Найти во всем этом смысл

Слэш
Перевод
NC-17
Завершён
267
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
Размер:
297 страниц, 20 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
267 Нравится 809 Отзывы 86 В сборник Скачать

Глава 3

Настройки текста
Посреди ночи Брайан появляется у меня на пороге, и я не знаю, что и думать. Но очень скоро мы находим, чем заняться, и я решаю, что какая, в общем, мне разница, зачем он вернулся, если с ним я ору от наслаждения. Ладно, может и не ору, но стонаю громче, чем с кем бы то ни было. А еще ему нравится говорить. Рассказывать мне, что он собирается со мной сделать. И, удивительно, но выходит совершенно не противно, наоборот, заводит чертовски. А еще ему нравится, чтобы я говорил. Так что я упрашиваю, и умоляю, и требую, во-первых, потому что у него от этого крышу сносит, а во-вторых, потому что сам не могу удержаться. А в самом конце, перед тем, как сорваться в последний оргазм, я выстанываю его имя, отчаянно желая, чтобы все это длилось вечно, чтобы он был моим любовником, а не просто забежал, потому что ему приспичило, а я всегда готов. Будит меня стук закрывающейся двери. И больше ничего не слышно. Мне очень хочется надеяться, что он всего лишь за сигаретами выскочил, но к чему себя обманывать? Он получил, что хотел, и ушел. А чего я ожидал? Да ничего. Ну, может, слегка надеялся… Что он захочет остаться, провести вместе утро, никуда не спешить… Суббота же, в конце концов. Вылезаю из постели, иду в туалет и вдруг чувствую запах сигарет. Обычно я не разрешаю курить у себя в лофте, а сейчас вроде как и не против. От Брайана всегда слегка пахнет сигаретами, и этот запах дарит иллюзию, что он все еще здесь. Он взял с журнального столика свечку, вытряхнул ее из стеклянного подсвечника и использовал его как пепельницу. В нем три окурка – значит, он не сразу ушел, просидел тут какое-то время, пока я спал. А потом я замечаю, что мой блокнот для рисования передвинут, и меня передергивает. Когда он объявился, я как раз пытался нарисовать его углем, по памяти. Набросок довольно большой и подробный. Скажем так, простора воображению не оставляет. Черт, как неловко! А потом рассвело, и я начал рисовать. И до конца выходных толком не останавливался. Не отвечал на звонки, всей душой отдался процессу. Пытался изобразить, как Брайан пьет, как напрягается его горло. Правда, если не знать, что именно изображено на холсте, в жизни не догадаешься – просто абстракция. В ночь с субботы на воскресенье я прилег на пару часов, твердя себе, что я его не жду. Я же знаю, что он не придет. Он где-то там развлекается, трахает новую добычу. А обо мне и думать забыл. Я знаю, что это так. Нет, правда! Воскресным вечером наведывается Дафни. Ей все выходные пришлось работать – вот почему в пятницу она так рано ушла. Она притаскивает с собой пиццу, и я вдруг понимаю, что весь день толком не ел и умираю с голода. Она вытаскивает огромный кусок пиццы из коробки, жует и разглядывает рисунок. Черт знает, куда девается вся еда, что она поглощает. Со школы она, кажется, ни на грамм не располнела, только стала еще красивее. - Здорово получилось, - говорит она, склоняет голову на бок и смотрит под другим углом. – Только грустно. Тоскливо до чертиков. Дафни ни черта не понимает в искусстве, но всегда может по рисунку угадать мое настроение. Мистика какая-то! - Даф… - Ммм?.. – отзывается, все еще поглощенная картиной. - Ты когда-нибудь возвращалась, чтобы сделать это снова? - Сделать снова что? Ну вот, блин, снова я начинаю. Веду себя, как школьница, допытывающаяся у подружки, что бы это значило, если мальчик, который ей нравится, подергал ее за хвостик. Только Брайан за кое-что другое меня подергал. - Ничего. Забудь. Обернувшись, она несколько секунд буравит меня глазами. Дафни даже и наводящие вопросы задавать не нужно, я сам всегда рад все ей выложить. - Брайан снова приходил. В