Преломление лучей Хьюга

Без проверки беты Извиняюсь за возможные ошибки, но я больше не могу задерживать продолжение. С уважением к вам дорогие друзья и читатели, Kr-i-stal. С проверкой - бета №2.       Тяжело нагруженные телеги монотонно поскрипывали. Скорость передвижения каравана: состоящего из пяти телег по два буйвола, пары торговцев, пяти жилистых мужчин (грузчики) и одной команды генинов, - не хватало даже для поднятия пыли на дороге. Это устраивало заказчиков, спокойно воспринималось джоунином и заставляло скрипеть зубами генинов. В большей частности именно брюнета.       Пять часов назад торговая гусеница вышла из ворот Скрытого селения ниндзя с охраной. Их нанимателями стали двое мужчин. Торговцы, которые уже не один год вели партнёрство. Для обычного человека их внешность не несла ничего особенного, а вот цепкий взгляд шиноби подмечал даже самые неяркие черты. И хотя Хитоми не могла при желании воспользоваться техникой перевоплощения – это не освобождало куноити от внимательности.       Эта была их третья миссия за стенами родного селения. Зеленые генины осмелели и перестали дергаться на любой звук, получали опыт от приобретённого подарка от клана Инузука (обострения слуха, обоняния) и налаживали командную работу.       На первой же миссии «С» ранга (недалеко от Конохи) пришлось столкнуться с шайкой бандитов. Зачистили до дури смелую банду, которая рискнула воротить делишки вблизи со скрытой деревушкой. Те ещё дятлы! За что и получили оплеух от молокососов. Трое генинов были солидарны – оскорбление им не понравилось. За десять минут три десятка с хвостиком были качественно приложены «молокососами». Итог: успешно выполненная миссия «С» класса и недовольный джоунин. Инузука по выходу раздала ребятишкам подзатыльники, наказав, что в случаи шиноби никто не будет ждать пока они представятся и повяжут противника. Их без предупреждения прихлопнут. Так, за беспечность и излишнюю импульсивность, не будем показывать пальцем кого, команда Клыка вспомнила, что хищники на охоте не шумят.       Вторая миссия за пределами - выслеживание и преследование нукенина. Но и тут в бой с шиноби им вступить не пришлось. Задача была другая. Накрыла его уже по их доносу группа чунинов.       Сейчас же протекала третья миссия ранга «С» с возможным переходом в «В». Притом она занимала месяц перемещения с караваном. Плановый путь предполагал круг по главным рыночным точкам: Коноха - Амэ* - Куса** - Таки*** - Ото**** - Хи но Куни*****.       Белокурая куноити с пугающими для обычного люда глазами сбилась с шагу. Резкий разворот девушки изрядно напугал шедших позади мужчин. Те дернулись, но не остановились. Молочно-туманные глаза смотрели сквозь них, а лицо приобрело жуткую для её возраста серьезность. Обычная охрана с палками обогнула застывшую куноити Листа.       - Что такое? – вывел из задумчивости голос родственника.       - Не знаю, - потерянно отозвалась ирьенин, а рука чуть дернулась к привязанной сумочке для оружия.       Хитоми сразу же себя одернула, проводив задумчивым взглядом еще одну нагруженную телегу и хмурого мужчину. Внимание перешло на стремительно подходящего Тору и остановилось на джоунине. Зрение, не чета прошлой жизни, зацепилось за четкие звериные глаза Инузука. Цуме-сенсей не дала подсказок, а голос интуиции стал биться чаще. С джонином у них была договоренность: она следит и не вмешивается, пока не запахнет тухлятиной.       - Проблемы? – раздраженно спросил брюнет «ласково» стрельнув глазками на медленную вереницу и изрядно любопытного взрослого.       - Никого подозрительного не вижу. – Кэзуки деактивировал додзюцу.       - И я не чую, - чуть подергался кончик носа брюнета, раздувая ноздри. Из них троих он стал лучшим по части звериного обучения от Инузука. – Чего стоим?       - Хитоми? – с противоположной Тору мягкостью обратился Хьюга.       - Да так, ничего. – Поспешила исправить своё положение блондинка, но более тихо добавила: - Предчувствие.       Ирьенин виновато посмотрела в лица парней. Тяжелый вдох со стороны обоих прозвучал как-то слаженно, с нотками узнавания. На этом их шептания закончились - каждый поспешил вернуться на свои точки. Тору дождался, пока хвост каравана дополз, и пристроился рядом с джоунином; Кэзуки трусцой за секунды возглавил шествие, а Хитоми пристроилась в середину всей этой ленивой «гусеницы».       Хитоми пнула маленький камушек. За монотонное время в Конохе, химе успела получить обещанное приглашение от клана Яманака, пройти индивидуальное обучение у менталистов. Кэзуки объяснили, что такой подход позволит более быстро усвоить материал. У сереброволосой тогда отлегло от сердца, что не пришлось врать другу. Хотя у них и бывали смежные занятия, на практике построения букетов. Но их было мало, потому что всё время ирьенин вдыхала пыль в библиотеке клана цветов. Это напомнила время, когда она тайком шерстила бумаги в пыточных подземельях клана. Вот только тогда охрана была значительно дальше, а не дышала в затылок.       