Ненужная. Или Акацуки меняют угол мировоззрения

— Хидан, мать твою!!! Не свети достоинством!!! — как же меня уже задолбало, что каждое утро, как я дома, мне приходится лицезреть голого Хидана, проклинающего моего петуха. — Да бля... Эта хуйня с перьями уже как вторую неделю меня будит. Давай захерачим его и делов-то? — А будить меня будешь ты потом? — спросила я, прикрывая глаза и протягивая Хидану заранее приготовленный халат. — Но вообще не помешало бы курицу зарубить… — я задумалась. За две недели, что эти ненормальные у меня, я истратила трехмесячный запас еды. — Сасори Дана еще не вернулся, да? — между прочим, Дейдара спросонья очень даже милый. — Слушайте, у меня идея. А давайте Хидана продадим сутенеру. Будет у нас проститутом. И ему радость и деньги в семью, при чем не малые… — хохотнул вошедший Кисаме. У меня чуть челюсть не отвисла, но, кажется, я была единственной, кто придал слову «семья» ТАКОЕ значение. А ведь и правда, я очень привязалась к этим ребятам. Странно это как-то. — Крис, ты с глупой улыбкой пялишься в шкаф, — сказал вошедший Сасори. — О, Сасори… Как поработал? — Киса как всегда на позитиве, только вот рыжик его проигнорировал и пошел спать. Кстати, об этом, Сасори сделал несколько кроватей. Нет, ну подумать только, собственноручно сделал довольно неплохие кровати.       Честно признаться, Акацуки хороши, при чем каждый в своём. Эти ребята довольно сильно мне помогли в плане хозяйства, да и с деньгами тоже. Какузу оказался шикарным казначеем. Я, конечно, об этом читала, но все же…       Кстати, преступная организация у меня уже две недели, и я смогла наладить с большинством из них относительный контакт. Так же, я посмотрела все серии Наруто, где есть Акацуки и прочитала немалое количество фанфиков о них. И они вовсе не такие дружелюбные, какими их описывали. Взять, к примеру то, как Дейдара с Сасори подрались пару дней назад — это был ужас. Я тогда думала, что впервые увижу убийство. Лично моя персона тоже не раз становилась жертвой нападок Дейдары и Хидана, и если с первым я ещё хоть как-то могла справиться, то со вторым…       В общем, у меня до сих пор синяки не сошли. Нет, он меня не бил, ни в коем случае, но хватало и того, что Джашинист мог дернуть или сжать руку. В последнее время меня очень сильно пугает состояние Хидана — он слишком агрессивный, и боюсь как бы это не потянуло за собой последствий.       Первую неделю я вообще боялась находиться с ним в одном помещении, потому что седовласый, узнав об их происхождении, разочаровался в своём боге. Нетрудно представить какой человек, когда он теряет смысл жизни, а теперь представьте, что этот человек Хидан…       В общем, мы живем вовсе не так радужно, как могло бы казаться. Хотя последние пару дней Акацуки ведут себя преувеличенно по-домашнему, из-за чего я начинаю терять бдительность. — Идем я херакну ту срань, что меня будит постоянно, — деловито сказал мне Хидан. — Я думала, ты шутишь, — я и правда так думала. — Нет. Он меня реально заебал. И еще чего-то жрать сообразишь, а то от стряпни Конан ебануться хочется. — Так, не надо тут на Конан наезжать. Скажи вообще спасибо, что она готовит вам, могла бы просто заехать сковородой по роже и все. Впрочем, ладно. Меня это животное тоже бесит уже который день, так что идем. — Кристина, — так меня звали только Итачи и Конан, но из-за женского тембра первый отпадает, — у тебя есть минутка? — Хидя, ты иди я догоню, — улыбнулась я платиновому и пошла за синевлаской. Сегодня девушка выглядела немного удрученной. Кстати, она тоже начала проявлять кое-какие эмоции, что я считаю своей личной маленькой победой. — Что случилось? — спросила я, зайдя с ней в мою комнату. — Ну… Не знаю, как тут у вас и что, но… — она запнулась. Впервые вижу, чтобы Конан так себя вела. Это было очень даже мило, но чертовски странно, — дома у нас — у девушек — случается такое что… — Критические… — догадалась я. — Что? — походу, у них это называется по-другому. Поэтому мне пришлось пояснить ей что это и как с ним бороться. Отличалось в наших мирах только средство борьбы.       