Злое место

- Рассказывай! – нетерпеливо встретила Ксану Марго. – Что ещё за гости такие, откуда? И… где ты была? Я думала, на обратном пути мы встретимся… Ксана коротко поведала подруге суть дела и о своей роли в нём. - Да уж… - протянула изломша, - Ситуация! Долговцы – в гостях у мутантов! - Я им сказала, что ты прячешься от людей потому, что попала в аномалию и теперь стесняешься изуродованного лица и рук. Пусть думают, что ты тоже человек, из местных самосёлов – типа, как я. Просто не повезло однажды. - Вот за это – спасибо! – оживилась мутантка. – Отлично придумала! - Пойдём ко мне? – предложила Ксана. – Мы там чай пили, люди ещё всяких вкусностей дали. Ты ведь наверняка голодная! - А… эти…? Увидят… - Не бойся. Там сейчас снаружи только дозорные, да и что они увидят? Свет и два силуэта. К тому же – ты в плаще, а я им объяснила, почему. - Ну ладно, пойдём, – согласилась Марго. – Я действительно страшно голодна! Они выскользнули из её хаты и скрылись в дверях Ксанкиной прежде чем Вук с Фризом – если они и смотрели в ту сторону – смогли что-то разглядеть. - Ксан, можно я у тебя и ночевать останусь? – смущённо попросила Марго во время ужина. – А то мне как-то неуютно одной в доме, когда поблизости люди. Да ещё и долговцы! - Конечно оставайся! – кивнула Детёныш. – Вон, в горнице, на диванчике! Разбудил их оглушительный, отчаянно-негодующий собачий вопль. С перепугу подскочив над кроватью чуть ли не на полметра, Ксана бросилась на улицу (...ой, блин, она вернулась, а они её...) и успела увидеть, как Дамка — живая и невредимая, но почему-то вся мокрая и курящаяся паром от ушей до хвоста, с диким воем пулей влетела в конуру и там, жалобно и возмущённо скуля, затихарилась. По пятам за ней в будку нырнули перепуганные, поджавшие хвостики щенки — почему-то всего двое из шестерых. Потом Детёныш увидела стоящего у колодца совершенно голого и босого Вука в горделивой позе и с пустым ведром в руках. На лице долговца были написаны холодное удовлетворение и злорадство. На то, что на дворе был хоть и аномально-мягкий, но всё же январь месяц, ему, похоже, было наплевать. Увидев девушку, он ойкнул и прикрыл ведром низ живота. Остальные его товарищи в разных позах застыли на крыльце отведённой им хаты с таким видом, словно сами, как и Ксана, стремглав вылетели из дома, разбуженные воплем Дамки. Сообразив, что произошло, Ксана села на ступеньку крыльца и с облегчением засмеялась. Она хохотала всё громче и веселее, в конце концов, ей даже пришлось ухватиться за балясину, чтобы не упасть от смеха. - Ох... - выдавила она, пытаясь справиться с приступом веселья, - Вук, ты... Она же... она же ужас как... боится воды и... терпеть не может... купаться! - девушка убрала с лица растрепавшиеся и прилипшие к щекам волосы и утёрла слёзы. – Даже в тёплое время года! А ты, кажется, сумел найти самый... верный способ от неё... отделаться! Тут и долговцы, поняв забавность ситуации, тоже разразились хохотом. Сам виновник веселья стоял красный и сконфуженно ухмылялся, прижимая ведро к животу. На его широкой груди весело сверкал-золотился крестик на цепочке. - Ну а чего она... - буркнул парень, - Я ведь уже и настроился... Новый взрыв хохота. Позже, когда все отсмеялись, Вук рассказал подробности. Испросив разрешения командира, он отправился к колодцу, чтобы окатиться в честь Крещения. Поэтому из снаряжения на нём были только найденное в доме ветхое покрывало, повязанное на бёдрах наподобие банного полотенца, и автомат. Вытянув ведро, стажёр скинул свою «юбку», повесил оружие рядом на колышек, привычно перекрестился и уже был готов обрушить на себя поток студёной воды, как вдруг со стороны поля в деревню вбежала сопровождаемая двумя щенками слепая собака и с ходу попыталась устроить местечковые разборки с подвернувшимся на пути человеком. Слегка растерявшийся и, честно говоря, ещё не совсем адекватный после ночной вахты Вук сделал то, до чего бы, наверное, не додумался более опытный долговец. Стажёр не стал хвататься за автомат, а не рассуждая, на автопилоте, воспользовался тем, что было у него в руках. То есть, попросту... с размаху окатил зверюгу водой! Очутившись под ледяным