Вести записи – запрещено. Приходилось читать и запоминать. По возвращению в клан, Хитоми уделяла еще пару часов для переноса важного в свою тетрадь, а потом приступала к записи умозаключений и возможных выводов. Так же не забывала приучать побочную ветвь к её регулярному присутствию на вечерних совместных тренировках. Дело двигалось медленно...       Кинув не менее недовольный взгляд на поскрипывающие телеги, Хитоми печально выдохнула. Двигалась совсем как эта торговая гусеница. А с Томэй, полубезумной сестрой Жины, всё так и застыло до её возвращения в Коноху.       Знакомый импульс вызвал мурашки. Хитоми незамедлительно посмотрела на впереди идущего шатена. Кэзуки смотрел на неё активированным додзюцу, но тут же отвернулся. Это был знак. Седовласая обернулась, при этом не перестав шагать спиной вперед. Использовав лучистую улыбку, девушка по детски беззаботно помахала Тору и Цуме-сенсей. Часть непонятливых грузчиков стали улыбаться и помахивать в ответ. На что, бросив еще тройку сигналов, Хитоми залилась искренним весельем и, развернувшись, продолжила идти нормально.       Через минуту Хьюга Кэзуки исчез шуншином. Благо торговцы на второе такое исчезновение отреагировали спокойно. Подав в нос чакры, Хитоми учуяла посторонние запахи. Три, нет четыре человека. Активировав молочно-голубой бьякуган, ирьенин погрустнела. Из-за медицинской чакры, что уже автоматически закрепилась в очаге, бьякуган видел иначе. А может он всегда был такой? Хотя нет. Вспомнив детские спарринги с Хинатой и Неджи, отрицательно мотнула головой химе. Раньше глаза имели широкий радиус, сейчас – узкую направленность.       Как оказалось бьякуган Хитоми имел все те же показатели: обзор триста шестьдесят градусов, проникновение сквозь предметы и видение потока чакры у живых существ. За одним исключением – радиус видения не превышал пяти метров. Чтобы была понятна вся несправедливость: у Кэзуки расстояние до тридцати восьми метров, а у Неджи так вообще до пятидесяти. Взрослые представители клана Солнца смотрели же до километра. На общем фоне, Хитоми могла лишь похвастаться катастрофически слабым бьякуганом. Поэтому увы, но она не смогла увидеть с кем пошел разобраться шатен. Предположительно это были бандиты. Иначе он бы дал более сложный сигнал.       Совсем скоро из прилегающего к дороге леса вышел генин Конохи и спокойно занял место впереди каравана. Хитоми снова подала чакру в лунное додзюцу. Все-таки плюсы её бьякуган тоже имел – она могла видеть в своих пяти метрах четкие точки тенкецу. Людей что могли их видеть, за все время существование клана, можно было ограничить одной рукой. Это первое место, немного, но все же грело самолюбие.       Убедившись, что соклановца не подменил какой-то шиноби скрывающийся под хенге, Хитоми вынула кунай. Крутанув оружие, куноити отработанным движением сунула его обратно в крепление правой ноги. Хотя с чуткими носами Инузука и Тору, возможно данный сигнал был лишним.       Остальные мини привалы и схождения с дороги относились к естественной нужде. Так что до вечера их больше ни кто не беспокоил.       Добраться до первого торгового скрытого поселения за день пути им не удалось. Когда солнце стало закатываться за горный горизонт - объявили привал с ночевкой. Общий костер разделил обязанности по подготовке, а вот ужин все имеющиеся мужики спихнули на женщин.       Хитоми была не в духе и кровожадно избавляла пойманную рыбу от чешуи. Цуме-сенсей избавила себя от обязанности готовить, обходя периметр с парнями, а у грузчиков руки росли из неприличного места. Им она доверила почистить и нарезать морковь. Непутевые и там умудрились порезаться. Зато когда дело дошло до промывки горла бутылочкой алкоголя, те присосались как пиявки, раздражая своими крепкими разговорами и неуместно громким смехом.       Проверив кипящий котелок, белокурая девушка помешала воду. Рис (что заменил картошку) уже стал подходить. Добавив порезанную морковь, приправу, солью и местный щавель (что заменил другую зелень), Хитоми надеялась что рецепта «Ухи» с той жизни сильно не испортился.       От странной в меру густой рыбной похлебки никто не отказался - ели молча. Как оказалось всем очень понравилось. Хитоми даже немного зарделась от легкой похвалы. Пока Тору не высказал свою критику. Щавель он не любил, зараза! Раньше этот щавель ему не мешал абсолютно. Так что легла Хитоми в свой спальный мешок взбудораженная. Одно радует, Цуме-сенсей поддержала её порыв засадить Тору за мытье посуды. Нужно было отдохнуть. Дежурство никто не отменял, так что через три часа её смена. Хихикнув в мешок от тихих ругательств брюнета, отмеченная Шинигами засыпала под плеск воды с чувством, что справедливость есть.