Разобравшись с проблемой Конан, я пошла к Хидану. И кто бы знал, как не вовремя я подошла. От увиденной картины у меня подступил ком к горлу.       Джашинисту хватило одного мгновения, чтобы голыми руками свернуть бедному животному шею. Его движения были такими легкими и непринужденными, будто бы он зубочистку пополам сломал, а не чью-то шею. А его лицо при этом… На лице платиноволосого было безумие и удовлетворение. Вот оно — то чего я так боялась. Как бы по-домашнему Мацураси себя не вел, но жаждал убийства. Рано или поздно, это должно было случиться, и хвала Богу, что жертвой Хидана стал петух, а не человек. Но…       Господи, это еще не все? Не знаю где, но он взял топор и с ужасающей улыбкой на лице перерубил бедному животному шею, голова отвалилась и упав на землю, начала заливать ту кровью. Руки мужчины также были в крови, и его это ничуть не удручало, скорее даже наоборот. Ладно все это, но то, что он поднес окровавленные пальцы к лицу и получил от этого моральное удовлетворение — было уже как-то слишком.       Мне пришлось закрыть рот рукой, чтобы сдержать рвотный позыв. Но это помогло ненадолго, так как меня все-таки вырвало. Увиденное повергло меня в самый настоящий шок — эмоции нахлынули ударной волной, из-за чего глаза наполнились слезами. Страх и сострадание смешались воедино и дышать стало трудно. Из-за развивающейся истерики, переваривать полученное мой мозг вообще отказывался. Впрочем, как вообще возможно понять такое? — Крис? — слегка удивленным голосом спросил Хидя и шикарно мне улыбнулся. — А я тут уже закончил… Эй! Что с тобой? — Хидан сделал пару шагов в мою сторону, но я дернулась от него, как от прокаженного — Не подходи ко мне… — сила звука пропала и изо рта вырвалось лишь шипение. — Чего? — в данной ситуации было непонятно, то ли он меня попросту не понял, то ли не услышал. — Не подходи! — уже взвизгнула я. Сейчас увиденное смешивалось с воспоминаниями и я уже не особо понимала, где рука Хидана запачканная куриной кровью, а где окровавленная шея отца. — Эй-эй… Я ж нихера не сделал, — Хидя пошатнулся. Во-первых, если меня увидят в таком состоянии, ему это грозит неплохим таким нагоняем. Во-вторых, он действительно не понимал чем именно вызвана моя реакция. Только вот мне от этого легче не становилось. — Что произошло? — властный голос Пейна еще больше усугубил ситуацию. Вспомнился собственный крик перед тем как меня ослепило фарами. — Я тут ни при чем, — примирительно поднял руки Хидан. — Мне повторить вопрос? — у меня, кажись, началась паническая атака и оба парня это заметили, ведь дышать становилось все труднее и труднее. — Мы решили херануть петуха, чтобы она его потом приготовила. Ну я и пошел. Когда увидел Крис она блевала и рыдала, а теперь шарахается, как будто бы её 220 ебнуло, — Хидан и правда не понимал, чем вызвана моя реакция, но, похоже, это прекрасно понял Пейн. — Приберись здесь и найди Конан. Пусть она разберется с этим, — сказал Лидер и подошел ко мне. Несмотря на развивающуюся во мне истерику, парень взял меня за руку и потащил в сторону сада. Мои попытки вырваться из его хватки были тщетными, так