потоком, псина как-то утробно булькнула, а потом заорала нечеловеческим... точнее, не собачьим голосом и со скоростью пушечного ядра рванула наутёк. Щенки, которые, было, решили поддержать мамашу своим сиплым тявканьем, тоже поджали хвосты и кинулись следом. - Видели бы вы её морду! - мечтательно протянул крайне довольный собой Вук. - Сказочное зрелище! Новый взрыв хохота. Отсмеявшись, Полёт подошёл к бойцу и похлопал его по литому плечу. - Думаю, с такими... нестандартными реакциями тебе, парень, недолго осталось ходить в стажёрах! - одобрительно хмыкнул он. - Но всё-таки в следующий раз по сторонам гляди, а то и откусить кое-чего могут! И... оденься, наконец, а то тут дамы, а ты... Тут он запнулся и уставился на вышеназванную «даму». За ним — остальные. Ксана увидела, как на лицах мужчин всё явственнее проявляются... некоторое смущение, удивление и беспокойство. - Что? - спросила она, - Что во мне не так? - Ээээ... - осторожно начал Кошак и отвёл глаза, - Ксан, может, ты это... того... тоже оденешься? А то мало нам зрелища голого Вука на морозе... Девушка непонимающе оглядела себя и обнаружила, что и сама была одета… почти не одета. На ней были только трусики и «спальная» майка – мужская, на пару размеров больше, висевшая на фигуре коротким мешковатым платьицем и – невзирая на ушитые лямки - поминутно сползавшая то с одного, то с другого плеча. Спросонья сорвавшись спасать Дамку, она как-то совершенно не вспомнила про одежду и время года и выскочила из дома в том, в чём спала. И босиком. - А! - сказала она. - Это потому, что я тоже ещё не проснулась. Сейчас. И, словно не чувствовала никакого холода и не была в неглиже перед четырьмя мужчинами (на одном из которых вообще ничего не было), так же спокойно поднялась и, шлёпая босыми пятками по заиндевевшим с ночи доскам крыльца, ушла в дом. - Фигассе... - обалдело протянул Фриз, - Другая бы сейчас краснела и верещала... Ну дела... - Так, бойцы! - недовольно скомандовал Полёт. - Быстро все в дом! Вук, заканчивай свои водные процедуры, морж ты наш чернобыльский, - и тоже дуй в тепло, пока к ведру ничего не примёрзло! А то развели тут… нудистский пляж в Антарктиде! Минут через двадцать, когда вся четвёрка уже была готова к выходу, под окошком хаты раздался деловитый голос Ксаны: - Народ, вы завтракать собираетесь идти? А то я самовар уже поставила! К некоторому удивлению долговцев она, казалось, не испытывала ни малейшего дискомфорта по поводу недавнего эпизода. И даже на до сих пор слегка смущённого Вука смотрела по-прежнему спокойно и приветливо. Сейчас на ней были уже привычные взгляду старые джинсы и свитер. Только отсутствовали куртка и платок, и длинная толстая коса свободно свешивалась вдоль спины, ничем не спрятанная. За завтраком (Марго, воспользовавшись утренним переполохом, усквозила в свою хату и снова не показалась) обсудили дальнейший план продвижения к блокпосту на Свалке. - Вы просто за мной идите — след-в-след. - сказала Ксана. - Если какая аномалия или порождения — я скажу. Только очень прошу — не стреляйте в них, если сами не полезут! Я понимаю, что вам это сделать будет очень трудно, но давайте попробуем протараканить к вашему блок-посту как можно незаметнее — и для обитателей Зоны, и для... остальных людей? - Протараканить, говоришь (какое подходящее слово!)?.. Хм... разумно! - подумав, кивнул Полёт. - Действительно, незачем кому-то вообще знать, что мы были в этом районе... А также - где пережидали гон! Ксана благодарно посмотрела на него. Наконец, они все вышли на улицу. Вук, увидев будку, куда скрылась злополучная псина, всё же не удержался. Посвистел и сладким, не обещающим ничего хорошего голосом пропел: - Да-амка-а! - Фиг тебе! - хмыкнула Ксана, повязывая платок. - Сдаётся мне, она теперь будет шарахаться от каждого встречного долговца. А лично тебя вообще будет обходить по Периметру. - Её собачье счастье! - заметил Кошак, наблюдая, как из полузакрытого старым ватником (Ксана положила ещё один, чтобы Дамка могла согреться и высохнуть) отверстия будки осторожно высунулась зубастая мордочка не в меру любопытного и храброго щенка. Зверёныш «посмотрел» на людей и сипло, визгливо