А я Люблю и Ненавижу!

Мы сидели друг напротив друга. Он периодически переводил взгляд на стрелки золотых часов. Вещь довольно редкая и неприемлемая в здешних краях. Где же он смог её достать? И, что более важно, на кой они ему сдались? В прочем, я стал забываться, что передо мной восседал тот самый тип по кличке или же имени Хорхе. А от него, как я понял, ожидать можно было всё, что угодно. Вплоть до агитирования ПОРОКа. Иными словами, психом, а тем более шизом латинос не казался, скорее уж — чертовски хитрым самозванцем, пригревшим удачное место на случай «всякого». Хотя… Не так-то и часто мне доводилось видеть психов, что бы судить кто есть кто. — Hermano, я пришёл договориться. Не стоит отнимать у меня драгоценного времени. Его и так осталось немного. Похоже, что переговоры придётся начать именно мне. И я начал. Я рассказал ему о Лабиринте, Глэйде, гриверах, о ПОРОКе, Жаровне, шарах, группе Б, лекарстве… Хорхе внимательно слушал под ледяной маской. Его глаза пронизывали меня насквозь, досконально анализируя и психологически проверяя факты. От его пытливого взгляда вряд ли ускользали мои скрытые эмоции, как я и не пытался держать себя в узде. — Получается, есть в нас нечто особенное, — подытожил я. — Иначе, какой в этом всём смысл? — Кстати, о смысле. Так что вы можете мне предложить? — Если вы поможете нам, то мы сможем вас спасти. Излечить от вируса. — А если лекарства нет? Ты не думал о такой перспективе? — А вы считаете, что лучше остаться здесь? Что лучше пересидеть в норе апокалипсис без шансов на спасение? Без шанса стать одним из них? — Ты как ко мне обращаешься, мальчик? — Извините, конечно. Но вы, действительно, думаете иначе? — О чём я думаю, тебя, amigo, не касается. — Так вы согласны? — Ну а хули оно, если не си? — с этими словами он поднялся. — Если ты спасёшь Бренду, я помогу тебе. Глэйдеры шли за Хорхе, который открывал перед ними проход в совершенно иное здание, соединяющееся с тем старым подземным ходом. Здесь же царил гламур, аура царственности и невиданный покой. За нами шагала та самая Бренда и полдюжины шизов. Мы остановились у своеобразного кабинета Хорхе. Тот приказал остаться только Бренде и нам, а остальным шизам идти на свои посты. Мы зашли к нему. Вместе с девчонкой испанец прошагал дальше, к столу. Он поделился шёпотом новостями с Брендой, перекидываясь с ней какими-то фразами, а затем оглянулся к нам. — Итак, мы решили. Сегодня вы отыграете роли заложников. Бренда отведёт вас в камеру. Там вы и проведёте ночь. А завтра на рассвете мы проберёмся к вам и уйдём из этого гиблого места по тайным проходам. Я приведу вас к человеку, которому приходилось общаться с ПОРОКом. Он знает, где обосновалась группа Б и нахождение того самого лекарства. Всё ясно? Минхо подал голос: — Какого чёрта нам ждать целую ночь, если мы можем пойти прямо сейчас? — Придурок! — выкрикнула Бренда. — Мы не можем пойти прямо сейчас. Мы сами в заложниках у шизов. Если отец не будет вести себя, как босс — они убьют его. — Или догадаются о нашем плане, — кивнул Хорхе. — и не видать вам не лекарство, не ПОРОКа, не света белого. Минхо усмехнулся: — Окей. Тогда вопрос в другом. Какого чёрта мы должны вам верить? Эрис схватил ладонь Минхо, сильно сжимая её в своей. Он с готовностью атаковать уставился на латиноса. Хорхе хмыкнул, но даже ухом не повёл. Бренда вновь ответила за него: — Потому что мы тоже только с вашей помощью сможем спасти свои задницы. Скажем так, мы — ваша возможность сбежать, вы — наш пропуск к лекарству. Поможем друг другу? В камере было прохладно и мрачно. Свет исходил только от редких факелов на стенах.

«Ей-Глэйд, устроили тут средневековье!»

Минхо сидел рядом с решёткой, настороженно вглядываясь в темноту. Эрис что-то прошептал ему на ушко, но азиат никак не среагировал, продолжая исследовать новое место серьёзным и сосредоточенным взглядом. Эрис вздохнул и опустился к ширинке. Послышался звук расстёгивающейся молнии. Недоглэйдер начал снимать ему напряжение фирменным минетом. Фрайпан очухался от какого-то транса и активировал своего гомофоба, начав кричать о своей несчастной судьбинушке натурала и всячески возмущаться. К нему присоединился охранник-шиз. Ньют хихикнул и хитро уставился на меня. Я закатил глаза и ответил на его взгляд улыбкой. В следующую секунду блондин лежал на земле. Он попытался обхватить меня руками за шею, я хлопнул его по ладони. Ньют перехватил мой взгляд и усмехнулся, послушно опустив руки на землю над головой. Я прошептал ему на ушко: — Хороший мальчик. Он облизнулся и прервал моё дыхание глубоким поцелуем. В следующую секунду раздался взрыв.