Истинные. Габриэль

      — Хочу морского окуня.       Шейн какое-то время помолчал.       — Я заеду в ресторан после работы.       — Нет, лучше купи свежего, я сам приготовлю. И ещё чизкейк хочу.       — Будет тебе окунь и чизкейк, — со вздохом пообещал он и отключился. Кажется, привык к моим причудам.       — Откуда только у него столько терпения? — удивился Вики, сидящий рядом. — Я бы тебя давно в чёрный список занёс. Хотя бы в рабочее время. А он терпит.       — Он меня любит, — счастливо ответил я.       Вот только радость быстро померкла, и я сорвался в туалет. И студенты, и профессора к этому успели привыкнуть, так что остановить меня никто не пытался.       Когда я заметил, что меня не первый раз выворачивает по утрам, да и мои частые слёзы, я перепугался по-настоящему. Сбегал в аптеку и заперся в туалете. Хорошо, что Шейна не было дома и он не слышал моих завываний, когда экспресс-тест выдал положительный результат.       Я не знал, что мне делать. Я не мог потерять Шейна снова. Теперь, зная, каково это без него, не мог вернуться в тот ад снова.       Другой вопрос: как можно убить своего ребёнка? Как? Как вообще с этим можно дальше жить? И как тут можно кого-то выбрать?       Вдоволь наревевшись, я сумел скрыть от вернувшегося Шейна своё состояние. Первым делом я записался на приём к врачу. Прежде чем принимать кардинальные решения, следовало быть точно уверенным.       Там же, в кабинете доктора, случилась очередная истерика. Поэтому на мой вопрос, он молча выдал буклеты об абортах.       Дома я не находил себе места. Я понимал, что не имею права скидывать решение на Шейна. Понимал, что должен сказать ему всё, только будучи уверенным в своём выборе.       — Нам надо поговорить, — попросил я, закончив убирать со стола после ужина.       Шейн заметно напрягся.       — Давай поговорим, — сдержанно кивнул он.       Я не стал мучить ни себя, ни его.       — Я залетел в последнюю течку. Это точно. Я был у врача.       Шейн стиснул кулаки.       — Я не знаю, что сказать, — признался он.       Я кивнул, прекрасно понимая, что подобную новость надо переварить.       — Мне было о чём подумать последнее время. Не хочу потерять тебя, потому что люблю. С тобой я счастлив. И я был на консультации по поводу аборта. Но… я не могу. Шейн, я понял, что выбирать между вами не честно. Если ты уйдёшь, я потеряю тебя, но ты будешь жить. Пусть не со мной, но где-то. Но если я выберу тебя, его не будет. Совсем. Я не могу убить ребёнка. Пусть я останусь один, но произошедшее — моя ошибка, и я не позволю расплачиваться за это малышу, тем более своей жизнью.       Шейн подскочил ко мне и встал рядом на колени.       — Ты что?! Глупый мой. Я бы никогда не потребовал от тебя такое.       Он обнял меня, и я понял, что всё будет хорошо. Не знаю как, но точно будет.       Шейн остался. Он пообещал, что будет со мной и держал слово. Я стал плаксивым, капризным и требовательным. Мой любимый терпел. Более того, он остался заботливым и нежным. Единственное, что меня пугало, — о свадьбе Шейн больше не говорил и, казалось, даже не вспоминал. Это откровенно напрягало. Неужели он больше не видит своё будущее рядом со мной? Меня пугала перспектива остаться без него, растить одному ребёнка.       Пов Шейна       Габи понравился мне сразу. В нём не было манерности или смазливости, присущей многим омегам. Он судил слишком категорично, что не удивительно для его возраста. Иногда смешно было слушать его наивные размышления об альфах и омегах. Для него не было серых оттенков, только чёрное или белое. Один альфа предал, значит, и остальным верить не стоит.       Он покорил меня своим упорством. Не скрою, я и раньше был популярен, но никто не смотрел на меня с таким восторгом. Капитуляция была неизбежна.       Признаться, я долго ждал предательства. Всё не мог поверить, что он другой, что действительно любит. Хотя поверить хотелось. И он меня почти убедил. Почти. А потом изменил. С альфой. В принципе, ожидаемый сценарий. Альфа и омега, созданные друг для друга самой природой. Я — бракованный, бесплодный бета, оказался не у дел.       Вот только я не учел, что не смогу без него. Я настолько привык, что он… мой. Засыпать и просыпаться, держа его в своих руках. Любить его тощее, но самое идеальное на свете тело.       Те несколько месяцев, что я провёл без Габи, стали худшими в моей жизни. Я отвлекал себя сначала трудоустройством, потом работой. Убеждал себя, что поступил правильно, что Габи будет лучше с его истинным. Что он будет счастлив с ним.       Я убедился в обратном, встретившись с ним на одной из вечеринок. Выглядел Габи неважно и до счастливого ему было далеко. Я не мог этого так оставить. Всей душой, всем телом, я хотел быть с ним. Заботиться о нём, холить и лелеять, любить его.       Новость о беременности застала меня врасплох. Я честно не был к такому готов. И то, что он ради меня серьёзно обдумывал возможность аборта, избавило меня от последних сомнений. Я собирался сделать моего любимого мальчика счастливым любой ценой.       И первое, чем я собирался заняться, найти того альфу, который обрюхатил моего омежку и свалил. Того, кто походя, испоганил наши жизни.       Найти Андреса оказалось несложно. Сначала я связался с Тони, другом Габи, и узнал, где они заказывали яхту, а потом и сам наведался в порт. Альфа впечатлял. И ростом, и фигурой. Лицо правда было самое простое. Он мыл палубу, повернувшись спиной к пирсу.       — Андрес? — позвал я. Альфа повернулся и смерил меня вопросительным взглядом. — Мы можем поговорить?       — Вряд ли у нас найдутся общие темы, — отрезал Андрес.       — Могу предложить одну. Например, о моём женихе, с которым ты переспал накануне нашей свадьбы. И который оказался твоим истинным.       — Габриэль, — вздохнул альфа, откладывая швабру. — Подождешь меня в кафе? Я только переоденусь.       Я кивнул. Как бы неприятно мне ни было, но его спокойствие против воли импонировало. Устроившись в кафе за столиком у окна с видом на море, я заказал кофе. Андрес не заставил себя долго ждать. Через пять минут он сидел передо мной в обычных джинсах и футболке. Эта простая одежда подчёркивала его мощную фигуру. Бицепсы впечатляли. Я подумал, что они с Габи действительно неплохо смотрелись бы вместе. Неприятно.       — Как тебя зовут? — спросил альфа.       — Шейн.       — Послушай, Шейн, мне жаль, что так вышло. Правда. Ни тогда, ни сейчас у меня нет намерения мешать вашим отношениям. То, что случилось — стечение обстоятельств. Мне не нужен омега и отношения.       