пятницу вечером. - Иии?.. - И у нас был невероятный секс. Снова. А наутро он просто испарился. - Может, ему нужно было домой? Ты же говорил, он живет с каким-то другом. Майклом? - Даф, мы с ним даже не разговаривали. И тут она вспоминает, о чем я ее спросил, и, наморщив лоб, выдает: - Я возвращаюсь, ага, если секс того стоит. Ну или если секс ничего так и парень милый. - Тут явно не тот случай. То, что секс великолепен, - его заслуга. Будь дело во мне, у меня со всеми был бы офигенный секс. А раз все дело в нем, значит, ему с любым будет так же. И к тому же я уж точно не милый. - Джастин, сколько твоих бывших жаловались, что ты помешан на сексе? Что ты желаешь такого, на что они никогда не пойдут? Так, может, ты просто встретил, наконец, нужного парня? Парня, который считает, что секс должен быть грязным, животным и крышесносным. Ты вечно имел дело с парнями, который думали, что римминг – это ужас-ужас, все равно, что заниматься некрофилией или козу трахать. Я знаю, о чем говорю, у меня у самой таких было выше крыши. А ты любишь секс. И вот впервые встретил человека, который не считает, что, раз ты любишь секс, ты – грязная шлюха. Ясное дело, что вам в постели так хорошо. Ты же всегда этого и хотел. Дафни отлично умеет разложить все по полочкам, может, потому что так хорошо меня знает. - То есть, он вернулся из-за секса? - Да вряд ли. Он же парень. Он где угодно может его получить. - В смысле? - А как ты думаешь, почему у меня было так много одноразовых связей? Да потому, что мне хочется такого, на что мужчины с радостью соглашаются, только вот при этом считают меня нимфоманкой или шлюхой – ну и ведут себя со мной соответственно. Ей богу, найди я парня, который днем был бы милашкой, а ночью в постели – грязным животным, я бы его в жизни не упустила. Но Брайан-то мужчина. Никто не осуждает мужчин, которым хочется грязного секса – и побольше, побольше. Он мужчина – значит, все круто. Это тебе просто вечно доставались зажатые задницы. И не в хорошем смысле. - То есть?.. - То есть, Брайану просто нравится заниматься сексом именно с тобой. Да и что тут странного, ты же не урод какой-нибудь. Думаю, раз он вернулся, значит, ты ему понравился. Невольно расплываюсь в улыбке. То есть, у меня есть надежда? Ну, хотя бы проблеск надежды. - Ну или все дело в том, что у тебя отдельная квартира. Со стоном утыкаюсь лицом в подушку. К понедельнику мне уже получше. Рисование всегда помогает. Я вроде как успокаиваюсь в процессе и расставляю все по местам. А рисовать Брайана – вообще особое удовольствие. Ну и Дафни тоже слегка помогла. Она всегда говорит все, как есть, не пытаясь подсластить пилюлю. Мне вообще кажется, что они с Брайаном родственные души. А, может, мне просто хочется так думать, потому что Дафни прекрасный человек, хоть и ведет себя иногда черт-те как, и она меня любит. Слава богу, в последние два вечера у меня хватило выдержки не вести себя, как втюрившийся тинейджер, и не отправляться на поиски Брайана. Уже хорошо. Явный прогресс. Синтия шваркает мне на стол стаканчик кофе, и я удивленно поднимаю глаза. Она так и пышет яростью. - Что это с тобой случилось? - Марти со мной случился, вот что! - А что он такое сделал? Синтия редко когда злится на Марти, он ведь босс и в работу ассистентов не вмешивается. Если что ее и выводит из себя, так это то, что Марти несправедливо обходится со мной. Что, по правде говоря, неправда, ей просто нравится за меня возмущаться. - Он навесил на меня интерна. - На тебя? Но почему? - с трудом подавляю смешок. Раньше Синтия никогда не занималась интернами. Их обычно отправляют в художественный отдел, а третьекурсников Карнеги Меллон (реже ПИФА или Питтсбургского университета) прикрепляют к менеджерам проектов. Вот черт, раз интернатура начинается с сегодняшнего дня, значит, явится и тот, которого повесили на меня, – Стивен или как его там? – и будет тут отсвечивать дважды