Foul play

Нужно заботиться о себе и защищать близких, даже если это порой означает разлуку. - Стефани Майер. *** Пару дней назад… POV Дилан Я проснулся от криков и звуков ударяющейся мебели. Голова пульсировала, и я скривил лицо, стараясь открыть глаза. События хеллоуинской ночи крутились в голове вперемешку с болью. Я поднялся и мысленно поблагодарил маму за то, что она приготовила мне таблетку с водой, которую я тут же выпил. Крики не прекращались. Я, одевшись, тут же спустился, готовый к худшему. Отец вернулся, и вернулся пьяным. Он кричал что-то непонятное и ломал мебель. - Дорогой, успокойся, прошу! – мама попыталась его усмирить, на что получила пощечину и тут же упала на пол. - ТЫ ЧТО, БЛЯТЬ, ДЕЛАЕШЬ?! – я тут же подскочил к нему, оттолкнув его так, что он запнулся и повалился на пол, захватив стоящую вазу, отчего она тут же разбилась и осколки разлетелись по полу. Я поднял маму и велел ей идти к Джулии. В кармане зазвонил телефон. Я достал его, на дисплее горело имя «Томми». Прости, сейчас не время для разговора. Я сбросил. - Ты, - начал отец заплетающимся голосом, - сукин сын, нравится члены сосать? - О чем ты, блять? – я следил за тем, как он поднимается, и материться, поскальзываясь на осколках. - Я все видел, еблан. Я воспитывал тебя для того, чтобы ты других парней в жопу ебал? Да я отучу тебя от этой хуйни! Удар. Я устоял на ногах, поэтому попытался ответить. Я замахнулся, но отец отошёл назад, и снова поскользнувшись, упал на осколки. - БЛЯТЬ, СУКА! – он накинулся на меня и повалил на спину. Осколки мгновенно впились в спину, я закричал, а отец разместился сверху. - Блядский педик, я убью тебя! Он наносил мне удары один за другим, я даже удивился, как его удары в таком состоянии могут быть настолько тяжёлыми? Он избивал меня до тех пор, пока я перестал чувствовать лицо, и перед глазами начала возникать чернота. Дальше он переместил руки на мою шею и начал сжимать пальцы. Я дергал ногами и пытался убрать его руки, потому что кислорода стало не хватать, и я просто хрипел в надежде вразумить его, но он только сильнее сжимал руки, приговаривая: Сдохни! Сдохни! Я услышал женский крик позади отца, мать пыталась оттащить его. Он отвлекся на неё и разжал руки, я закашлял и согнулся пополам. - Чёрт, меня сейчас стошнит, – проговорил отец, а затем указал на меня, - а с тобой я ещё поговорю! Он ударил ещё несколько раз меня ногой по рёбрам на глазах у матери и Джулии и пошёл в ванную. - Господи…, - мама тут же кинулась ко мне и попыталась поднять меня. Все тело ужасно жгло, и я шипел от боли. Она помогла мне дойти до комнаты. Не думал, что самым адским из моего передвижения, на данный момент, будет подъём по ступенькам. Она положила меня на кровать и приказала Джулии сбегать за аптечкой. Пока сестры не было, мама пыталась стянуть с меня футболку, скажу сразу: это было ужасно больно, потому что все ещё торчащие осколки из спины соприкасались с тканью и двигались, отчего я снова закричал. Она шикнула, приговаривая, что все хорошо. Чёрт, вчера все и правда было хорошо. Я заметил, что телефон в кармане опять завибрировал. Я нажал на «сбросить». Джулия вернулась, и мама приказала мне повернуться спиной. Она ахнула, когда увидела, сколько осколков я собрал своей спиной. Чтобы не терять времени, мама дала Джулии перекись, вату и сказала обработать моё лицо. Мы все сидели в тишине, я только изредка шипел, в большинстве случаев пытаясь терпеть ужасное жжение, и параллельно сбрасывал звонки от Томми. Я не знаю, что