***

      Неуютно. Первое впечатление, которое ощутила Хитоми от Скрытого селения Дождя. В Амэ практически беспрерывно лили дожди, люди - косились. Тяжёлые взгляды горожан и снующих шиноби не то к чему можно привыкнуть. Тут властвовали все расцветки серого, а воздух пропитался влагой. А после того как Кэзуки напомнил Мировую историю, Хитоми виновато потупила взгляд.       Каждый из команды Клыка старался не поддаваться на провокации. Их не стеснялись, то толкнуть, то сказать по громче слова не им, но про ниндзя Листа. Во время Третьей Мировой войны Шиноби Амэ пострадала из-за своего географического расположения. Они были в своем праве недолюбливать многих шиноби в том числе и Коноху. Благо торговля и новые закупки заказчиков продлились три дня, а потом они отправились в Скрытую деревню селение Травы.       Куса встретила ясной погодой и зелеными просторами. Бамбуковыми лесами, редкими полями и свободным, голубым, небом. Для небольшого селения всё было на приличном уровне, хотя по пути им встречалось много бедных поселений. В Кусе они задержались на целую неделю. Хитоми не упустила шанса поживиться редкими и не очень, целебными и ядовитыми растениями.       Люди были любопытны. Местная малышня восхищено то и дело возникала рядом. Тору старался отпугивать тех взглядом, на что у того, на удивление, образовался фанклуб. Хитоми не переставала подкалывать сокомандника на пару с Кэзуки, но помогала оградиться от излишнего внимания. Когда блондинке удалось улизнуть (Кин-сенсей просил передать своему старому другу весточку), она так же столкнулась с тайными поклонниками. Теперь уже её персоны.       Интересные ребята. Поболтав, они расстались уже хорошими знакомыми. Мальчики пришли поговорить, и во время активной торговли на следующий день, и пришли проводить, когда караван уезжал. Беловолосая до сих пор вспоминает их вытянутые лица с улыбкой. Когда химе озвучила свою верную догадку: для этой "групп поклонников" они стали миссией ранга «D».       На пути к Таки, встретилось пару шаек бандитов, которые они благополучно обезвредили. В Малой скрытой Деревне Водопада было спокойно и тревожно одновременно. Там команда номер два насладилась прогулками возле множеств озер и водопадов. Влипли в разборку с горожанами, которые задались целью уничтожить товар нанимателей. У шиноби как бы не приветствовалось отыгрываться на гражданских... Закон чести ниндзя был не ровня самурайскому, но все же был. Поджоги не удались.       Дальше, так как заказчики не признали свою вину и проигнорировали правила местной крыши на рынке - ушли они оттуда на второй день.       В довольно молодой Деревне Скрытого Звука, Цуме-сенсей фонила родной кровожадной аурой-хищника. Там у генинов возобновилась практика по устрашающему КИ. Эх, отвели они душу. Правда после этого заказчики и нанятые ими вспомогательный персонал, что-то переосмыслили и стали общаться исключительно вежливо. А неторопливая гусеница-караван превратилась в юркую сороконожку.       Местные ниндзя проявили себя тихими, но себе на уме. Пока это стала единственная деревня, где им пришлось дойти до спаррингов с местными генинами. Джоунины и чунины кровожадно кидали взгляды на Инузука, но на то они и взрослые, без приказа не лезли. А молодежь, что с них взять?! Поиграются и успокоится, а если далеко зайдут – остановят.       На обратном курсе обновившийся караван (продали одно - закупили другое) снова был атакован. Эта ночь, успевшая приесться за время миссии, не отличалась от предыдущих. Вот только кто-то пересек помеченную границу нинкеном джоунина. Что она и сообщила, растолкав двух спящих генинов.       Хитоми как раз несла дежурство. Принюхавшись, беловласка ощутила особый кисловатый запах с примесью индивидуальности, источников было двое. Они приближались по земле с севера. Было ли только два человека или больше? Химе не хватало навыков.       - Кэзуки. Тору. За мной! Хитоми – останься! – понятливо кивнув, генины подчинились приказу джоунина.       