Преломление лучей Хьюга

      Новый день обещал много нового. Эти обещания касались и самочувствия Хитоми. Ей стало легче. Где-то там внутри натянутая ниточка растянулась и стала эластичнее, поэтому вчерашняя миссия воспринималась чуть иначе. За ночь, конечно, ничего не изменилось, кроме того что "вчера" осталось в прошлом. Следовало двигаться дальше - новый день настал! Так что отдохнувшая и обновлённая, химе в благодарной молитве воззвала к Ками и рогатому родственнику, что стал её ангелом-хранителем.       Явилась на завтрак, девушка не одна, а с навязчивой мелодией, что и напевала. Хранительница бьякугана неспешно намазывала на ломтик поджаренного хлеба вишневое варенье. Она любила эту ягоду, не загонялась насчет диет и просто разрешала себе довольствоваться такими мелочами. В идеальной тишине хруст был оглушительным.       - Хитоми, - строгий голос, взгляд, лицо, манеры – его портрет можно было составлять долго и нужно, но химе уже привыкла называть его отцом.       - Что, пап? – с наигранным непониманием округлила додзюцу средняя дочь, сохранив мечтательную улыбочку. Из-за фамильярности химе телохранитель, ожидавший у выхода, не одобрительно скосил глаза.       Седовласая знала, что главу раздражает хруст тостов, которые никогда ранее и не существовали за этим столом. Возможно, Хиаши имел свои ассоциации. Возможно, следуя за своей педантичной натурой – это нарушало привычную линию завтрака. Как бы то ни было, а ирьенин шкодила с удовольствием.       - Сегодня в восемь пройдет очередное собрание, - властная маска не была снята. По желвакам, лунноглазая поняла, что сказать ей хотели что-то другое. – Не задерживайся. Ханаби, - не поворачиваясь к младшей, Глава клана подхватил металлическими палочками рыбное мясо, - тебя касается в первую очередь.       - Хай! – химе подтвердили что поняли. Резкая готовность от Ханаби и неприкрытая тоска от Хитоми - они лежали в противоположных плоскостях.       Встретившись взглядом с Хинатой, близняшка подмигнула сестре. На миг брюнетка ответила теплой улыбкой, пока не сместила взгляд по левую сторону от сестры. Там сидел Неджи. Хитоми тяжело выдохнула, заметив возникшее напряжение. Постоянная агрессия в клане надоела! Поэтому у нее теперь есть тосты, что бы медленно бесить серьезную часть семейства. Бу-ха-ха. Определенно, нервишки еще не восстановились. Но она подумает об этом позже.       - У меня встреча с командой через минут двадцать. Хината у тебя как?       - А? – потеряно отреагировала скромная девушка.       - Я спрашиваю: «Тебе сегодня нужно на встречу со своей командой?» Если ты поторопишься, то мы могли бы пойти вместе. – Хитоми указала сладким бутербродом на нетронутую тарелку старшей сестры.       - Хай, - дернулась брюнетка и стала поглощать пищу.       Луноглазая довольно подтянула кружку с черным чаем. Совершено обычный. Без примесей. Впервые, когда заменила традиционный зеленый чай – она привлекла внимание семьи и удостоилась практически от каждого комментария с нотками желчи. Её иммунитет выдерживал и не такое, поэтому она просто сказала: «Мне нравится». Разговор был закрыт, а косые взгляды остались. Тосты – был второй пункт разрыва шаблона.       Хоть белокурая наследница оценила порыв сестры как можно быстрее сбежать за стены кланового квартала, но спешка с едой могла привести к нежелательным проблемам кишечника и желудка. Хитоми попросила не спешить и более тщательно пережёвывать пищу. Время у них было.       Хитоми позволила еще одну шалость: поухаживала, и за Хинатой, и за Ханаби, и за отцом с Неджи – подложила в пустеющие тарелки по рыбке и подлила зеленый чай в чашки. Закрыв глаза на весьма различную реакцию родни. Первым откланялся Неджи (так и не притронувшись к её «заботе»), а после и они с Хинатой.       