Когда идете на свидание в кино, не заходите на ярмарку

      Улькиорра конкретно ничего не понимал. Начиная от Уэко Мундо и заканчивая Генсеем. Он стоял в мире Живых, мысленно надеясь, что это не та пресловутая Каракура, возле лотка с разными человеческими сладостями и несколько удивленно, если не сказать глупо, взирал на окружавшие его вещи. Брюнет словно оказался в каком-то запутанном лабиринте. Этих крытых лотков здесь было не меньше пятидесяти, они стояли вплотную друг к другу, образуя маленькие проходы посередине, достаточные для того, чтобы там уместилось около трех человек. Чего только на прилавках не было. Странные человеческие продукты, будь то сладости, мясо, овощи, ягоды, фрукты, Улькиорра в жизни не видавший таких диковинок как бананы или помела, долго стоял над ними, гипнотизирую взглядом, пока уставший окрик продавщицы: "Так вы будете покупать что-то?" не вернул его в реальность и не заставил отойти подальше. А что касается остальных предметов человеческого быта, то брюнет к ним даже близко не подходил. В конце концов, он остановился, где было поменьше народу — около прилавка сладостей, однако, пользующимся большой популярностью у детей. С удивлением разглядывая разного рода пирожные, засахаренные ягоды и фрукты, странные кондитерские конфеты, пышные булочки, Улькиорра с грустью подумал, что неплохо было бы, так, ненавязчиво сводить сюда Айзен-сама и показать ему все это многообразие, а то постоянные пресные чаепития без какого-либо содержания в них сахара, уже честно говоря, осточертели. Но, ведь не скажешь же самому Владыке об этом в лицо. Рядом заголосил пятилетний ребенок, заставив нервы на лице брюнета ходить ходуном. — Что такое? — спросил продавец, пожилой мужчина, оторвавшись от пересчитывании выручки за сегодня. — Мама пропала… не знаю где онаа, — чуть не плакал мальчик. — Ну, подожди немного, сейчас, наверное, подойдет. Найдем мы твою маму… Не уходи только, а то потеряешься еще больше. — Ыыы…даа, — ребенок начал успокаиваться, когда ему дали внушительный пирожок. — А вам молодой человек, нужно посоветовать что-нибудь? Присматриваетесь? — спросил мужчина у Улькиорры. Вопрос застал брюнета врасплох. Он повернул голову к продавцу, дабы удостовериться, что это действительно его спрашивают. — Я? Нет. Просто жду…ээ…товарища, — выговорил Улькиорра, уже побаиваясь, что снова придется искать новое место. — Ааа, тоже потерялись, значит, — понимающе улыбнулся человек. — Наверное, — снова задумавшись произнес брюнет. "И где этот мусор носит? Я первый раз нахожусь в Генсее, тем более в этом теле. А он еще умудрился потеряться. Придет, надо будет шкуру спустить и у себя повесить. Красиво будет, а главное приятно." FLASHBACK «…- Эээ…что? — Улькиорра сам удивился, насколько тупо прозвучал его голос. — Не "чтокай", а собирайся! — Гриммджо носился по комнате, не находя себе места от переполнявшего его возбуждения. Такому если в голову придет какая-то великая идея, то ни за что не отступится, а будет горы ломать и все остальное, лишь бы добиться желаемого. Улькиорра энтузиазма голубоволосого не разделял и косился на него с некоторым недоразумением. В его глазах стоял немой вопрос "ну, а я-то тут причем?" И брюнет, не задумываясь, озвучил его вслух: — Все ясно. Но, а я тебе зачем? Гриммджо перестал метаться и посмотрел на него как на душевнобольного, достойного сожаления. — Ты не понял ничего, — наконец сказал он, покидая комнату. — Через полчаса выдвигаемся в Генсей. Надеюсь, успеешь подготовиться морально, — и весело хохотнув, аки самый главный злодей, громко хлопнул дверью. Улькиорра остался стоять, как и стоял посередине комнаты, заинтересованно поглядывая на лежащее на диване подобие манекена, который принес ему Гримм, гордо именуя "гигаем"…" END FLASHBACK