Хранительница бьякугана уже привыкла к своим закулисным ролям. Как ирьенин она соглашалась и понимала их правильность, как Хьюга – ей хотелось большего. Химе понимала, что не всегда рядом могут оказаться товарищи, которые закроют своей спиной. Затихший лес способствовал тревоге. Треск костра громко отсчитывал секунды. Знакомое чувство стало скручивать внутренности. Хьюга как никогда прежде посетовала на свои бесполезные глаза с жалким радиусом действия. Предчувствие всегда было её сильным необъяснимым козырем. На всякий случай требовалось разбудить гражданских.       Сделав легкий шаг в сторону спящим мужчинам, куноити замерла от характерного звука. Узнавание пришло мгновенно – кунай рассекал воздух. Цепко зацепив колечко своего орудия, девушка настроилась отбить атаку. Ожидаемое вражеское оружие воткнулось в двух шагах от серебровласой куноити, как бы отделяя ту от мирно сопящего и хрюкающего народа. К куску железа была прикреплена желтая тройка взрыв печатей.       Все произошло слишком быстро. Хитоми не успела подумать, как тело дернулось само. Возникнув у опасного взрыв-куная, девушка достойным движением хорошего голкипера отфутболила вражеское оружие в сторону. Взвыв ослепил. Жар лизнул тело и перепугал уже не спящий люд. В ушах чуть звенело, но даже так Хитоми слышала встревоженные голоса подскочивших за её спиной гражданских и вой животных. Правую ногу щипало, как и руки, которыми она успела прикрыть лицо от волны жара.       На черную выжженную траву спикировала размытая тень. Из-за поднявшегося дыма сложно было увидеть противника. По силуэту – взрослый!       - Всем назад! - через плечо как можно властнее крикнула Хьюга.       Её мимолетного взгляда хватило чтобы убедиться: все живы. Моральное состояние сейчас ей было не интересно. Она уже уберегла их от глупой смерти не менее умным решением. Перехватив покрепче кунай, Хитоми укрепилась в боевой позиции своего клана, готовясь вступить в ближний бой. Дым быстро рассеивался.       - Ку-ку-ку, - скрипящий смех разнесся, казалось, отовсюду. А может это были последствия еще не утихшего звона в голове от взрыва? Было неприятно. – Раз, два, три. Все сокровища мои! - растянуто и тягуче говорил враг. Хитоми лишь больше нахмурила иссиня-черные брови.       - Сокровища? Какие сокровища? – чуть повысила голос лунноглазка. Нужно было потянуть время. Она верила, что её команда обязательно придет. – Кто вы?       «Быстро», - фигуры противника размылась от скорости.       Хитоми с готовностью швырнула кунай. Отскочив назад, химе увеличила расстояние. Враг небрежно отбил её оружие. По телу пепельноволосой наследницы растеклась чакра. Бьякуган увеличился в размере активировавшись. Она уже не успевала вынуть дымовую бомбу, чтобы скрыть свои действия. Скальпель чакры окутал руки голубым свечением, а стиль Хьюга встретил врага раскрытой ладонью в грудь. Часть резерва безжалостно ушла, оставив чувство легкого покалывания в пальцах. Фигура лопнула, обдав пострадавшую кожу прохладной влагой.       «Водяной клон», - вспомнил название техники взбудораженный мозг.       В зону видимости входили лишь перепуганные гражданские за её спиной. Оба заказчика прятались за телегами, мужчины - разошлись полукругом, крепко сжимая палки. Как будто это могло их спасти…       Это однозначно шиноби и Хитоми уже знала, что проигрывала ему. Уровень: не ниже чунина. Место нахождение шиноби – неизвестно; внешность – неизвестно; принадлежность к Скрытой Деревни – неизвестно. Цель – забрать сокровище? Способности – владеет водной стихией. Предположительно шиноби тумана.       - Ку-ку-ку, - эхом разлетелся узнаваемый смех.       В голове возник образ игровой партии шоги. Всё было довольно серьезно! Бьякуган не видел местонахождение противника, обоняние к ужасу не нащупало чужой запах. Плохо: недавно прошел дождь, сырость так и зависла в воздухе. Она продолжала напрягать носовые рецепторы и контролировать ток чакры в организме. Кто бы ни был этот шиноби, он силен и не настроен на диалог.       - Раз, два, три, четыре, пять. Я иду тебя искать! От меня ты беги! О пощаде ты моли! - куноити чуть дернулась назад. Слова неизвестного она слышала чётко. Так же как и смех, они звучали отовсюду. Выдерживая паузы, шиноби нагнетал обстановку. - Шесть, семь, пять и три. Слышишь, ты шажки? С тобой мы будем в смерть играть! Восемь, девять, пять. Буду я тебя искать! Прячься, прячься поскорей!       Как и было сказано, отовсюду стали раздаваться усиленные звуки передвижения. Была ли эта массового иллюзия или клоны? Жуткая считалочка со своими звуковыми эффектами пугала всё больше. Хитоми старалась держать свои эмоции под контролем, но липкое чувство волнения и полного не понимая, что происходит, беспокоило. Сложив печати концентрации, ирьенин тихо сказала «кай». Не помогло.       - Восемнадцать, двадцать, тринадцать, три! Руки, ноги все в крови! Мне, пожалуйста, не ври! Будем в смерть играть! Раз, два, три, четыре, пять. До рассвета поиграем! В смерть с тобой мы. Слышу я, как плачешь ты в углу. Позади, тебя, я уже стою!– Со стороны заказчика кто-то подвывал. Плач ли это был? Хитоми продолжала искать противника глазами. В радиусе моментально образовались клоны шиноби. Их было четверо.       - Пять, восемь, семь, девять! Проиграл, уже ты! Жизни, просто так, не отдавай! Подороже мне её продай! Восемь, семь, пять, четыре! Шире приоткрой глаза свои!       Пригнувшись, помазанница смерти ушла кувырком от режущего удара. За спиной у нее и в правду была смертельная опасность. Рассекающие звуки. Хриплые выдохи. Всплеск жидкости.       Активация техники Хакке Рокуджуйон Шо***** произошло, как только Хьюга вскочила на ноги. Восприятие времени в этой стремительной технике замедляется, в то время как скорость тела увеличивается в разы. Именно эти функции, происходящие в организме и особое зрение, позволяют нанести шестьдесят четыре удара по Тенкетсу. В случаи Хитоми – тридцать два удара.       Напряжение для организма, мышц и скелета было колоссально. Требовалась сносная физическая подготовка. А дополнительная комбинация с точечным скальпелем чакры вымотали белокурую куноити Листа как физически, так и морально.       Всего за десять секунд все клоны превратились в мокрую лужицу. Хитоми тяжело дышала. У девушки остались силы только на то, чтобы стоять и продолжать разгонять чакру по каналам ускоряя восстановление.       Заказчики вскрикнули, забились еще дальше, трясясь как камыши в бурю. Напади шиноби снова - она не смогла бы остановить еще одних клонов. Но он почему-то медлил. Вздувшиеся вены у глаз пульсировали от напряжения, а дыхание все еще было прерывистое. Бьякуган видел: двое - мертвы, двое других – ранены, последний грузчик присоединился под телегу к непострадавшим купцам. Раненым она могла еще помочь, если бы хоть кто-то прикрыл её спину.       -Ку-ку-ку, - Хитоми крепче сжала зубы. – Раз, два. Скоро заберут тебя. Три, четыре, пять. Ты готов играть опять?! Шесть, семь. Где-то рядом моя тень. Восемь, девять, десять. Наверное, тебя повесят. Одиннадцать, двенадцать. Тебя убьют на цифре двадцать. Тринадцать, четырнадцать, уже пятнадцать. Скоро будет цифра двадцать! Шестнадцать, семнадцать. Отрезаем тебе пальцы? – ирьенин отбила серию сюрикенов. - Нет? Ну ладно! Восемнадцать, вот уже и девятнадцать. Двадцать, час твой роковой…       - Хитоми! – услышала девушка знакомые голоса парней из команды. От их голоса сердце, что уже было в тисках ужаса, пропустило удар. Потом еще один и еще. Моргнув хранительница бьякугона поняла три вещи. Первое, она застыла в страхе вздохнуть поглощённая ритмом этого сумасшедшего голоса. Второе, её команда вот-вот будет тут. Третье, они перебили ЕГО. За два последних пункта Хитоми готова была расцеловать напарников.       - Я в Раю? Нет, не мечтай! И из Ада не сбегай.       Хитоми ощутила комок в горле. Слова прозвучали, как прощание с возможностью встречи. Как только голос затих, что давил своим безумием, из лесной чащи выпрыгнули Цуме Инузука и генины.       - Что тут произошло?       