Тет-а-тет Хината рассказала: о миссиях, которые были на грани провала; о сокомандниках, которые были сильные и решительные; о тренировках, не принёсшие результатов.       Хитоми радовалась, что их связь с сестрой крепла. Недавно они открыли эффект близнецов, что позволял им чувствовать друг друга. Это невозможно передать словами, просто есть знание и всё. Словами они выражались по скольку по столько, главный их разговор происходил по связи резонанса эмоций. Хината отсылала сигналы внутренней неуверенности, а Хитоми принимала и отвечала поддержкой, мысленно стараясь окутать старшую сестру коконом защиты. Возможно, именно из-за этого Хитоми замечала за собой самокопание. Зато Хината всё чаще стала проявлять настойчивость.       Посетовав на время и короткую дорогу, девушки горячо обнялись. Команда Куренай знала, что они сестры. Им рассказала Хината. Приказ о неразглашении по инерции продолжал действовать. За пределами клана они были просто Хитоми и Хината – представители улучшенного генома со «слепым» додзюцу. Поэтому Хитоми было приятно, что брюнетка не скрывала их родства.       - Увидимся позже, Хината-чан. Чем смогу, тем помогу.       - Хай, сестренка.       Поторопить Хитоми вызвался Куромару. Быть может, у этого недоволка были и хорошие намерения, но Хитоми била дрожь от пушистого «лапочки». Примирительно начав: «Спокойнее. Хороший нинкен», - закончилось пробежкой до команды, потом круговорот вокруг той же группы со словами: «Цуме-сенсей, спасайт-е-е-е!»       После чего их команда каким-то образом попала в резиденцию каге. Весьма шумно. У Хокаге генинам рассказали о Экзамене на Звание Чуунина, который через неделю и три дня будет проходить в Конохе. Участники прибудут и каждому из генинов команды Клыка доверили встретить одну из команд. Миссия присмотра за гостями квалифицировалась под ранг «D», но т.к. следовало «нянчится» с шиноби ранг поднимался на «В». При особом случаи мог стать «А».       - Хокаге-сама, - когда инструктаж закончился, обратился Кэзуки, - а почему наша команда не принимает участие в экзамене?       Сильнейший шиноби Листа откинулся на спинку кресла, внимательно поглядел на детей мутными от времени глазами. Поднес ко рту табачную трубку. Затянулся. На выручка сразу пришли Инузука и Ирука, которые, вместе с еще одним шиноби, помогали каге с миссиями.       - Потому что это мое решение! – рыкнула джоунин, тряхнув своей лохматой головой. Генины недовольно перевели взгляды, но говорить что-либо опасались.       - Кэзуки, - мягко обратился Ирука, что вместе с еще одним шиноби, помогали каге с распределением миссий. – Вы только стали генинами. Еще неизвестно будут ли другие команды из вашего выпуска участвовать. Конечно, при выполненных минимальных восьми миссий и рекомендации джоунина - генины имеют возможность участвовать. Замечу, что в течение последних пяти лет молодые генины не участвовали. Но ваша команда, несмотря на успешность, выполнила мало миссий. Так же последнее задание ни обошлось без травм, что…       - Это не имеет значения, - перебил Тору.       - Еще как имеет, - возмутилась Хитоми на правах ирьенина.       Бордовые глаза передали жар огня, им не уступил морозный бьякуган. Хитоми тоже ел червячок зависти, что сверстники могут опередить их как ниндзя, но последняя встреча с более сильным соперником оставила тень страха. Эгоистично с её стороны, но недельку другую она бы хотела посвятить тренировкам, чтобы ощутить себя крепко стоящей на ногах, а не слабой девчонкой. Так же внутренний ирьенин кричал, что после травм – мальчикам необходимо поберечь себя хотя бы дня два. А лучше неделю.       