Ледяное Королевство

      Голова нещадно гудит, и глаза не хотят открываться, хотя парень прекрасно понимает, что помещение, в котором его насильно держат, лишено света. Во рту сухо, а тёплый воздух делает только хуже. Верёвки на руках натирают запястья, ими хочется подёргать, но из-за долгого пребывания в одном положении, тело пронзает ноющая боль и ему приходится замереть. Где-то в углу капала вода, ударяясь о каменный пол, вот только эхо не давало понять, где находится источник звука. Куроко слышал приближающиеся тихие шаги, что с каждым разом становились всё громче, когда сердце начало стучать быстрее из-за чего он уже не мог понять, где шаги, где трепещущий от страха орган и где капающая вода. Просто всё смешалось для него воедино и превратилось в тишину, потому что уши заложило, словно в вакууме. Дыхание казалось слишком громким. Собственное или человека по ту сторону двери? В темноте хотелось сжаться в комочек, чтобы не сойти с ума и иметь хотя бы иллюзию защиты. Цепкие пальцы чуть сжимают горло и быстро отпускают, проводя по худым плечам, они спускаются ниже, проникая под кожу. Ему кажется, что они взрываются внутри него миллионами маленьких пауков, которые теперь ползают по органам, оплетая их паутиной. С противным скрипом, режущим слух, дверь открывается, заставляя отвлечься от ощущений в животе. Не нужно напрягать извилины, чтобы угадать, кто решил посетить похищенного, потому что от этого взгляда, который он чувствует даже сквозь темноту, ему хочется запереться в уборной и прочистить желудок. Может так насекомые исчезнут? Матрац прогибается под весом вошедшего, и Тецуя облегчённо выдыхает, когда верёвки, впитавшие частички его крови, исчезают. Впрочем, вскоре слышится звяканье, и холод металла на коже ощущается не как спасительная прохлада на разгорячённом теле в душной комнате, а как раскалённое железо, которым ставят метку, будто говоря, что теперь у тебя есть хозяин. - Я знаю, что ты не спишь, Тецуя, - голос наигранно сладкий, а прохладная рука проводит по скуле, спускаясь к шее, слишком ощутимо, чтобы не морщиться, потому что не этих прикосновений он ждал три года. – Открой глаза.       В комнате полумрак и коридорная лампочка неприятно слепит. Хмурясь, юноша пытается привыкнуть, и зрение потихоньку начинает восстанавливаться. Тёмно-каштановые волосы вьются, торча в разные стороны, щекочут щёки своего обладателя. Под зелёными глазами, что внимательно смотрят в голубые, залегли синяки от бессонных ночей, проведённых в ожидании скорой встречи, и странной радости. Хотя Тецу сейчас выглядел ничуть не лучше, но в его случае никакой радости не наблюдалось, и, если бы была возможность, момент этой встречи он оттянул ещё на несколько лет. Рукава бежевой рубашки закатаны до локтей, оголяя перебинтованные запястья с впитавшейся в некоторых местах кровью. Жалеть его нет никакого желания, поэтому исполнитель отводит взгляд, пялясь на каменную стену около себя. - Рей, - из горла вырываются хрипы и юноша по привычке тянется к болезненному месту, дотрагиваясь до него, а уже через секунду жалеет о своих необдуманных действиях, потому что от пронзившей руку боли хочется как минимум её оторвать. – Сколько я спал?       Губ касается стакан с чуть прохладной водой и парень делает жадный глоток, чувствуя облегчение. - Несколько часов, - шепчет собеседник, склоняясь к чужой шее, он проводит по ней языком, собирая ускользнувшую каплю, берёт в руку скальпель.       От ощущения этого прикосновения становится противно, ведь это не тот человек, которого Тецуя хотел бы увидеть перед собой. От одной только мысли, что у Акаши могли бы быть такие пристрастия, не получается сдержать тихого смешка, что замечает шатен, отстраняясь, раздражительно смотрит на свою жертву. Хлопок и колпачок слетает с предмета, который наводят на исполнителя, замечая страх в голубых омутах глаз. Свет лампочки отражается в острие, а затем и испуганное выражение парнишки. - Ты ведь сейчас думаешь о нём? – шатен проводит в миллиметре от глаза, заставляя зажмуриться и вдавиться всем телом в матрац, чтобы уйти от невесомых прикосновений холодного металла. – Скажи, что любишь меня, Тецуя. Скажи, что не можешь жить без меня.       Противно от чужих прикосновений, от осознания собственной беспомощности, потому что руки заведены над головой и, кажется, начинают кровоточить. Отвратительная мнимая забота сумасшедшего человека перед ним не даёт прочитать на его лице ничего кроме слепого обожания и ненависти. Он застрял, и Фантом не может помочь ему, чтобы найти в этом мире безумия потерявшегося Рея. - Зачем ты всё это устроил? – шёпот кажется криком, поэтому хочется верить, что это просто ночной кошмар и сейчас проснуться в собственной постели с мокрой подушкой под головой, но точно знать, что это была не правда. – Ответь.       Его выражение лица мгновенно меняется. Теперь в глазах не видно той сияющей искры безумной радости, как у дитя задумавшего весёлую пакость. Серьёзный вид ему совсем не идёт, и почему-то Куроко вдруг вспомнил их посиделки на балконе, когда звёзды сияли настолько ярко, что на мгновение парни подумали, будто они могли бы затмить луну. В тот день шатен расстался со своей девушкой, и пока они сидели вместе, один напивался, болтая бессвязный бред о любви и предательстве, а второй молча сидел и слушал, изредка поддакивая. И где это теперь? После того признания всё пошло под откос, ведь первый сошёл с ума, а второй слишком увяз в прошлом. - Я жду, Тецуя, - острие приземляется в сантиметре от уха, протыкая грубую ткань, им ведут вниз к плечу, останавливаясь, когда несколько перьев взмывают вверх. – Скажи, что любишь меня.       Отстраниться и сбежать было бы самым верным решением, но парень знает, что малейшее неосторожное движение и плечо пострадает. Органы внутри сворачиваются в тугой узел, когда губы подрагивают, а тошнота подступает к горлу, мешая говорить. Вот только Рей не отвяжется, пока не услышит желанных слов. Сейчас ему нужно побыть в одиночестве и тишине, но в зелени глаз столько надежды, что по телу пробегают мурашки и Фантом испытывает отвращение к этому месту, человеку перед ним и больше всего к себе самому, потому что почти предаёт Сейджуро. - Я… люблю тебя, - невидимые цепи сковывают горло и руки, вызывая лишь хрипы. - Правда? – шатен наклоняется и целует собеседника, убирая скальпель от его лица, улыбается в поцелуе.       Нет ни ответа, ни сопротивления, но парню не нужно большего. Хватит и услышанных слов секундами ранее. Со шприца снимается защита и игла осторожно вводится под кожу, ведь ему не хочется причинить лишний дискомфорт возлюбленному, поэтому лекарство медленно начинает распространяться по организму, не давая возможности отстраниться от поцелуя и даже пошевелиться. - А пока поспи, Тецуя, - отстранившись, проводит пальцами по скуле и встаёт с кровати. – Мой бедный уставший Король. - Постой, - говорит Тецу, чувствуя как по телу разливается приятная тяжесть и сознание неторопливо начинает гаснуть. – Ты не ответил. - Всё просто. Я люблю тебя, - Рей идёт к выходу, но что-то останавливает его в проходе, заставляя обернуться. – Спокойной ночи.