Я удивлённо на него посмотрел. Довольно простое лицо, но омеги наверняка на него заглядываются.       — Почему? — не сдержал я любопытство.       — Это не твоё дело, — с каменным выражением лица заявил Андрес.       Я разозлился. Нет, в самом деле, зачем я припёрся к этому парню и теперь веду с ним задушевные беседы? Не делаю ли я ошибку?       С другой стороны, они пара, созданная природой. Они предназначены друг другу. И я не хочу, чтобы мой любимый всю оставшуюся жизнь гадал, не совершил ли он ошибку, выбрав меня.       — Но моё дело — беременный от тебя омега, которого я люблю и с которым собираюсь прожить жизнь.       — Беременный? — переспросил Андрес. — Но как?       — Тебе прочесть курс биологии о зачатии? — насмешливо поинтересовался я, хотя горечь скрыть не удалось. — Альфа, омега, течка.       Андрес надолго задумался. Он хмурился и смотрел в окно.       — Есть вероятность, что это не мой ребёнок? — наконец спросил альфа.       Если бы это было сказано как-то иначе, то я бросился бы в драку. Но Андрес просто уточнял.       — Габи не такой. Он не обманывает. Вернувшись из той поездки, Габи сразу рассказал о том, что между вами произошло.       — И ты так просто это принял? — пытливо поинтересовался альфа.       — Не просто. Но выбора вы двое мне особо не оставили.       Андрес буравил меня своим взглядом. И тяжёлый взгляд альфы выдержать было сложно.       — Зачем ты приехал и рассказал мне всё это?       — Потому что я не хочу, чтобы всё это неожиданно всплыло в будущем. Я хочу, чтобы наш с ним брак ничего не омрачало.       — А ребёнок? Что будет с ним? Аборт?       — Нет. Габи не смог. Да и я готов воспитывать ЕГО ребёнка, как своего.       Альфа снова задумался. Теперь очень надолго.       — Я хочу участвовать в жизни сына! — заявил он. — Я не стану лезть в ваши отношения, но хочу видеть ребёнка, — он подумал и добавил. — Пожалуйста.       Я смотрел на него и понимал, что Габи меня убьёт. Приехал, чтобы выяснить, не угрожает ли что-то нашему будущему и теперь дал этому чему-то, точнее кому-то, для этого повод.       — Не думаю, что это хорошая идея, — осторожно заметил я.       — Это мой ребёнок, и я имею на это право!       Вернувшись домой, я не стал ничего говорить своему омеге. Надеялся, что Андрес ещё передумает.       Не передумал. Он появился на пороге нашего дома через две недели.       — Я надеялся, что больше тебя не увижу, — честно сообщил я.       — Извини, что разочаровал. Мне нужно было доработать по контракту, чтобы не потерять деньги.       — Любимый, кто там пришёл? — прокричал Габи со второго этажа и шумно сбежал по лестнице.       Я на время выпал из реальности, залюбовавшись им. На нём были короткие шорты, которые едва выглядывали из-под моей собственной футболки, которую Габи стащил и которая была ему слишком велика. Длинные, стройные ноги оказались почти неприкрыты. Только белые носочки притягивали взгляд.       Габи замер рядом со мной, уставившись во все глаза на гостя.       — Ты что здесь делаешь? — испуганно спросил он, инстинктивно прижимаясь ко мне в поисках защиты.       Я приобнял его за плечи.       — Думаю, нам всем стоит пройти в гостиную и поговорить.       Габи вцепился в меня, не отставая ни на шаг. Я устроился вместе с ним на диване и указал Андресу на кресло. Он пристроил спортивную сумку рядом и сел.       — Что происходит? — спросил Габи.       — Я рассказал Андресу о твоей беременности, — сообщил я. Его взгляд так и спрашивал: «За что?». — Габи, любимый мой, он имеет право знать. А я имею право знать, что между вами двумя ничего не будет.       — Не будет, — в голос ответили и альфа, и омега.       На мой взгляд, слишком слаженно и слишком уверенно.       — Я не хочу лезть в ваши отношения, — спокойно заговорил Андрес. — Но если у меня родится сын, я хочу участвовать в его жизни.       Габи нерешительно посмотрел на меня.       — И ты не против?       Я погладил кончиками пальцев его шею.       — Он имеет на это право, Габи. Для ребёнка он такой же родитель, как и ты.       Омега надулся.       — Его участие ограничилось парой дней течки. Это мне вынашивать ребёнка и рожать! — упоминание о течке было явно лишним. Мне даже думать не хотелось о тех нескольких днях, что они провели вместе. Габи это тоже понял, так что его лицо стало виноватым. — Прости.       — И как ты себе это представляешь? — поинтересовался я у альфы.       — Я устроюсь на работу и сниму квартиру поблизости. Буду помогать, чем смогу.       Неприятно было это признавать, но альфа нравился мне всё больше.       — Тебе есть, где остановиться на первое время? — поинтересовался я, понимая, что сам копаю себе могилу.       — Я собираюсь снять себе номер в отеле.       Я ненавидел себя за то, что собираюсь сделать, но всё равно не мог поступить иначе. Это казалось правильным.       — Ты можешь пожить в комнате для гостей, пока не найдёшь себе работу.       — Не самая удачная идея, — тихо сказал Габи.       — Это ни к чему, — подтвердил Андрес.       Я посмотрел на них обоих.       — Вы же понимаете, что ребёнок свяжет вас двоих на всю оставшуюся жизнь? Будете вы жить вместе или только рядом. Так что Андрес останется в гостевой, пока не найдёт работу и квартиру.       Утро нового дня встретило меня тёплым, нежным телом рядом и вкусным запахом моих любимых блинчиков и кофе. Я поднялся и, прежде чем отправиться в душ, поцеловал Габи в поясницу.       Он спал в излюбленной позе на животе, закинув руки и ноги на свёрнутое одеяло. Да, скоро эта поза, как и многие другие, станет недоступной. Как только увеличится пока ещё небольшой живот.       Я прошёл в ванную комнату и забрался в душевую кабину. Руки, огладившие спину и спустившиеся на живот, совсем не удивили. Габи прижался всем телом и пристроил голову на плечо. Он обрушил на меня весь вес своего тела. Я развернулся и придержал его, обняв за талию. Габи повертелся, притираясь ближе. Конечно его телодвижения не остались без ответной реакции. Я потискал его, приласкал попку и член. Габи негромко постанывал. Он вырвался из моих рук, повернулся лицом к стене и прогнулся в спине. Не воспользоваться столь явным приглашением было невозможно. Я погладил края ануса, убедился, что он достаточно растянут, и медленно вошёл, наслаждаясь процессом.       Свою комнату мы покинули закономерно в отличном настроении.       