Забудь кто ты.Метка

День комплиментов.

Мои глаза стали как пятирублёвая монета. Желание Дмитрия потрясло не только меня, но и ребят. В голове так и крутилось слово «раздевайся», и злость уже во всю рвалась наружу. — Ты сейчас серьёзно? — сквозь стиснутые зубы спросила у него я. — Вполне, — без колебаний ответил Дима. Всё, этот парень меня достал! Пора с ним разобраться раз и навсегда. Я больше не хочу с ним пересекаться, — он меня раздражает! Завтра же напишу заявление об уходе из университета, — учиться с ним в одной группе я не смогу, мне дороже мои нервы. — Нет, я не так выразился, прошу прощения, — вдруг произнёс Дима, когда я уже собралась молча покинуть площадку. — Снимай кофту, Каштанка, тебя ждёт турник. — Ты хочешь заставить её подтягиваться? — с ухмылкой спросил у него Игорь. — Нет, на это у неё не хватит сил, — ответил ему Дмитрий. — Просто повисит, — он посмотрел на меня и кивнул в сторону турников. Я молча сидела, не зная, что и сказать. С одной стороны можно с облегчением выдохнуть, но с другой хочется дать ему хорошую затрещину за шуточки-минуточки. Отвернув от Дмитрия голову, я сделала вдох и выдох, после чего решила выполнить его желание и встала со скамейки. — Турник высокий, могу ли я рассчитывать на небольшую помощь или нет? — сняв с себя кофту, спросила у Димы. Он встал, тоже снял с себя кофту, и мы пошли к турникам. Дима был одет в светло-голубые джинсы, белую обтягивающую футболку и белые кроссовки. Его поведение вообще не соответствует внешнему виду, — когда я на него смотрю, порой кажется, что моё отношение к нему неверное, но, как только он открывает рот и бросает колкие слова, все хорошие мысли о нём улетучиваются. — Что от меня требуется? — спросила я у Димы, когда мы подошли к двум стоящим друг напротив друга турникам. — Что захочешь, я не ограничиваю тебя, Каштанка, но постарайся продержаться секунд десять. — Не называй меня Каштанкой! Дима нагнулся и молча поднял меня вверх. Ухватившись за один турник, перекинула ноги через соседний и, придерживая футболку, повисла вниз головой. С детства очень люблю турники: висеть вниз головой, кувыркаться и просто на них сидеть. Повисев секунд десять, я, не смотря на Дмитрия, ухватилась за турник и села на оба сверху. Дул лёгкий ветерок, и лучи солнца падали прямо на меня, согревая своим теплом и вызывая приятные ощущения. Я решила немного насладиться окружающим видом и посмотрела на белые берёзы и клёны. Глядя на их листья, которые уже начали менять цвета, на душе стало хорошо и спокойно. Прекрасный фон дополняли голубое небо и птицы, и, наблюдая за ними в полёте, хотелось хотя бы минуту побыть на их месте. Я могла бы так просидеть целый час, но сейчас было не самое подходящее время, поэтому я ухватилась руками за турник, сделала кувырок и спрыгнула на землю. Поправив футболку и хвост, повернулась к Дмитрию и спросила: — Я выполнила желание? — Разумеется, — ответил он. — Отлично тогда до встречи, Димон, — сказала ему я и направилась к ребятам. Подойдя к столу, поблагодарила всех за вечер, а затем взяла свою кофту, и мы с Софией пошли по домам. К моей радости, от Димы я больше и слова не услышала, — видимо, ему нечего было мне сказать. — Лида… — Не надо, Софи! — быстро перебила её я. — Мы ведь договаривались, что ты сегодня не будешь говорить о нём, если я сделаю то, что ты попросишь. — Хорошо, — коротко отрезала она и опустила голову вниз. Спустя пару минут мы разошлись с ней по своим домам, и я сбавила скорость, желая ещё немного побыть на улице. Проходя мимо подъездов своего дома, я остановилась у клумб с цветами и залюбовалась их красотой, после чего погладила сидящего на поребрике кота и пошла дальше. — Как погуляла? — спросила у меня мама, когда я пришла домой. — Отлично, мам, — снимая кофту, ответила ей я, и она, улыбнувшись, позвала меня ужинать. После того, как мы с мамой покушали, я приняла душ и легла пораньше в постель. Мои мысли не давали мне покоя, — я думала о зеленоглазом типе, который с каждым днём всё чаще возникает в моей голове, и вызывает не самые приятные эмоции. Я не помню, как уснула, но спустя какое-то время я почувствовала, что кто-то держит меня за руку и гладит по голове. — Милая, — услышала мамин голос и еле как открыла глаза. — Мам, что случилось? — сонным голосом спросила её я. — Ты кричала на кого-то во сне, — беспокойно ответила она, поглаживая меня по щеке. — Подожди… Я кричала во сне? — присев на кровати, удивлённо переспросила у мамы, и она мне кивнула. — Что я кричала? — Что-то непонятное, — смотря мне в глаза, ответила мама. Никогда еще со мной не происходило ничего подобного. Я даже во сне не разговариваю, а тут вдруг посреди ночи маму разбудил мой крик, — видимо, мне приснился кошмар, который я не