теперь будет. Отец сказал, что видел меня, где я мог ему попасться? Наверное, он был неподалёку от дома Каи вчера. Господи, я надеюсь, он не видел лица Томми, иначе он просто убьет его, если увидит. Когда все мои раны были обработаны, меня оставили в кровати и велели пока что не попадаться на глаза отцу, хотя бы до того момента, пока он не протрезвеет. Я кивнул, и они ушли. Телефон вновь оповестил об уведомлении, на этот раз в виде смс. Хоть и время для разговоров наконец подвернулось, я не хотел разговаривать с ним. От кого: Томми «Дилан, что происходит? Я сделал что-то не так? Ты сбрасываешь мои звонки, мне нужно знать что не так. Прошу, перезвони мне». Быть может, мне вообще никогда ему больше не звонить? Если мой отец смог откупиться от полиции, он сделает это снова. Он все-таки влиятельный человек и деньги у него имеются. Я не хочу, чтобы из-за моей ошибки Томми пострадал. Наверное, будет лучше не видеть его, не пересекаться с ним. Если отец начнёт следить за моими действиями, то выйдет на Томми. На моего Томми. Я сам не заметил, как щеки начало жечь от горячих слез. Он будет ненавидеть меня, если я это сделаю, но мой отец опасен. Прости меня, Томми. *** Звонок в дверь. Кого это принесло в такую рань? Чёрт, а если это из школы, чтобы спросить какого хрена я не пришёл сегодня? Хотя… по моему виду и так все понятно. Отец протрезвел, и попыток убийства больше не было, и извинений тоже. Он старается унизить меня при любом случае, толкает, проходя мимо. Я знаю, с ним нужно поговорить, но он не послушает меня, это самоубийство. - Ну же, педрила, открой дверь! Снова оскорбление, за два дня я услышал столько синонимов к слову «гей» что уже просто перестал обращать внимание. Я открыл дверь и мои глаза расширились. Передо мной стоял Томми. Боже, нет, он не должен быть здесь! Я попытался спросить, что он здесь делает, но, черт, и дураку понятно, что если я игнорировал его - то все плохо. Он что-то говорит, боже, он в ужасе, он касается моего лица, его пальцы холодные как лёд, но от них будто заживают все ссадины. Стоп, нет, если отец увидит его, он убьет нас обоих! Я перехватываю его руки, мне так больно делать это, но я прошу его уйти. Сейчас же. Я начал выпихивать его как можно дальше. - На тебя напали?! Прошу, скажи мне что происходит! - Тебе нужно уйти пока он тебя не видел, прошу, я…, - я был в панике, я просил как можно жалостливее, чтобы он понял. - Дилан, ну кого там черти принесли?! – послышался голос сзади и я боялся, что он придет, чтобы посмотреть, почему я так долго. Томми что-то говорил, и из всего этого я расслышал только слово «полиция», когда он начал искать телефон. Полиция не поможет, но это ещё больше разозлит отца. Я перехватил его руки. Сколько чертового ужаса в его глазах. Я крепко сжимал его запястья, он такой красивый сейчас и так волнуется обо мне. Мне жаль, мне… правда очень жаль. Я даже не понял, как поцеловал его. Поцелуй был быстрый, я не хотел, чтобы прощальный был именно таким, но у нас не было времени. Ни времени, ни свободы. Я сразу захлопнул перед ним дверь и прислонился лбом о холодную древесину. Моё сердце колотилось так, что им можно было забивать гвозди, глаза щипало от слез. - Эй, блять, я с тобой разговаривал! - Ошиблись домом. Отец хмыкнул и отпил виски из стакана. Я ушёл в комнату, и только в ней я дал волю слезам. Я не хочу отпускать его. Уснув, я проснулся только от мелодии сообщения. Это от Томми. Я улыбался, когда читал про тренера, но когда дошёл до того, где мой мальчик