Телохранитель

По ощущениям, они сидят здесь около суток. В помещении нет окна, или какого-то другого источника света. Телефоны у них отобрали, но кушать принесли еще два раза, так что можно было несмело предположить, что это были обед и ужин. Время тянулось мучительно медленно, казалось, что Кларк начинает сходить с ума. Стены иногда давили, и она просто закрывала глаза, чтобы не думать о том, где именно они сейчас находятся. Уэллс лежит рядом и видит, что ей плохо. Как мог, старался отвлекать разговорами. Подбадривал тем, что раз они до сих пор живы, то значит, убивать их никто не планирует. Остается только подождать, и их выпустят. — Расскажи мне о Беллами. Что вы делали в эти четыре дня, когда он увез тебя в неизвестном направлении? Лицо девушки освещает чуть заметная улыбка, и она начинает рассказывать, иногда с мечтательным видом глядя в потолок. Естественно, Кларк умолчала о жарких ласках в номере, ограничившись поцелуями и объятиями. Подробно говорит о том, как сначала они остановились у Атома, затем нашли Аню и Лексу. — Я так… Я думаю, что влюбилась в него, Уэллс. Мы собирались сходить на свидание, я же тебе говорила? — едва слышно бормочет она, чуть разлепив веки, — он такой сильный, мужественный, страстный. Я чувствовала себя такой защищенной с ним! Все казалось таким правильным! А потом моя мать все испортила, как и всегда… — Я уверен, что сейчас он рядом с нашими родителями и помогает найти тебя. Кларк слабо улыбается, а потом проваливается в непонятное забытье. Это не от голода, нет, это просто от дикой усталости и постоянного нахождения в замкнутом пространстве. Она училась на врача и знает, как на человеческую психику действует стресс, заключение и неизвестность. И это она еще не одна здесь, в одиночестве было бы во много раз сложнее. Голова болит от мыслей, страха и испуга. От волнения за своих близких. Она так хочет увидеть Беллами. До слез хочет посмотреть на него, уткнуться лицом в его грудь, слышать успокаивающие слова и просто быть в его объятиях. А сейчас она сидит здесь и не знает, как долго продлится ее жизнь. Нужно было прийти к нему домой, вдруг приходит девушке в голову, быть более настойчивой в своих попытках поговорить и объяснить все, попросить прощения за мать. Возможно, он ждал этого все это время? Кларк проваливается в непонятное забытье, которое очень сложно назвать сном. Уэллс укрывает ее своим одеялом, а потом, хмурясь, подходит к двери и прислушивается. Ни звука. При Кларк он старался вести себя уверенно и успокоить ту, но сейчас, оставшись в одиночестве, думает, что все плохо. Время идет, и это работает против них. Уэллс представляет себе могущество их отцов, они уже давно выполнили все требования похитителей, но их еще не освободили… Через некоторое время кажется, что он слышит очень далекий и глухой шум. Поколебавшись, подходит к двери и прислушивается. Точно. Это шум. Кто-то идет. Это плохо, думает он. Неизвестные в масках обычно приходили тихо и не орали во все горло, а сейчас он точно слышит крики и какую-то ругань. Кларк, кажется, спит. Он не может ее защитить, только если взять в руки подушку? Шум становится громче. Из-за стальной двери плохо слышно, но точно сюда идут несколько человек. И молодой парень понимает, что это конец. Конец их так недавно начавшейся жизни. Страха нет. Ничего нет. Пустота. Засов. Кто-то открывает дверь снаружи, и Уэллс отступает назад, к кровати Кларк, пытаясь хоть ненадолго загородить ее своим телом. Секунда, дверь распахивается и на пороге он видит… Беллами. Что? Это не сон? Они смотрят друг на друга несколько секунд, пока его взгляд не утыкается в лежащую на кровати Кларк. Сам Уэллс вдруг видит позади бывшего охранника Кларк нескольких человек в форме полицейских и на него обрушивается истина. Они нашли их. Беллами мгновенно оказывается у кровати. Глядя на его лихорадочный взгляд, которым тот осматривает Кларк, Уэллсу становится немного неловко и он немного отходит в сторону. — Кларк! — тихо зовет Беллами ту, проводя ладонью по щеке, — Кларк, проснись. Я нашел тебя. — Ммммм, — она чуть двигается, а потом приоткрывает глаза. И видит только его. Взгляд таких милых и любимых карих глаз, с нескрываемым волнением и обожанием смотрящих на нее. — Я сплю, — дрожащим голосом отвечает она, — так ведь? — Кларк, — выдыхает он и больше не сдерживается. Сгребает ее в свои объятия, усевшись прямо на пол, держит ее за талию, как самую хрупкую и