И теперь, он стоял в окружении этих странных людей уже как полчаса, если не больше, надеясь, что Гриммджо не просто так притащил его в этот Генсей. Сам голубоволосый ускакал куда-то сразу, бросив через плечо: "Я мигом, только забегу в одно место". Улькиорра, как порядочный арранкар, его немного подождал, ну, а потом двинулся на поиски в сторону предполагаемого гриммджиного местонахождения. Привыкший к бескрайнему пустынному пейзажу, брюнет совершенно не ориентировался в таком запутанном, и совершенно непохожем на его мир месте, и сразу же заплутал. Неведомо как, попав в этот лабиринт под названием "ярмарка", Улькиорра уже порядком устала искать голубоволосое недоразумение, и остановился, как он полагал, на самом видном месте. Главное, с другими людьми точно не спутаешь — мертвецки бледная кожа, изумрудные глаза и такие же зеленые линии от них, а также невозможно депрессивный и унылый вид, свойственный исключительно Улькиорре, позволяли арранкару особо выделяться среди людей, да так, что очень добросердечные люди к нему даже осмеливались подходить с вопросами — "не случилось ли у несчастного горе, чтобы помочь". Брюнет помощи не принимал, и всех подходящих одаривал холодным взглядом, свойственным тоже исключительно Улькиорре. Он уже успел мысленно наругать и Гримма, за то, что втащил его в такую непонятную авантюру, ничего не объяснив (хотя в памяти смутно всплывали какие-то незнакомые слова "фильм!, "кино", "попкорн". но он от них сразу же отмахивался, как от не имеющих значения), и себя за то, что… идиот. Ну как можно было пойти в Генсей с этим ужасом. Он вполне мог его разыграть или просто насмеяться над непутевым, подозрительно доверчивым мышем. Эхх…любопытство. Вот стало интересно, что же такого ему хочет показать этот тупой кусок кошатины, что он до этого не видел. Да и приятно было, ведь ради него Гримму пришлось попотеть, чтобы заинтересовать такого невозмутивого холодильника, как Улькиорра. Как только мысли повернули в сторону кота-идиота, на горизонте среди толпы замаячила подозрительно знакомая голубая вихрастая шевелюра, как будто ее обладатель ненароком искупался в небе. Улькиорра виду не подал, но в душе почувствовал дикое облегчение. Неужто нашелся, наконец. "А может тут есть несколько неформалов, и голубой цвет волос считается среди них даже очень неплохим цветовым решением?"- внезапно одернул себя брюнет. Но нет. Это точно был Гримм. Только он может так грубо продираться через толпу, прочищая себе дорогу чем-то, напоминающим черный шарик с крылышками, умудряясь при этом громко ругаться и отвешивать особо зазевавшимся подзатыльники. — УЛЬКИОРРА! — громко проорал он, наконец, оказавшись рядом с брюнетом. — Где тебя носит, мать твою! Ребенок, стоявший рядом с Улькиоррой, уже доевший пирожок, начал плакать, и немного ошалевший продавец машинально всунул ему еще один. — Не кричи, мусор. Сам убежал, еще и смеешь предъявлять мне претензии? — арранкар сложил на груди руки, показывая, что в долгу он не останется в любом случае. — Да, черт возьми, — Гримм, судя по всему, намучался бегать по этому лабиринту и теперь вымещал всю накопившуюся злость на брюнете. — Если бы ты стоял на своем месте и никуда не уходил, то и этой хрени не было бы! Некоторые люди уже останавливались и с возмущением, смешанным с любопытством наблюдали за перепалкой двух странно выглядящих парней. Кто-то даже неприязненно оборонил: "Во, пидорасы!". — Тише, Гриммджо, — как можно спокойнее сказал Улькиорра. Ему было не по себе, что они привлекают столько внимания. — На нас уже эти люди смотрят. У них наверняка не принято устраивать разборки посреди толпы. — Да, пошли уже, — бросил голубоволосый и потопал впереди. Дорогу расчищать ему не приходилось — люди сами расступались, лишь бы