как держал он сильно. Скорее всего, после такой "прогулочки" у меня останутся синяки. — Успокойся… — как всегда, властный голос прозвучал как гортанный рык. И наверное, даже если бы хотел, Пейн не скрыл бы в тот момент весь спектр раздражения. И своей позицией он все усугублял. Я не успокаивалась, наоборот: паника только усиливалась. — Как? Как можно так легко отобрать чью-то жизнь? Как можно совершить убийство и… — я не договорила, так как при воспоминании маниакального восторга Хидана, у меня снова появился рвотный рефлекс. От него спас Пейн, который меня не хило так встряхнул. — В убийстве нет ничего яркого или уродливого. Убийство остается убийством. Жизнь — ничто. Она ничтожна одинаково у всех. Тебе не стоит придавать ей такого огромного значения. Ты этого не поймешь, пока сама не убьешь. В нашем мире в самом воздухе всегда витает запах крови и смерти. Когда ты живешь в таком мире, мировоззрение другое. И некоторые, вроде Хидана, полностью поддаются этим гипнотическим запахам. — Но вы больше не там! — возможно, в другом психологическом состоянии я бы думала и говорила по-другому, но сейчас я была под воздействием сильного потрясения, поэтому сама не понимала, что очень не права. — В любой момент вы можете изменить своё будущее, но вы в этого не хотите. Не хотите поверить в саму возможность другой жизни. А причина проста: такая жизнь не требует от вас усилий в настоящем! — Ты ничего не знаешь ни о нас ни о жизни в нашем мире, — Пейн с помощью голоса ясно дал понять, что больше не намерен говорить. — Да что ты зациклился, мой мир — твой… Неважно в каком мире или из какой ты семьи. У нас тут тоже есть и войны, и убийства, и предательство, и одиночество. Вы просто сдулись. Ты сдулся и скрываешься за своей маской под названием «Боль». Ты не один, кто потерял все. Но, в отличие от многих других, ты сломался и предал мечту. А у некоторых … — я запнулась. — Да с кем я разговариваю вообще… — теперь дискуссию продолжать не хотела уже я.       Хоть последние мои слова и были сказаны от обиды за несправедливость, но я все равно говорила под воздействием действительно сильного морального шока. Уверенна, для множества людей, увиденное мною тоже было бы потрясением, но у меня данная картина вызвала самый настоящий шок. И я утверждаю это с полным пониманием дела. И обострение моей реакции произошло из-за панической боязни смерти. После гибели родных, данная тема стала для меня чем-то вроде табу.       Поскольку желания говорить с кем-то или видеть кого-либо, а уж тем более Пейна, не было, я встала с качели и намеревалась уйти, но не тут то было. К сожалению, «Госпожа Удача» никогда не смотрит на уместность момента и отворачивается от меня при любом удобном случае.       Я довольно часто задаюсь вопросами: «Почему я вечно оказываюсь в тупых ситуациях?», «Почему я не могу с достоинством и грацией развернуться и уйти?» и т.д. Сейчас в моей голове возник вопрос: «Почему я обязательно должна была поскользнуться на луже и полететь вверх тормашками?» Ненавижу свою «удачу», как, видимо, и она меня. А это несчастное…       В общем, Пейн, естественно, меня поймал. И если вы думаете, что сейчас было что-то в роде: «Мои глаза встретились с его глазами. Во взгляде было желание, от чего дыхание сбилось. Какое-то непонятное напряжение поспособствовало тому, что лицо парня казалось все ближе и ближе. Я уже чувствовала вкус его губ у…» — так вот, такого не было. — Ну почему ты такая неуклюжая? — это что раздражение? Нет, ну вы посмотрите только на него. — Ну, куда нам – убогим… — фыркнула я и приняла ровное вертикальное