«Стой, Рей…»

      Железная дверь закрывается и Куроко вновь остаётся один в душной комнате с капающей водой и заплесневелой тряпкой. Веки наливаются свинцом, когда снотворное начинает действовать и паренёк проваливается в темноту. И кто бы мог подумать, что его желанием будет поскорее проснуться?

***

      С кухни слышались приглушённые маты баскетболистов, хлопанье холодильника каждые тридцать секунд, потому что Аомине хотел поесть, но каждый раз забывал взять нужные продукты, включаясь в разговор, он вновь хлопал дверцей. Скрипнув зубами, Тацуя сжал пальцами края чёрного вязаного свитера, ероша свои волосы, хотя так не любил это действие со стороны Ястреба, а теперь сам же его делал. Просто в этом жесте появилась некая обыденность, что сейчас нужно отмахнуться от Казунари, а Тецуя в это время будет находиться рядом, чтобы улыбнуться. Всё вдруг стало неважным, когда Химуро стоял в коридоре, но ничего не мог сделать, видя, как входная дверь захлопнулась, а Сацуки трясло как осиновый лист при сильном порыве ветра.       В груди скреблись кошки, и казалось, что голова сейчас взорвётся от волнения, а всё из-за того, что брюнет просто не знал, как поступить в сложившейся ситуации. Нужно идти и спасать Куроко, но куда именно он не имел ни малейшего понятия. Рей умен, не смотря на своё безумие, и прятаться в одном и том же месте не станет, а значит, придётся играть по его правилам. Именно это и бесило больше всего. Чувство беспомощности накрывало как цунами, заставляя взвыть, будто раненый зверь, закрывая лицо руками, чтобы этот кошмар поскорее закончился, словно говоря всему миру: «Я в домике!» Вот только реальность оказалась слишком жестокой для фабрики исполнения желаний и принимала не все заявки. Стоило прикрыть глаза и в темноте всплывало заплаканное лицо Момои, которая слёзно умоляла ребят спасти Фантома. От этого зрелища сердце сжималось у всех присутствующих, ведь каждый понимал, что здесь они ничем не могут помочь. Подобное происшествие не баскетбол, где любые разногласия можно решить на площадке с мячом. Её усталость достигла своего апогея в этот день, когда она вдруг замолчала, а веки сомкнулись на побледневшем лице. Безжизненной куклой девушка обмякла в руках капитана Поколения Чудес, которого секундой ранее крепко держала за грудки. Они сильно устали. Румянец сменился болезненной бледностью и, смотря на себя в отражении зеркал, ребята видели лишь отражения теней. Косметика воистину творит чудеса. - Химу-чин, съешь шоколадку, - говорит гигант, нависая над барабанщиком, что так удобно устроился в кресле, смотря в одну точку, он забрался туда с ногами.       Вздрагивая, Тацуя чуть не падает с насиженного места, переводя растерянный взгляд на собеседника, который инстинктивно поймал падающего парня, прижимая к себе. Аромат кофе въедается в подсознание, обволакивая, смешиваясь с запахом сладостей и ванили. И почему-то это вызывает ответную реакцию в виде учащённого сердцебиения и воспоминаний о старшей школе Йосен, потому что играть там оказалось довольно весело, во многом благодаря пареньку в его объятиях.       Химуро впервые почувствовал себя настолько жалким и беспомощным, что пропускает момент, когда Мурасакибара подхватывает его на руки и несёт на второй этаж. Осознание приходит, когда фиолетовая дверь со щелчком закрывается и слышится шуршание фантиков, пустых упаковок из-под чипсов и батончиков. Гигант садится на кровать, заправленную покрывалом сливового оттенка, и сажает к себе на колени барабанщика, устраиваясь подбородком у того на макушке, он гладит спину бывшего сокомандника. - Прости меня, Химу-чин, - тон голоса, как у ребёнка, разбившего любимую вазу матери, но этого достаточно, чтобы подарить мягкую улыбку. – Мне очень жаль.       Двигаться тяжело и подобная ситуация сильно смущает, потому что брюнет не привык сидеть на ком-то, не привык, что кто-то гладит его по спине, пытаясь успокоить. Ему абсолютно всё равно, что сейчас не место и не время для извинений. Хочется простого покоя и юноша получает того сполна, сидя у гиганта на коленях, он слышит мирное дыхание рядом и чувствует как пальцы перебирают кончики тёмных прядей. - Я не злюсь на тебя, - шепчет Тацуя, поворачиваясь к баскетболисту лицом, встречаясь с фиалковыми глазами, которые стали для него родными за такой короткий срок в старшей школе и такое длительное время расставания. – Ацуши, рад, что ты вернулся.       Такое выражение лица проскальзывает у Мурасакибары впервые, когда тот отводит взгляд, а на щеках красуется лёгкий румянец. Трясущимися руками он разворачивает к себе собеседника и крепко обнимает. Оба рады, выдыхая в унисон от облегчения, потому что если это сон, пожалуйста, пусть он продлится чуточку дольше.