Долгожданный голос сенсея окончательно позволил помазаннице Шинигами расслабиться. Наниматели пробежали мимо что-то голосили. Хитоми показалось, что в уши кто-то упорно напихал ваты. Ноги подкосились. Беловласка отметила, как позорно она стала походить на других малолетних девчонок, а ей уже в сумме за обе жизни век наберется. Вот и сейчас колени холодила сырая земля от воды и крови. Крови! Подскочив, ирьенин как можно быстрее ринулась на полусогнутых ногах к раненым.       Бьякуган более детально взялся за повреждения. У одного рассечение легкого, через который образовался открытый пневмоторакс, у другого – воткнут кунай в область сердца, но лезвие застряло в кости, так и не оборвав жизнь до конца. Требовалось немедленно провести операцию как на сердце, так же и на легкое. Без оборудования, без запаса донорской крови, без помощи, без практического опыта врача А ранга – шанс, того что она справится, был ничтожен.       - Все! Мне нужна помощь, - холодный голос был лишен эмоций. Химе ждала отклика - он не заставил себя ждать. - Разогрейте воду! Тору, держи! - вытянув из своего походного ранца первую попавшуюся одежду, серебровласая кинула ту напарнику, после чего добавила: - прижми к ране вот этого. – Указала она пальцем на одного из раненых. - Кэзуки, следи за его состоянием. Нужно остановить кровь пока я им не займусь. Нет, не трогайте их. Переносить никого нельзя. Чего стоите! Живо разожгли костер и нагрели воду!       Подтянув свой спальный мешок к сердечнику, ирьенин присела рядом и отсоединила с задней части талии медицинскую аптечку. Баночки с мазями, хирургический набор инструментов, шприцы с другими необходимыми элементами – всё нашло своё место. Тяжело выдохнув, Хитоми подскочила к другому раненому, которого облепили парни.       Брюнет, как и было велено, прижимал ткань к ране. Хьюга стоял с другой стороны.       Лунноглазая, чуть отстранив родственника, опустилась на колени возле раненого. Додзюцу в ночи было манной небесной. Свет ей был не нужен, как и стандартная диагностическая печать – она видела гораздо больше, чем могли показать касания Мистической руки. Раны были слишком серьезны, чтобы ограничится этой техникой. Закинув кровоостанавливающую пилюлю в рот мужчине, куноити продлила время, восполнив кровопотерю. Одновременно с этим Хитоми активировала Шосен но дзюцу осуществляя обезболивание, поддержку сердечно-сосудистой и дыхательной системы и уменьшила давление проходимости дыхательных путей.       - Вот, Хитоми-сан! Вода. Кипит! То есть закипела.       - Налейте в миску побольше и в одну не большую. Отнесите туда, - махнула рукой помазанница Шинигами.       - Хай!       Ирьенин подошла к котелку, где уже черпали воду. Рядом на земле стояла еще посудина. Вычерпнув горячей и подлив в миску холодной воды, Хитоми отвлеклась на руку, что сжала её плечо.       - Давай, - Одно слово, а белокурая наследница с готовностью кивнула. Так мыть руки было проще.       Вернувшись к хрипящему сердечнику, девушка с помощью скальпеля чакры разрезала верхнюю часть одежды. Натянула медицинскую пару перчаток и скинула инструменты в горячую воду, капнув туда тягучих семь капель из бутылочки. Тоже случилось и с другой водой, только туда опустился крючкообразная игла. Протерев антисептиком грудную клетку мужчины, а после и перчатки. Приготовления были завершены, осталось самое сложное!       Хитоми отдалась ирьенинской практике. Множество процессов приходилось контролировать ей в одиночку. Сердце билось, пульсировало, щедро заливая зону видимости для обычного человека. Некому было выкачать её – приходилось действовать с ювелирной точностью. Сложней всего было подлавливать момент при зашивании раны на сердце. Кстати в качестве нитей выступили волосы мужчины. Уж собственное «тело» организм бы не отверг.       Закончив с одним, ирьенин измучено выдохнула. Перевела потускневший взгляд на другого и только сейчас заметила, что стало светло. Солнце зажгло новый день, но она ощущала гнетущий сумрак.       - Хитоми! Что-то происходит… - Как-то неопределенно выразил свое волнение Кэзуки. Он, конечно, видит, но не понимает. Состояние второго больного набирало осложнения.       