положение. — Эталон изящества сраный… — Да. В отличие от тебя… — я не дала договорить парню. — Слушай, то, что тебя считают богом кучка людей, которые уже даже не знают, чего еще им боятся, еще ничего не значит… — Да как ты… — «Смею» да? Да вот так. Вы убиваете не мигая глазом, а признать правду мужества не хватает? Это просто жалко… — я, вообще-то, не хотела задеть его чувства, но меня понесло. У меня глупая защитная реакция. Хотя, может, она не такая уж и глупая. Не зря же говорят: «лучшая защита — нападение». — Все сказала? — выражение его лица, конечно, не изменилось, но все же... Что-то мне подсказывало, что я, все-таки, его задела. И этим чем-то были глаза. В них сейчас был невероятный микс ярости, печали и еще чего-то, что я не могу понять. — Нет, но оно того не стоит, — вот что за черт? Я же извиниться сейчас хотела. — Даже так? — он сложил руки на груди. — Гр-р… — у меня глупая привычка: когда я раздражаюсь, то рычу. — Вот и поговорили. Не смею более задерживать. — И почему я вечно веду себя как ребенок, когда рядом кто-то из них? — минутная тишина. — Да наверное, из-за того, что меня окружают одни идиоты… Блин, я уже с чаем разговариваю… Дожила… — какая же это была нелепая ситуация. Хотя, удивляться тому, что я разговариваю с неодушевленными предметами, смысла нет. — Да ладно тебе… Не такие уж мы и идиоты, — сказал из ванной Сасори. — Ну, это как когда… И смотря о ком говорить, — и как я могла не заметить, что в ванной кто-то есть? — То есть, есть кто-то, кто бесит тебя по-особенному? Может, поделишься? — улыбнулся парень, выйдя из ванной и сев напротив меня. — А я могу тебе доверять? — секундная тишина, и мы вместе засмеялись. — Серьезно, Крис, тебя кто-то донимал? — честно признаться, Сасори был самым адекватным из всей шайки и, похоже, мы нашли общий язык. И хоть до дружбы это еще не дотягивало, но без зазрений совести могу признать что мне ужасно нравилось разговаривать с Акасуной. Но жаловаться я не любила и не собиралась. — Да нет… — мне не хотелось пересказывать парню наш разговор с Пейном. — Это же не из-за утренней истории? — он поднял одну бровь. Я обожаю, когда так делают. — Ты, как всегда, обо всем в курсе, — с долей смущения сказала я. — Ты не подумай, я не психованная, просто эта мания величия Пейна меня уже достала… — Кхм… ну, вообще-то, я про Хидана, — вот это я глупо спалилась. — Бли-ин… — простонала я, — А с Хидей я уже вроде как помирилась. — Это даже интересней… Теперь я жажду услышать подробности, — Сасори сложил руки в замок и положил на них подбородок, при этом взгляд у кукольника был ужасно требовательный. Ну я и сдалась под его напором, и все рассказала. А что мне еще-то оставалось? — Н-да, Крис… То, что ты жива — это уже невероятно. Но то, что ты после всего сказанного лидеру осталась еще и нетронутой — вообще пониманию не поддается… — Кто там кому не отдается? — ну почему меня не оставят наедине со своими мыслями ненадолго? — Заткнись, — Какузу сегодня был не в настроении. — Иди нах, — но Хидану было как-то пофиг на настроение напарника, как и всегда. — Детка, ты че такая кислая? — Да нет, все норм, — поспешила заверить я, а то этот как пристанет, так уже фиг отвяжешься. И это этот человек утром довел меня до истерики. Есть еще сомнения по поводу моей неадекватности? — Кристина, я тут подумал, и, посчитав, решил, что тебе выгоднее будет купить машину, нежели ездить каждый раз вот так вот попутками… — деловито заявил Какузу, сев напротив меня. Сасори покосился на него как на идиота. — Ого, как загнул… — я аж чаем захлебнулась. Благо, Хидан — «добрая душа» — сидел рядом и