Circular Story

Мои мечты и чувства в сотый раз Идут к тебе дорогой пилигрима, И, не смыкая утомленных глаз, Я вижу тьму, что и слепому зрима.

      Лондон, Англия. 1535 год       В камине потрескивал огонь. Его величество сидел в кресле, полностью погружённый в свои, по-видимому, недобрые мысли. Сзади тихо подкралась Анна: только пышная юбка из серебряной парчи с золотым узором шуршала, предупреждая короля о том, что теперь он не один.       — Кто она? — спокойно начала королева, но было видно, что она еле сдерживает свой гнев.       — О ком ты? — послышалось в ответ.       — Та дама, с которой ты разговаривал, когда должен был искать мсье Гантье? — неужели она осмелилась сделать ему выговор или это очередной укол ревности?       — Не знаю... — ответил Генрих, вырвавшись спустя некоторое время из раздумий.       — Это одна из твоих любовниц? — не унималась Анна, начиная терять терпение.       На это король ничего не ответил, лишь слегка покачал головой. Как же она ему надоела! Её величество обошла супруга и встала напротив, чтобы лучше видеть его лицо в полумраке. Он на неё и вовсе не глядел.       — Сколько их у тебя?.. — вновь начала королева свой ревностный допрос. — Как их зовут? Где ты их держишь, а?       — Довольно, — коротко произнёс монарх, подняв два пальца вверх в знак того, что не имеет желания больше всё это выслушивать.       — Нет, — подала голос женщина после недолго молчания, заставив Генриха напрячься и продолжать терпеливо слушать, — нет. Ты говорил... ты всегда говорил, что мы должны быть честны друг с другом. Ты сказал, что это определение любви!       Губы Анны задрожали, когда король поднял голову и надменно улыбнулся ей в лицо:       — Так слушай правду. Закрой глаза и терпи, как делала более достойная жена до тебя.       В камине всё также потрескивал огонь. Двое находились в зале, и лишь снаружи был третий — таинственный наблюдатель, — свидетель ссоры двух монарших особ. Махнув белоснежным крылом, сова-сипуха взмыла в небо, оставив короля и королеву одних.