два года. Память, утерянная после аварии, стремительно восстанавливалась, и, наконец, он прошептал:       — Развяжите меня.       Джерар покорно расстегнул ремни и сунул их в кейс, после чего оба врача помогли пациенту подняться. Джувия посторонилась, завороженно наблюдая за тем, как Грей растирает виски, жмурясь.       — Отдышись, Грей, ты выполнил всё, что следовало. Наша сделка, наконец, подошла к завершению.       — Не думал, что всё так обернётся. Боже мой… Но во мне осталось кое-что, чего не было до первой операции.       — Что осталось? — напрягся Нацу.       — Я всё ещё люблю её, — сказал Грей, указав на девушку.       Она охнула, а спустя мгновение уже счастливо дышала ему в плечо, зажатая в крепких объятиях. Они не желали выпускать друг друга, не стеснялись даже подпольных докторов. Грей с болью в голосе прижал её сильнее, сказав:       — Прости меня, я принёс тебе столько боли и заставил пережить столько безумных испытаний… Ты, наверное, сама едва не лишилась рассудка. Это ужасно, я сломал тебе жизнь…       — Сейчас я чувствую, будто родилась заново, — призналась Локсар, и это было чистой правдой. Желание умереть растворилось, как сахар в воде, и сменилось бурным и цветущим желанием жить. Жить с ним, вместе вспоминать эту историю и дивиться, как необычно свела их судьба, как испытала чувства на прочность.       — Кстати, хотел спросить тебя, дружище, — подал голос Нацу. Все повернулись к нему. — Ты что тут, пока нас с Джераром не было, всё же последовал моему старому совету и проверил работу своей шикарной «вещицы»?       Подвал, где ещё пять минут назад висела напряжённая удушающая атмосфера, мгновенно заполнился всеобщим смехом ребят, и вопрос Нацу о том, записывать ли это в побочные эффекты, только подлил масло в огонь.       Мало-помалу ребята принялись выбираться наружу. Грей помог Джувии застегнуть пальто, а Локсар и не подумала ворчать на него, что справилась бы и сама, как часто бывало с Леоном. Чувства к Грею у неё были другие, самые настоящие, к тому же она знала, что Фуллбастер может быть не только нежным, но и грубым, настойчивым. Иными словами, мог быть идеальным мужчиной в её понимании.       Они оказались под звёздным небом. Нацу и Джерар предложили ребятам прокатиться с ними в офис, дать ещё некоторые показания, благодаря которым в будущем они, возможно, создадут идеальную кровь без тех ужасных последствий, какие пришлось перенести Грею, и ребята, немного уставшие, но счастливые, согласились.       Ребята всё время держались за руки, не представляя, что смогут прожить друг без друга хотя бы день. Сегодня они стали по-настоящему родны друг другу, и скрепила их не кровь, а судьба.       Всё было хорошо.