За кухонным столом сидел Андрес. Он пил кофе, уставившись в ноутбук. При нашем появлении он резко обернулся, словно принюхиваясь, и внимательно посмотрел на Габи. Неужели понял, чем мы только что занимались? Пусть привыкает, потому что я своего мальчика не отдам.       — Доброе утро, — я поздоровался первым.       Габи только кивнул. Андрес ответил.       — Извините, что без спроса залез в ваш холодильник. Я решил приготовить завтрак.       Я успел подобраться к столу и сцапал один блин.       — М-м, это вкусно! Если ты будешь так готовить, можешь пользоваться любыми продуктами.       Габи залез в холодильник и достал свой любимый йогурт. Он забрался на стул и принялся за еду. Уже через несколько секунд омега понесся к туалету. Андрес удивлённо проследил за ним взглядом.       — Это что-то новенькое, — задумчиво сообщил я. — Токсикоз. И всегда на разное. Сегодня вот йогурт не пошёл.       Я достал с полки стакан и налил воды. Габи, как и ожидалось, обнимался с унитазом. Я прижал его к себе и подал стакан. Он прополоскал рот и попил.       — Я что, теперь даже йогуртом позавтракать не могу? — несчастным тоном спросил он.       — Сегодня да. Можешь позавтракать блинами. Очень вкусные.       Габи булькнул, и его снова стошнило. Я дождался, когда ему станет легче, и поднял на руки. Отнёс в спальню и устроил в кровати.       — Пропусти первую пару. Отлежись.       — А как я потом доберусь, если ты меня не подвезёшь?       Я задумался, а потом сорвался с места. Андрес по-прежнему читал что-то в интернете.       — Сильно занят? — поинтересовался я.       Он поднял на меня взгляд.       — Просматриваю предложения о работе. Сегодня собираюсь на собеседование.       — А во сколько?       — Первое в одиннадцать.       — Ты можешь помочь?       — Конечно. В чём дело?       Он тут же закрыл крышку ноутбука и выжидательно на меня посмотрел.       — Я оставлю тебе машину, отвези Габи через два часа в Университет. Мне уже пора, а ему лучше немного полежать.       — Конечно, отвезу. И машину оставлять не нужно, у меня своя есть.       — Это даже лучше! Я сейчас предупрежу Габи и поеду на работу. Ключи тебе дать? — с сомнением поинтересовался я.       — Нет. Я часов в восемь приеду, если предложение насчёт временного жительства в силе…       — В силе. — Я достал визитку. — Это мой номер, если что-то понадобится.       Андрес сделал всё, чтобы не доставлять нам неудобств. Он появлялся ближе к ночи, тихо проходил в гостевую комнату и не показывался до утра. И старался помочь. Готовил утром завтрак, подвозил Габи на учёбу, пару раз обратно домой и на приём к врачу. Через три дня он устроился помощником повара в один из ресторанов.       Но самым весёлым был визит Олега. Папа моего омеги иногда заходил к нам в выходные. У него даже был свой комплект ключей. И вот он заехал к нам утром в субботу и столкнулся на кухне с Андресом. Крик стоял такой, что мы с Габи, перепуганные, выскочили из спальни в одних трусах.       — Папа, что случилось?! — воскликнул мой омега.       Олег решил, что Андрес вор и ворвался к нам в дом. Альфа молчал, настороженно глядя на красивого, крикливого омегу.       — Андрес, это Олег — папа Габи. Олег, познакомьтесь, это Андрес — истинный вашего сына.       — Что? Что?! Что??!       Ошарашенный взгляд Олега скользил по нам троим.       — Ну же, любимый, сообщи папе радостную новость, — я подтолкнул омег в сторону гостиной.       Андрес подал мне кружку кофе.       — Тебе нравится его дразнить?       Я усмехнулся.       — Маленькая месть. И я считаю, что он заслужил её.       Через полчаса омеги вернулись на кухню. Андрес накрыл на стол и накормил нас всех завтраком.       — Теперь я точно видел всё на свете! — воскликнул Олег. — Альфа, а готовишь божественно!       — Спасибо, — сдержанно кивнул Андрес.       Олег внимательно на него посмотрел.       — Ты же русский, да?       Альфу словно заморозило. Я видел, как он старательно берёт себя в руки.       — Да.       — Андрей, значит? — спросил Олег. Альфа только кивнул. — А как здесь оказался?       Я понял, что пора Андреса спасать, иначе допрос затянется надолго.       — Всё как всегда было вкусно, Олег прав. Спасибо, Андрес. Посуду я помою.       Альфа благодарно кивнул и поспешил сбежать. Габи медленно поднялся.       — Пойду прилягу. Что-то меня мутит.       Я мазнул губами по его щеке и стал убирать со стола.       — Я тебе помогу, Шейн, — не терпящим возражения тоном заявил Олег.       Он явно хотел остаться наедине и поговорить.       — Буду признателен, - пришлось ответить мне.       — Я так понимаю, это и была причина, по которой ты бросил моего сына накануне свадьбы? — сдержанно поинтересовался Олег.       — О ребёнке я в тот момент не знал. Хватило и того, что мой омега встретил своего истинного и провёл с ним течку.       — Измену простить нелегко, — согласился он. — Это тебя задело?       — Дело не столько в измене, хотя признаюсь, что было обидно. Но ещё я искренне считал, что Габи будет лучше с его альфой.       — Теперь ты считаешь иначе? — с интересом спросил Олег.       — Вы же сами видели Андреса, ему не нужен омега. Я бы сказал, что он… эмоциональный импотент. А Габи заслуживает, чтобы его любили. Со мной ему будет лучше.       — А как же ребёнок? Ты понимаешь, что это на всю жизнь?       — Он никогда не будет мне чужим. Это всегда будет ребёнок моего любимого. К тому же вы прекрасно знаете, что я бета и у меня никогда не будет своих детей. Это не самый плохой вариант.       Олег только согласно кивнул.       — А что Андрес делает в вашем доме? Ты не понимаешь, какое это искушение для моего сына?       — Понимаю и очень надеюсь, что он сдержится.       — Это проверка?       Я видел, что Олег подобным недоволен. Его можно было понять — он защищал сына.       — Я хочу прожить жизнь с вашим сыном. Разве это плохо, что я хочу знать, что ему можно доверять? Хотя я всё рассказал Андресу не поэтому, а потому что считаю — он имеет право знать.       — Но ведь и пожить здесь тоже твоя идея? Ты понимаешь, что дергаешь удачу за хвост?       — А ей не стоило поворачиваться ко мне задницей, — парировал я. — На самом деле, я не до конца понимаю, зачем пригласил его. Просто так казалось правильным.       Олег убрал последнюю тарелку на место и устроился за столом, сложив руки перед собой.       — Знаешь, его «эмоциональная импотенция» напоминает мне Влада, того, какой он сейчас, — я кивнул, выражая согласие с его мнением. — Но если у Влада она приобретенная, то возможно и избавиться от неё реально. У моего бывшего мужа это получилось. Во всяком случае, по отношению к своему истинному. Быть может, и у Андрея получится.       — Как знать, — ответил я.       — Если ты в самом деле хочешь счастья для моего сына, не спеши выставлять этого альфу за дверь. Да и сам к нему приглядись.       Посоветовав мне это, Олег скрылся в нашей спальне, чтобы посмотреть, как там Габи. Я же ещё долго думал, что он имел в виду. В каком смысле я должен присмотреться к Андресу? Неужели Олег намекнул на тройной союз? Это встречалось довольно редко, но в принципе встречалось, и даже брак заключался совершенно законно. Другое дело, что очень редко находился альфа, согласный делить своего омегу даже со своим бетой.       Я весь день думал о словах Олега. И за ужином Андрес заметил моё пристальное внимание.       — Что? — спросил он.       — Ничего.       Теперь, когда мысль о тройном союзе засела в голове, я оценивал его именно как возможного партнёра. Мне нравился его спокойный рассудительный характер, целеустремленность, решимость, ответственность. Андрес мне нравился, как человек, но как сексуальный партнёр… Никогда не рассматривал альфу в этом плане. Я спал только с бетами или омегами. Ни разу не позиционировал себя с принимающей стороны. Мог бы я лечь под альфу? Под Андреса? С трудом себе это представлял.       Ужин закончился, и Габи остался убирать со стола, а мы с Андресом ушли в гостиную.       — Я вчера получил аванс и просмотрел объявления о сдаче квартир. На этой неделе перееду. Спасибо, что приютили.       Это стало неожиданностью. Не думал, что он уедет так быстро.       — Не думал остаться?       Похоже, мне удалось его удивить.       — Зачем?       — Это удобно, и ты нам очень помогаешь.       Его улыбка вышла кривой и слишком печальной.       — Знаешь, переехав сюда, я твёрдо решил держаться от людей подальше. Не хотел никаких отношений. Но то, что я отказался от своего омеги, совсем не значит, что мне легко смотреть на вас двоих. Вместе. И чувствовать его запах на тебе.       — Извини, не подумал об этом, — я решил, как и он говорить откровенно. — Что ты думаешь о тройном союзе?       Спрашивая, я внимательно следил за его реакцией. Андрес удивился. Очень. Но потом его словно сковало напряжение.       — И давно ты рассматриваешь меня в сексуальном плане? — холодно поинтересовался альфа.       — Признаться честно, Олег только сегодня подкинул мне эту идею, — я заметил, как расширились его глаза. — Я не о сексе, а о браке.       — Зачем ему это?!       — Потому что он хочет, чтобы его сын был счастлив. И понимает, что без истинного омега по-настоящему счастливым не будет. Хотя, надеюсь, и без меня тоже.       Альфа буравил меня тяжёлым взглядом, что-то обдумывая. Впрочем, ЧТО понятно. Я не мешал, понимая, как сильно его озадачил.       — Шейн, тройной брак подразумевает отношения между всеми супругами. Между мной и тобой.       Я как-то не привык сомневаться в собственной привлекательности.       — Я тебя не интересую? — получилось слишком удивлённо.       — Ты красив. В тебе нет омежьей утонченности или брутальности альфы. Нет примеси феромонов, ты привлекателен сам по себе. Честно говоря, я не встречал бету красивее.       Сказано это было без намека на комплимент, потому и звучало ещё приятнее. Я поднялся со своего места и приблизился к нему. Оседлал его бедра и оплёл шею руками. Серые глаза следили за мной настороженно. Я медленно приближался, наблюдая, как становятся шире зрачки и тяжелеет дыхание. Простое прикосновение к горячим губам вызвало приятную дрожь во всем теле. Я углубил поцелуй, и Андрес тут же ответил. Его большие ладони легли на мои бёдра, притягивая к себе. Близость его тела возбуждала. Поцелуй становился всё глубже и горячее.       Андрес отстранился и ссадил меня со своих колен.       — Я уже говорил, Шейн, меня не интересуют отношения.       Я снова приблизился к его лицу и лизнул в губы.       — Очень жаль.       Габи вышел из душа в тонких пижамных штанах. Повозившись у туалетного столика, он забрался в постель. Чистенький, тёплый и приятно пахнущий. Захотелось его тут же испачкать и пометить собой. Габи был явно не против и даже активно помогал.       Потом он устроился у меня под боком. Я обнял его и неспешно поглаживал уже заметный животик. Габи довольно мурлыкал, наслаждаясь прикосновениями.       — Хороший мой, надо кое-что обсудить. Скажи, ты не изменил своё отношение к альфам?       — Нет! Терпеть их не могу!       — Тогда тебя порадует, что Андрес от нас съезжает.       Габи потерся щекой о моё плечо.       — Для альфы он не так плох. Хотя, если его не будет в нашем доме, я вздохну с облегчением. Я чувствую его, понимаешь? Я постоянно чувствую его присутствие. Его запах преследует меня. Я и вдоха сделать не могу, не почувствовав его! Но я люблю тебя, а он мне мешает!       После такого признания идея Олега уже не казалась абсурдной. Я понял, что наша жизнь уже никогда не будет прежней, даже если Андрес уйдёт совсем. А он не уйдёт, и я всегда буду сомневаться в Габи. Это меня не устраивает.       — Что ты думаешь о тройном браке?       Габи резко сел.       — Ты сейчас серьёзно? Хочешь затащить в нашу постель третьего?!       — Думаю, что этого захочешь ты. К тому же, Андрес мне нравится.       Габи подтянул колени к груди и устроил на них голову.       — Вряд ли сам Андрес этого захочет. Он ведь от меня отказался.       — Я уже говорил с ним, и он снова отказался.       — Но ты не сдашься?       — Нет, и ты мне поможешь.       — Как? — тут же заинтересовался Габи, глаза вспыхнули любопытством.       Я подтянул его к себе и уложил рядом. Он тут же забрался на мою грудь.       — Перед тобой невозможно устоять. Один раз у тебя уже получилось его соблазнить.       — У меня была течка, — напомнил Габи.       — Сдаешься? Вот так просто?       — Ни за что!       — И что мне делать? — поинтересовался Габи.       Я оглядел его. Мой омега натянул на себя мою футболку. Она была ему велика и то и дело сползала с плеч, оголяя ключицы. К тому же, футболка едва доходила до середины бедра, под ней было только обнажённое тело. Выглядел мой любимый чрезвычайно соблазнительно.       — Просто идём завтракать, — усмехнулся я.       Андресу придётся нелегко…       Я вышел первым, и его реакция досталась мне. Взгляд серых глаз прошёлся по обнаженной груди, животу и остановился в распахнутой ширинке. Как и на Габи, на мне белья тоже не было. Взгляд потяжелел и стал почти осязаемым. Я притянул омегу, выставляя на показ. Это был контрольный удар.       — Что у нас на завтрак? — поинтересовался я, заприметив явное оживление в штанах альфы.       Не дав Габи сесть на стул, я устроил его на своих коленях. Моя рука легла на его обнажённое бедро, поглаживая. Я знал все его чувствительные местечки, так что мог возбудить даже лёгкими прикосновениями. Футболка спереди красноречиво приподнялась, выдавая состояние Габи. В довершение, я демонстративно поставил на плече омеги засос.       Андрес резко отставил чашку с кофе в сторону.       — Я, пожалуй, пойду, — его голос заметно сел.       — Подожди, — попросил я. — Хочу ещё кое-что обсудить.       По глазам было видно, что Андрес мечтает сбежать. Только кто же ему позволит.       — Шейн рассказал мне о тройном браке, — заявил Габи. — Я считаю, что это неплохой вариант.       Он меня удивил, я так и не услышал от него ночью чёткого мнения, а сегодня омега прямо загорелся. Андрес от неожиданности отпрянул. Мне даже стало его немного жаль, таким растерянным он выглядел. Его взгляд метался между мной и Габи. Он словно искал ответ и не находил.       Меня же напряжение немного отпустило, потому что сейчас Андрес меньше всего напоминал уверенного в себе альфу, скорее бету. А с бетами я знал, как обращаться.       — Мы не требуем твоего решения прямо сейчас, — уверил я. — Прежде чем выбрать, подумай, от чего отказываешься.       Я с намеком погладил Габи по бедру, а потом положил ладонь на его живот. Ведь там рос ИХ ребёнок, от которого я не собирался отказываться. В конце концов, для беты это один из немногих шансов стать родителем.       Андрес сбежал с видимым облегчением. Я проводил его довольным взглядом. Он хотя бы не отказался сразу. Значит, шанс есть.       Я приподнял край футболки Габи и взглянул на приподнявшийся член. Под моим взглядом орган стал крепнуть на глазах.       — Маленький бесстыдник.       — Это естественная реакция на все твои поглаживания! — невозмутимо заявил он и перебрался с моих колен на стол. — В наказание тебя ждёт белковый завтрак.       И Габи без стеснения раскинул передо мной ноги. «Андрес и не представляет, от какого сокровища отказывается», — подумал я, облизывая возбужденную плоть.       Вечером Андрес не пришёл ночевать. Он позвонил и предупредил, что его пару дней не будет. Даже в этом проявлялась его ответственность перед другими, ведь альфа мог просто сбежать. По-видимому, он не хотел принимать поспешного решения и хотел всё обдумать в одиночестве.       Мы с Габи использовали это время, чтобы побыть вдвоём. Мне это было нужно. Раньше, до встречи с Андресом, в наших отношениях сквозило напряжение. Я всё время ждал, что Габи встретит истинного и выберет его. Сейчас же… всё уже случилось. И теперь я точно знал, что Габи выбрал меня.       В наших отношениях появились спокойствие и уверенность. Несмотря на измену, я смог довериться Габи. Эти дни были заполнены такой томительной нежностью, что я стал сомневаться в надобности третьего в наших отношениях.       Андрес появился в четверг вечером, прямо к ужину. Он принёс нам десерт: любимый чизкейк Габи и эклеры для меня. И за одну только его смущённую, нерешительную улыбку я простил все дни ожидания.       Мы поужинали, не поднимая серьёзных тем, пока у Габи хватило терпения. К десерту оно явно закончилось, и я не стал тянуть.       — Андрес, останешься?       — Да, — просто и уверенно ответил альфа.       Судя по изумлению Габи, он ожидал другого ответа. И Андрес это тоже понял, потому что его лицо стало медленно каменеть. Похоже решил, что омега ему не очень-то рад. Пора было спасать положение, и я сделал то, чего очень хотел. Подошёл к альфе, обхватил затылок ладонью и поцеловал. Его губы открылись с небольшой заминкой, но он оттаял и перехватил инициативу. Его рука оказалась на моей пояснице, вдавливая меня в своё тело. Поцелуй становился всё горячее, и я терял связь с реальностью. Нас прервал Габи.       — Про меня забыли! — возмутился он.       И нагло меня отодвинув, забрался к Андресу на колени. И вновь с удивлением альфа справился достаточно быстро. Их поцелуй был другим. Нежным и более мягким.       Довольный Габи устроился на своём стуле и вернулся к десерту, облизываясь. Пока мы разбирались со сладостями, Андрес убрал со стола. Я внимательно за ним наблюдал и уловил нервозность.       — Габи, любимый, не оставишь нас? — попросил я.       Он только кивнул и сбежал, тоже чувствуя себя не в своей тарелке. Андрес повернулся ко мне лицом, оперевшись бедром о стол.       — Ты хотел со мной поговорить?       — Да. Хочу предложить не спешить с сексом, — я не ошибся в выводах, что подтвердило облегчение в его взгляде. — Перевести всё в горизонтальную плоскость мы всегда успеем, так что я предлагаю начать со свиданий.       — Конечно. Думаю, это прекрасный вариант.       Я подошёл вплотную, ощущая жар его тела даже сквозь одежду.       — Мы с Габи уже давно вместе, у нас устоявшиеся отношения. Я понимаю, что тебе нужно время, чтобы привыкнуть. Просто знай, когда будешь готов, наша спальня открыта.       — А Габи? Мне кажется, что он будет против. Я ещё помню, как в первое утро после течки, он буквально выкинул меня из своей постели пинком.       Я улыбнулся, не сомневаясь, что так и было.       — За него не волнуйся. Когда придёт время, я помогу.       Он смотрел прямо в мои глаза, не таясь, и мне это нравилось.       — А мы с тобой?       Это был сложный для меня вопрос. Я стал видеть в Андресе партнёра для нас с Габи, но конкретно для меня… Нет.       — Я ни от чего не отказываюсь, но тебе придётся понять, что в прошлом, во всех отношениях, у меня была ведущая роль. И вот так просто от неё отказаться и принять альфу для меня очень сложно. Так что время нужно нам всем. Я всё ещё плохо представляю себя под тобой, но нам же не обязательно пока доходить до конца.       Андрес впервые стал инициатором поцелуя. И я снова потерялся в ощущениях. Не знаю, как дальше, но сейчас между нами определённо искрит.       Андрес вернулся весьма вовремя. К обустройству детской.       — Нужно посмотреть в интернете сообщения о найме дизайнера и рабочих, — предложил я.       — Я работал в строительной фирме, — заметил Андрес. — Могу сам ремонт сделать. Только проект мне нужен.       — А проектом тогда займусь я! — загорелся Габи.       