вякнул. - Шарик, фу! - тут же отреагировала Ксана. - Гости! Как не стыдно? Щен скульнул, но голоса хозяйки послушался и убрался в конуру. - У Дамки было шестеро детей... - вдруг тихо сказала девушка. - Она вчера ушла с гоном, и теперь осталось только двое... - она помолчала, а потом уже совсем другим тоном добавила: - Ладно, идёмте, что ли... Дамка, Найда, Шарик, сидеть в будке и греться, вернусь - проверю!.. Марго, я ушла! Выстроившись в цепочку, они покинули хутор. Скрипнула под ветром невесть как сохранившаяся калитка, где-то гулко скатилось по крыше промёрзшее перезрелое яблоко - пустая деревня на свой лад попрощалась с гостями. До встречи, люди, заходите ещё как-нибудь… Долговцы вслед за провожатой миновали околицу и чуть под горку спустились по полузаросшей жухлыми будыльями тропе. Вот и всё. Дальше - Зона. Полёт-Грищенко нашарил подсумок с рацией, пальцы привычно дали вызов. - Центральный! Я - Семёрка, ответь Семёрке. - Я центральный… - выдохнул динамик. - Слушаю. - Центральный, мы вышли из Бердяевки. Маршрут следования - Долина, далее - первый блок-пост. Группа полным составом, с нами проводник. - Хорошо, Семёрка, принял. Блок-пост известим. У вас как обстановка? - Спокойно, тьфу-тьфу. Со вчерашнего дня ничего не слышно. - Грищенко косо глянул вокруг. - Пока - тишина. - Добро. Седьмой, вы рацию проводнику оставили? - Так точно. - Молодцы. На подходе к посту доложитесь. Всё. Конец связи. Ну вот и славно. Отец-командир извещён и даже милостив с утра-то пораньше, вокруг - тихо, будто в лесу на даче. Благодать! Полёт потянулся, укладывая рацию обратно. Теперь только знай себе топай да топай, пока блок-пост не покажется. После такого гона в Зоне всегда тишина, это давно известно. Все, кто мог, ушли дальше, к краю, к Периметру - выкорчёвывать военных и пугать прочую зазаборную братию. Ещё дня два можно про мутантов даже не думать. Полёт кивнул Ксане, давая понять, что можно продолжать движение. Девушка ответила улыбкой и, махнув рукой, пошла вперёд. Двигалась она той особой скользящей походкой, присущей опытным охотникам и рейнджерам. - Гляньте-ка вооон туда. – позвала она, легко взобравшись на очередной холм. Датчики аномалий на ПДА долговцев истерично взвыли в один голос. - Аномальное поле? – вгляделся в простирающуюся у подножья холма местность Полёт. - Ага! – кивнула девушка. – Поэтому сюда со стороны дороги с Кордона на Свалку пройти невозможно. Та же фигня и с юга чуть ли не до самого туннеля железки. - Нехиленько! – покачал головой Кошак, делая отметку на карте. Его примеру последовали остальные. - Но мы, разумеется, туда не пойдём! – весело прищурилась Ксана. – Это я вам так показала, на всякий случай, чтобы вы в другой раз не вляпались. Ну и вообще… Грищенко кивнул. Сведения, полученные от этой странноватой девушки были крайне ценными не только для их квада, но и для всей группировки. Да что там – все сталкеры будут счастливы узнать про местные опасности! - Идёмте. – сделала знак Ксана и резко свернула в сторону Тёмной Долины. Впрочем, саму Долину они обошли по краю, двигаясь под прикрытием холмов и перелесков. Ксана вела их довольно грамотно – не выводя на открытые места и вершины холмов, но и не прячась по низинам. Долговцы заметили, что она почти начисто игнорировала дороги и протоптанные людьми маршруты. Девушка двигалась чётко – как показали компасы – на северо-запад, ориентируясь по каким-то одной ей ведомым приметам. Время от времени она останавливалась, вслушиваясь и вглядываясь в местность вокруг. Иногда даже принюхивалась. Квад тоже замирал, а потом, повинуясь очередному знаку проводницы, продолжал движение. Таким образом они обошли несколько одиночных аномалий и кабанью лёжку. Ксана каждый раз замирала и шёпотом предупреждала мужчин, что подстерегает впереди, и вела их обходным путём. А так как вся пятёрка двигалась довольно быстро и бесшумно, проблем по прохождению маршрута у них пока не наблюдалось. Вук с Фризом всё посматривали на проводницу. Видимо, всё больше убеждались в правдивости ходящих про неё слухов. Но от расспросов и комментариев – помня приказ командира - воздерживались. Только скрупулёзно отмечали