драгоценную вещь в мире, - нет, я нашел тебя, ты знаешь? Иди сюда. Она идет. Мечта сбылась — Беллами теперь рядом и она сидит у него на коленях, в его объятиях, слышит его лихорадочное бормотание и ощущает руки, поглаживающие по спине. Сама она может только глубоко дышать, слезы начинают застилать глаза, руки чуть дрожат, когда Кларк сгребает его рубашку на спине. — Ты нашел меня? — Ну конечно. Как король не найдет свою принцессу? — он чуть отодвигается в сторону и теперь видит ее лицо прямо перед собой. Такая уставшая, осунувшаяся, бледная, со слезами на глазах, — я всегда тебя найду, ты знаешь? А потом целует ее. Да, это самый неподходящий момент, который только можно представить, но больше невозможно ждать. Их губы касаются друг друга, сначала тихо и нежно, робко, а потом Беллами прижимает ее к себе еще крепче, пытаясь передать через поцелуй все, что он чувствует: счастье, волнение и любовь. Кларк это чувствует. Как от объятий и касаний таких желанных и любимых губ становится намного спокойнее. Страх и волнение начинают отступать, а внутренности наполняются неведомой силой, силой от него, от Беллами. Ее Беллами. — С тобой все нормально? — тихо говорит он ей в губы, — если тебя кто-то обидел… — Нет. Увези меня отсюда, ладно? — Конечно, моя принцесса. Она легкая, словно перышко. Он несет ее на руках из этого ужасного подвала, останавливаясь перед выходом на солнечный свет. В этот момент к ним подбегает Эбби, которая плача, обнимает дочь. Джейк был вынужден остаться в полиции, чтобы ждать нового возможного звонка от похитителей, нужно было не давать понять о том, что они отправились на обыск дома мэра Сидней. И теперь мать держит ее за руки, но Беллами отказывается отпустить ее из его объятий. — Я увезу ее в безопасное место, — твердо говорит он, и видит в глазах этой женщины то, чего не видел прежде — уважение и согласие. Он отправляется прямо к снятой им пару дней назад квартире. По дороге Кларк осматривает врач, который делает выводы, что с ней все хорошо. Сама она подтверждает, что не пострадала, только устала и напугана. Беллами не выпускает ее из своих объятий все это время. Давать показания за них обоих отправился Уэллс вместе со своим отцом. Монти понадобилось около двух часов, чтобы взломать нужные сервера. Главным акционером «Шелстфида» оказалась никто иная, как мэрия города. Диана Сидней после вступления на пост мэра около пяти лет назад сразу же вложила крупные суммы денег, государственных денег и облигаций, в эту корпорацию. Вложения были незаконными и операции проводились через оффшорные счета. И именно она начала первая нести крупные убытки после скандала, который раздула пресса из-за интервью Джейка и Кларк Гриффин. И именно она заказала киллера, который стрелял тогда в спальне Кларк. Бывший со-учредитель была сильно недовольна тем, что из-за открытых протестов и заявлений сенатора Гриффина, к корпорации было привлечено слишком много нежелательного внимания, начались активные проверки, которые выявили бы много серьезных нарушений, а значит и крупный поток денег перестал бы поступать ей в карман. Киллеру не удалось убить Джейка, тот стал намного осторожнее. Диана Сидней выждала немного времени, но тут Джейк дал интервью, от которого мэр просто взбеленилась от ярости. Состряпав себе ложную командировку, она уехала из города и наняла людей для похищения тех, с помощью кого эта отвратительная женщина точно бы смогла добиться своего — детей своих противников. Нанятые были профессионалами, все прошло без сучка и без задоринки, улик практически не было. Диана встретила Уэллса в мэрии, тот спокойно рассказал другу своего отца, куда отправляется дальше. Следить за Кларк было проще простого. Если бы Беллами не попросил Монти об этом одолжении… Опять-таки же, Беллами настаивал на получении ордера на обыск дома мэра. Окружной прокурор не хотела давать ордер на обыск такого важного чиновника без более конкретных доказательств, но вмешался Джаха и пригрозил тому, разрешение дали. Беллами нутром чуял, что Кларк и Уэллс там, совпадало расстояние по отслеженному звонку ранее, а так же это был бы нелогичный и нестандартный ход — держать заложников там, где никто бы в жизни не додумался тех там искать. Двадцать семь часов. Именно столько времени Кларк и Уэллс провели у похитителей. Это относительно не долго, и молодым людям очень повезло, что с ними обращались очень сносно. Если бы с Кларк что-то случилось… Больше