Они тут же ринулись обсуждать варианты, а я задумался. Ведь толком об Андресе мы ничего не знали. Только то, что он из России и сменил множество профессий. Почему он не сидит на месте? Руки у него из того места, тогда почему ни одна профессия его надолго не устраивает? От чего он бежит?       Итак, вместо свиданий мы вечера проводили, ремонтируя детскую. Это оказалось весело. Наверное, потому что мы проводили время все вместе. У альфы действительно оказались золотые руки. Так как Габи решительно отказался от панелей и обоев, потому что ему не нравилась химия, было решено покрасить потолок и стены. Андрес даже принёс трафареты и нанес узор. Кроме того, он перестелил пол и покрыл его лаком. С деревом он работать умел и любил, так что кроме пола, занялся ещё и мебелью.       Андрес настолько увлекся, что, кажется, забыл о нас. И я решил ему напомнить. Он как раз занимался пеленальным столиком.       — Не устал?       — Нет.       — И всё же тебе стоит сделать перерыв, — заявил я, отбирая у него молоток.       — Зачем?       Вместо ответа я притянул его к себе и поцеловал. Инструменты он из головы выкинул. Андрес подтолкнул меня к столику, сильнее прижимаясь. Я отстранился, когда перестало хватать дыхания. Пока пытались отдышаться, расстегнул его рубашку и оглядел. Впечатляет. Не удержался и скользнул губами по груди. Кожа была тёплой и приятной. Я и не заметил, как уже покрывал её короткими поцелуями. Андрес запрокинул голову назад и наслаждался лаской.       Я спустился ниже к крепким мышцам живота, выводя языком узоры и попутно расстегивая ширинку. Член альфы внушал трепет. Заметно побольше моего, он удобно лёг в ладонь. Я обхватил его в кулак, вызвав у Андреса тихий стон. Он быстро расстегнул мои штаны и, ещё приблизившись, охватил оба члена рукой. Его язык снова атаковал мой рот, и я окончательно уплыл. В конце концов, он альфа, вот пусть и ведёт, а я могу себе позволить просто наслаждаться. Оргазм ошеломил, а зацелованные губы припухли до боли.       — Офигенно! — вынес я решение, застегивая одежду. — И перестань нас игнорировать.       Поцеловав его на прощание, я, довольный как удав, поплелся в душ.       Как я и думал, избегать нас с Габи он больше не мог. Я заранее предупредил омегу о возможном его появлении и не ошибся. Андрес появился на пороге нашей спальни тем же вечером.       Он ничего не сказал, только посмотрел вопросительно. Я протянул к нему руку и поманил. Повернулся к Габи.       — Ты хочешь этого? Или передумал?       Он отрицательно покачал головой и продолжил наблюдать за Андресом. Хотя напряжение в нём чувствовалось, и немалое. Я его обнял и тоже перевёл взгляд на альфу. На Андресе были только пижамные штаны, и смотрелся он в них на загляденье. Сильное, поджарое тело настоящего альфы.       Андрес подошёл, и я сразу потянулся к нему за поцелуем. Что ни говори, а целоваться он умел. Я дёрнул его на себя, а потом спихнул в центр между мной и Габи. Омега сидел зажатый, не в силах пошевелиться.       Я перебрался к нему за спину и прижался всем телом.       — У нашего альфы красивое тело, — заметил я. — Кожа такая горячая и гладкая на ощупь, — взяв руку Габи, я положил её на живот и придавил своей. Оба: и альфа, и омега затаили дыхание. — Чувствуешь? — спросил я, поцеловав Габи за ушком и ведя его ладонь вдоль тела. — Крепкие мускулы. Приятно на ощупь, да?       Омега только кивнул в ответ. Я убрал свою руку, и ладонь Габи продолжила движение самостоятельно. Он неспешно очерчивал изгибы, изучая. Андрес притих, словно боялся его спугнуть. Я же ласкал самого Габи, возбуждая. Целовал спину, гладил бедра и ягодицы. Он постепенно расслабился, и дальше всё стало намного проще.       Андрес перевернулся набок, и Габи оказался лежащим между нами. Мы не сговариваясь стали ласкать его в четыре руки. Инстинкт взял верх: он наш омега, и в первую очередь хорошо должно быть ему. Пока Андрес зацеловывал его, я неспешно и тщательно растягивал. Не хотелось быть просто сторонним наблюдателем, но как по-другому я не знал.       Зато знал Андрес. Я забыл, что теперь и мне есть, на кого положиться. Он устроил Габи на боку, спиной к себе и лицом ко мне. Это оказалось горячо. Андрес словно размеренно втрахивал омегу в меня. Наши обнаженные, влажные от пота тела тёрлись друг о друга в такт толчкам. Я обхватил два члена и резко задвигал рукой. Габи закусил губу и вцепился в мои плечи. Меньше минуты, и он уже захлебнулся в оргазме. Я следом. А потом Андрес, перегнувшись через Габи, впился в мои губы, прикусывая их до крови. Экстаз накрыл и его. Пока длилась сцепка, я любовался ими и невесомо ласкал то одного, то другого. Мы все молчали. Моих любовников ещё не отпустило. Андрес изливался в тело омеги, лаская рукой его член и покрывая спину поцелуями.       Я коснулся своей прокушенной губы. Очень интересно. Обычно во время оргазма альфа инстинктивно впивается в шею омеги, оставляя метку. Сегодня метка досталась моим губам. Это значит, что он признал меня своим?       Когда спал узел, Габи почти уснул. С ним такое часто случалось. Усталость накатывала мгновенно, и он отключался. Андрес отнёс его в ванную и спешно ополоснул под душем. К тому времени, как он вынес Габи, я успел перестелить бельё на кровати. Андрес бережно опустил ношу на постель и собирался уйти.       — Не делай так, — попросил я и ответил на его вопросительный взгляд, — словно забежал потрахаться.       Он колебался, но всё же лег с краю рядом со мной.       «Нет!»       Этот дикий крик вырвал меня из сна. Я испуганно вскочил и, с трудом нащупав кнопку, включил бра. Андрес тоже сидел, обхватив себя руками. Сильное тело альфы сотрясала крупная дрожь. Кожа была покрыта холодным потом, а глаза широко распахнуты. Он был испуган и по-прежнему находился во власти кошмара.       — Андрес, это только сон, — попытался успокоить я.       Альфа отшатнулся от моего прикосновения и резко встал. Его всё ещё потряхивало.       — Извините, что разбудил, — хрипло попросил он. — Постарайтесь ещё поспать.       И он спешно покинул спальню, боясь, что мы попробуем его остановить.       — Что случилось? — поинтересовался Габи.       Он сидел за моей спиной, обхватив себя руками, и выглядел испуганным. Не самое приятное чувство, когда тебя так резко выдергивают из сна.       — Давай спать, — предложил я.       Выключив свет, я снова лег и заключил его в свои объятия. Пригревшись на моей груди, омега очень быстро уснул. Я же, убедившись, что его сон ничего не тревожит, тихо выбрался из постели и отправился за альфой.       