в неделю до самого Рождества. На самом деле я не то что бы против, просто день сегодня и так не очень. - Марти в этом году решил оказать услугу приятелю. И вот теперь мне придется нянчиться с какой-то девчонкой, мечтающей стать личным ассистентом, когда вырастет. Шесть долбанных недель! Все потому, что она – дочь этого самого приятеля. - Ох, - смеюсь я. – Постарайся уж ее не сожрать. Синтия в ответ расплывается в мстительной улыбке: - Совсем забыла, у Марти же есть еще один приятель – школьный учитель. И этому учителю позарез нужно пристроить одного своего восемнадцатилетнего ученика на практику, чтобы тот потом получил грант на обучение. Мальчик вроде как очень способный, и это его единственный шанс поступить в университет. Она так скалится, что я уже догадываюсь, что будет дальше. - Только не говори, что… - со стоном выдаю я, уже понимая, кому предстоит возиться с этим зубрилой. А Синтия радостно ухмыляется. - Надолго? - Шесть недель. - Шесть недель? - Начиная с сегодняшнего дня. Но зато этого, как его там, Стивена сослали работать с Саванной. Марти на этот раз превзошел самого себя. Я даже понимаю ход его мыслей. Мы ведь с ним так отлично ладим. Понятно, он нашел лучший способ оказать услугу своим друзьям. Синтия – замечательный личный ассистент, лучше даже, чем его собственный. Ну и понятно, ему не хочется, чтобы какая-то девочка слишком уж вникала в дела компании, так что к собственному ассистенту он ее не приставит, а к Синтии – можно. И, конечно, на черта ему сдался вечно ошивающийся под боком школьник, так что тут он тоже нашел лучший выход – меня. Я же такой неконфликтный и предупредительный сотрудник. Ни одно доброе дело не остается безнаказанным! - Ну так и что там этот школьник?.. Порывшись в бумагах, она быстро что-то прикидывает: - Ему восемнадцать с мелочью. Должно быть, пойдет в выпускной класс после каникул. А зовут его… - снова заглядывает в файл и возвещает. – Брайан Кинни. И тут же в дверях кабинета раздается голос, и меня словно током прошибает. Я знаю этот голос, знаю, как он произносит: «Отсоси мне» или «Разведи ягодицы». О нет, боже, не может быть! Поднимаю глаза – и вот он, стоит в дверях и ухмыляется. А потом оборачивается к Синтии с самой очаровательной улыбкой. - Извините, что прерываю. Мне сказали, что здесь можно найти мисс Синтию Мур и мистера Джастина Тейлора. Ваш секретарь разрешила так сразу и заходить. - Я ее прибью, - бормочет Синтия, но Брайан ей нравится, сразу видно. Да и кому бы не понравилась такая подкупающая улыбка? – Ладно, раз уж ты здесь, заходи. Это мистер Тейлор, ты будешь подчиняться ему. Он прикусывает губу, чтобы не рассмеяться, а в глазах чертики прыгают. Я на секунду прикрываю глаза – вот уж точно неудачный выбор слов. Боже, он целых шесть недель каждый день будет рядом со мной, и я даже не знаю, плясать ли мне на радостях или перерезать себе вены. А потом я понимаю, что не может он проходить практику у меня. Если все всплывет, его рекомендации будут стоить не больше бумаги, на которой напечатаны. И только потом до меня доходит. Господи, я занимался сексом со школьником! Дважды! Вот блядь! Поверить не могу. А мне даже и в голову не пришло. Как такое может быть, если он трахается лучше, чем мужчины вдвое его старше? Гораздо лучше! Но боже, он же в школе учится! Сколько там, Синтия сказала, ему лет? Восемнадцать? Матерь божья, восемнадцать! Слава богу, я хоть закон не нарушил и в тюрьму не попаду. Но боже, школьник, школьник! Поверить не могу… Как такое возможно? Он выглядит гораздо старше. А потом я вдруг вспоминаю, как он, забывшись на минуту, разглядывал мою машину, а потом и лофт, и понимаю, что это правда. Я спал с восемнадцатилетним мальчиком. Гореть мне в аду до скончания веков! Он пожимает мне руку и ухмыляется, воспользовавшись тем, что Синтия отвернулась. - Рад познакомиться, мистер Тейлор. - Ага, - запоздало спохватываюсь. – Я