Боль.

Он был игроком, сколько себя помнит. Сначала, начинал с самого обычного шулерства, за что, конечно, ему попадало. «Ребенок», - повторяли пострадавшие от его ловких рук. Они били, издевались, но не убивали. Все же, никто не хотел брать грех на душу. А он поднимался, сплевывал кровь и шел туда, где, как ему тогда казалось, его дом. Придя в сырой подвал, он осторожно снимал одежду, чтобы не испачкать, доставал из ботинок пару монет и клал на стол. Высокая женщина брезгливо смотрела на деньги, а затем, отчитывала своего сына за то, что тот снова играл. Он молчал, не смея посмотреть ей в глаза. А может, просто не хотел? Мальчишка усаживался в углу и смотрел на свои руки. Костяшки пальцев, обтянутые бледной кожей, были все в ранах. Кровь давно запеклась, перемешиваясь с грязью. Женщина улыбалась ему и тихонько напевала какую-то французскую песенку. Она была красивой. Ее единственное нарядное платье, бледно- желтого цвета, украшенное розами, смотрелось на ней великолепно. А медного оттенка волосы, так причудливо уложенные в высокую прическу, обрамляли бледное личико. Голубые глаза отражали усталость. - Не уходи, - однажды сказал он, не выдержав взгляд матери. - Нам надо на что-то жить, - улыбнулась она, целуя сына в щеку. – Не беспокойся. - Я сам могу заработать. - Нет. Ты не вор, не мошенник. Ты мой сын, - строго произнесла женщина. – Я все сделаю для тебя. Она ушла, так и не попрощавшись. А мальчишка еще долго смотрел на закрытую дверь. Женщина так и не вернулась той ночью. Ее нашли мертвой в одном из грязных переулков Лондона. В том же платье, только розы лежали рядом. Их оторвали, когда она сопротивлялась. Никто даже не стал расследовать это дело. Да и зачем? Всего лишь очередная шлюха, которых тут сотни. Просто, клиент попался жадный. Полицейские так и не обратили внимания на мальчишку, стоящего за углом. Тот смотрел в голубые глаза женщины, сжимая кулаки. А затем, на его лице расцвела широкая улыбка, а глаза превратились в две узкие щелочки. Ему не зачем теперь видеть этот мир, хватит лишь очертаний. Он отомстит. Только подождать надо немного.

***

Десять лет спустя. - Прошу, - прошептала она, когда получила новый удар по лицу. Попытки встать не давали результатов. Резкая боль в животе, заставила скривиться. Слезы уже закончились, впрочем, как и крики о помощи. Никто так и не пришел, не защитил. Девушка стискивает подол платье в ладони, харкая кровью. С виска тоже бежит красная струйка, скользя по бледной коже. Но это заслуга не его, другого. – От тебя никакого проку, дочка, - улыбнулся мужчина, доставая нож. Девушка посмотрела на собственного отца. Она понимала, что сейчас умрет. И даже, была благодарна, что тот прекратил избивать. Только бы не решил напоследок развлечься. Она не выдержит, просто не сможет. Мужчина присаживается на корточки и берет ее лицо за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. Цокает языком и вытирает кровь. Поудобнее перехватывает нож и вонзает в хрупкое тело. - А я ведь на тебя такие планы возлагал, - шепчет он, откидывая девушку, словно тряпку. А та, кажется, уже не дышит. Ее худенькое тельце даже как-то гармонично смотрится в этом грязном закоулке. Серое платье смешивается с грязью и пылью, а черные пряди все в крови. Лица не видно, оно скрыто тенью. Да и дождь начал накрапывать. Мужчина вздрагивает, слыша шаги за спиной. Оборачивает, но тут же падает на землю. В его теле торчит нож, но рана не смертельная. Над ним возвышается человек, который широко улыбается. Он машет ему рукой в приветствие. - Вот и свиделись, - говорит незнакомец шутливым тоном. – Не бойся, от этой раны ты не умрешь. Белобрысый высокий худощавый парень тянется к карману и достает еще один нож. Осторожно присаживается на корточки, чтобы не испачкаться. Его жертва пытается подняться, но не выходит. - Куда это ты собрался? – спрашивает парень, прислоняя палец к своим губам. – Будь паинькой, - шепчет он, вонзая нож в ладонь мужчины. Тот начинает кричать, но блондин неодобрительно качает головой, проворачивая лезвие в ране. Вторая рука достает нож из живота, тут же вонзая его в ногу и двигаясь вверх по бедру. Порез совсем не глубокий, но кровь тут же покрывает ткань. -Не люблю, когда кричат, - все так же продолжая улыбаться, говорит парень. – Знаешь, я много кого убил. Но для тебя у меня есть кое-что особенное. Чтобы все точно знали, за что ты умер. Одно лезвие касается тонкой кожи шеи, второе все так же продолжает скользить вверх по ноге, останавливаясь в области паха. Глаза мужчины расширены, он пытается встать, но не может. Зрачки увеличены, а дыхание прерывисто. - Только не умирай быстро, - шепчет парень. Левая рука с силой сжимает нож и надавливает на плоть, мужчина поддается вперед, тут же натыкаясь кадыком на нож. Но парень качает головой, говоря, что еще рано. Еще одно нажатие, и мужчина не выдерживает боли, перерезая себе глотку. А парень брезгливо вытирает его кровь со стали. Поднимается и уже собирается уходить, но чей-то сдавленный хрип заставляет остановиться. - Жива, значит, - оборачивается он на девушку. – И что я делаю? – спрашивает белобрысый сам у себя, подходя ближе к ней. – Что-то я не замечал тебя здесь раньше. Он переворачивает ее на спину, осматривая рану. Девушка без сознания. У парня нет никакого желание ей помогать, но что-то все же заставляет поднять ее на руки и унести отсюда. - Ты просто бы испортила всю картину, - произносит он, смотря на труп мужчины. – Подожди минуту. Рука тянется в карман и достает маленькую бледно-желтую розу. Тряпочный цветок падает на труп мужчины, окрашиваясь в красный. Парень снова поднимает девушку и покидает закоулок, так никем и не замеченный. За углом его ждет повозка.