Андрес нашёлся на веранде. Он сидел на крыльце и разглядывал ночное небо. Я присел рядом и показал ему бутылку виски.       — У меня есть брат. Он альфа. Надежда родителей, — заговорил я и хлебнул обжигающий напиток прямо из горла. — Всё было прекрасно до четырнадцати. А потом оказалось, что я не оправдал надежд. Ущербный. Бета, неспособный продолжить род отца и стать достойным наследником. Нет, они с папой меня баловали и любили, как могли, но всегда напоминали, что наследник — мой брат. У меня состоятельная семья, у отца прибыльный бизнес. Но он сразу дал мне понять, что не подпустит меня к нему. Не видит смысла. Зачем отдавать дело бете, у которого не будет детей и который не сможет передать дело дальше? Родители оплатили мою учёбу в Университете, снимали мне квартиру, купили машину, а когда мы с Габи снова сошлись, подарили нам этот дом. Но мне дали ясно понять, что это всё. Конечно, при необходимости они помогут и деньгами, но к делам меня не подпустят. Отец даже проследил, чтобы я выбрал специальность, далекую от его бизнеса.       Андрес слушал молча, потягивая виски из бутылки.       — Зачем ты мне это говоришь?       — Хочу, чтобы ты понял, мы скоро станем одной семьёй. Это нормально — делиться своими переживаниями с близкими.       Он снова пригубил виски и передал мне бутылку. Его губы скривились в усмешке.       — Ты же психолог. Наверняка о чём-то догадался.       — Корпоративный психолог, — поправил я.       — Брось, наверняка у тебя в Университете был курс не только корпоративной психологии.       Я сразу вспомнил, сколько прослушал лекций и поёжился.       — Я дал себе слово, что не стану копаться в мозгах своих близких.       — Но ведь что-то ты заметил?       Мне было не понятно его желание услышать всё от меня. Хотел узнать, какое впечатление производит? Мне не сложно.       — В твоём прошлом было что-то, от чего ты бежишь. Даже упоминания о твоей родной стране или настоящем имени вызывает у тебя дрожь. Ты избегаешь привязанностей, отношений. Думаю, это что-то, связанное с сексом.       — Скажи это, — хрипло попросил он, и я не смог отказаться.       — Тебя изнасиловали? Это тебя преследует в кошмарах?       Андрес дернулся всем телом.       — Не совсем так. Меня насиловали, — поправил он, голос звучал даже не холодно, а… мёртво. — Снова и снова. Оказалось, есть те, кому безумно нравится прогибать под себя альфу. Ломать саму суть. Те, кому нравится подчинять себе того, кто в обычных обстоятельствах может дать отпор. Альфы, беты, даже омеги, — позади послышался судорожный всхлип. Андрес даже не обернулся. — Габи, по ночам прохладно. Возвращайся в постель. Простудишься, — альфа разжал мои руки и отобрал бутылку, которую я стиснул изо всех сил. — Скажи, после того что узнал, сможешь по-прежнему относиться ко мне как к альфе?       Я не сдержался и отвесил ему подзатыльник.       — Альфу определяет не роль в постели, а действия и поступки. За время, что мы знакомы, я ни разу не усомнился в твоей половой принадлежности. И пойдём уже спать. Не стоит лишний раз волновать Габи.       — А как же мои кошмары?       Я взял его за руку и потянул за собой.       — Справимся.       Не скажу, что после того разговора стало легко и просто. Но значительно легче.       Той ночью никто из нас так и не уснул. Андрес даже не появился в спальне, как и в следующие несколько ночей. Мы решили его не торопить. Всё, что было в наших силах, — показать, что для нас ничего не изменилось. Так оно и было. Глядя на Андреса, я по-прежнему видел перед собой спокойного, уравновешенного альфу. Желанного альфу.       И наше терпение себя оправдало. Андрес вновь пришёл сам, когда был к этому готов. Их с Габи секс был по-прежнему томительно-нежным. И я поймал себя на мысли, что мне нравится за ними наблюдать.       Я не сразу решился взять Габи на глазах его альфы. Слышал истории о том, чем это чревато. Альфа мог взбеситься и наброситься на любого, кто посягнёт на его омегу. К счастью, Андрес вполне себя контролировал. И даже признался, что хочет на это посмотреть. Так что мы с Габи постарались, чтобы зрелище ему понравилось. И судя по тому, как он после втрахивал омегу в кровать, у нас всё получилось.       Я наблюдал за Андресом и всё отчётливее понимал, что хочу его. Безумно. Сильно. И всё же отдаться не мог.       И вновь Андрес меня удивил.       — Я хочу, чтобы ты был сверху, — заявил он.       Дело было утром. Габи бессовестно дрых по причине выходного. Мы же завтракали, и от такого заявления я, естественно, подавился.       — Почему? — спросил я, откашлявшись.       Он смотрел серьёзно.       — Мне это нужно, а тебе я доверяю. — Я кивнул. Некоторым людям, пережившим насилие, просто необходимо повторить ту же ситуацию. Понять, можно ли было всё исправить. — Только прошу тебя, не говорить Габи. Не хочу, чтобы мой омега видел меня таким.       — Вряд ли это как-то повлияет на его отношение.       — Это повлияет на меня. Я не смогу оставаться для него альфой.       — Хорошо. Но если он узнает, что пропустил такое, он нас убьёт.       Ни с одним партнёром до этого не было так же тяжело и так же нереально хорошо. Андрес не был покорным партнёром. Чтобы его подготовить и уложить под себя, потребовалось очень много сил. Сущность альфы не давала прогнуться под другого. Его нужно было подчинять, покорять, завоёвывать. И тем слаще было вбиваться в это сильное тело, загоняя член в тугое отверстие. Я впервые по-настоящему понял инстинкт альфы: пометить своё. Оставить на коже клеймо, что это твоё, что это ты покорил сильного альфу.       После я ещё ласкал его, благодаря за пережитое удовольствие. Впервые решился на минет. Внушительный член с трудом поместился во рту. Я едва успел отстраниться, прежде чем он кончил. Сжимал пульсирующую плоть в руке и вылизывал набухший чувствительный узел.       Это был самый яркий секс в моей жизни. О котором Габи так и не узнал.       А потом решился и я. Прежде чем выйти в спальню, я подготовился в дУше. Даже смазал и тщательно растянул себя.       В ту ночь я впервые отстранил Андреса от Габи и сам овладел омегой. Притянул ближе притихшего альфу и положил его ладонь на свою задницу. Второго приглашения не требовалось. И пока Габи притих подо мной, выжидая, Андрес медленно протиснулся внутрь. Было больно. Меня распирало изнутри и, казалось, что разорвет от любого неосторожного движения. Но Андрес знал, что делал. Он не спешил и задвигался только тогда, когда убедился, что это принесёт удовольствие всем. Феерично. С каждым его толчком, приходившимся на простату, я сильнее въезжал в тесную попку Габи. В тот раз я обкончался раньше всех и, кажется, просто отрубился.       