тоже. Он не может быть моим интерном. Это не правильно. Ну и что я должен сделать? Пойти сказать: Прости Марти, но этот мальчик, которого ты ко мне отправил, за две ночи всю душу из меня вытрахал, так что пошли его куда-нибудь еще, желательно, в другое агентство? Да мне этого никогда не простят. Навечно окрестят «грязным педофилом». И ни один из моих коллег после такого не даст Брайану никаких рекомендаций. Он не только гранта не получит, это вообще всю жизнь ему разрушит. Ага, давай, убеждай себя, что заботишься о нем, а не трясешься, как жалкий трус. - Синтия, не оставишь нас на минутку? – хриплю я. Она бросает на меня удивленный взгляд, но потом кивает и выходит за дверь. Сейчас этой девочке, ее интерну, достанется, потому что никакой секретарши у Синтии нет, значит, Брайана сюда направила эта практикантка. Я пытаюсь как-то собраться с мыслями, но ничего не выходит, потому что в голове у меня только: «О господи!» и «Блядь, что же теперь делать?» - Закрой дверь, - прошу я Брайана. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь нас подслушал. - Да, сэр, - ухмыляется Брайан. А потом закрывает дверь и садится. Голос его отзывается прямиком у меня в члене. Хорошо, хоть стол меня загораживает. - Тебе, правда, восемнадцать? Я все еще поверить в это не могу, хотя теперь понятно, почему он дружит с мальчишками. - Так написано в свидетельстве о рождении, - его все это, кажется, очень забавляет. – А в удостоверении, ясное дело, двадцать один. - И ты не счел нужным об этом упомянуть? - А ты не спрашивал. Да не волнуйся, законом это не карается. - Не в этом дело. - А в чем тогда? - Брайан, ты не можешь быть моим интерном. Все выплывет, я потеряю работу, а твою практику не засчитают. - Джастин! Он впервые называет меня по имени. Не должен я так таять от того, что он его помнит. - Мне нужно пройти практику. Я хочу получить грант на обучение, а без нее мне его не дадут. Я буду стараться! Никто никогда ничего не узнает. - Так не бывает, - тру лоб в отчаянии. – Мы проколемся, кто-нибудь догадается, и нас прикончат. - А я думал, тебе нравится кончать, - усмехается он. Сверлю его взглядом. - Вот об этом я и говорю. Подозрительные шутки, взгляды, жесты… Кто-нибудь обязательно заметит. Если я сразу объясню все начальству, последствий не будет. - Для тебя не будет, - с горячностью возражает он. – Тебе, конечно, будет слегка неловко, что весь офис обсуждает твою половую жизнь. А тот, к кому приставят меня, станет считать, что заполучил безмозглую постельную игрушку. А, может, он вообще окажется гомофобом и сразу же меня возненавидит. Или ты считаешь, мне нужно найти другое место, где проходить практику? Ты хоть знаешь, как сложно было сюда попасть? Если бы мой учитель не дружил с твоим боссом, меня бы тут и близко не было. Мне очень нужно пройти практику. Я ничего не отвечаю. Сам знаю, что попасть сюда нелегко. На каждое место интерна всегда бывает не меньше пяти кандидатов. И сейчас уже слишком поздно, вакансию в другом агентстве Брайану не найти. А мои коллеги в любом случае будут относиться к Брайану с предубеждением. Даже если Марти поклянется никому ни о чем не рассказывать и сдержит слово, все равно все будут вне себя от любопытства, почему это я отказался от интерна. И это я еще упустил тот факт, что просто умру на месте от смущения, если мне придется рассказывать обо всем Марти. Я никогда не распространялся на работе о своей личной жизни. Половина сотрудников даже не знают, что я гей, хотя я вовсе не скрываюсь. - Джастин, - снова говорит он, чуть хрипло. И вот мне уже мерещится, что мы у меня дома, что я лежу на животе, а он упирается подбородком мне между лопаток, обжигает дыханием шею и говорит: «Кончай!» Боже, что же мне делать? Я не смею поднять на него глаза, а он снова заговаривает. И теперь я уже знаю, что сделаю все, что он захочет, потому что он произносит одно только слово: - Пожалуйста.