Здоровый грузчик участливо подтянул спальный мешок ко второму раненому. Сменили воду. Кэзуки видя придел своей подруги, участливо предложил свою чакру. Химе не отказалась. Правда переваривала такую зарядку наследница с собой осторожностью, переводя ту сразу в медицинскую. Она снова столкнулась со знакомой ноющей болью в многострадальных каналах, но приказала шатену продолжать.       Началась вторая операция. Время от времени, кто-то участливо смачивал ей лоб, убирая пот. Ирьенин не позволяла себе отвлечься. Проделав первоначальную хирургическую обработку, Хитоми устранила начало омертвения легочной ткани. После чего приступила к зашиванию. Ликвидировав пнево- и гемоторакса, медиастинальной и подкожной эмфиземы, сопутствующих травм органов живота и диафрагмы. Осуществила дренирование плевральной полости. Вот только убирая одно, она не поспевала за другим. Серебровласой лишняя пара рук была бы как раз кстати, но вот дилемма, она была единственным ирьенином в команде.       - Нет, - в натянутой тишине обречённый шёпот был не хуже взрыва печати. Для Хитоми время обрело вполне тягучую осязаемость. – Нет, нет. – Платиновая химе продолжала бороться за жизнь, которая насмешливо прыгала подобно кузнечику.       Рядом поднялась паника. Оставшийся невредимым грузчик, оказавшись рядом, потянул ирьенина за шиворот, крича что-то о «долге спасении». Хитоми отмахнулась от этого глупого человека, который так не вовремя дергал. Инузука быстро скрутила эмоционального мужика, но молящие вопли и соленые слезы никто пресекать не стал. Множество звуков образовали хаос, вот только для ирьёнина был реален стук затихающего сердца.       - Без пяти минут седьмого. – Потушив салатовый костер от техники, блондинка переключилась на хирургические инструменты. Следовало почистить железо вовремя.       Далеко не сразу она услышала вопрос, на который, будь ее воля, не отвечала бы никогда.       - Минут… седьмого… Чего?       Сложив уже медицинский арсенал в специализированную аптечку, девушка поднялась на ноги. Она медлила. И когда она развернулась к мужчине, её лицо было пугающе холодным, а под глазами залегла тень синих кругов.       - Время смерти! – хлесткие звуки сдираемых с рук перчаток стали последним аккордом.

***

      Очередная встряска выкинула Хитоми из медитации (наверно опять камень под колесо попал). Рядом лежащий больной крякнул. Лунное додзюцу в который раз просканировало состояние и отключилось. Она устало активировала Мистическую руку.       Ирьенин не спала уже вторые сутки. Стимуляторы, да дозволение сенсея ехать на повозке рядом с больным погружаясь в медитацию, кое-как восстанавливала силы и бодрость. Но это не могло приравниваться к здоровому сну и отдыху.       Тогда после двух операций, Хьюга вовсе не ушла отдыхать. Её лекарские способности переключились на притихших напарников. Парни вместе с сенсеем столкнулись с маленькой группкой ниндзя. Тору получил пару трещин в ребрах и повреждение коленной чашечки, Кэзуки – вывих правого плеча. Взволнованная более серьезными симптомами, она не среагировала на другие. Правильно ли она поступила? Она чудом спасла одну жизнь, хотя по хорошему счету должна была сразу оказать помощь напарникам.       Вправив плечо шатену, наложив каждому по тугой повязке, куноити прошлась незаменимой техникой ускорения регенерации. Слава Ками остальная дорога домой была спокойна и у пострадавших постепенно все залечивалось. Даже у неё. Ожог, что получила химе, был не большой, тем более тело автоматически исцеляло её из-за постоянного тока медицинской чакры по организму. Но Хитоми все равно пришлось аккуратно обмыться, помазать пораженные участки мазью с резким запахом и приклеить к телу (чакра оно наше все) листья подорожника.       