Легкое покашливание прервало сопротивление подростков.       - Участие талантливой молодежи очень важно. Мне, искренне, жаль, что есть обстоятельства, которые не дают вам поучаствовать в этот раз. – Добродушное расположение Каге Листа стало как дождь в недельную засуху. Обретённая чуткость носов вынудила детей отреагировать как при простуде. Генины неровным строем чихнули, прикрыв носы от запаха табака с примесью трав.       - Хокаге-сама, - в тоне Цуме-сенсея прозвучала просьба. Глава деревни отстранил дымящуюся трубку на подставку стола.       - Эх, лишаете старика радости, - хохотнул «старичок» и продолжил обращаться к детям: - Эта миссия не менее важна, чем экзамен. Инузука-сан характеризовала вашу команду как весьма дисциплинированную. Я надеюсь, - вокруг глаз старого обезьяна пошли морщинки-улыбки, генины интуитивно потупили взор, - вы оправдаете возложенное доверие.       - Хай! – слажено отозвалась молодежь.       Через пару дней следовало явиться в резиденцию на собрание таких же счастливчиков, как и они. Важность повысило и то, что экзамен оставался под грифом «Секретно». Даже джоунины Листа знали приблизительную дату. Приветствие, сопровождение, слежение - могло, как растянуться, так и закончиться внезапно. Всё зависело от участвующей команды проходящей три этапа экзамена. Если же команда проваливала экзамен, то миссия заканчивалась, как только гости выходили за стены селения. Если проходили на следующий этап – следовало интересоваться гостями. Хьюга Хитоми, как ирьенину отводилась еще одна миссия во время прохождения второго и, возможно, третьего этапа. Шанс, что её включат в полевую группу ирьенинов, был велик. У парней горели глаза, но вспоминая последнюю миссию, где они смогли оценить ужас и пользу искусства врачевания, оба осмыслено молчали. Все-таки первый труп меняет людей. Заставляет задуматься. И плевать, что не они его убили! Правда, сокомандники не отступили и взяли слово с Хитоми о подробностях.       Цуме-сенсей, как и завелось после каждой миссии, провела разлет кунаев. Каждый разбирал свои действия и действия напарников по команде: подмечали ошибки, правильные решения, что были приняты (на его/её взгляд). В конце шла точка зрения всего итога миссии. Лишь после джоунин корректировала выводы, что вынесли ученики. Генины дружно краснели, бледнели и запоминали. В такие моменты, остро ощущая бездну между генином и джоунином. Не только сила имела значение. Опыт и знания – тот ещё цемент в постройке дома под названием «жизнь и профессия ниндзя».       Каждому следовало повысить свои навыки. Инузука всерьез взялась за подготовку Тору. Кэзуки и Хитоми - женщина доверила клану. Результат индивидуальной подготовки должен был увеличить силы каждого, а потом выстроить новую командную работу. Хьюга были согласны. Только их клан мог дать им необходимый рост.       У средней химе появилось время для клановых обязанностей, которые она решила совместить с тренировками. Забежав в госпиталь Конохи, Хитоми получила свой график дежурств и навестила в гражданском отделении мужчину-грузчика, предварительно купив цветок Ириса в лавке Яманака.       Обедала та уже в кругу семьи, только Неджи отсутствовал (обязательным был только завтрак). После, Ханаби пошла дальше тренироваться с отцом и дедом, а близнецы, переговариваясь, пошли к клановому госпиталю. Там зайдя к старейшине Хотару, лунноглазая пересказала сухой отчет по проделанной операции на миссии и попросила разрешение на использование специальной комнаты печатей. Эта специальная комната-печатей была индивидуально разработана для клана. В ней можно было оценить разработанность чакроконалов и тенкецу. Результаты были очень хорошие, что и сообщила блондинка, а притихшая Хината выразила свое восхищение умениями сестры.       