Ни человек, ни зверь, ни гуль. Кто же он тогда?

Канеки Кен—такая странная и загадочная персона, но в то же время легко уязвимая и слабая.       Тоука, попивая чашку утреннего кофе, пристально и недоверчиво глядела на неуклюжего официанта, который умудрился разбить одну из фарфоровых чашек. Впрочем, от Канеки это было весьма предсказуемо. Киришиме казалось, что у новичка имеются своя физика и своя математика. Ей казалось, что она с лёгкостью могла бы рассчитать, когда и в какое время пугливый сверстник опрокинет поднос с чашкой из-за чистой случайности.       Она знала его, как не знает никто другой из "Антейку". Это был наивный подросток, который случайно попался ей в тёмном переулке. До сих пор в голове вертелась эта картина: полукровка, потерявшийся между решениями. Убежать или постараться попросить извинений у своенравного Нишики? Тогда она впервые спасла его, ни раз жалея об этом. Он не был таким, как другие гули. Он был иным. Гуль с душой человека...Что может быть более омерзительным? Видя, как он изо всех сил старается отговорить голодный организм от поедания человеческого мяса было просто невыносимым зрелищем. Тоуке казалось, что Канеки был из отряда тех, кто не понимает без рукоприкладства. Она всё так же вспоминала, как с силой пихнула ему в рот кусок человеческого мяса, опять-таки позаботившись о голодном полукровке.       Ни человек, ни гуль. Кто же он тогда? Ранее, до суровой жизни Токийского монстра, Кен был близок к людям, он был одним из них. А теперь... Став полу-гулем, он колебался между двумя мирами: гули и люди. Но и те и те — страшные убийцы. Только каждый выдвигает свою гипотезу: гули едят плоть людей, для того, чтобы выжить. И люди: убивают гулей для того, чтобы выжить. Но подросток терялся. Он не мог убить ни того, ни другого. "Лучше страдать самому, чем причинять боль другим",-этому принципу полу-человек следовал всегда.       И вот, опять. Поправляя глазную повязку, он еле-еле держался ровной походкой, лишь бы очередной раз не отхватить наказания от Тоуки за разбитую чашку или пролитое кофе. Он напоминал жертву. Деликатес. Деликатес для избалованных монстров из ресторана. А его желанным "заказчиком" приходился омерзительный Гурман. Мужчина, имеющий фиолетовые волосы, часто заходил в "Антейку" после появления любимой зверушки. И, создавалось впечатление, что целью его визита приходилась не трапеза, а именно шанс—устроить охоту на излюбленного "оленёнка" или же просто полюбоваться на него, балуя свой аппетит. Это же и пугало... Наивный официант мог стать для него лёгкой добычей, которую ни сколько бы хотелось поймать, а сколько поиграться с ней, раззадоривая голодный желудок. Шуу представлял для него большую угрозу, чем остальные гули. Только он желал пикантного ужина с внутренними органами Кена, изысканно разложенными по серебряным блюдцам.       Киришима наблюдала за новеньким ежедневно, невзрачно для других. Она испытывала в одно и то же время интерес и, почему-то, тоску с каплями надежды на будущее этого странного существа. Она, в глубине души верила, что из слабака и "ягнёнка" для Гурмана он превратится в настоящего гуля, способного спасти себя в любой ситуации. Снимая с него неуклюжую маску человека, она глядела на лицо настоящего монстра, на одного из своих.       Телевизор шумел, показывая одну из новостных программ Токио. На экране отображалась съёмка на камеру нападения нескольких гулей. —Тоука-чан,-с интересом обратилась Хинами, глядя на седовласого представителя в латексной маске.—Братик на особом задании? Киришима же серьёзно глядела в экран, стараясь скрыть под этой серьёзностью истинное разочарование, чувство обиды. —Братик больше не с нами,-не боясь расстроить девочку ответила она.       А ведь когда-то ты был наивным подростком, не способным даже напасть... Как же ты изменился, Канеки Кен... Ни человек, ни зверь, ни гуль. Кто же ты тогда?