Истинные. Габриэль

      Всё, кажется, шло хорошо, и день свадьбы приближался. Габи постоянно жаловался, что не может заказать костюм, так как живот слишком быстро растёт. Всё бы ничего, но меня беспокоили кошмары Андреса, которые стали довольно частыми. Как оказалось, и Габи тоже.       — Знаешь, мне звонил отец. В смысле, биологический отец. Влад. Олег рассказал ему о ребёнке и о свадьбе.       — И что ему надо? — поинтересовался я. — Ждёт приглашения?       — Нет. Говорит, что понимает, почему я не горю желанием видеть его на свадьбе, но надеется, что мы навестим его до неё. И по возможности с Андресом. Он хочет познакомиться с моим будущим мужем.       — А что ты думаешь об этом? — спросил я.       Габи замялся.       — Я бы даже не стал рассматривать его предложение, но вспомнил о Роме и его приюте. Как думаешь, может, там помогут Андресу? Он же тоже…       Жертва насилия. Габи прав. Да и оставлять всё как есть не вариант. Возможно, Рома сможет нам что-то посоветовать или как-то помочь.       — Думаю, ты прав. Давай попробуем. Только не говори Андресу о приюте. Попробуем всё уладить на месте.       Омега кивнул.       А вечером нас ждал тяжёлый разговор. Мы устроились в гостиной перед камином. Я и Андрес сидели по краям дивана, а между нами примостился Габи. Он откинулся на грудь альфы, а ноги пристроил мне на колени. Андрес наглаживал его выпирающий живот. Идиллическая картина.       — Андрес, помнишь я говорил, что терпеть не могу альф? — начал разговор Габи. Тот в ответ кивнул. — Хочу объяснить причину. Уильям мне не родной отец. Он истинный папы, и они встретились уже после моего рождения. С моим биологическим отцом папа познакомился ещё в школе. Говорит, что влюбился с первого взгляда. Как и отец в него. Они поженились через несколько месяцев после знакомства. У них родился сын. Мой старший брат. Родители отца были людьми состоятельными. Они погибли, когда ему едва исполнилось 19. Отцу пришлось возглавить компанию. Он очень много работал. И тем не менее они с папой были счастливы. Папа говорил, что они по-настоящему любили друг друга. Всё было хорошо до поры до времени. У отца был друг и по совместительству помощник на работе. Виктор. Отец этого не видел, но друг завидовал ему. Завидовал всему: процветающей компании, красивому супругу. Ему казалось, что у отца есть всё, но он этого не заслуживает. Виктор устроил покушение. Отец провалялся в больнице несколько месяцев. Виктор, пользуясь своей должностью и доверчивостью отца, украл у него деньги. Много денег. Но этого ему показалось мало. Он был одержим своей завистью. Виктор похитил моего папу и увёз из страны. В плену папа пробыл долгие месяцы уже беременный мной. Он никогда не рассказывал, что Виктор делал с ним, но догадаться не сложно. Папу спас случай. Виктор, дорвавшийся до денег совсем слетел с катушек, ни в чем себя не ограничивая. Купил себе гоночную машину и часто пьяным садился за руль. И однажды поплатился за это, разбившись насмерть. Папа смог освободиться и сбежал. Уже в больнице он познакомился с Уильямом, и они поженились. Уильям принял меня как родного.       — А твой биологический отец? — задал закономерный вопрос Андрес.       — А этот супер альфа так и не пришёл спасти папу. Он нас бросил. Не посчитал нужным за нас бороться, — с горечью ответил Габи.       Мне пришлось вмешаться.       — Справедливости ради хочу добавить, что его отец не знал настоящего положения дел. Он думал, что Олег помог Виктору украсть деньги и сбежал вместе с ним.       — Он всё равно должен был нас найти! Ненавижу альф! — заявил Габи.       — И меня? — осторожно поинтересовался Андрес, не выпуская омегу из объятий.       — Нет. Ты, как и Уильям, исключение. Вас я люблю, а остальных ненавижу.       Кажется, Габи и сам не понял, что сказал. Зато Андрес его прекрасно услышал, судя по изумленному выражению лица. Пришлось снова вмешаться.       — Ну что ты так смотришь? Ты же наш альфа. Конечно, мы тебя любим, — с улыбкой подтвердил я.       Габи успел только пискнуть, как оказался атакован губами Андреса, а следом наступила и моя очередь. Так вечер признаний окончился сексом всё на том же диване, а потом и на полу.       — Я вчера так и не успел тебе всего рассказать, — сокрушенно заметил Габи во время завтрака. Андрес кивнул, показывая, что внимательно его слушает. — Я не видел биологического отца долгие годы, а потом он вдруг объявился. Теперь он хочет наладить со мной отношения. По настоянию папы я бывал у него пару раз. Один раз с Шейном. Так вот, папа рассказал ему о свадьбе, и теперь он хочет познакомиться с тобой. Отец пригласил нас всех к себе.       — Ты хочешь, чтобы я поехал с вами? — уточнил Андрес.       — Полетел, — поправил я и добавил важную деталь, которую упустил Габи. — Его отец живёт в России.       Альфа на какое-то время замолчал, обдумывая сказанное, потом кивнул.       — Хорошо. Если вы этого хотите, я полечу с вами.       Я наблюдал за Андресом, и его состояние мне не нравилось. Едва мы вышли из самолёта, он замкнулся в себе. Зато Габи болтал за нас троих. В аэропорту нас уже ждала машина с шофёром, которую прислал отец Габи.       — У моего отца есть истинный. Его зовут Рома, — рассказывал омега. — Мой старший брат альфа. Его зовут Алекс, а его омегу — Макс. У них есть сын Тимофей. Они все живут в одном доме. Хотя, это скорее особняк. А вообще они все, кроме отца, нормальные. С ними можно найти общий язык. А на отца можешь не обращать внимания.       Волнуясь, Габи так и тараторил до самого дома. Нас подвезли к самому крыльцу, где по традиции встречала вся семья.       — Это мой истинный и наш с Шейном жених — Андрес, — представил Габи. — Андрес, это мой биологический отец — Владимир Антонович.       Я только сейчас взглянул на своего альфу и понял, что дела плохи. Андрес даже не побледнел, скорее посинел. Он задыхался, не в силах вымолвить ни слова.       — Андрес? — обеспокоенно позвал я.       — Может, врача? — Влад тоже заметил неладное.       Андрес медленно отпустил ладонь Габи из своей руки и, развернувшись, молча направился к воротам. Его пошатывало, но он упрямо шёл к выходу. Присутствующие непонимающе смотрели вслед. Я, наконец, отмер и бросился за ним. Как и Габи.       — Андрес, — позвал я, догнав.       — Что случилось? — спросил Габи и взял его за руку.       Андрес отбросил его ладонь и посмотрел с ненавистью.       — Я не хочу видеть ни вас, ни кого-то ещё из этой семейки. Не приближайтесь ко мне. Никогда.       Мы ошарашено смотрели, как он снова отворачивается от нас и уходит. Габи охнул и, схватившись за живот, стал оседать. Стало не до ушедшего альфы. Я подхватил Габи и повернулся к крыльцу.       — Вызовите врача. Быстро!       — Ему нужен покой. Так что я оставлю его здесь на пару дней под присмотром, — заявил доктор после осмотра.       Габи остался в палате, а мы все ждали в коридоре. Макс остался дома с сыном, а я, Алекс, Влад, Рома и Денис приехали в больницу.       — Что произошло? — поинтересовался Влад.       — Не знаю. Думаю, Габи переволновался из-за ухода Андреса.       — А почему он ушёл?       Я выпрямился и посмотрел альфе в глаза.       — Это вы мне скажите, Влад, почему Андрес сбежал, как только познакомился с вами?       Альфа нахмурился и задумался о причинах.       — Кто он такой и откуда? Его зовут Андрес?       Мне очень не нравилось всё, что происходило.       — Нет. Он упоминал, что настоящее его имя Андрей, но он сменил его, когда уехал из России.       — А как его фамилия? — влез Денис, доставая свой планшет.       — Андрей Власов.       Денис кивнул и отошёл в сторону. Он достал телефон и стал звонить, одновременно что-то набирая в планшете. Вернулся Денис минут через двадцать. На лице была невозмутимая маска, однако мне было видно, что спокойствие даётся ему нелегко. Он молча протянул Владу планшет. Вот, с кем я бы не сел играть в покер. Ни за что не догадаешься, о чём думает этот альфа.       — Что там? — спросил я.       Влад окинул меня холодным взглядом.       — Если ты собираешься остаться на ночь, я договорюсь, чтобы тебя устроили в палате. Мы приедем утром.       — Что вы узнали об Андресе?       — Нам пора, — не терпящим возражения тоном заявил он.       Влад направился к выходу, и вся компания устремилась за ним. Я разрывался между необходимостью остаться с Габи и выяснить, что происходит.       Пов Андреса       Я снова в незнакомом городе, без работы, без жилья, с небольшой суммой денег. Ничего, мне не привыкать. Сколько их было таких городов? Справлюсь. Как всегда.       Понимаю, что, сбежав, поступил недостойно альфы, но по-другому не мог. Мой мир вдруг перевернулся. Опять. Стало смешно. Как я мог рассчитывать, что у меня может быть нормальная жизнь?! Только не у меня. Давно пора это запомнить. Впрочем, когда я забываюсь, жизнь не устаёт мне об этом напоминать.       Денег, чтобы снять квартиру на первое время мне хватило, а потом я устроился на работу в охранную фирму. Зарабатывать на жизнь я умею.       Вот только я ошибся, думая, что могу вернуться к прежней жизни. Не теперь, когда я узнал, что можно жить по-другому. Что и у меня может быть своя семья. Ребёнок. Мужья, любящие и любимые. Дом. Любимое дело. Я старался не думать об этом. Старался забыть. И не мог.       Быт налаживался, но тоска по двум любимым людям не давала покоя. Даже кошмары отошли на второй план.       А потом на пороге моей съемной квартиры появился омега. Среднего роста, стройный и красивый. Светлые кудряшки, аккуратные губы и ясные голубые глаза. Он выглядел хорошеньким, кокетливым омежкой, вот только взгляд выдавал. Оценивающий, жёсткий, спокойный. А ещё впечатление портил тонкий, едва заметный шрам проходящий через щеку.       Омега казался смутно знакомым.       — Чем я могу помочь?       — Добрый вечер, меня зовут Рома. Я супруг Влада. Владимира Антоновича.       Я попытался захлопнуть дверь, но он перехватил её.       — Нам не о чем разговаривать.       — А я думаю, что всё же есть. Я пройду, если ты не против, — он не спрашивал, утверждал. Отодвинул меня и прошёл в комнату. Оценивающе огляделся. — Не густо. Я бы от чая не отказался.       Наглый. Хотя вызывал симпатию. Я поплелся на кухню и приготовил чай.       — Неужели муж так легко отпустил тебя одного на эту встречу? — поинтересовался я, протягивая ему чашку.       — Я не один. Влад ждёт в машине, — я окаменел. Сколько лет этот альфа был олицетворением моего кошмара? От осознания, что он так близко, била дрожь. — Я уговорил его не подниматься. Решил, что лучше поговорить нам наедине.       — Зачем он здесь? — задыхаясь, спросил я.       — Из-за Габи, конечно. Присядь.       Колени подогнулись, и я рухнул в кресло.       — Как вы меня нашли?       — Шейн назвал имя и фамилию. У Дениса, помощника Влада, есть все данные на… таких как ты. Причину твоего побега мы поняли сразу. А дальше служба безопасности отследила твоё местоположение.       — Габи и Шейн знают?       — Где ты? Нет, Влад решил сначала сам сделать всё, что в его силах, чтобы вернуть тебя.       — О причине, почему я ушёл, они знают?       — Да, — кивнул Рома, опуская взгляд. — Влад им рассказал.       Я презрительно усмехнулся.       — И о чём же он им поведал?       — О том, как отец-алкоголик продал тебя в один из борделей, принадлежащих когда-то Владу. О том, что ты провёл там два с половиной года.       Рома говорил ровно и спокойно, прямо и открыто глядя в глаза.       — Как они? — тихо спросил я, нарушая данное себе обещание не вспоминать о них.       — Из-за стресса у Габи раньше времени начались роды. Твой сын родился семимесячным. Тем не менее на его здоровье это никак не отразилось. Жизнерадостный, крепкий малыш. Даррелл, — Рома протянул мне фотографии. Мой сын. Темноволосый, кареглазый мальчуган, озорно улыбающийся. — Через неделю ему будет полгода.       Этот хорошенький омега хладнокровно рассказывал о моём ребенке, которого я никогда не увижу, и с интересом следил за реакцией. Словно учёный, рассматривающий насекомое под микроскопом.       Как же больно-то.       — Тебе пора, — резко сообщил я.       Только попытка выпроводить его снова не увенчалась успехом.       — Пока ещё нет. Ты ведь ещё не готов подумать над тем, чтобы вернуться, — как само собой разумеющееся, сказал Рома.       — А зачем? Разве я им нужен?       — Они не ищут тебя, — подтвердил омега. — Это решение Габи. Он считает, что не имеет права просить тебя вернуться после того, что сделал его отец. Боится, что ты будешь каждый раз вспоминать о Владе, глядя на него.       Странно, ведь это же та самая причина, по которой я ушёл. Боялся, что не смогу по-прежнему смотреть на своего омегу. Не хотел, чтобы светлое чувство переросло в ненависть. Как мне тогда с этим дальше жить?       — Тогда зачем ты здесь?       — Ради Влада, конечно. Он прекрасно понимает, что ни Габи, ни ты его не простите. Но он очень хочет исправить то, что разрушил.       — Исправить?! Разве те два года ада можно исправить?! — взвился я.       — С этим можно смириться и жить дальше, не давая прошлому испортить будущее.       Как же захотелось стереть этот взгляд, спокойный тон. Ещё никогда в жизни мне не хотелось ударить омегу, только бы заставить замолчать.       — Что ты об этом знаешь?! Это не тебя насиловали два года подряд, ломая твою сущность. Заставляя забывать, что ты альфа, и подставляться другому альфе. Ломать себя и всё своё естество, чтобы не сойти с ума. Как мне жить с Габи, зная, что это со мной сделали по приказу его отца?!       — Потому что он твой истинный. Человек, рождённый для тебя. Тот, без кого твоя жизнь не имеет смысла. Без кого пусто и холодно. Тот, кто одним своим присутствием заставляет твоё сердце громко колотиться. Тот единственный, кто может подарить тебе настоящую жизнь и любовь.       Он говорил так, что я почти поверил. Почти.       — Откуда тебе это знать?! Тебе, живущему под защитой монстра. На те деньги, что он заработал, продавая детей?! У таких людей как он нет ни сердца, ни чувств.       — Я его сердце, его чувства и его жизнь, — горячо заявил Рома.       Странно, его взгляд был далёк от тех наивных речей, что он произносил. Но как можно в это верить?       — И он не побоялся тебя отпустить к тому, чью жизнь сломал? — поинтересовался я.       Посмотрел на свои руки. Странно, мне только сейчас пришла в голову мысль, что я могу отомстить Владу, просто переломив его хорошенькому муженьку шею.       — Не побоялся, потому что я тебя понимаю. Я открыл центр помощи жертвам насилия. Я каждый день общаюсь с людьми, прошедшими через свой ад.       — И только поэтому ты считаешь, что понимаешь? Потому что от безделья открыл приют на деньги этого морального урода?!       — Не от безделья, а потому, что хочу помочь тем, кто прошёл то же, что и ты. Или я.       