он ее никуда не отпустит. Из машины Беллами звонит своей сестре и просит ее привести продуктов на съемную квартиру, о которой пока никто не знает. Миссис Гриффин отправилась к своему мужу в полицию, чтобы лично подтвердить долгожданную новость. Кларк отказывается покидать его объятия, а просто дремлет в машине. ----------------------------------------------------------- Беллами снял квартиру в приличном спальном районе. Кларк выглядит ужасно вымотанной, пока он заносит ее в гостиную, аккуратно укладывает на диван и идет разогреть что-нибудь поесть. Потом возвращается и видит, как она сидит и в панике оглядывается. — Ты ушел… — Эй, все нормально, — ужасно видеть, как та боится оставаться одна и постоянно тянется к нему, сжимая руки. Кларк никогда не отличалась трусостью, быстро брала себя в руки, а сейчас выглядит, будто бы потерянный ребенок. Он садится на диван поудобнее, и она взбирается к Беллами на колени. Потом они просто сидят и молчат, изредка чуть меняя положение. Кларк не может насладиться до конца его присутствием, пониманием того, что он здесь, именно он, и теперь все будет хорошо. — Ты точно себя нормально чувствуешь? Если тебя кто-то ударил, или… Девушка тихо отрицает все это, а потом негромко рассказывает, как Уэллс почти сразу же догадался, где именно они находятся. Огромное и просто невероятное совпадение помогло ребятам понять, что происходит. В то же самое время в полицейском участке для Беллами и остальных мозаика тоже окончательно сложилась. Диану Сидней сейчас ищет вся полиция штата, она сбежала. Неудивительно, с такими деньгами и возможностями. — Я знаю, что сейчас точно не время, — Беллами поворачивается лицом к ней и теперь может видеть ее красивые голубые глаза, смотрящие прямо на него, — прости, что не пришел к тебе раньше. — Нет, это ты прости за моих родителей. Моя мать совершила ошибку, но мы сделали все возможное, чтобы вытащить тебя из тюрьмы, и… — Эй, все нормально! Все хорошо, я не обижаюсь на тебя. Я идиот. Я так скучал по тебе, знаешь? — Я скучала сильнее, — шепчет Кларк, прижимаясь своими губами к его. Страх опять уходит. Пропадает бесследно, когда она черпает именно от него силу, эмоции и надежду. Они тихо разговаривают еще некоторое время, а потом Беллами предлагает ей сходить в душ. Кларк просит наполнить ванную, а потом практически самостоятельно идет мыться. С каждой минутой, проведенной рядом с Беллами, в тихом и спокойном месте, ей становится намного легче. Мозг начинает забывать ощущение беспомощности и страха, в котором она провела двадцать семь часов. Потом сидит на кровати, укутавшись в теплый халат, и разговаривает с отцом. Тот обещает заехать чуть позже, пока они улаживают дела и бюрократические проволочки насчет очередного резонансного дела. Беллами наконец-то чувствует некоторое облечение, ибо теперь все виновные в обоих покушениях найдены, угроз больше поступать не будет. Недавно в новостях появилась информация, что «Шелстфид» практически закрыт по особому распоряжению от правительства — слишком много преступных дел связано с ним в последнее время. — Так как насчет свидания? — в шутку спрашивает он, устроившись с Кларк рядом. Потом тянет ее в свои объятия, чтобы ее голова уютно устроилась у него на плече, а руками можно было бы обнять ее как можно крепче. — Я подумаю, — это была первая шутка Кларк за долгое время. — Я недостаточно сделал для тебя? — картинно закатывает глаза Беллами. — Идиот. Ты все сделал идеально. Она опять взбирается к нему на колени и крепко целует. Обвивает руками за шею и запускает ладони в его волосы. Беллами чуть стонет, когда его ладони опять могут ощущать нежную кожу, гладить спину и бедра, ласкать ее язык своим языком… — Кларк, — задыхается он ей в губы, — подожди… Ты устала и слишком слаба… — Заткнись, Беллами. Я хочу все забыть и чувствовать только тебя. Кто он такой, чтобы отказывать его принцессе? Поцелуй распаляет все больше и больше. Сегодня оба почему-то торопятся, лихорадочно снимая друг с друга одежду. Это было просто восхитительно, нужен был воздух, чтобы дышать. Беллами валит ее на кровать, целуя так, будто бы это его последнее действие в жизни — горячо, страстно, интенсивно, слегка проводя языком по нижней губе и заставляя чуть стонать от удовольствия. Одна из его рук ловко расстегнула пояс на халате и быстро откинула ненужную деталь одежды. Секунда — и Кларк уже стаскивает его рубашку, задыхаясь от ощущения губ на