***

От Джастина до Майкла пешком только полчаса. Фуллер-стрит расположена на одном краю гей-квартала, а Дебби живет на другом. Улицы пустынны. Можно было бы просто завалиться спать у Джастина, но нехорошо это, если я проведу у него две ночи кряду. Я и так-то поверить не могу, что трахался с одним и тем же парнем дважды. Раньше такого никогда не случалось. Зачем я опять к нему пошел? А, ну да, потому что был пьян и злился. Теперь, протрезвев, я даже не помню, на что именно злился. Кажется, я думал, что он только прикидывался невинным. Ни один невинный ягненочек так не трахается. К тому же он расстроил Эммета, а это неправильно, потому что… потому что… Ну и почему? Я сам так все время делаю… Ладно, может, была какая-то другая причина. Вот – он классно трахается! Он так отдается, так стонет, так выгибается от каждого прикосновения. И кончает, и кончает… Он единственный может за мной угнаться. Но дело даже не в этом. Просто он делает все, что я скажу, но не подчиняется по-настоящему. Он отдает контроль мне, потому что ему так хочется. Но внутренне он всегда настороже. И вообще, он наслаждается каждой гребанной минутой секса. А это редкость. Я уже кучу парней перетрахал и собираюсь перетрахать еще больше в будущем, но обычно это просто быстрые перепихи в туалете. Ну и несколько раз я ходил к парням домой и трахался в их постелях. Но никто из них не наслаждался происходящим, как я. Мне нравится выслеживать добычу, налаживать контакт и все, что происходит потом, от первого прикосновения до оргазма, мне нравится тоже. А большинство просто хочет поскорее кончить. У меня все не так. Ну, то есть я тоже хочу кончить, но и все, что этому предшествует, люблю. Мне нравится их дразнить и исследовать, и заставлять открыться. И Джастин – первый человек из всех, кого я знал, которому тоже все это нравится. Это что-то вроде наркотика – на него подсаживаешься. И лучше покончить с дурной привычкой сразу же. Майкл, похоже, надулся всерьез – окно закрыто. Запускаю в него парой камешков, но ответа нет. Что же мне, колотить в дверь и перебудить всех соседей? Сажусь на крыльцо и закуриваю. За пятнадцать минут до прихода матери он мне открывает. Майки такой Майки. - Где на хуй тебя носило? Я так волновался! - Просто зашел к парню, с которым познакомился в «Вавилоне». - С кем это ты познакомился? Ты за весь вечер ни с кем и слова не сказал. - В чем дело? Это допрос? Ты мне не мамочка и не жена. Просто парень. Ясно? Он еще ворчит что-то себе под нос, но я уже не слушаю. Тащусь вверх по лестнице и прямо в одежде заваливаюсь к нему в кровать. Просыпаюсь где-то к обеду. Майки распластался подо мной, а его мать орет снизу, чтобы мы спускались есть. Вечер проходит так же, как и вчера. Мы играем в бильярд в «Вуди», а потом заваливаемся в «Вавилон». Я трахаю троих, и все они ничего так. Так все и должно быть. Ночевать иду к Майки, чтобы он простил меня за предыдущие ночи. Утром, проснувшись раньше Майкла, я просто лежу на своем матрасе и пялюсь в потолок. Иногда в такие моменты я представляю себе, что мои родители переехали, а меня оставили тут, у Майки с Дебби, чтобы закончить школу. Или, когда они совсем меня доконают, я воображаю, будто они погибли в ужасной аварии, и Дебби взяла меня к себе. Так люблю воскресные утра. В доме пахнет блинами и вафлями, и свежим хлебом… Но сегодня мысли уплывают куда-то не туда. Джастина вчера так и не было. Не было в «Вуди», в смысле. Я вроде как ждал, что он придет. Он же меня преследует, так? Что за сталкер сдается после первой же ночи? А, может, он просто решил, что с него довольно. Почему бы и нет? Все, кроме Майки, едва меня выносят, потому что я не желаю подлизываться. Мои родители, Дебби, Тэд и Эммет, ребята в школе. А мне только того и надо. Не нужны мне ни друзья, ни семья, потому что я все равно вечно тут торчать не намерен. Когда я свалю отсюда и перееду в Нью-Йорк, я ни разу не оглянусь