***

      Зелёные обои на стенах с узорами в виде кувшинок совсем не успокаивали вошедшего в комнату юношу, за которым несколько секунд назад захлопнулась входная дверь, отрезая все пути к отступлению. Повисло неловкое молчание, когда один не знал, что сказать, а другой судорожно пытался убедить себя, что не испытывает к этому человеку больше никаких чувств. Вот только ему не стоило переступать порог этого треклятого дома, заходить в гостиную, теряя на несколько секунд контроль над разумом, чтобы чужие перебинтованные пальцы переплелись со своими, немного шершавыми, а сожаление об упущенной возможности окатило тебя ледяной волной. Ветер колыхал светлый тюль, наполняя комнату зимней свежестью. Огромный шкаф, растянувшись на всю стену, отлично вмещал в себя большую часть талисманов сегодняшнего дня, несколько томов манги и толстые книги по медицине. Пройдя вперёд, Ястреб облокотился на стоящий перед ним белый стол, гипнотизируя забор, и проезжающие мимо дома машины, он смотрел в окно, пытаясь унять дрожь в руках, и бешено колотящееся сердце. Пытаясь собрать ворох мыслей в голове, хотелось хоть как-то их систематизировать, но либо Вселенная сегодня не была к нему благосклонна, либо водоворот, в котором затерялся здравый смысл, оказался вакуумом и теперь мозг начал медленно засыхать.       Бабочки не устраивали Мидориме дружного вспарывания живота, пытаясь выбраться наружу, но тоску по вечно улыбающемуся брюнету он точно испытывал, потому что видеть переживания и грусть на лице бывшего сокомандника оказалось тяжелее, чем он изначально предполагал, сидя на кровати с оранжевым покрывалом и вздыхая. После отъезда действительно появилось облегчение, но спустя несколько месяцев мысли о разыгрывающем защитнике прочно засели в голове, лишая спокойного сна, даже после тяжёлой тренировки. Шинтаро пытался жить нормально, не думая о проблеме, которая приходила во сне, играя в баскетбол, но стоило вновь закрыть глаза, и перед взором представал Такао. И сейчас, видя как плечи Ястреба напряжены, а пальцы сжимают вязаный свитер, снайпер пытался подавить в себе странное желание подойти и обнять, чтобы вновь ощутить тепло чужого тела и увидеть ту лучезарную улыбку, которую брюнет дарит только ему. Не для толпы визжащих фанаток или участников группы. Пока баскетболист думает об этом, ноги сами преодолевают расстояние между ним и гитаристом. Остановившись позади него в двух шагах, ему кажется, будто сделав что-то лишнее, он пересечёт невидимую черту и спугнёт парня, который делает глубокий вдох, пряча руки в карманах джинс. - Миленько у тебя здесь, - хрипло говорит он , оборачиваясь, чуть улыбается, хотя получается скорее вымученно, чем искренне. - Спасибо, - сквозь тишину голос звучал резче, чем ему того хотелось бы, но Мидорима понимает, что если не извинится, то такой возможности у него не представится ещё очень долго. – Такао, я был не прав и больше так не буду.       Просто с Казунари ему плохо, но без него ещё хуже, а видя, как тот поражённо уставился на снайпера и затем сдавленно хихикнул, отводя взгляд, он вообще перестаёт понимать суть происходящего, немного краснея. - Пфф! Шин-чан, ты совсем не умеешь извиняться, - смеётся юноша, смотря в любимые зелёные глаза. – Будто в детском саду. - Хватит издеваться, - хмурится баскетболист, сжимая кулаки, парень понимает, как глупо прозвучала эта фраза.       Вот только во взгляде собеседника нет насмешки или осуждения, ведь такое мог сказать лишь Шинтаро, а потому извинения звучат от всего сердца и обижаться, а тем более сожалеть, больше не хочется. - Покраснел. Шин-чан, ты покраснел, - брюнет медленно отворачивается, вздрагивая всем телом, когда чужие руки обнимают его со спины, а сердце вновь бьётся быстрее, но он понимает, что ему нужно выбраться из объятий или чувства, которые он всё это время пытался сдерживать в себе прольются в виде слёз. Поэтому Ястреб быстро разворачивается и хочет отойти, но его притягивают к себе и Такао утыкается в грудь бывшего сокомандника, сжимая ткань рубашки пальцами. – Я ждал тебя, Шин… - Я знаю. Прости, - шёпот у самого уха и тепло. Мидорима невольно вдыхает аромат ментолового шампуня, чуть улыбаясь. - Так долго… ждал. Ты такой тугодум, Шин-чан, - глаза закрываются, когда баскетболист чувствует горячие капли, что впитываются в ткань. Сейчас им хорошо, поэтому хочется, чтобы время остановилось.