запомнила. — Хочешь я полежу с тобой? — заботливо спросила она. — Да, мам, полежи, пожалуйста, — согласилась я и положила голову на подушку. Она молча легла рядом со мной и стала поглаживать по волосам. Я всегда получаю удовольствие от её ласк и забываю обо всех тревогах. Наслаждаясь приятными ощущениями, вскоре погрузилась в сон и проспала до утра. Проснувшись в семь утра от резкого звона будильника, издала недовольные звуки и убрала от себя одеяло. Не прошло и полминуты, как в комнате появилась мама. — Как ты себя чувствуешь? — спросила у меня она. — Хорошо, — ответила ей я. — Уверена, что поедешь на учёбу? — беспокойно спросила мама. — Конечно, — уверенно ответила ей я. — Не волнуйся, мам, со мной всё в порядке. Она подошла к тахте и прикоснулась ладонью к моему лбу. Проверив, что температуры у меня нет, она произнесла: — Если вдруг почувствуешь себя плохо, езжай домой и обязательно мне позвони. — Хорошо, мам. — Я приготовила тебе завтрак. Обязательно съешь всё, иначе скоро тебя сдует ветром, — настоятельно сказала она и зашагала к двери, но у выхода из комнаты остановилась и снова посмотрела на меня. — На столе в гостиной лежат деньги, — пообедай в университете. — Ладно, мам, — ответила ей я. — Спасибо большое! Она"одобрительно на меня посмотрела и пошла в свою комнату одеваться на работу, а я, вздохнув, встала на носочки и потянулась вверх, после чего направилась чистить зубы и собираться на учёбу. Выйдя из дома в начале девятого, я пошла на остановку, где мы и встретились с Софией. Она радостно обняла меня и произнесла: — Доброе утро, Лидочка! — Доброе утро, студентка, — весело ответила ей я и обняла в ответ. — Сегодня в университете «День комплиментов», — всё тем же радостным голосом сказала мне подруга. — На первом этаже будет стоять большая коробка, и каждый желающий может написать комплимент любому человеку, указав имя, фамилию и курс адресата. Преподавателям тоже можно писать комплименты. А разносить их будут в течение учебного дня двое студентов. — Интересно, — дослушав Софию, молвила я. — Думаю, что ты получишь больше всех комплиментов, — она засмеялась. — Не преувеличивай, Лида, — смущённо произнесла София. — Я серьёзно, Софи! — сказала ей, и она улыбнулась. До приезда автобуса мы разговаривали о хорошем, и на учёбу отправились с отличным настроением. Сегодня у меня четыре пары: два английских и две истории. Английский язык мне давался труднее всего, я была белой вороной, которая почти ничего не понимала. Однако Людмила Сергеевна — преподаватель английского, не стала закидывать меня вопросами, так как сразу поняла, что мой уровень знаний по предмету нулевой, и сказала, что будет заниматься со мной по иной программе, чтобы к концу учебного года я знала элементарные вещи. Теперь каждый понедельник буду заниматься с ней индивидуально. Лучше всех на паре отвечал Дмитрий. Ну конечно, как же иначе? У него есть своя музыкальная группа и все их песни на английском языке, и мне непонятно, что он делает на истории, когда свободно им владеет и может учиться вместе с Софией. Уверена, комплиментов Дима получит целый мешок, что неудивительно, ведь он — «звезда». После первой пары я спустилась на первый этаж и скинула в коробку два комплимента, которые написала Софии и Антону во время занятия. Перед началом второй пары мне передали свёрток бумаги, и, развернув его, сразу поняла, что это комплимент от подруги, — её почерк я узнаю из тысячи, да и в тексте нет никакой секретности. «Моя дорогая подруга и сестра, ты знаешь, как сильно я тебя люблю и радуюсь каждой твоей искренней улыбке! Ты, как никто другой, озаряешь мою жизнь ярким светом, и я счастлива, что у меня есть такой замечательный человек, — родная душа!», — написала мне София. От её слов на моём лице моментально появилась улыбка и очень захотелось обнять подругу, но время не позволяло сделать это прямо сейчас, так как началась пара. С Софией мы встретились на большом перерыве и вместе пошли в столовую. По пути я поблагодарила подругу за тёплые слова, которые она мне написала и обняла, от чего на наших лицах заиграли улыбки. В столовой мы заказали блинчики со сметаной и два овощных салата, а на десерт чай с лимоном и булочки с маком. Пока София относила поднос с едой на свободный столик, я купила шоколадку, а потом незаметно положила в её сумку, — люблю делать ей приятное. Когда мы уже допивали чай, ко мне подошёл студент, который разносит комплименты, и протянул свёрток бумаги. Я поблагодарила его, и он ушёл. Софии было интересно, что мне написали, и с нетерпением ждала, когда я его разверну. Она за сегодня получила уже четыре комплимента, что для меня неудивительно, ведь Софья яркий человек, которого невозможно не заметить. «Мне нравятся твоя скромность и