назад. И, не считая Майки, ни по одной гребанной живой душе скучать не буду. А Майки, зная его, все равно увяжется за мной следом. Вечером прихожу домой и застаю там Клэр. Она сидит в кресле, закутавшись в одеяло, и смотрит телек – и я по одному ее виду понимаю, что это не дежурный воскресный визит. По привычке быстро окидываю ее взглядом, но синяков вроде не видно. - Где это тебя носило с пятницы? – спрашивает она. - У Майкла был. Мама в курсе. - Ты же знаешь, что маме не нравится эта Новотны. - Я не с этой Новотны тусуюсь, а с ее сыном. - Брайан, никто в жизни не поверит, будто этот мальчик такой умный, что все время помогает тебе делать уроки. Пожимаю плечами и иду наверх. Наплевать мне, что они думают, лишь бы в мои дела не лезли. - Брайан! Оглядываюсь через плечо. - Можешь завтра пару часов посидеть с Джоном? Мне нужно к доктору. Снова оглядываю ее, теперь повнимательнее, вдруг я чего не заметил, и она смущенно натягивает одеяло повыше. Мы с Клэр никогда не обсуждаем наши синяки, ни те, что достаются в этом доме, ни те, что она зарабатывает в своем собственном. - Я беременна, - наконец, говорит она слегка нервно. Бля, вот зачем люди такое с собой вытворяют? Ее старший ребенок еще из подгузников не вырос, а брак на ладан дышит. Понять не могу. Я лоб расшибаю, пытаясь отсюда выбраться, а она, как нарочно, строит себе точную копию родительской семейки. - Ну и почему тогда ты здесь? - Том не сказать, чтоб в восторге. Угу, точная копия. - У меня завтра практика начинается. Меня целый день не будет. Вздохнув, она кивает: - Ну ладно. Хочу уйти, но она снова меня окликает. - Ну что еще? Не хочу я во все это ввязываться. У нас самая жуткая в мире семья, и мне остается только игнорировать то, что можно, терпеть то, что игнорировать не получается, и мечтать выбраться отсюда, как только появится возможность. - Просто продержись еще год. Получишь грант на обучение, и будешь сам себе хозяин. Будь осторожен, ладно? Вот и все. Иногда мне хочется сказать ей, чтобы она тоже уносила ноги отсюда. Подальше от своего брака, от нашей семьи, от этого сраного городишки. Я говорил ей прямо перед свадьбой. Но она и слушать не хотела. Так была счастлива, что Том вытаскивает ее из родительского дома. Ну и вот, теперь она в полном дерьме с ребенком и вторым на подходе. Так что я просто киваю и иду наверх, в душ и переодеться. Потом приходит мама и отправляется готовить ужин. Родители требуют, чтобы я всегда приходил к ужину в воскресенье, и мы были «настоящей семьей». Угу, конечно! Если б не эти ужины, я б их, наверно, вообще никогда не видел. С другой стороны, так, может, было бы и лучше. Ужин проходит нормально. Мама твердит о святости обетов и о том, что жена должна прилепиться к мужу, а Джек только ржет. У него сейчас включился режим «папина дочурка», Клэр для него ангел небесный, а Том – исчадье ада. Но через пару дней, когда ему надоест, что она тут отирается, он доходчиво ей объяснит, что пора уебывать обратно к муженьку. Так что я просто смотрю в свою тарелку. После ужина отец зовет меня посмотреть вместе футбол. Отвечаю, что мне за лето нужно кучу всего прочитать, а заняться этим я могу только в воскресенье, т.к. с завтрашнего дня выхожу на работу. Это не совсем ложь, а знать, что почитать мне интереснее, чем посмотреть с ним телевизор, ему не стоит. Блин, да я бы с больше радостью смотрел, как Эммет ногти красит! - Зачем только тебе это нужно? Они хоть платить тебе будут? - Это не такая работа, пап. Это для школы. За символическую плату. - Ну и сколько это? Быстро подсчитываю, сколько смогу отдать. - Доллар в час. - Шутишь что ли? Смотрю, как он тут же начинает вести подсчеты в уме. - Что ж, тебе лучше отдавать эти деньги матери. Мужчина должен сам за себя платить. Ох, сколько мне всего хочется сказать ему на это в ответ, но я лишь киваю. Лучше уж буду отдавать часть денег матери, а то он от семейного стола меня