Тору и Кэзуки уже бодро шагали и на удивление синхронно заботились о самочувствии подруги-ирьенина. В том бою они определенно стали ближе. Хитоми дополнила историю своего боя, тем самым добавила больше вопросов в копилку сенсея. Обычный человек, что перенес сложную операцию на сердце, был менее живуч, чем ниндзя. Поэтому лунноглазая прописала мужчине постельный режим еще не менее месяца. А с учётом, что рядом есть ирьенин, который постоянно занимается восстанавливающей терапией, то срок сократился до двух недель.       К вечеру их уцелевший караван вошел в деревню Скрытую в Листве. Остальные движения прошли смазано. Ранг миссии повысился до «В». Госпиталь при сдаче больного, потребовал от Хьюга отчета о проделанной операции. А клан встретил мирной тишиной и спокойствием.       Средняя наследница так устала, что не сразу поняла, что ноги привели совсем не домой. Осмотревшись по сторонам - это был полигон. Полигон приюта. Вечерняя тренировка уже прошла, а в окнах обители сирот горел свет.       Её резко заколотило. Нет, вовсе не от холода. Напряжение, что держалось в этом подростковом теле, наконец, дало о себе знать. Руки «зачесались». Мало сил, но злость и отчаяние заменяли эту составляющую. Хитоми скинула походный рюкзак наземь. Куда-то туда полетела и аптечка. Глаза оттенка полной луны заискрились обидой.       Встав напротив одного из грунтованного столба, девушка стала отбивать серию приемов кланового стиля. Химе подгоняла себя и заставляла двигаться еще быстрее. Ноющая боль и немеющие ладони, только распыляли, заставляя бить сильнее.       Остервенелая борьба сама с собой привлекла много глаз. Девушка в который раз не заметила, что стал собираться народ. Она выплескивала свои чувства на куске дерева, но только царапала ладони. Желание уничтожить эту деревяшку заставило ирьенина концентрироваться на своей второй лучшей технике. В скальпель чакры с каждым новым выпадом вливалось больше энергии. На куске дерева стали появляться зазубрины. Ладони горели. Хитоми заметила, что такой концентрации она раньше не добивалась, но чувствовала, что способна на большее. С этой мыслью она остановилась, полностью отдавшись ощущению контроля. Как застывший бегун на старте, она ждала особого знака. И он настал! Вся эта удерживаемая чакра потребовала выхода.       С горла вырвался боевой клич, а правая ладонь светящаяся белым светом стукнула о ствол. Треск! Хитоми хотела закрыть глаза, когда стали лететь щепки, но шок от происходящего заставил распахнуться те ещё шире. Белый свет покинул руку, которая сейчас тряслась от напряжения, а резерв, казалось, и вовсе опустел. Часто моргая, девушка не верила глазам. От центрального бревна мало что осталось.       Под ногой треснули остатки дерева, а множество клановых сверстников, младших и даже старших обступили её полукругом. Шепотки привлекли – она обернулась. Вымотанная, химе не сразу поняла блестящие взгляды соклановцев. Интерес, восхищение, удивление. Цепочка тихого признания: «Химе».       Всматриваясь в такие разные лица, Хитоми подумала лишь о странном уроке. На миссии они не смогли защитить всех, но по факту справились. Она проиграла как ирьенин, но как куноити – успешно завершила миссию. Сейчас её скрытое поражение привлекло многих вверенных ей детей, подростков, взрослых… и привело к возможности новой победы.       - Чего собрались? Если не для дополнительных тренировок, то живо отдыхать! – строгость в уставшем голосе заставила небольшую толпу притихнуть. Не было той мягкой химе, что предстала в их первое знакомство. Была девичья фигура с пронзительным взглядом лунного додзюцо. Раскоряченный за её спиной столб показывал силу, с которой следовало считаться.       Хитоми пренебрежительно посмотрела на толпу. Она собралась уйти. Сделав шаг, беловласка толкнула плечом не успевшего отойти парня. Выдернула свой рюкзак с рук какой-то девочки. Поясничную-аптечку забрала у подростка. В конце образовавшегося живого коридора, химе не оборачиваясь кинула:       - Завтра. Всё завтра… Идите уже отдыхать!       Гнетущее чувство всесильного одиночества провожало её до своих комнат. Скинув вещи, Хитоми в чем была так и упала на кровать. Сон ещё никогда так требовательно не забирал её к себе. Она подчинилась, взяла за руку саму госпожу тьму и уснула.