не контактировать с ненормальным парнем. Улькиорра шел позади Гримма, думая о своем, невеселом. Где она, обещанная романтика?! Ну, где? Все как всегда — переругивания, крики… Как осточертело уже. Ну, вот почему он все еще терпит это злое эгоистичное животное, этот мусор?! Как был диким котом, который сам себе на уме, так таким и остался. Они уже успели выйти за пределы ярмарки и оказались на многолюдном перекрестке. По дороге неслись машины, рядом как всегда торопились и спешили по своим делам люди, пищал светофор для пешеходов… Гриммджо внезапно остановился, и Улькиорра чуть не врезался в его широкую спину. — Уля, я погорячился, — послышался его виноватый голос. "Да, да. Мы это уже проходили", — подумал Улькиорра, как бы невзначай, наблюдая за парочкой, расположившейся на скамейке. — Это уже было, Гриммджо. — Прости. Я хотел тебе подарок сделать, чтобы порадовать. А ты ушел, и я полчаса таскался, ища тебя, — голубоволосый повернулся к Улькиорре, состроив покаянную мордашку. Брюнет молчал, не собираясь ничего отвечать, хотя внутри уже был готов сдать позиции. Невозможно спокойно игнорировать этого провинившегося кота. — Вобщем, вот, — Гриммджо протянул ему тот пресловутый черный шарик с крылышками. Вблизи можно было рассмотреть, что это на самом деле детская мягкая игрушка в виде летучей мыши. Разглядывая странную человеческую игрушку и почему-то трогая ее уши, Улькиорра спросил: — А почему у нее язык высунут? Разве у них он есть? Гриммджо пожал плечами. — Да неважно. Главное она прикольно выглядит, и я решил ее тебе подарить. — Знаешь, — задумчиво протянул брюнет, переводя взгляд с мыши на Гримма. — Она больше на тебя похожа. Такая же неуравновешенная. — Ээ, полегче, — возмутился голубоволосый, и тут же перевел тему. — На этом сюрпризы не заканчиваются. Ну, так что, пойдешь со мной в кино? — А что с тобой делать. Пойду, — Улькиорра смиренно вздохнул. Ну вот, пришлось простить его. Даже позлиться всерьез не успел. — Правда, я понятия не имею что это. — Оооо, — протянул Гримм, — ну ты даешь. — И сразу же захохотал, потирая руки. — Тебе это точно понравится. Специально для тебя выбирал. Улькиорра вздохнул еще раз. Такая улыбка и идиотический смех не предвещали ничего хорошего. Уже вечером, сидя в кинотеатре, лопая невозможно странную человеческую еду под названием попкорн, и морщась от постоянных ненормальных вскриков Гримма (зрители на соседнем ряду возмущенно зашипели), Улькиорра впервые лицезрел это самое кино. И надо сказать, что сие открытие его весьма и весьма впечатлило. Додумались же создать на экране целый мир да так, что даже реалистично, в принципе, выходит. Оказывается, люди-то и не так бесполезны, как кажутся. Ну, хотя бы по части развлечений. Им, в Уэко, такого не видать, наверное, никогда. Разве что с шинигами развлекаться, но это уже из другой оперы. — Ха, ха, полетел! — завопил рядом с ним Гримм, взмахнув руками, изображая пьяного пеликана. — Ульк, смотри! Прям как ты! — Гриммджо, ты специально потащил меня именно на это, чтобы показать недочеловекалетучуюмышь? — оборвал его вопли брюнет. — И вовсе он на меня не похож! - Да, именно так. Вообще. Крылья, да и те покруче будут. — Ну да, кроме голоса и бицепсов. А так весь в тебя, — веселился голубоволосый. — Знаешь что, дорогой мусор, — заговорщически наклонился Улькиорра к самому лицу Гримма. — Что? — оскалился тот. — В следующий раз уже я поведу тебя в кино. И обещаю, что там ты точно увидишь нечто кошакообразное, бегающее по помойкам. — О, предложение от тебя! — картинно воздел руки к потолку Гриммджо, — да я просто не имею права отказаться! — Заткнись, мусор. И дай посмотреть уже. Гримм отвернулся и оскалился. План "сходить на свидание с Улькиоррой" прошел просто на "отлично". Теперь дело за малым.