по спинке похлопал. — Ты еще раз хлопнешь, и у нее спина пополам сломается, — сухо заметил Акасуна, за что получил моей ногой по своей, но, видимо, его это не впечатлило. — На какие "ши-ши" ты собрался машину покупать? — спросила я Какузу, все же откашлявшись. — Дык он же дерьмохеропиздократ у нас, — заржал Хидан. Я даже не слышала еще такого мата. А вот Какузу не оценил старания напарника и лишь подарил тому смачный подзатыльник. — Деньги есть… — Но ее же постоянно нужно заправлять и чинить, и вообще уход за машиной денег стоит, а еще права купить... — я начала размышлять и хотела уже согласиться, но Какузу меня опередил. — Забудь о том, что я сказал, — он встал и ушел. Настала тишина. Сасори чему-то ухмылялся, Хидя, наверное, опять впал в транс, думая о своем Джашине, а я просто не знала, что сказать.       Но такая идиллия не продлилась долго, так как вдруг стало очень темно. И дом оглушил девчачий визг, поскольку Конан визжать бы не стала, я сделала вывод, что визжал Дейдара. За этим визгом послышалось красноречивое и довольно громкое «Блять». Я сразу же схватилась за телефон и помчалась на звук, а Хидя с Сасори за мной. Первым на нашем пути попался Какузу. Кстати, мат вылетел из его уст. Вот так картина: всегда невозмутимый и расчетливый брутал Какузу сейчас стоял, потирая лоб. Видимо, из-за того что пропал свет, он немного промахнулся и не попал в дверной проем, но зато попал лбом в открытую дверь. — Какузу, ты как? — тревожно спросила я, пытаясь посветить на место ушиба. — Да хули с ним случиться? — Хидя закатил глаза и сразу же получил от Кузи. — Боюсь, что, если мы не поторопимся, то наша блондиночка сейчас чего-то учудит… — меланхолично произнес Сасори. — Да, идемте, — возле блонди уже собралась вся честная компания, даже Пейн с Конан были там. — Что случилось? — зажженная свечка тускло освещала комнату, но все же того света, что она давала вполне хватало дабы увидеть до чертиков испуганное лицо Дейдары. — Я… Я тут сидел и, — парень запнулся, — в общем, неважно. Я просто подумал, что у меня лопнули глаза… — он покраснел. — Чего? Ты серьезно? — я сама думала, что у меня сейчас глаза вылетят… от смеха. — Бля… — он психанул и встав попытался уйти. Из-за того, что было темно, он вышел только со второй попытки. А в комнате воцарился невозможный хохот. Смеялись даже Конан с Итачи, что было не свойственно им. И только Пейн был в своем репертуаре. Бесит… — Ребят, ну хватит уже, — сказала я успокоившись, наконец-то, — нужно найти его. А то ведь он у нас впечатлительный. — Да блять, харе заботиться об этих пиздюках! — недовольно сказал Джашинист. — Хидан… не ревнуй… ты ж знаешь, что я только тебя люблю, — хохотнула я и Хидан меня понял. Мы с ним заржали с новой силой. А вот остальные, кажется не оценили. В комнате, не считая нас, была тишина. — В смысле «тебя люблю»? — первым от шока отошел Кисаме. — Ну в смысле я… — я хотела оправдаться, да только Хидюшка мне не дал. — А хули вы думали? — гордо заявил седовласый и обнял меня, а меня будто бы электрошокером кто приложил. У меня как бы комплексы, так что подобное немного шокирует. Я сразу же откинула его руку и отскочила. — Ну да… харе заливать, — кривовато усмехнулся Кисаме. — Не пиздеть была команда, — шикнул на Кису джашинист. — Ой, заткнитесь оба, — появилось яркое чувство того, как краснеют щеки. — Я пошла искать Дейдару. Сасори, где он может находиться? — Ну… есть одно место, которое ему здесь приглянулось… — задумался парень. — Ну-у-у-у… рожай быстрее, — мне хотелось, как можно быстрее смыться отсюда. — Сасори, проведешь ее, — приказал Пейн и, кинув на меня последний уничтожающий взгляд, ушел. Меня словно током прошибло от его взгляда. — Да, Лидер-сама, — кивнул Сасори и пошел к выходу. Я пошла следом.       