отлучит. Наконец-то он отпускает меня наверх. Сначала хочу пойти куда-нибудь, чтоб скоротать вечер, слишком уж невыносимо здесь оставаться. Но потом решаю просто лечь пораньше. Завтра большой день. В «Райдерс» я прибываю на десять минут раньше назначенного. На ресепшн мне говорят подняться наверх и поискать женщину по имени Синтия Мур. А начальником надо мной будет некий Джастин Тейлор, руководитель проектов. Ух ты, похоже я недооценивал старого доброго мистера Симмонса. Я-то думал меня приставят к какому-нибудь младшему помощнику старшего дворника, и придется весь день снимать копии с документов и разносить кофе. Да мне, в общем, все равно, лишь бы рекомендации дали. Джастин… Это имя вызывает кое-какие воспоминания, и я стараюсь поскорее подумать о чем-нибудь другом. Не являться же в первый день на работу со стояком. Вряд ли так я произведу хорошее впечатление. Ну и потом я и так полночи дрочил, вспоминая того Джастина, так что хватит уже. Синтия Мур на вид еще младше меня. Потом, правда, выясняется, что это не Синтия, а девчонка-интерн. Она показывает мне, куда идти, кокетливо накручивая прядь волос на палец. Пустая трата времени. Даже играй я за другую команду, я бы на нее и не взглянул. Тупица какая-то! Из кабинета доносятся голоса, и я буквально застываю на месте. Вот блядь! Смотрю на приоткрытую дверь – на ней золотыми буквами выбито «Джастин Тейлор». Тем первым утром он сказал, что работает в рекламном агентстве. Жизнь, блядь, никогда не упустит случая тебя поиметь. Какого хуя мне теперь делать? С другой стороны, может, это сработает мне на руку. Я ведь ему понравился, так что рекомендация, считай, у меня в кармане. Может, мне даже удастся убедить его не только за кофе меня гонять, а дать чему-нибудь научиться. Если я правильно разыграю карты, он может много для меня сделать. Просто нужно понять, как с ним грамотно обращаться. А поскольку я с этим, в общем-то, уже справился, даже дважды, все еще круче, чем можно было себе представить. Дождавшись нужного момента в разговоре, вхожу. Может, я и рассердил мисс Мур тем, что так беспардонно ворвался в кабинет, но выражение Джастинового лица того стоит. О, похоже, тут будет очень весело! Изо всех сил стараясь не заржать, одариваю мисс Мур очаровательной улыбкой. Вот ей бы я занялся, будь я натуралом. Она такая красивая и уверенная в себе, а это всех привлекает, и мужчин, и женщин. Джастин отсылает ее за дверь. И вот мы сидим друг напротив друга, и он мне совсем не рад. Ладно, может, я просто выдавал желаемое за действительное, когда думал, что он обрадуется. Нужно всегда разделять работу и личную жизнь. Я понимаю. Но мы же с ним не пара. Мы просто трахались пару раз. В голубом мире это значит не больше, чем рукопожатие. Он только что понял, сколько мне лет, и теперь в шоке. Да в чем проблема-то? Законом это не карается, так что все в порядке. Я не виноват, что он решил, будто я старше. Это же круто, значит, я выгляжу взрослым, а это по-любому хорошо. Все дело в отношении. Интересно, кстати, а ему-то сколько? Я давно уже понял, что он не малолетка, но решил, что ему чуть за двадцать, раз он живет в такой квартире и хорошо зарабатывает. Но раз он руководитель проектов, значит, он еще старше. А не похоже. На вид ему не больше, чем мне. Ладно, сейчас все равно не время задавать вопросы. Его, кажется, вот-вот удар хватит от мысли, что он трахался со школьником. Или от мысли, что его трахал школьник. Вот почему я никогда не говорю своим трахам, сколько мне лет. Минуточку… Что? Он хочет вышвырнуть меня отсюда? Он не может так со мной поступить! Мне нужно пройти практику! Иначе всему конец! Я отлично знаю, что без рекомендаций гранта мне не получить. А без гранта я не попаду в университет. Мне и так нелегко придется. Джек никогда не раскошелится, чтобы я стал «одним из этих самодовольных засранцев». Блядь, да он до сих пор думает, что после школы я пойду