***

      Казалось, что мысли о похищенном пареньке начинают прочно въедаться в подсознание, потому что стоило Императору закрыть глаза и воспоминания прошлого вновь сопровождались тоской по ушедшим временам Тейко и матче Зимнего кубка. Теперь как раньше уже не будет, ведь за три года отсутствия Поколения Чудес музыканты выросли и теперь между ними огромная пропасть. Однако та сцена, произошедшая на кухне, заставила уголки губ поползти вверх, чтобы мягко улыбнуться от вселяющейся в сердце надежды, что ещё не всё потеряно и ребята смогут проложить мост через эту глубокую яму недопонимания.       Хождение Тайги из стороны в сторону сильно раздражало глаза, из-за чего Акаши постоянно тёр переносицу, сидя в белом кресле, он слышал, как парень что-то громко бурчит себе под нос, проходя мимо в очередной раз. Больше всего удивил Аомине, который расположился на диване, молча смотря на выключенный телевизор; тяжёлый форвард не обращал внимания на бурчание, а иногда и громкие крики Кагами. Его тоже можно понять, так как подруга детства в данный момент лежит в его комнате, тихо посапывая. Хотя всего час назад она упала в обморок, а барабанщик попросил не вызывать скорую помощь, говоря, что такое случается у них довольно часто и нужно просто дать ей возможность отдохнуть.       Трель звонка прервала все мысленные оскорбления Сейджуро в адрес громкого баскетболиста. Дайки поднялся и ушёл в коридор, чтобы открыть дверь, тихо матерясь, он проклинал Рея, весь шоу-бизнес и себя самого. Через несколько секунд со второго этажа спустились Химуро и Мурасакибара, в руках которого была небольшая мисочка со сладостями. Блондин с кем-то разговаривал по телефону, иногда срываясь на повышенные тона, но когда он вернулся к собравшимся, то больше не проронил ни слова и Акаши отлично понимал почему. Аомине вошёл к остальным, держа открытый конверт в руках, где лежал листок, исписанный цифрами. - Что это за хрень? – сердито спросил мулат, тряся письмом перед парнями. – Ничего не понимаю. - Химу-чин, а кто такой этот Рей? – спросил гигант, отправляя очередную конфету к себе в рот.       Для Поколения Чудес невидимый паренёк стал одним из самых дорогих людей, а когда тот ушёл на встречу с собственной смертью, внутри них что-то вдруг щёлкнуло, и мозг перестал соображать разом у всех. Почему они не спросили раньше? Почему не кинулись узнавать сразу после ухода Тецуи и почему не остановили его? Что-то им мешало или, возможно, на подсознательном уровне баскетболисты чувствовали, что юноша не хочет, чтобы те знали о Рее? Столько вопросов, а ответы даст лишь исполнитель, но его нет рядом и сейчас собравшиеся здесь люди единственные, кто могут спасти паренька. - Это просто помешанный на Куроко и загадках маньяк, - ответил Такао, оповещая всех о своём присутствии, он спустился с лестницы, когда позади него шёл Мидорима.       Выглядел Ястреб потрёпанным, но счастливым. Глаза немного опухли из-за слёз, а на губах расцветала улыбка, которую тот пытался спрятать, ведь для этого в данной ситуации не место и не время, потому что другу угрожает опасность в лице влюблённого сумасшедшего. На ключице виднеется заалевший засос, и Химуро понимающе хмыкает, указывая на место, что необходимо прикрыть. Просто подобная метка может повлечь за собой ненужные вопросы, а время на это не располагало. - А что в действительности случилось на той конференции? – почесав затылок, Кагами уставился на напечатанные цифры в шифре. – Просто мне кажется, что это не всё.       Казунари перевёл взгляд на барабанщика, точно мысленно спрашивая разрешения, чтобы приоткрыть завесу тайны над их общим прошлым, и получает кивок головы, он, робко улыбаясь, накручивает цветную прядь себе на палец, пытаясь тем самым себя успокоить. Волнения и сомнения гложут, мешая начать рассказ. Именно поэтому ему необходим этот глупый ритуал, из-за чего волосы гитариста иногда завиваются, смотрясь весьма забавно. - Всё это правда. Они хорошо дружили, а затем Рей признался в своих чувствах и получил отказ. Вы видели подарок, но изначально это были цветочки, конфетки и игрушки, - начал он. - Иными словами «конфетно-букетный период», - вмешался Тацуя. – Вскоре до него дошло, что Тецуя не ответит ему взаимностью и вскоре его похитили. - Момои-чан так сильно переживала, - продолжил Ястреб, опираясь на спинку дивана. – Потому что в тот раз он тоже ушёл добровольно, но лишь потом мы узнали, что Рей на самом деле угрожал ему нашей расправой.       В гостиной воцарилось неловкое молчание, пока Химуро ел сладости, которые ему отдавал Мурасакибара, а Казунари тем временем смотрел на заходящее за горизонт солнце. Баскетболисты просто оказались не готовы принять ту самую реальность, в которой жили музыканты, где опасность и смерть подстерегали на каждом шагу, дыша в спину. Из-за этого они не строят никаких надежд, ведь знают, что им в любом случае придётся играть по чужим правилам и не факт, что Тецу в итоге будет цел и невредим.       Медленно подойдя к журнальному столику, Тацуя взял лежащий на нём листок с посланием и вчитался в его содержимое, а через секунду хмыкнул, но не из-за лёгкости шифра. Он проверял умственные способности баскетболистов и юноша возможно поступил бы также. Вот только он не маньяк и не помешан на Куроко, как сектанты на своих богах.

«54-42-33-51 44-54-53-14-14-51-41 38 11-43-41 23-42-12-51 11-43-41 41-51-11-54-32 32-11-52-51 53-43-51 28 54-32-51-34-51 34-42-23-23 12-42-43-41 11 31-23-15-51 54-53 12-42-43-41-42-43-22 41-51-44-42-34-51-41 28»

      Единственной загадкой для Поколения Чудес остаётся ледяное спокойствие двух брюнетов, но задать вопрос они так и не решаются, потому что Химуро заинтересованно скользит взглядом по помещению, а потом просит бумагу и ручку, которые получают сразу. Он чертит небольшую таблицу на шесть столбцов и девять строк, проставляя в получившихся клеточках буквы, цифры и знаки препинания. Такао терпеливо ждёт, ведь вполне осознаёт чего добивается Рей и барабанщик об этом явно уже догадался. Поэтому не мешает, наблюдая как два форварда наклоняются, чтобы проследить за махинациями парня, но тот вежливо просит их не стоять над душой, продолжая расшифровывать. - Я закончил, - лаконично говорит Тацуя, откладывая исписанный лист на середину столика. Он потягивается, выпрямляя ноги. – Дальше сами.       Вставая с насиженного места, Акаши уходит в кухню, чтобы приготовить новую порцию кофе. Голос Тайги его неимоверно раздражает, что хочется открутить тому голову, а вместо неё установить баскетбольный мячик. Мат, пусть и приглушённый, выводит из себя, и он громко хлопает дверцей кухонного шкафчика, но ничего. Ему ещё предстоит возможность отыграться на двух идиотах и когда эта нервотрёпка закончится Сейджуро утроит им тренировки, чтобы больше не расслаблялись. Чайник на конфорке недовольно свистит, оповещая о своей готовности, и парень разливает кипяток по кружкам. Он несёт их в комнату, получая благодарность за живительные напитки. Просто Казунари уже клюёт носом, Химуро, уставший и довольный своей работой, пристраивается на плече подошедшего Ацуши, Кисе после съёмок не проронил ни слова, постоянно косясь на лестницу второго этажа, а у остальных просто нет выбора, и им приходится пить кофе. - И что это значит? – возмущается Тайга, сжимая кулаки, парень вновь начинает ходить из стороны в сторону, маяча перед глазами. – Кто-нибудь может объяснить? - А что тут непонятного? Мы разгадали вам послание, и вам теперь нужно только определить о каком месте идёт речь, - весело пропел Ястреб последнее слово и сделал глоток. Плевать, что он обжёг горло и кончик языка, а подушечки пальцев покалывает из-за горячей кружки, ведь рядом стоит Мидорима и держит его за шлёвку джинсов, будто боясь, что тот убежит, хотя никто убегать не собирался. - Скорее всего там мы все были. Я имею в виду нас и Рея, - Тацуя задумчиво бурчит под нос последние слова последней строки, потому что вторая адресована именно капитану и для остальных не представляет никакой ценности.       Гигант предлагает ему шоколадку, а затем встаёт и садится рядом, протягивая квадратный кусочек, который парень с удовольствием съедает, не замечая, как от этого действия у Мурасакибары перехватывает дыхание. Шоколад неторопливо плавится на языке, смешиваясь со слюной, становится немного горьким, но не менее вкусным. Мозг отчаянно отказывается думать, ведь уже поздно и многие устали. - Знаете, обычно так говорят о музеях, - проговорил Кисе, тяжело вздыхая.       Его голос звучит непривычно тихо, а на губах не появляется всем знакомой улыбки, ведь радоваться по сути нечему, когда дорогой друг в лапах обезумевшего фаната, когда девушка падает в обморок, а теперь спит, изредка вздрагивая. Волнение мешало сосредоточиться, а Куроко сейчас, наверное, страшно, потому что блондин до сих пор видит перед глазами взгляд исполнителя во время съёмки. Тот будто просил больше не оставлять его одного, а худая ладошка тряслась, боясь прикоснуться и одновременно желая этого. - Я знаю, что это за место, - вдруг вскакивает брюнет, кидая мобильник Такао.       Парень быстро набрал уже заученный номер, ожидая, когда гудки прекратятся, и он сможет услышать знакомый голос менеджера. Отпустили его с явным нежеланием. - Так, что это за место? – спрашивает Кагами, недовольно озираясь на брюнета, который отвечал ему с не менее раздражённым взглядом, хотя с губ не исчезала милая улыбочка, и этот контраст не сулил ничего хорошего. - Послушай, Тайга, вы уже взрослые мальчики, чтобы разгадать настолько простую загадку, учитывая, что мы подарили вам целых две подсказки, - юноша вздыхает и хмурится. – В конце концов, Рей просто играет. - Разве тебе не хочется спасти Куроко? – шипит тяжёлый форвард, сжимая кулаки. - А это не я улетел в лучшую жизнь и оставил его одного, - музыкант усмехнулся и спрятал руки в карманы джинс, понимая, что это был низкий приём. - Что здесь происходит? – спрашивает Момои, стоя на лестнице ведущей наверх, она осматривает присутствующих и сильнее кутается в плед.