Кстати погода наконец-то устаканилась и сейчас нет ни палящего солнца, ни дождей, ни пробирающих до костей холодов, так что, сейчас у меня самое любимое время за весь год, ну еще осенью такое бывает. Так что накинув весеннее пальто, мы с Сасори вышли из дома и он меня повел в сторону выхода из деревни. — Я надеюсь, Хидан просто, как всегда, на своей волне и между вами ничего нету? — между прочим спросил меня Сасори. — Издеваешься? Естественно Хидан прикалывался. Он для меня слишком старый… Кстати сколько вам лет? — Вообще-то ему 20, а мне 32, — я зацепилась за собственную ногу и стремительно полетела к земле, но Сасори очень даже ловко меня поймал. — Есть за что ухватиться, — усмехнулся он. — Придурок! — покраснела я и отскочила от него на несколько метров. А Сасори лишь улыбнулся. — Господи, какой же ты старый, — я прикрыла глаза рукой. А ведь я даже не задумывалась о том, что уже почти месяц живу с довольно-таки зрелыми мужчинами. — А сколько остальным лет? — все же мне лучше было узнать. — Ну, Дейдаре – 16, Какузу – 87, — я офигела, — Конан и Пейну – 26, Итачи – 17, Кисаме лет – 29, — закончил Сасори. — Офигеть… — протянула я. — Вот это колоритная у вас банда. — Не представляешь насколько… — Но, знаешь, мне как-то мало вериться в то, что Кузьке 87, а тебе 32… Ну вот не… — я хотела сказать «не верю», но если вспоминать кто они, то… — Черт, я постоянно забываю кто вы… — выдала я свои мысли в слух. — Ты наконец-то смирилась с нашей сущностью? — А у меня был выбор? — мы уже вышли за пределы моей деревни и у меня возник вопрос, когда эти проныры успели сюда забрести. — Ты кому-то о нас рассказала? — Шутишь? Ладно если я признала, что сошла с ума, но если об этом узнают остальные… Как часто ты видел свихнувшегося психолога? — я представила себе картину: ко мне пришел пациент и начал делиться проблемой, типа дочь не понимает или жена дура, а я ему такая: а я вообще живу с 9 убийцами из другого мира. — Я так и знал, что он тут… — самодовольно заявил Сасори. Как оказалось, любимым местом Дея в этом мире оказалась моя бывшая "халабуда". В детстве, когда мы с Сашкой приезжали к бабушке с дедом на каникулы, часто убегали сюда и делали домик. Это было так… волшебно. Здесь был только наш мир, только наше место.       К горлу подступил ком от столь счастливых воспоминаний. Но взяв себя в руки я шагнула к Тсукури. — Не против, если я составлю тебе компанию? — спросила я, садясь на стульчик-пенечек. Парень мне не ответил. — Знаешь, а ты ведь единственный человек, которому тоже понравилось это место… — сказала я, прикрыв глаза и вспоминая картины из детства. — Чего? — буркнул он. — Когда я была маленькой, это место было нашим с братом убежищем, — Сасори оперся на тонкую тополь неподалеку и навострил уши. — Да ты и сейчас-то не шибко взрослая, хм, — сказал он, смотря на свои кеды (да, они закупились нормальной одеждой, а вы как думали? Не ходить же им все время в балахонах). — Уж чья бы корова мычала, — пробубнил себе под нос Сасори, но Дей его услышал и одарил недовольным взглядом. Я вообще заметила, что Сасори в их шайке пользуется уважением, особенно у Дея. — Может и так… Дейдара, а тебе никогда не было страшно в окружении Акацук? — вдруг спросила я. Признаюсь честно, этот вопрос был неожиданным даже для меня. — Нет, с чего бы, хм? — удивился Дей. Сасори тоже удивился, хоть я этого и не видела, но спиной чувствовала на себе вопросительный взгляд