работать к нему на фабрику. Пытаюсь пофлиртовать с ним, чтобы он расслабился. Это всегда помогало. Не так уж много геев могут передо мной устоять. Но Джастин только сильнее пугается. Говорит, что последствий не будет. Ага, конечно, для него-то не будет. Ебаный Джастин! Я уже в панике. Ему-то будет просто слегка неловко, что о нем болтают, а у меня вся жизнь пойдет на хуй. И я не собираюсь все проебать из-за какого-то траха. Да я все, что угодно сделаю. Умолять буду, если потребуется. - Пожалуйста! - Брайан, - вздыхает он. И я понимаю, что победил. Он прячет лицо в ладонях и с минуту молчит. А я пытаюсь не выдать своего триумфа. - Иди в отдел кадров и разберись с документами. Мне нужно подумать. Синтия все тебе покажет. Поднимаюсь без единого слова. Не могу понять, чего он так распсиховался, так что решаю просто выждать. Пусть сам разберется. Я бы лучше остался здесь и проследил, чтобы он не передумал, но я пока не так хорошо его знаю, чтобы понять, как заставить его делать то, что мне нужно. Соблазнить его сейчас не получится, он напуган до усрачки, так что, может, лучше надавить на жалость? В отдел кадров я отправляюсь вместе с Тупицей, отчего-то красной, как помидор. Может, уже успела получить первую выволочку. Ручаюсь, она последней не будет. Она всю дорогу трындит без остановки, и я из-за этого никак не могу найти нужный кабинет. Ее зовут Сара, и она пробудет здесь столько же, сколько и я. Вот радость-то! Примерно полчаса я заполняю бумаги. А когда возвращаюсь, мисс Мур, попросив нас звать ее просто Синтией, быстро проводит нас по основному департаменту. Она держится строго и очень профессионально, хотя со мной мягче, чем с Сарой. Не завидую этой девчонке. Ее ждет трудное лето. Когда я возвращаюсь, Джастин стоит у окна. Он велит мне закрыть дверь, я так и делаю, а затем подхожу ближе и останавливаюсь у него за спиной. Но он быстро отшатывается, садится за стол и просит меня сесть тоже. - Я понимаю, что тебе нужно пройти практику, - говорит он. - И не хочу тебе мешать. Ты не виноват, что так случилось. Следовательно, виноват он. Не знаю, с чего он так решил, но чувство вины может сработать в мою пользу. - Итак, вот какие будут правила. Мы с тобой просто коллеги, ничего больше. И ты никогда никому не скажешь, что мы уже были знакомы. Будешь вести себя вежливо и профессионально. Будешь называть меня мистер Тейлор - всегда, при любых обстоятельствах. И мои распоряжения обсуждать не будешь. Я же со своей стороны сделаю все, чтобы ты узнал о рекламном бизнесе, как можно больше. И твои способности оценили по достоинству. Я о работе. Он вдруг весь заливается краской, и я точно знаю, о чем он думает. Если б речь шла о моих постельных достоинствах, мне б и пальцем шевелить не пришлось. Закусываю губы, чтобы не рассмеяться. Меня почему-то страшно заводит этот его начальственный тон, но я отлично это скрываю. - И, когда мы вместе, дверь всегда должна оставаться открытой. Ну вот, теперь я не могу удержаться от улыбки. Он себе что ли не доверяет наедине со мной? Джастин, однако, не настроен шутить и смотрит на меня строго. Так что я перестаю улыбаться. - Иди открой дверь, - говорит он нетерпеливо. Сдержавшись, чтоб не выпалить «Да, сэр», я поднимаюсь со стула. Нам бы только пару дней продержаться, а потом он расслабится. И к тому времени все равно уже будет поздно говорить с начальством. Трудновато будет объяснить, почему он сразу ничего не сказал. Точно, два – три дня, и все наладится. - Брайан, и еще, - добавляет он раньше, чем я дохожу до двери. – Больше никакого секса. Никогда. И вдруг меня такая ярость охватывает, что на мгновение я даже забываю, что собирался быть славным парнем и следовать всем его тупым правилам. - Это не проблема. Я тебя все равно уже поимел, - распахиваю дверь, чтобы он не успел ничего мне ответить, и прибавляю. – Мистер Тейлор.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.