Сказать, что мне понравилось, было мало. Я подсел на секс с ними двумя. И даже снизу оказалось не так уж плохо. Более того, даже без Габи у нас всё неплохо получалось. До поры до времени. Пока Андрес не потерял контроль. Первый опыт секса с узлом оказался… болезненным.       Я дернулся, чтобы уйти от боли, вызвав глухое шипение у Андреса. Он зафиксировал меня, не давая пошевелиться.       — Не двигайся, — горячо зашептал он, подрагивая от оргазма. Ему-то хорошо, а моё удовольствие напрочь пропало. — Сейчас-сейчас…       Я лежал под ним, придавленный его весом. Андрес нависал надо мной, стискивая кулаки и откинув голову. Мышцы вздулись от напряжения. Рассматривая его, я отвлекался от боли.       Узел набух внутри, натягивая кожу ануса вокруг его члена до предела. Казалось, одно лишнее движение, и он порвет меня. Я гладил его спину, надеясь, что это поскорее закончится.       Наконец, узел спал, и Андрес осторожно отстранился. Рука непроизвольно потянулась к раскрытым, опухшим краям ануса, и пальцы тут же оказались испачканы в сперме. Андрес перевернул меня на живот, раздвинул ноги и внимательно осмотрел.       — Крови нет, — сообщил он. Развернул меня к себе и крепко обнял. — Прости меня. Мне крышу сорвало. Не успел остановиться.       Андрес снова перевернул меня на живот и устроился между бёдер. Его губы прошлись вдоль позвоночника и прижались к ягодицам. Тело прошивало искрами удовольствия. Мурашки разбегались от копчика по всему телу, заставляя что-то поджиматься в животе. А потом Андрес облизал припухшие края ануса, и я забыл о боли.       — Прости. Такого больше не повторится, — пообещал он после минета.       Я забрался повыше на его плечо и поцеловал в грудь над тёмным кружочком соска.       — Андрес, даже бета может принять узел альфы. Надо только хорошо подготовиться. Тут мало обычной растяжки. Представь, что тебе в задницу засунули кулак и поймёшь, что я чувствовал.       Он весь напрягся. Снова. Прямо окаменел подо мной.       — Я знаю. Меня… трахали с узлом.       Не трахали, понял я, его насиловали узлом. Сколько ещё шрамов оставило ему прошлое? Не зная, что сказать и как поддержать, я прижался к нему и просто поцеловал.       — Мы обязательно повторим, — пообещал я. — Только подготовимся сначала.       Андреса ночью снова мучили кошмары, и я совсем не выспался. Да и он, судя по количеству выпитого кофе. Только Габи, ворвавшийся на кухню, выглядел до отвратительного бодрым.       — На мне последние джинсы не сходятся, — заявил он.       — Давно пора переходить на одежду для беременных, — заметил я.       Омега кинул на меня злой взгляд.       — Позволь мне самому решать, в чём ходить! Вопрос в другом. Мы будем что-то решать со свадьбой? Потому что идти к алтарю, как огромный бегемот я не собираюсь! А живот меньше не становится.       Он был прав, и мы оба как по команде уставились на Андреса.       — Что? — спросил он.       — Как альфа ты должен сделать нам обоим предложение, — подсказал я.       Он недоверчиво на нас посмотрел.       — Вы имеете в виду, что хотите заключить со мной официальный брак?       Габи подошёл к нему и навалился со спины, вытянув руки вдоль груди. Он наклонился к губам и поцеловал.       — Что тебя удивляет? Ты наш альфа.       Андрес повернулся, перехватив Габи и усадив к себе на колени.       — Габриель, Шейн, окажете мне честь, заключив со мной брак? — торжественно поинтересовался он.       — Да! — заявил Габи. — Пока я ещё способен влезть хоть во что-то приличное.       — Конечно, — я ободряюще улыбнулся. — Только нужно снова поговорить с родителями. Наши папы с удовольствием снова займутся приготовлениями. Андрес, твои родители захотят поучаствовать?       Судя по его лицу это была очередная больная мозоль. Когда уже у нашего альфы не останется секретов?!       — У меня нет родителей.       — Прости. Тогда ты не против, если всем займутся наши родители?       Андрес кивнул.       — Тогда от тебя список гостей, — воскликнул Габи.       — Гостей тоже не будет.       Тяжело нам будет, понял я.       Родители не обрадовались, и это ещё мягко сказано. Папа поинтересовался, не отменим ли мы очередную свадьбу. Отец, узнав, что в браке будет ещё и альфа, долго ругался. Кричал, что не растил из сына подстилку. Пришлось напомнить, что он растил из меня бету. А они, как известно, спят как с омегами, так и с альфами. Но, когда мне пришлось сообщить новость ещё и о беременности Габи, он разошёлся не на шутку. Кричал, что меня используют из-за дома, а потом выкинут за ненадобностью.       Прокричавшись, отец немного отошёл и стал расспрашивать об альфе. Пришлось признаться в отсутствии постоянной профессии, что вызвало новую волну криков.       — Я разбираюсь в людях, отец, и могу определить, с кем мне жить. Ты не знаешь его, поэтому не смей осуждать. Я сделал свой выбор, и жить с ними мне, а не вам, — жёстко напомнил я.       Отец только посмотрел на меня и тяжело вздохнул.       — Природу не понять. В тебе все задатки настоящего альфы. Ты самоуверен, решителен, твёрдо знаешь, чего хочешь и идёшь к этому несмотря ни на что. Не будь ты стерилен, лучшего наследника не найти.       Я стиснул зубы. Отец не уставал напоминать мне об этом. Словно в неспособности зачать ребёнка моя вина.       — То, что на моём члене нет узла, ничего не значит. Я это я. Если вы не желаете принять участие, папа Габи сам справится.       — Ну уж нет! — возмутился мой папа. — Ни за что не пропущу такое событие.       А дальше было всеобщее знакомство с родителями. Не знаю, как Андрес всё это выдержал. Пристальное внимание, множество вопросов о прошлом и будущем. Он держался спокойно и уверено. Настоящий альфа.       А потом началась подготовка к свадьбе. Папы-омеги как с ума сошли. Им явно нравилась вся эта суета.       Андрес тем временем закончил детскую, чем вызвал восхищение всех омег и искреннюю похвалу от альф. Всё было сделано его руками и с душой. Габи сделал множество снимков и не уставал показывать их всем знакомым. Впрочем, у этого оказался свой плюс: знакомые стали просить Андреса сделать и им мебель. Заказы сыпались, и я предложил открыть ему небольшую мастерскую. Для этих целей предложил переделать наш подвал. Работу в ресторане ему пришлось бросить.