***

      Открывая глаза, Тецуя в тоже мгновение закрыл их, понимая, что это пустая трата времени и сил, потому что света нет и он здесь совершенно один. Голову, наконец, отпустило, но стёртые в кровь запястья дают о себе знать при каждом неосторожном движении, поэтому юноша старается лишний раз не двигаться. Звяканье цепей кажется оглушительным, а металл словно накалился до нескольких сотен градусов, причиняя оглушительную боль. Всё в этой тёмной комнатушке становилось его личным адом, сводя с ума.

***

      Толпа снующих туда-сюда людей раздражала Акаши куда больше, чем бурчание Кагами или громкий храп Аомине, который, кажется, научился засыпать стоя. Хруст чипсов Мурасакибары и томные вздохи девушек, что окружили Кисе, прося автограф, казался оглушительным для не выспавшегося человека. Всё это превратилось в чёрную, с редкими проблесками серого, массу столпившуюся у входа в ожидании, когда заветные двери откроются. Высокое трёхэтажное здание возвышалось над всеми собравшимися, а две белоснежные колонны перед входом, словно выросли из толпы, смотрясь неестественно. - Как много народу, - присвистнул Такао, подходя сзади и приветствуя всех. – Предлагаю пройти внутрь, потому что у меня нет желания морозить тут свою задницу.       Из-под чёрной дутой куртки выглядывал край белой футболки с яркими надписями на английском языке. Синие джинсы с прорезями на коленях и серые кеды с красными звёздами на низ не выглядели тёплыми, поэтому от одного только взгляда по спине пробегали мурашки. За спиной чехол от гитары, лямки которого так и норовили сползти с плеча на грязную землю, но парень крепко держал их правой рукой, показывая часть кожаных браслетов с железными вставками. Вязаная шапка зелёного оттенка скрывает тёмные пряди с вплетёнными в них перьями. Двери перед посетителями распахиваются, впуская всех внутрь. - Такао, ты чего их так долго искал? – возмутилась девушка, хотя улыбка на губах говорила об обратном.       Волосы заплетены в два низких хвостика, концы которых Момои постоянно накручивала на палец или поправляла розовую шапку с помпоном, прикрывая лицо шарфом того же цвета. Глаза от недосыпа немного покраснели; от девушки чувствовался запах энергетиков, хотя девушка ловко прятала его с помощью сладких духов. Расстёгнутое бежевое пальто открывало вид на белую кофту с серыми рукавами, а также джинсовые короткие шорты. На ногах вязаные гольфы чуть выше колена и тёмно-коричневые полусапожки, которые доходили ей до лодыжек. - Трудно найти в такой толпе и при этом остаться незамеченным, - ответил Казунари и встал рядом с Химуро, поправляя лямку.       С помощью клетчатого шарфа парень старательно прячет половину лица от посторонних взглядов. Серые джинсы и белая футболка выглядывают из-под серого укороченного пальто. На цепочке висит кольцо, которое брюнет задумчиво крутит между большим и указательным пальцами. Он смотри на Тайгу лишь несколько секунд, но потом переводит взор на Ацуши, который поедает чипсы. - Музей ведь только открылся. Как вы оказались здесь раньше нас? – спросил Аомине, когда все пошли вперёд, изредка осматривая экспонаты.       Повернувшись к парню, Сацуки посмотрела на него так, будто он задал вопрос из разряда: «А сколько будет дважды два?» Отвечать не хотелось. Не из-за того, что она вредничала, а из любопытства. Сможет ли он смириться когда-нибудь? Остальные лишь тяжело вздохнули, кроме другого форварда, которого, видимо, интересовал тот же вопрос. Походка, манера речи и даже взгляд Кагами стали похожи на Аомине, с которым он постоянно ссорился. Это нервировало, ведь теперь на одного раздражителя стало больше, поэтому девушка поспешно вспомнила кита у входа, абстрагируясь от глупых вопросов и взглядов. Остановившись у очередной витрины, она пообещала позже догнать остальных. Желание побыть одной настолько затянуло, что по телу прошлись мурашки, когда чужие руки обняли её за талию, а знакомы голос начал шептать слова утешения, уверяя, будто всё будет хорошо и плохое обойдёт их стороной. Верилось с трудом, ведь мелкий зверёк сомнений царапал изнутри своими острыми коготками, уверяя о плохом исходе. Ему девушка тоже не верила. Просто слушать голос блондина оказалось достаточным, чтобы успокоиться и продолжить поиски следующей подсказки.