Мои губы презрительно скривились.       — Ты?! Да твой муженёк с тебя, наверняка, глаз не спускает. Стережёт, чтобы с его истинным ничего не случилось.       — Сейчас, да, — Рома посмотрел на меня и стиснул кулаки. — Знаешь, психологи в центре помощи говорят, что надо чаще проговаривать вслух то, что ты пережил.       — Ты же не ждёшь, что я буду изливать перед тобой душу?       Он меня злил всё сильнее.       — Мне было четырнадцать, когда меня так же, как и тебя отдали в один из борделей Влада. Он заключил эту сделку, даже не встретившись со мной. Просто один из столбика доходов. Из меня сделали шлюху и порнозвезду. Я продержался дольше тебя. Десять лет. Очень часто мне казалось, что я не человек. Безвольная кукла, без своих мыслей и желаний. Дырка, для удовлетворения чужой похоти. Я бы посмеялся над тем, что именно я истинный Влада, не касайся это лично меня. Вселенская справедливость действует очень странно. Нагрешил он, а ударило по мне.       Он говорил это так спокойно, словно это было не с ним или будто он врал. Только нервное поглаживание шрама выдавало волнение. Я поверил ему и пытался представить, через что этот омега прошёл. Десять лет. Я после двух не могу ни спать нормально, ни жить, опасаясь, что кошмар вернётся. Я предпочел убежать от того, что со мной произошло, а ведь я альфа. Тяжело сознавать, что у омеги оказалось больше мужества, если он не только выдержал этот кошмар, но и смог жить с этим дальше.       — Как ты можешь после всего этого с ним жить? — хрипло спросил я.       Рома вынырнул из воспоминаний и посмотрел на меня вполне осмысленно.       — Как тяжело бы ни было с ним, без него хуже. Пробовал, знаю, — омега посмотрел на часы. — Мне пора. Выделенное на беседу время закончилось. Если не спущусь через пять минут, боюсь, Влад ворвётся сюда, готовый меня спасать. Тебе могу посоветовать только одно. Подумай, стоит ли твоё прошлое того, чтобы отказываться из-за него от будущего с любимыми людьми? Оставлю тебе визитку, если захочешь поговорить — позвони.       Шейн вышел из машины и поставил её на сигнализацию. Чёрные джинсы, светлый пуловер и тёмное укороченное пальто подчеркивали идеальную фигуру. Он повернулся к дому и радостно улыбнулся, став болезненно красивым. На него даже смотреть было тяжело.       А на крыльце его ждал омега. Русые волосы отросли и были заплетены в простенькую косичку. Немного растрепанная, она делала Габи домашним и уютным. Джинсовые бриджи и туника скрывали ставшую округлой и более плавной фигуру. Он широко улыбался в ответ. Малыш в его руках, заприметив кто к ним направляется, яростно махнул погремушкой, радостно агукая.       Картина была настолько идиллистической, что я недоверчиво проморгался. Словно что-то почувствовав, Габи обернулся в мою сторону, и улыбка сползла с лица.       — Андрес? — нерешительно позвал он.       Шейн резко повернулся, тоже глядя на меня без улыбки. Счастливые выражения лиц так быстро сменились на растерянные, что я почувствовал себя незваным и ненужным.       — Я только хотел увидеть сына, — оправдался я.       — И всё? — холодно спросил Шейн. — Больше тебя за прошедшие полгода ничего не интересует?       — Шейн, перестань, — одернул Габи. — Это его право видеться с сыном. Именно это ты говорил с самого начала нашего знакомства. Вряд ли что-то изменилось. Войдёшь? — спросил он у меня.       Я кивнул. Всё складывалось совсем не так, как я представлял. Трогательной встречи не получилось.       Дом остался таким, как я запомнил. Светлый, теплый. Разбросанные детские игрушки в гостиной добавляли уюта. Габи устроил ребёнка в манеж и прошёл за стойку, разделявшую кухню со столовой.       — Поужинаешь с нами? — я только кивнул в ответ. — Тогда мойте руки, я накрою.       Он поставил на стол салат, тушеные овощи и перед каждым по тарелке с отбивной. Шейн разлил вино по бокалам.       — Какими судьбами? — поинтересовался он. — Мимо пробегал?       Его голос был пропитан сарказмом и горечью. Я понимал, что обидел его совершенно не заслужено.       — Рома сказал, что сегодня полгода с рождения Даррелла.       — О. Решил навещать сына по особым датам? Так сказать, держать руку на пульсе? — издевательски осведомился бета.       Приём оказался холодноватый. На что я только надеялся, идя сюда? На радостную встречу и счастливые лица? Я отодвинул тарелку.       — Пожалуй, мне стоит уйти.       — Снова пора бежать?       Габи с силой впечатал столовые приборы в столешницу.       — Шейн, прекрати! Брось этот насмешливый тон. Нам всем нелегко.       Омега так изменился. За эти полгода он стал взрослее и казался более рассудительным.       — Сбежать-то проще всего.       — Извини, — попросил я, поднимаясь.       — Андрес, — с мукой выдохнул Габи.       Я остановился у двери, не оборачиваясь. Смотреть на них и видеть в глазах презрение или жалость было выше моих сил.       — Я боялся, что, глядя на тебя, буду видеть только его. Внешне ты очень сильно похож на отца. Но это было ошибкой. Я не думаю о нём. Ты ассоциируешься с домашним уютом и семьёй. С тем, чего у меня никогда не было. С недостижимой мечтой. Рома был прав, я позволил прошлому разрушить будущее. Мне очень жаль.       Я не смог оглянуться напоследок. Хотелось скорее на воздух. Выскочив на крыльцо, я вдохнул полной грудью, пытаясь справиться с болью и предательскими слезами, что жгли глаза.       Шейн, выбежавший следом, с силой дёрнул меня, разворачивая к себе.       — Идиот! Ну, куда ты опять собрался?! Не видишь, что мы без тебя еле справляемся?       Он обессиленно уткнулся лбом в моё плечо. Я нерешительно обнял и прижал его к себе. Шейн поднял голову и обхватил ладонями моё лицо.       — Хватит уже бегать. Ты же не бродячий пёс. У тебя теперь есть дом и семья.       За его плечом я увидел Габи. Омега стоял в дверях, держа сына на руках, и смотрел умоляюще.       Пов автора       Мало сказать, что родители были недовольны, берясь устраивать свадьбу третий раз. Оказалось, что Габи и Шейн снова её отложили. Чтобы по закону заключить тройной брак они должны были все вместе пожениться в один день. Так что они не теряли надежды и ждали Андреса.       Церемония была более чем скромной. Родители, братья Габи и Шейна, парочка друзей. Омеги плакали. Олег, держащий на руках внука, утирал слёзы платочком, когда его муж Уильям вёл Габи по проходу к двум женихам. Альфы, братья женихов, считавшие подобные церемонии необоснованно сентиментальными, развлекались с интересом поглядывали на друзей омег. Легкомысленный Мика строил им в ответ глазки. Его более серьёзный брат Тони пытался приструнить своего близнеца, впрочем, абсолютно безуспешно.       Родители Шейна, в знак одобрения брака, подарили свадебное путешествие на курорт к океану.       Накануне позвонил Влад, чтобы поздравить. После долгой беседы с Габи, он пообещал в качестве извинений или скорее искупления вины, больше не появляться в жизни сына. Взявшему после мужа трубку Роме, Габи пообещал не вычеркивать совсем отца из жизни. Он пообещал писать письма и высылать фотографии, свои и сына, но попросил ответы не присылать. Эмоциональное состояние Андреса было дороже, чем несостоявшийся отец.       Семья оказалась на удивление крепкой и счастливой, несмотря на то, что состояла из омеги-альфаненавистника, альфы с «эмоциональной импотенцией» и беты, предпочитающего связываться только с бетами во избежание проблем.