каштановые волосы», — прочитала про себя содержимое записки, весь текст которой был написан в кавычках. Я сразу поняла, кто это написал, и звхотела прямо сейчас всё ему высказать. Взяв свою сумку, сказала Софии, что найду её чуть позже, и быстро направилась на поиски моего «поклонника». Долго искать не пришлось. Он стоял на втором этаже в компании девушек и парней, и на их присутствие мне было всё равно. — Можно тебя на минуточку, Дмитрий, — произнесла я, когда подошла к этой компании. — Каштанка, неужели ты хочешь ещё повисеть на турнике? — с ухмылкой сказал Дима, и окружающие его девушки усмехнулись, — две из них вчера играли в карты во дворе у Вани. Для меня это стало последней каплей. Хорошо, здесь так здесь. Я сделала глубокий вздох и начала очень уверенно и громко говорить: — Ты самый настоящий придурок; высокомерный, бездушный, эгоистичный идиот. Меня раздражает твоё присутствие, с самого первого дня я слышу от тебя только подколы, но сегодня ты превзошёл себя. Браво, Дмитрий! Знаешь, что? Можешь радоваться. — ты победил, и твой «комплимент» явно займёт первое место. Не хочу больше с тобой видеться! У тебя достаточно «девочек», которые готовы прямо сейчас броситься тебе на шею, вот и издевайся над ними! Сказав всё это ему в глаза, да ещё и при других людях, я кинула в него бумажку с «комплиментом» и побежала на первый этаж, чтобы покинуть здание университета. Мне было плохо и хотелось поскорее остаться одной. Помимо студентов всё, что я говорила, слышали преподаватели и моя подруга София, — мне больше нечего тут делать. Я сдаюсь, хотя и говорила сама себе, что не сдамся, но у меня уже нет сил терпеть эти унижения. По пути к выходу я слышала голос Софии, которая следовала за мной, но в грубой форме попросила её отстать от меня, — настолько переполняла злость, что даже на лучшую подругу накричала. Выбежав на улицу, уже хотела направиться к остановке, как чья-то сильная рука схватила меня за локоть и развернула к себе, — передо мной стоял Дмитрий с серьёзным лицом. Признаться, таким я его ещё не видела. Отвернув голову в сторону, попыталась высвободиться, но мои усилия были напрасными, — он крепко держал меня одной рукой. — Если ты думаешь, что всё мною сказанное в твой адрес — издевательства, то ошибаешься! Этот «комплимент» написал не я. Во-первых, стиль написания не мой, — я так, тем более в кавычках, не пишу, — он быстро достал свободной рукой из сумки свою тетрадь и открыл её перед моими глазами. — Во-вторых, не мой почерк, — ослабив руку, которой держал меня, сказал Дима. — Ты думаешь, мне делать больше нечего, кроме как тебя подкалывать? — он закрыл тетрадь и опустил руку. — Приведи конкретный пример, где я тебя обидел, — мне пришлось опустить голову вниз. — Скромная девочка? Это для тебя обидное словосочетание? Хочешь узнать, что я под ним подразумеваю? — он поднял мою голову и посмотрел в глаза. — Я не считаю тебя маленьким ребёнком, Лида, а просто вижу в тебе скромную девушку, не привыкшую быть в центре внимания, — Дмитрий отпустил мою голову. — И к слову «скромная» я подобрал слово «девочка», чтобы была созвучность. Знаешь такое выражение «моя девочка»? Тоже обидное? — он сделал паузу, а затем снова продолжил говорить: — Что касается Каштанки, то тут всё проще. Рассказ Чехова ни при чём, волосы у тебя каштанового цвета, поэтому я и называю тебя Каштанкой. Если ты правда считаешь, что я тебя обидел или оскорбил, то я прошу прощения. У меня не было в мыслях плохих намерений, но твоё мнение я услышал… — Дима убрал от меня свою руку. — Что ж, переубеждать не буду, возможно ты права в том, что я высокомерный, бездушный, эгоистичный идиот… — я хотела его перебить, но он быстро произнёс: — Не нужно уходить, я сам уйду, — Дима спустился по ступенькам вниз и сел в машину. Всё, что я смогла выдавить: — Дмитрий! — Но было уже поздно, — он нажал на газ и уехал. Боже мой, какая я дура! Как я могла так обвинить человека, не зная его на самом деле… Из глаз ручьём потекли слёзы, и я просто пошла вперёд. Мне было всё равно, куда я приду, но в университет уже точно не вернусь. В итоге целых четыре часа я ходила по городу и только к пяти вечера пришла домой вся уставшая и подавленная. — Наконец! — в прихожей раздался голос плачущей мамы, как только я открыла входную дверь. — Где ты была, Лида? Я много раз тебе звонила, но твой телефон всё время был выключен, — она подошла ко мне и крепко обняла, от чего я расплакалась. — Мамочка… извини… меня… пожалуйста, — с запинками прошептала я. Мой голос охрип, болела голова и перед глазами летали мурашки. Я чувствовала себя ужасно из-за того, что в один день публично обвинила и оскорбила человека, который ни в чём не виноват; накричала на лучшую подругу и заставила плакать маму…