***

      Чучела животных прибиты к деревянным подставкам с золотистыми табличками, и насекомые приклеены на скотч или приколоты булавкой. Скелеты динозавров, огороженные стеклянной перегородкой или подвешены над потолком. Толкания посетителей и тихие голоса онлайн-экскурсоводов. Они не знали с чего начать поиски в огромном музее и вообще не имели представление, что именно им необходимо искать. Это мог быть мелкий клочок бумажного стикера приклеенного к одному из стендов. Впрочем, музыканты уверили, что Рей считает их идиотами и на такую низость не пойдёт, а значит, спрячет нужное на самом видном месте. Вот только музей слишком огромен и залов, которые предстоит осмотреть, слишком много, а времени у них мало. Из-за чего вопрос о начале поиска вставал снова и снова. Именно так прошли два с половиной часа, а теперь компания дружно сидела на скамейках, отдыхая. Аомине, прислонившись к ограде, о чём-то напряжённо раздумывал, когда к нему присоединился Тайга, тыкая локтем под бок. Рёта ещё стоя на улице, нашёл Starbucks и теперь вместе с девушкой пил горячий кофе, обсуждая последнюю новинку сезона, они тихо смеялись. Мидорима и Такао кидали друг на друга нечитаемые взгляды, но молчали, элементарно стесняясь, что заметил Сейджуро, обещая себе, что увеличит тренировки снайперу, если тот не решит свои проблемы. Всё это время Химуро задумчиво посматривал на посетителей, обстановку вокруг и предметы по ту сторону витрин. От этого он не замечал, как гигант скармливает ему уже пятую дольку шоколада, довольно улыбаясь. - Я не представляю, где начинать поиски, - обречённо выдохнул Дайки, а через секунду выхватил у Кисе стаканчик и сделал глоток. – Что? Твой кофе выглядел слишком вкусно. - Ничего, - девушка усмехнулась, держа верхнюю одежду, она пыталась прикрыть лицо другой рукой с помощью шарфа, пока блондин не забрал её ношу себе. – Просто мне показалось, что ты сдался. Давайте подумаем логически? - Логически тут не проканает, - заметил Такао. –Спрятать что-то на виду. Это что-то может быть где угодно: в пасти динозавра, в мусорном ведре или в том же ките у входа. Везде, Момо-чан! - С этих мест и начнём, - говорит Тацуя, пробираясь через толпу зевак.

***

      Бежевые обои гостиной вселяли в душу всех собравшихся веру, что всё будет хорошо, а с наступлением завтрашнего дня мир не исчезнет, кризис не наступит. Тецуя позвонит, чтобы сказать группе, возвращаться домой, потому что это была шутка, Рей не сбежал из психушки, продолжая сидеть в своей камере, где он не представлял ни для кого опасности. О как хотелось верить в эту мечту, но голубая обёртка с россыпью белых горошин, будто кричала о правдивости происходящего, окуная в гущу событий, словно в холодную воду. Именно поэтому музыканты молчат с тех пор как переступили порог дома, где живёт Кисе. Ребятам пришлось рассказать то, что Поколение Чудес не должно было узнать, во что бы то ни стало, а Рей намеренно вспарывает старые раны, открывая новые секреты, от которых умалчиваться не выходит, ведь это ключи к новым подсказкам. Мидорима удобно устроился на белом диване, где на подлокотнике сидел чуть бледный Такао, теребя обивку мебели. Ястреб смотрел на экран телевизора при этом, не видя его. Оба форварда пытались настроить технику, но та не поддавалась, точно сама не хотела показывать содержимое диска, желая похоронить тот отрезок времени в могиле. Из-за этого парни тихо переругивались и пихали друг друга в бок. С самого своего прихода блондин сбежал в кухню, чтобы приготовить чай, оставляя дальнейшую войну на остальных, хотя через несколько минут к нему присоединилась Сацуки и Дайки начал изредка поглядывать в коридор, принюхиваясь и прислушиваясь. Акаши наблюдал за чужими потугами, закинув ногу на ногу, он иногда посмеивался, наблюдая за неуклюжестью баскетболистов, что пытались выяснить причину молчания домашнего кинотеатра. Рядом с журнальным столиком расположился Мурасакибара, обнимая Тацую за талию и устраивая голову на его макушке. - Может, попробуете вилку в розетку вставить? – поинтересовался Рёта, ставя поднос с чашками на стол, а затем забрал у девушки вазочку с ванильным печеньем, на которое начал косо поглядывать гигант.       Момои перевела взгляд, на тёмно-коричневый открытый шкаф заполненный книгами по авиатехнике, дизайну интерьера с торчащими оттуда яркими закладками и парочкой романов. На самой верхней полке стояло растение в белом горшке и несколько фотографий в рамках. Одна с маленьким блондином, вторая с родителями, а третья с миловидной девушкой в ярко-зелёном платье и золотистыми локонами, спадающими на плечи. Внутри кольнуло странное ощущение, но она предпочла не обращать на него никакого внимания, продолжая держать невидимую вазу в своих руках. Проследив за взглядом малиновых глаз, парень мило улыбнулся и шепнул на ухо Сацуки, что это его старшая сестра, на что та залилась румянцем и отвернулась. - Почему ты раньше не сказал? – буркнул Кагами, а затем посмотрел на остальных. – А вы чего молчали? - Мы пытались сказать, - начал Казунари и, видя, что его никто не собирается останавливать, продолжил. – Но вы так громко шептали, что мы побоялись надрывать горло, чтобы до вас докричаться.       Когда всё было подключено к электричеству, а диск помещён в дисковод назад пути уже не было. Очередной секрет, что должен был остаться между Ледяным Королевством и непосредственно Реем, будет раскрыт. От этого кулаки сжимались до побеления костяшек, а щёку закусывали с внутренней стороны, смотря в голубой экран в ожидании начала, но вскоре тот потух, и послышались голоса.