представляет моменты избиения - моё сердце сжалось, хотелось прийти, обнять и сказать что все позади. Но я не мог. *** Спустя неделю. Вернулся я в школу только к пятнице. Многие скажут: глупо приходить, когда завтра все равно выходной. Но мне нужна была домашка, чтобы хоть как-то окупить пропуски. Как я и предполагал, отец отвез меня на машине. Когда мы подъезжали, он стал внимательно вглядываться в каждого парня. Когда я выходил, он протянул меня за шкирку. - Слушай сюда, сопляк, я нанял человека, который будет следить за тобой. Если он увидит, что ты как-то по-особому заглядываешься на мальчиков, он доложит все мне и тогда я отрежу твой член и заставлю сосать его. Ты понял? - Да, - тихо проговорил я, вырываясь из захвата. - Хорошо, удачи на учёбе. Пошёл нахуй. Я вышел из машины и, надев капюшон, как можно быстрее пошёл в класс. Самое ужасное, это то, что я учусь в одном классе с Томми. Первым у нас английский, и я сел как можно дальше, спрятавшись за капюшоном тщетно надеясь, что он скроет меня так же, как мантия-невидимка в книге о Гарри Поттере. Но я не Гарри Поттер. - Дилан?! Прошу, нет, не разговаривай со мной, не садись со мной, прошу, Томми, не надо. - Я рад, что ты вернулся. Твои ссадины почти прошли, да? Тебе лучше? Почему ты молчишь? – он попытался взять меня за руку, но я запихнул их в карманы. Я не смотрел ему в глаза, но уже чувствовал боль от такой выходки. Прозвенел звонок и я был рад тому, что со мной сел… Уилл? Неважно. Главное не подпускать к себе Томми. - Привет, чувак, "прекрасно" выглядишь. - Да, спасибо, - проговорил я, открывая учебник. - Как жаль, что меня не было на прошлой вечеринке, говорят, вы зажгли там. - Отъебись, – мне не нравился его тон, который обычно означает «я кое-что знаю, а ты нет». - Да ладно, я просто пытаюсь начать разговор. - Пошёл нахуй, у меня нет настроения разговаривать с тобой. - Какие мы злые, я смотрю у вас с Томми не все в порядке. Как интересно, а не повлияло ли на это то, из-за чего ты получил эту боевую раскраску на лице? Все, сука, заебал. Я подскочил и одним ударом заставил Уилла грохнуться со стула. Он не кричал, а ухмылялся, массируя челюсть. - Мистер О'Брайен, я попрошу вас покинуть класс. Сейчас же. Я собрал вещи и только мельком успел взглянуть на Томаса, который был в глубоком недоумении, и затем вышел. Все уроки до ланча Сангстер пытался поговорить со мной. Мне нужно прекратить это, слишком много подозрений может пасть на его плечи. Поэтому за ланчем я сел за столик к каким-то девчонкам, которые текли по мне ещё со средней школы, и начал болтать с ними, флиртовать, трогать. Мне было противно. Мне первый раз в жизни было противно. Их глупое хихиканье, ванильные духи от которых можно задохнуться, тупые шуточки, глупые разговоры, этот десятитонный макияж. Отвратительно. Но это сработало. Мы были в разных концах столовой, но я почувствовал, как разбивается его сердце. Как он сглатывает комок боли, и он разрезает ему глотку. Ненавижу. Я все это ненавижу. *** Отец посигналил мне, когда я выходил из школы. Я видел, как Томас пытался подойти ко мне, чтобы поговорить. И сейчас, когда я направлялся к машине, его глаза были расширены и полны слез. Я полдня ходил с девчонками в обнимку и даже целовал их. Предложить встречаться и получить стопроцентное согласие мне не составило труда. Я пристегивался и смотрел на него. Я не знаю, смог ли я скрыть всю боль, что сейчас была в моих глазах. Наверное, нет. Я отвернулся и скрылся с парковки. Прости, я люблю тебя, Томми.