своей шее, груди… Беллами вдавливает ее теперь уже обнаженное тело в постель, заставляя выгибаться навстречу удовольствию. Ее руки неохотно покинули его непослушные кудри и переместились ниже, лаская желанное тело, мышцы чуть подрагивают после каждого прикосновения и он может только часто дышать от удовольствия. Ощущение голой кожи друг напротив друга заставляет все мысли исчезнуть, и желать только одного… Кое-как он стаскивает с себя брюки, и они остаются абсолютно голыми. Беллами дико хочет ласкать ее, провести руками по бледной и прохладной коже, ласкать грудь, целовать живот и спускаться ниже… Это просто безумие и Кларк живет для него, ничего другого не существует в этом мире сейчас, кроме Беллами. И у нее другие планы. Она просто хочет его внутри себя. Сейчас же. Кларк быстро протягивает руку вниз и трогает твердый член, а затем шепчет: — Беллами, я хочу тебя сейчас же. Оба чуть стонут от немыслимого возбуждения, когда член упирается ей между ног, чуть лаская промежность и удлиняя сладостную пытку. Кларк в нетерпении молотит руками по постели, пытаясь двигаться бедрами навстречу. Он чуть усмехается, а потом дает ей то, что оба так сильно хотят, входя в долгожданное тепло. Беллами может чувствовать, как ее внутренние стенки сжались, и мозг отключается. Теперь они точно стали единым целым. Он начинает чуть двигаться, остро ощущая трение ее сосков о грудь, небольшой укус в шею, пальцы, крепко впившиеся в его плечи… Слушает крошечное хныканье, когда он почти вытаскивает член из нее, а потом быстро и резко толкает назад. Она задыхается, откинувшись назад и прикрыв глаза, быстро ловя ритм. Его ритм. Кларк может думать только об одном — чтобы он сделал это снова. И снова. И еще раз. И еще много-много раз. Это был никогда не заканчивающийся ритм удовольствия, и она никогда не хотела останавливаться. И непонятно, сколько это длилось, потому что оргазм оглушил ее, появившись будто бы из ниоткуда. Просто в одну секунду она парила от удовольствия, все остальное куда-то исчезло, кроме губ, его горячих и властных губ, целующих ее в самый пик наслаждения. Мгновение — Беллами кончил сам с хриплым стоном на своих губах и дрожью по всему телу. Это было безумие. Просто дикое и хаотическое безумие, после которого оба пытались отдышаться и прийти в себя, прижавшись разгоряченными телами и переплетаясь конечностями. Беллами через пару минут тянет ее на себя, чуть прикрывая одеялом. — Принцесса, так вот для чего ты просилась ко мне? — шутит он, встречаясь с ее затуманенным и сонным взглядом. — Дурак, — тихо говорит она и мгновенно засыпает в его руках. ------------------------------------------- Кларк спит практически весь день. Сам Беллами просыпается через пару часов, готовит ужин, когда к нему приезжают бывшие супруги Гриффин. Они не стали сразу же будить дочь, а решили пока поговорить с ним. — Диану ищут, — говорит Джейк, выпивая только что сваренный кофе, — «Шелстфид» объявила о банкротстве, и теперь после распродажи имущества выплатит всем пострадавшим крупную компенсацию. Их опасные разработки, против которых я выступал теперь не получат дальнейшее развитие. Аня Блавон организовала официальную группу пострадавших от того лечения, они называют себя «Земляне». Дело получило очень широкий общественный резонанс. Кларк пока нужно защищать и… — И мы хотим, чтобы она была рядом с тобой, Беллами, — к огромному удивлению того заявляет Эбигейл Гриффин, — если ты, конечно, не против. Я хотела извиниться перед тобой за то ложное обвинение и за проблемы, которые доставила тебе. Я была не права, моя дочь рядом с тобой в полной безопасности. — Я не против. Пусть пока поживет у меня, никто не знает об этом месте, — только и может ошарашено ответить Беллами. Кларк просыпается через часа два. Вся семья Гриффин немного плачет, но, кажется, никто не хочет больше бояться или грустить. Они разговаривают о том, что все собираются делать дальше, рассказывают дочери последние новости. Рэйвен поживет у Уэллса, потом навестит Кларк и отправится домой. Развод четы Гриффин — дело решенное, которым они собираются заняться в ближайшее время. Гриффины уходят глубокой ночью, оставив их опять вдвоем. Кларк только вздыхает, когда Беллами подходит к ней сзади и обнимает, уткнувшись лицом в ее шею. — Как ты себя чувствуешь? — негромко интересуется он. — Лучше, чем можно только представить, — говорит она и опять его целует. Все действительно стало хорошо.