***

- Ты не снял крышку, - смеясь, говорит Момои, а затем снимает её и смотрит в камеру, которая продолжает снимать.       Бледно-розовая кофта с малиновыми полосками открывала вид на ключицы, когда девушка закатывает рукава до середины предплечья и садится на своё место, закидывая ногу на ногу в синих джинсах и зимних сапогах с меховыми вставками. Куртка с пушистым воротником покоится на спинке стула, скрывая школьную сумку. Она скучающе смотрит на текст параграфа в учебнике, делая пометки карандашом, что-то дописывает в тетрадь и хмурится, пытаясь понять, попутно пытается завязать волосы в подобие пучка.       На столе стопкой лежат книги и тетради, разбросаны выделители текста и цветные ручки с бумажными стикерами. Рядом лежат мобильные телефоны. Тетрадные листы полностью исписаны различными датами, решениями задач и просто предложениями, которые должны помочь легче запомнить материал. - Целый день будешь снимать? – спросил Такао, наклоняясь вперёд, он смотрит на собеседника, но через секунду переводит взгляд на камеру и широко улыбается, показывая знак мира.       Рукава джинсовой рубашки подвёрнуты до локтей, чтобы не пачкать одежду маркерами, хотя пальцы уже покрыты фиолетовыми и синими полосками. За ухом виднеется простой карандаш, а тёмные пряди немного растрепались и в них ещё не вплетены перья. Один из учебников лежит на коленях, когда перед глазами словарь английского языка, и Казунари, будто не замечает этого, пока Химуро не намекает ему об этой странности. Брюнет лишь вздыхает, но меняет книжки местами, сжимая переносицу, он извиняется, сообщая, что не высыпается из-за подготовки к экзаменам. - Осталось потерпеть ещё месяц, - тихий голос привлекает к себе внимание «папарацци». – Сато-сан сказала, что если досрочно сдадим экзамены, то сможем сосредоточиться на более важном занятии.       Голубая чёлка убрана назад благодаря заколке с розовым цветочком. Переводя взгляд на объектив, он улыбается уголками губ и машет рукой в приветствии, а потом вновь сосредотачивается на наборе различных букв записанных в тетради. На втором плане хмыкают, снимая окружение вокруг ребят, переговоры Ястреба с Момои, которая пыталась объяснить ему решение. В кадр попали и другие посетители, а ещё разгневанная работница, которая отчитывала какого-то парня за шум. Белая рубашка с чёрным воротником и того же цвета манжетами выглядывала из-под синего кардигана. Погода за окном явно не питала тёплые чувства к роду человеческому, поэтому Тацуе оставалось только удивляться как Фантому удавалось не испачкать светлые джинсы и белые кроссовки. - Рей снова оставил тебе послание? – спросил юноша, продолжая снимать исполнителя. – Ему в последнее время нравится этим заниматься. - Да. Часть я уже разгадал, - Тецуя вдруг вздыхает и показывает исписанный лист. – Проблема в том, что он использует третий метод цифровой таблицы, но каждый раз по-разному. - Это как? – вмешивается Такао, заглядывая в кожаный блокнот друга, он вновь недовольно фыркает. - При третьем методе мы делаем сдвиг влево на одну позицию, - объясняет Тацуя, отвлекаясь от основной задачи, из-за чего камеру начинает уводить в сторону, но он быстро сосредотачивается и изображение вновь выравнивается. – А Рей сдвигает на две или три, да? - Хорошо, что он последователен в этом, - кивает сам себе Куроко и откидывается на спинку стула. – ноль-три-два-один-два-три.       Возвращаясь к прерванному занятию, исполнитель не ожидал внезапно прозвучавший вопрос девушки, заставивший всех вздрогнуть и перевести удивлённые взгляды на неё. Смотря в пол, Сацуки теребила вылезшую нитку. - Что ты имеешь в виду, Момо-чан? – Такао нервно улыбнулся. – Предлагаешь всё бросить? - Нет, - она активно замахала ладошками и смущённо отвела взгляд. – Может стоит перестать гоняться за ними? Просто… я устала бегать за Дай-чаном и… - Я понял, о чём ты говоришь, Момои-сан, - прервал её Фантом и вздохнул, отложил ручку. – Это будет в последний раз, ладно? Есть дорогой мне человек, но в стремлении победить он забыл нечто важное, и я намерен помочь ему вспомнить о…

***

      Видео закончилось, и экран телевизора погас. В помещении воцарилась гнетущее молчание, а тишину нарушали лишь вибрация мобильного телефона от новой порции сообщений, стук чашки о деревянный столик и чужие тяжёлые вздохи. Чувство вины съедало баскетболистов изнутри, отдаваясь ноющей болью, словно в груди бесновались кошки и били своими пушистыми хвостами по рёбрам. Дыхание затруднялось невидимыми ошейниками, которые медленно затягивались на горле своих жертв. На мгновение, но парни почувствовали, что испытываемые ими ощущения могли быть лишь малой толикой боли и разочарования, которые внутри себя держали музыканты, ожидая их возвращения.       Сильнее сжав чужую футболку, Мурасакибара уткнулся в плечо сидящего перед ним парня, вдыхая аромат мятного шампуня и шоколада, которым его угостил Химуро. Не поворачивая головы, Мидорима посмотрел на Ястреба, который накручивал волосы на палец, а затем замер, когда снайпер облокотился на его руку, незаметно поглаживая бедро большим пальцем, будто прося прощения. Кисе прильнул лбом к плечу девушки, что сидела на его коленях, чувствуя сладкий аромат духов, он улыбнулся, когда хрупкая ладошка начала перебирать светлые пряди. Выразительно чертыхнувшись, Тайга отодвинул балконную дверь и вышел на улицу, чтобы подышать свежим воздухом, обдумывая увиденное на диске. Как он мог забыть человека, что помог ему победить Поколение Чудес? Помог Сейрин на Зимнем кубке? Попросту не знал, потому что победа вскружила ему голову, и он забыл неприметного паренька с ярко-голубыми глазами, который пообещал сделать его лучшим в Японии. А потом Тайга уехал в Америку к лучшей жизни и более сильным игрокам. Аомине устало потёр шею, облокотившись на шкаф, стоящий позади. Тяжёлый форвард корил себя за то, что оставил двух дорогих ему людей совершенно одних, потому что прошлое есть прошлое и исправить его уже нельзя. Называя распасовщика Своей Тенью, он никогда не смог бы предположить, что тот действительно станет для него Фантомом. Не знал, что улетев и оставив подругу детства одну, та найдёт в себе силы подняться и гордо идти вперёд, когда парень теперь будет занимать в её жизни роль актёра второго плана.       Акаши медленно поднялся со своего места и прошёл в кухню, что встретила его кофейными и шоколадными оттенками, запахом свежей выпечки и тишины, которая давала ему возможность подумать. Он догадывался о чувствах Тецуи, а та ситуация произошедшая в доме и в концертном зале, наконец, расставила всё по своим местам. В голове то и дело всплывали слова юноши, когда он прощал его. Дальнейшие объятия с Куроко казались какими-то правильными, и Сейджуро вдруг подловил себя на мысли, что ему не противно обнимать другого парня, а от воспоминаний о тепле и руках, судорожно сжимавших чужую рубашку, на душе становилось как-то спокойно. Поэтому он наливает себе кружку кофе и усмехается собственным мыслям, смотря на снег, что укрывает Токио белоснежным ковром. С Куроко хорошо, а без него никак. Просто капитан привык без него за год в Ракузан и три года в Америке, поэтому чтобы судорожно хвататься за голову и бегать из угла в угол, он этого не понимал. Ведь это не поможет спасти юношу из лап влюблённого маньяка и Акаши решает сперва вернуть пропажу, а потом подумать о своих чувствах к нему. Так будет правильно. - И что ты предлагаешь? – шипит Казунари на форварда, когда в гостиную входит Сейджуро, держа в руке кружку, он видит, как Мидорима держит брюнета, который этого совсем не замечает готовый накинуться на обидчика с кулаками. - Идти прямо сейчас и вызволять Куроко, - повышает голос Тайга.       Слышатся громкие вздохи, и баскетболист понимает, что сморозил очередную глупость, замолкая, смотрит в пол, но сейчас Такао зол и ему на всё плевать: на Шинтаро, на высокого и сильного спортсмена, с которым ему хочется подраться, хотя он знает, что проиграет. У Кагами всё слишком просто. - Если бы мы знали, где он, то думаешь, торчали бы здесь, разгадывая эти глупые загадки и выдавая секреты нашего друга? Или предлагаешь выйти на улицу и орать во всё горло в надежде, что Куроко отзовётся, хотя он может быть вообще в другой префектуре или стране? Чего ты молчишь? – тяжело дыша, гитарист выпутался из чужих объятий и вздохнул, пытаясь успокоиться. – Сато вчера сказала, что его похищение должно остаться тайной, но через неделю об этом узнают и тогда у нас будет куда больше проблем, чем есть сейчас.       Больше никто не проронил ни слова, пока Момои сжимала рукав белой рубашки блондина, а Мидорима гладил паренька по голове, пытаясь успокоить, но на притихшего баскетболиста разочарованно поглядывал. Устало прикрыв глаза, Тацуя позволил себе на минутку расслабиться в объятиях гиганта.