На вечернюю тренировку Хитоми пришла не одна. Перешёптывания, взгляды и приветствие – встретили химе. Когда основная разминка прошла, Хитоми встала в пару с Хинатой. Бой без чакры был не опасен, зато отлично показывал силу и технику каждой химе. Хранительница бьякугана сразу поняла, что она не только догнала сестру, но и при желании могла победить. Хотя возможно всему виной была доброта и мягкость сестры. Но у Хитоми была более важная задача – взрастить веру!       - Очень хорошо. - Разорвала спарринг блондинка. – Давай теперь ускорим темп. Было бы лучше, если бы ты представила на моем месте врага. Сможешь?       - Хай, имото-сан.       Хитоми стала постепенно наращивать темп, дав сестре приноровиться. Напор и агрессивность пугали Хинату из-за чего она уходила в защиту или менее активно боролась, поэтому блондинка действовала иначе. Почувствовав, что может двигаться дальше, отмеченная смертью подала голос:       - Молодец! Хината используй чакру для ускорения движений. Сосредоточься на скорости.       - Хай!       Отвлекаться стало сложнее. Хитоми ощутила азарт. Она увеличила натиск – Хината отзеркалила. Всё остановил первый пропущенный удар.       - Молодец, Хината, - улыбнулась блондинка. Убрала ладошку сестры со своей грудной клетки. – Давай передохнем.       Хитоми отметила хороший контроль, посоветовала больше накапливать чакры в руках при ударах, но и не забывать о скорости. Так же закинула пару идей для обретения более устойчивого контроля. А потом Хитоми пришлось пулей лететь в душ с предварительной сменой одежды. Ох уж эти традиции: ни времени, ни спокойствия, ни сил с ними не оставались.       Два дня в обществе старшей копии и тесного сотрудничества с поверенными сиротами клана пролетели как падающая звезда на небе.

***

      Хитоми шире распахнула глаза, когда оказалась на собрании шиноби по однотипному заданию. Сокомандники уже шагнули в живую очередь. Вынули из плотного мешочка по бумажке. Отошли. Блондинка проделала то же самое.       - Кто у тебя? – неприкрытое любопытство Кэзуки вызвало улыбку.       - Песок, - повернула листок парням куноити. Веселье и подобие гордости вернули Хитоми лицо ребенка. Тору фыркнул. Черные брови юноши не изменяли напряженной агрессивности, но в бордовых глазах мелькнули угольки. Узкий круг знал – это интерес.       - У меня тоже индивидуальная команда. – Похвастался еще один Хьюга, после чего развернул листок. – Та дам!       На нем было: звезда, название деревни, имя джоунина и генинов, которые и должны проходить экзамен. Тору же досталась одна из команд деревни травы.       С диалогом их группа дошла до главных ворот Конохагакуре. Сегодня должны начать прибывать гости, а они – гостеприимные хозяева. Пришлось долго ждать. Хитоми окликнули одну из первых. Беловолосая Хьюга отделилась от кольца толпы где, как раз смеялась от очередной шутки знакомого ещё с Академии генина. Подбегая к посту, где учитывались все приходящие и уходящие люди (тем более ниндзя), она лучилась неправильной для прибывшей команды весельем.       - Спасибо, Котетсу-сан, Изумо-сан, - отдала вежливый поклон химе, поманив уже ожидавшую команду с джоунином за собой.       Отойдя чуть дальше от столпотворения Хитоми развернулась к гостям из Сунагакурэ но Сато.       – Добро пожаловать в Конохагакурэ но Сато! – говорила сама любезность, попутно запоминая постные лица. – Я Хитоми. Хьюга Хитоми. Ваш гид и справочник в нашем селении. И так, кто из вас кто? Баки-сан, я понимаю?       