в ПДА опасные места. Наконец, они миновали последний, особо густо заросший участок (окраину Забытого Леса, где им пришлось попотеть, чуть ли не ползком пробираясь сквозь подлесок), и вот среди деревьев замаячили просветы. Вскоре Ксана вывела их к опушке, от которой простиралась довольно открытая местность. На горизонте, чётко к западу, виднелись окрестности Свалки, а чуть дальше – знакомые всем в Зоне очертания мусорных гор. - Всё, – сообщила девушка. – Дальше, думаю, вы и без меня дойдёте. Места людные, аномалий и порождений я там пока что не ощущаю. - А ты разве с нами до блок-поста не пойдёшь? – удивился Полёт. Ксана замялась. Отвела взгляд. - Нельзя мне – с видимой неохотой сказала она. – Быть проводником нельзя. И отдавать предпочтение и помогать какой-то конкретной группировке или клану – тоже. Вам-то я помогаю, потому что… потому что так надо. Ну… объяснять долго, но надеюсь, Воронин уже понял это и, может быть, объяснит и вам… А тут места и правда слишком… людные. И если другие группировки узнают, что я стала проводником, да ещё и у «Долга»… Вы представляете, что тогда в Зоне начнётся? В кваде подобрались люди, достаточно умные для того, чтобы, сопоставив кое-какие факты, сделать необходимые выводы. - Ты совершенно права… Дитя Зоны… - медленно, с расстановкой проговорил командир четвёрки, пристально глядя девушке в глаза. – Репутация – вещь хрупкая. Особенно, когда она строится на… принципах. А эти принципы являются основой жизни. Ксана вздрогнула, но храбро выдержала его взгляд и даже улыбнулась. Улыбка, правда, получилась довольно нервная. - Полёт, да не пугай ты её! – вмешался Кошак и ободряюще подмигнул Ксане. – Принципы принципами, но где бы мы сейчас были, если б не она? - Я и не пугаю, – ответил Грищенко, и вдруг… тоже улыбнулся. Шагнув вперёд, он снял перчатку и протянул девушке руку. – Спасибо тебе. Правда, ты очень нам помогла! Ксана осторожно, но крепко, двумя руками, пожала широкую пятерню. Взглянула в лицо командиру долговцев. - Вячеславу Павловичу от меня поклон передайте. – попросила она. – Я свяжусь с ним, когда… - она глянула на небо, - до хаты вернусь. Кое-что важное рассказать ему надо. - А, чёрт! – воскликнул Полёт. – Он же приказал доложиться на подходах! Не мешкая, долговец включил рацию. - Центральный, я – Седьмой! - Центральный слушает. - Мы почти на месте. Находимся к востоку от Свалки, на опушке Забытого Леса. Минут через пять выдвигаемся. Без проводника – проводник идёт обратно. - Понял тебя, Седьмой. Сейчас извещу посты. Как проводник? - В порядке проводник. Поклон передаёт. Свяжется с вами через… пару–тройку часов, как домой вернётся. Какие-то важные вести расскажет. - Добро. Всё, Седьмой, жду на базе. Конец связи. После переговоров наступило молчание. - Пора, – сказал Грищенко. Ксана согласно кивнула и чуть отступила от квада под сень деревьев, готовая бесследно раствориться в своей родной, но чуждой им стихии. Ещё пока что своя для них - но уже не с ними, отдельно. По другую сторону незримого фронта, пролёгшего между людьми и порождениями Зоны. - Погоди, – остановил её Кошак и вопросительно глянул на командира. Тот кивнул. Трое долговцев, по примеру Полёта, тоже пожали девушке руку, благодаря её за помощь и прощаясь. Последним подошёл Вук. - Ты это… извини… за собаку… - неловко пробормотал он. – И спасибо… Ксана тихо засмеялась. - Тебе спасибо, что не тронул её... и щенков! – сказала она и вдруг, приподнявшись на цыпочки, коснулась губами щеки парня (выйдя в знакомые места, долговцы временно сняли маски и шлемы). Тот изумлённо вскинул руку к лицу, а девушки уже и след простыл! Только вздохнул сомкнувшийся за её спиной подлесок, да эхом долетело: - Чистой дороги! Заходите ещё! Долговцы все как один уставились на ошарашенного стажёра. Фриз дотянулся до напарника и отвесил ему лёгкий подзатыльник, чтобы привести в чувство. - Наш поспел… - проворчал Полёт и, разом посуровев, скомандовал: - Маски и шлемы надеть! Порядок движения прежний! Не расслабляться! Вук, о девушках на базе мечтать будешь! Всё, вперёд! И четвёрка бойцов в чёрном ходкой рысцой двинулась к северу Свалки, где располагался блок-пост «Долга».