***

      Он медленно погружается на дно огромного океана, где вода казалась настолько прозрачной, словно её и вовсе не было. Ноги и руки свободны, поэтому ничего не мешало падать вниз или всплыть на поверхность. А был ли здесь конец? Пузырьки воздуха спешно поднимались вверх, покидая лёгкие, когда юноша зажимал рот и нос, задыхаясь. Вода резко похолодела, впиваясь в тело тысячью иголок, она причиняла нестерпимую боль, пока чьи-то тёплые руки не сплели его пальцы со своими. Невыполнимой миссией он считал поднять веки, но с ней юнец справился и замер, смотря в такие знакомые алые глаза перед собой. Остатки кислорода растворились где-то на поверхности, и исполнитель заметил, что больше не задыхается, а лёгкие не жжёт огнём. Наступило банальное спокойствие, когда Акаши вдруг мягко ему улыбнулся, наклоняясь, тот невесомо прикоснулся своими губами к его.       Куроко открыл глаза и вновь закрыл, осторожно дотронувшись до своих губ, он улыбнулся. - Хорошо. Я подожду, - после этого парень вновь провалился в сон.

***

      Место, в которое их привели ребята, словно сделано лишь из белого. Тихие бормотания посетителей и смешки школьников, которые готовились к предстоящим контрольным немного успокаивали, нарушая тишину. Шелест переворачиваемых страниц и нервное шарканье ног под деревянными столами с включёнными на них светильниками, хотя зал освещался с помощью софитов и огромных овальных окон, заставлял изредка оборачиваться и прятать лицо в шарфе.       Вопрос о начале поиска вновь вставал сам собою, потому что очередное послание могло быть чем угодно, а спрятано в одной из полок, на потолке или вообще в книге, которых тут сотни. На виду, по крайней мере. Именно поэтому баскетболисты уже три часа, разделившись на пары, трясли бедные произведения литературы и словари, пока на втором этаже содержимое осматривали музыканты. За это время они успели проверить лишь половину, а надежды что-нибудь отыскать начинала таять на глазах по мере участившихся вздохов и чертыханий.       Такао устало плюхнулся на один из свободных стульев, бурча что-то про их твёрдость, он закинул ногу на ногу и закрыл глаза. Тацуя присел рядом, смотря в окно, где на город неторопливо опускались сумерки, а лампы только усугубляли этот процесс. Девушка подошла к задумавшемуся блондину и мягко ему улыбнулась, предложив помощь, она также намекнула, что Starbucks пока открыт и если они успеют до закрытия, то смогут выпить кофе и поговорить. Кисе на это предложение тихо посмеялся, принимая и его и помощь. Несмотря на случившееся, Момои старалась не впадать в уныние, а также не реветь по пустякам, ведь Тецуе это вряд ли понравилось бы. Он вообще не любил, когда Сацуки плакала.       Неизвестность пугала, потому что мотивы маньяка никому не известны, Тецуя похищен, и никто не знает, жив тот или нет, а хуже всего то, что от этой подсказки зависит дальнейший шаг. Сейчас они все, как слепые котята. Конфеты у гиганта закончились час назад, но Ацуши старательно искал оставленную для них подсказку, поджимая губы, он не жаловался. Мидорима оставил свой талисман удачи на столе с самого начала, смотря на стеллаж. - Мы были на втором этаже, и там ничего нет, - проинформировал всех Ястреб, играясь с розовым зайцем в забавном костюме джентльмена. – Что предложишь? - А что я должен тебе предложить? – почти простонал Химуро, укладываясь на стол. – Включи своё больное воображение. Где бы ты спрятал?       На несколько минут брюнет задумался, а после предположил, что можно поискать на потолке, под стеллажом и торшером, куда в следующую секунду полезли спортсмены, не боясь запачкаться в пыли или найти трупики пауков. Сацуки перевела взгляд на задумавшихся брюнетов, подходя к столу, где когда-то Тацуя снял про них маленькое видео и не удалил, хотя это была очень важная улика. К двустороннему скотчу был приклеен белоснежный конверт, который она аккуратно сняла. Ей пришлось извиниться перед сидящим за столом парнем, сфотографироваться с ним и взять обещание о неразглашении их присутствия.

***

      Сидя в машине, в которой приехала Сато, чтобы забрать своих нерадивых подопечных и отвести остальных домой, они, наконец, смогли посмотреть на голубом клочке бумаги очередной шифр.

"A CKUAI HEREW VK EELSF AVPD"

      Терпеливо ожидая, когда барабанщик возьмётся за расшифровку, они с надеждой смотрели на парня, что откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Двум форвардам произошедшая ситуация показалась странной и они решили прояснить её. В какой-то момент Акира даже скривилась от громких голосов и необоснованных претензий. Мысленно, но она поблагодарила Акаши, который щёлкнул ножницами и пообещал увеличить им тренировки, если те не заткнуться. В салоне воцарилась долгожданная тишина. Ястреб же предложил ребятам самим попробовать отгадать написанное, а потом просто прислать ответ. По-своему юноша был прав, и это знали все, согласно кивая.       До дома капитана оставалось ехать две минуты, когда парни дружно сфотографировали причину своей бессонницы и замолчали.