Очень высокий мужчина, который и по возрасту выглядел на порядок старше – определился как джоунин команды Песка. В подтверждение мужчина кивнул. Взгляд черных глаз из-под бровей, сжатые тонкие губы с опущенными уголками. Суровость джоунина становилась вровень с двумя джоунинами Конохи: Хьюга (отец) и Инузука. Он имел две отличительные красные метки на правой стороне лица. Левая - прикрыта куском белой ткани, спадала с его головного убора, из-за чего просто невозможно установить его натуральный цвет волос.       - Темари-сан? – обратилась ирьенин к единственной девушке в команде. Темари казалась старше, предположительно той могло быть пятнадцать-шестнадцать лет. Белое платье, боевое оружие – веер, прикреплённый к спине с помощью красного пояса. Свою повязку шиноби носит на шее, совсем как Хината. На левом бедре и на правом колене защитная сетка. Светло русые волосы связаны в четыре пучка, будто образовывали рамку, где центральная часть - симпатичное личико.       Хьюга рассмотрели не менее тщательно. Делали свои выводы. Иначе объяснить ухмылки разрисованного парня в капюшоне с ушками и блондинки Хитоми не могла.       - Верно, - уверенность голоса, цепкий взгляд. Блондиночка явно была с характером. Наверняка еще и язвительная...       - Могу я узнать кто из оставшихся Гаара-сан и Канкуро-сан?       - А, может, угадаешь?       Темари нравилась все меньше. Наглый тон. Пару шагов на сопровождающую куноити. Хитоми заметила, что у той болотные глаза. Она была выше. Взгляд сверху вниз был неприятен и давил эмоционально.       - Темари. – Сухой голос джоунина заставили девушку хмыкнуть. Она отошла от Хьюга.       Настроение обладательницы великого додзюцу сменилось. Теплая улыбка иссушилась до приподнятых уголков губ. Бьякуган пульсировал из-за поднявшегося возмущения, но ирьенин сдерживала его активацию.       - Может, угадаю, Темари-сан. – Сдержано ответила девушка. Внимание привлек самый младший в их составе. Ровесник. Посчитав, что с ним будет проще, Хитоми приблизилась к парню с короткими темно-красными волосами. – Как тебя зовут?       У него большие бирюзовые глаза – первое, что заметила Хитоми, когда тот со страной ношей за плечами перестал игнорировать беловласку. Серые тени усталости вокруг глаз, которые частично прятались за жирной обводкой черного карандаша. Бровей не было. А на лбу находилась кандзи «Любовь», который точно не имел ничего общего с краской. Клеймо-шрам.       Именно шрам разбудил ирьенина. Проигнорировав характерный запах несвежей крови Хитоми заботливо стала щебетать:       - Ты ранен? Есть еще ранения? – по-хозяйски обхватила ладонями лицо хмурого парня, химе лучше рассмотрела казавшиеся свежим клеймо. Повернувшись к взрослому, она строго бросила: - Баки-сан!       На скупом лице джоунина ничего не отразилось, кроме зрачков. Они подрагивали. Невербальное ожидание, чего-то непоправимого. Страх? Не её же. Тогда кого? А после одно из запястий заныло. Словно крохотные иголочки стремились проникнуть в кожу.       - Га-а-ра… - дрожащий голос парня.       - Ч-что… ты… себе позволяешь? – возмущённый голосок не испортило даже возникшее заикание. – Немедленно… отпусти Гаару!       Правое запястье было зажато в земляном капкане, которое тянулось из бочонка, что был у красноволосого за спиной. Их группа так же взяла химе в круг. Послав медицинскую чакру в руку, Хитоми отключила первые болевые ощущения. Моргнула и посмотрела на сверстника.       Такая знакомая пустота… Пугающая неправильность в берюзово-матовых глазах, будто в них и нет крупицы жизни и тепла. Лишь… безумие? Самоубийца - это диагноз! Иначе объяснить отсутствие инстинкта самосохранения она не смогла. Клановая ненависть и Команда Клыка – выработали некий иммунитет, который следовало бы выключить. В место этого она подобралась слишком близко к опасному парню. От него исходила неприкрытая угроза для жизни. Мощное КИ.       – Гаара-сан значит, - вежливо начала куноити. - Не могли бы вы ослабить хватку? Пожалуйста.       Гаара даже не моргнул. Продолжал зло наблюдать. Ну, совсем как Тору и взгляд такой страшный… Песок сжался чуть сильнее, а Хитоми отметила побелевшую кожу. Паника была задушена рациональной схваткой. Руки еще лежали на лице генина Суны – она могла применить сонную технику. Могла выпустить через тенкецу захваченной руки чакру-скальпель. Могла договориться. Так как выключать гостя, которому надо ещё провести вводную экскурсию не вежливо, а скальпель может травмировать лицо и ближайшие мышцы, Хитоми оставила эти варианты на крайний случай.       Темари вместе с Канкуро напряженно уговаривали напарника отпустить наглую девчонку. Хитоми активировала бьякуган. Демонстрация додзюцу привлекли сверстника, который выразил больше чем ничего.       - Замолчите. Иначе. Я. Убью. Её.       Хранительница бьякугана заставила себя улыбнуться профессионально-теплой улыбкой медика. Почему ей так часто попадаются психованные? Она знала. Такой убьет. Джоунин тихо выдохнул, в то время как Темари и Канкуро забыли про кислород.       - Извини. – Как успела понять Хитоми: Гаара был не простым ребенком обиженным на людей. Опрометчиво было прикасаться к незнакомому человеку. Мало ли ЧТО может напомнить тактильный контакт. – Я не должна была вторгаться в твою зону комфорта. – Медленно, она стала отводить свободную руку от лица красноволосого парня. – Отпустишь – уберу вторую!       И он убрал. Песок с характерным шипением плавно ускользал - напомнил о змеях. Хитоми тоже сдержала свои слова, а потом сделала шаг назад от опасного сверстника. Она могла посоревноваться в устрашении из-за своих особых глаз. Темари и вовсе сделала закрывающие манипуляции. Но это не спасло от дискомфорта. Ни Хитоми, ни счастливчиков, что повстречали Хьюга.       Запомнив чакру каждого и заметив отличие Гаары от остальных в увеличении чакроконалов и тенкецу (где-то она это уже видела), девушка деактивировала глаза. Темари и Канкуро заметно расслабились, но Хьюга не приписывала это себе как заслугу. Они все если не боялись, то опасались Гаару.       - Что же, раз мы разобрались, кто есть кто - пойдем дальше. – Примирительно подвела итог знакомства лунноглазая, внимательно рассмотрев ободранную кожу вокруг запястья, которое стало саднить.       Хьюга достала из аптечки антисептическую настойку, льнула на рану и убрала бутылочку обратно:       – Да. Не ожидала, что пригодится, - задумчиво и более тихо пробурчала беловласка. Темари хмыкнула. Хитоми ответила мягкой мимикой и демонстративно показала руку. Салатовое пламя ирьенин дзюцу послушно окутало запястье на подобия плотного жгута. – Еще раз добро пожаловать. Пойдемте!       С Хьюга поравнялся джоунин песка, генинам осталась открытая спина. Показав главную улицу с многочисленными магазинчиками, чайных и закусочных, Хитоми не обошла вниманием главное здание – резиденцию Хокаге. Они направлялись к временной квартире, что так любезно выделило руководство. Джоунин стал задавать вопросы. Хитоми выдавала общеизвестную информацию. Походило это на обмен любезностями. Серьезно Баки-сан ничего не стремился выпытать, поэтому Хитоми после дежурных вопросов даже расслабилась. Через десяток шагов, куда-то завернули не туда Темари и Канкуро, без комментарий растаял и Гаара в песке.       - Баки-сан, давайте вернемся к вашим ученикам, а то вы понимаете…       - Конечно, - легко согласился мужчина и уточнил: - Только куда?       - Туда! - сама любезность клана Солнца развернулась назад и добавила: - Я покажу.       Естественно джоунин не мог не почувствовать своих учеников, тем более на таком незначительном расстоянии. Хьюга с радостью продемонстрировала вздувшиеся вены, уходившие к вискам. Генины песка ушли за границы её видимости, но шиноби не нужно это знать. В глазах ниндзя она ребенок с одним из сильнейших додзюцу Коноха, а это что-то да значило. Логика предложила вернуться назад к тому повороту двора, обоняние – согласилось без возражений. Учуяв запах и чакру Суновцев, Хитоми чуть ускорилась – было еще девять запахов, три хорошо знакомых.       Девушка завернула за угол.       - Эй, ты там как твоё имя?       - Эм, моё?       - Да не твое. А того парня с тыквой-горбинкой за спиной?       - Сабаку но Гаара. Я тобой тоже заинтересовался. Как звать?       - Учиха Саске.       - А давай-давай. Моё имя спроси!       - Не интересно, - группа Песка, наконец, увидела сопровождающую.       - Надо же, какие вы дружелюбные, - заметила Хитоми, а после помахала своим: - Наруто. Сакура. Саске. – Из троих детей, что напугано ушли за спины джинчурики, химе узнала внука Хокаге.       - Хитоми-чан, - вопль Узумаки будь она ближе, был бы не приятен, а так нормально.       Гаара смерил её равнодушным взглядом и эффектно исчез, за ним последовали члены команды. Бьякуган остался активен. На границе видимости, в пару метров за тем же поворотом, генины Суны остановились возле своего сенсея. Баки-сан изъяснялся с отставшими. Не теряя тех из виду, куноити подняла голову. В кронах деревьев пряталось три неизвестных запаха.       - Хитоми-чан? – неприкрытое удивление отвлекло ирьенина. Надо было уходить.       - Простите ребята, мне пора. Миссия. Если встреча с гостями Песка была плохой. Приношу извинения.       Догнав шиноби Суны, химе приноровилась к шагу:       - Мы почти пришли… - Сбившись, девушка прикусила язык. Хьюга деактивировала слепое додзюцо. – Ёкай раздери. - обеспокоенно воскликнула она.       - В чем дело? – неожиданный вопрос со спины, заставил вздрогнуть.       Хитоми своей остановкой поравнялась с красноволосым парнем. Ждал ли он ответа? Хитоми напомнила себе первые минуты знакомства. Гаара не стал бы спрашивать просто так. А ей почему-то было легко ответить.       - Мой друг, никогда не видел моих «настоящих» глаз… - Никто не прервал молчания, поэтому Хьюга добавила, как будто оправдывалась: - Это не очень приятно для людей.       - Да уж, малявка. - и это был Канкуро. – Неприятно.       Тяжесть легла на плечи беловласки. Смешно, но Хитоми было важно, что подумал Наруто. Как он отнесется к новому открытию? Появится ли в его глазах редкий холод, что источают горожане к «опасным» деткам шиноби. Уверенность голосила: «Он не такой! Все будет отлично». Волнение – не отпускало.       Хьюга выполнила первую часть миссии. Гости с комфортом разместились в трехкомнатной квартире, получили инструкции и заверения о её частых приходах, чтобы шиноби не скучали. Последнее заверение вызвало веселый кашель у Канкуро и шипение Темари.       Уже на улице, девушка почувствовала на себе пристальный взгляд. Обернулась. Это был Гаара. Дать оценку его эмоциональному фону ирьенин не смогла, но помнила правила: с нервными пациентами нужно вести себя по-доброму и ласково. Легко улыбнувшись, лунноглазая помахала исцеленной рукой в знак прощания.       Когда до ворот клана оставалось несколько метров, Хитоми принюхалась. Ей показалось, что запах крови, исходивший от опасного сверстника Песка, прицепился к её одежде. В ванной комнате, куноити поняла свои эмоциональные скачки и треснула себя по лбу. Теперь она официально стала девушкой, а низ живота накручивал знакомое ощущение боли.