суновца. — Ну, просто, все ребята старше тебя и… — я не договорила, так как Дейдара вскочил. — Чего ты приперлась? Лучше бы осталась поржать с Хиданом, да! — воскликнул мальчишка. — Я не… я не собираюсь над тобой смеяться, — шокировано сказала я. — Ну да, конечно… Все вы считаете меня глупым ребенком. Даже Дана не воспринимает меня всерьез, хм! — Сасори аж воздухом поперхнулся. — Просто ты слишком импульсивный… — меланхолично сказал рыжик, хотя Дей его, конечно, и удивил. — Лично я не считаю тебя ребенком, — я встала и посмотрела в голубые глаза Дея, точнее в глаз. Надо его подстричь, а то такие удивительные глаза, а он челкой все закрывает, дурачок. — Ага, как же, — он сложил руки на груди. — Ты не ребенок, но ты себя ведешь по-детски. И я не знаю, с чем это связано, но это так. — Вот. Я же… — начал было он. — Не перебивай меня, пожалуйста, — упрекнула я его. — Я не стану копаться в твоем детстве и донимать разговорами типа: «поделись и тебе станет легче». Нет. Я просто выскажусь. Твое виденье жизни отличается от виденья жизни Сасори или Хидана. Еще большую роль играет твой темперамент. Ты например холерик, а Сасори флегматик. И Пейн не зря поставил вас в команду. Сасори неспешен, невозмутим, имеет устойчивые стремления и настроение, внешне он скуп на проявление эмоций и чувств. Он проявляет упорство и настойчивость в работе, оставаясь спокойным и уравновешенным. А ты быстрый, страстный, порывистый, однако, совершенно неуравновешенный, с резко меняющимся настроением с эмоциональными вспышками, быстро истощаемый. У тебя нет равновесия нервных процессов — это тебя резко отличает от, например, Кисаме. Ты, увлекаясь, безалаберно растрачиваешь свои силы и быстро истощаешься. Поэтому вы с Сасори, как бы, дополняете друг друга и ладите больше, нежели с остальными. Хидан тоже холерик, потому вам и сложно поладить. — Ого… Ты читаешь нас как открытую книгу… — кажись, я заработала себе «плюсик» в глазах Сасори. — Это моя работа, — улыбнулась ему я. — Не надо на мне сейчас свои эксперименты проводить! — всполошился Дейдара. — Но ты же тоже хотел использовать на мне свое искусство, так что мы квиты, — усмехнулась я. Парень же, бедный, аж покраснел, но возразить мне ему было нечего. Воцарилась тишина. Каждый думал о своем. — Ты говорила, что в детстве это было твое с братом тайное место? — начал Дейдара. — Да, было дело, — подтвердила я внутренне напрягаясь. Догадаться каким будет следующий вопрос блондина – вовсе не сложная задача. — Где сейчас твой брат? — я ожидала этого… Признаться, я ожидала, что речь о моей семье зайдет намного раньше и давно была готова к подобному разговору, но слезы сами показались на глазах. Прошло столько времени, а я все еще не смирилась… — Надеюсь, что в раю, — легко улыбнувшись слабенькому порыву ветра я запрокинула голову. Обычно это действие помогало мне остановить непрошеную влагу на глазах. — Извини… — то, что было дальше ввергло меня в шок — Дейдара меня обнял. Этот паренек не перестает меня удивлять. Сасори знал мою историю, потому хотел было остановить Тсукури от подобного вопроса, но он не меньше моего удивился реакции напарника. На губах сама по себе появилась улыбка и я обняла блондина в ответ, прикрыв глаза. — Думаю, нам лучше вернуться, а то еще чего доброго без меня дом разнесут, — тихо сказала я и Дейдара тут же отскочил, поняв, что только что повел себя несоответственно имиджу. — Если не считать выходных, тебя не было две недели и ничего, не разнесли… — подметил Сасори. Дейка встал и небрежно отряхнулся. Я усмехнулась и последовала его примеру, после чего мы все отправились домой.