Забудь кто ты.Метка

      

Метка (След).

Я сидела на скамейке и кормила голубей, которых становилось всё больше и больше. — Ребята, у меня всего один небольшой пакетик семечек, а вас собралось столько, что даже десять больших пакетов не хватит, чтобы вас прокормить, — говорила я с птицами. Все семечки, которые у меня были, я отдала голубям, -купила их специально для них. Пока я училась в школе, частенько покупала семечки или хлеб, садилась на скамейку и кормила птиц. Люблю животных и птиц. Они — это наши друзья, которым нужно помогать. Когда я вижу бездомных и раненых животных, то стараюсь им помочь всем, чем могу. У меня дома побывали раненые голуби, кошки, которые чем-либо болели, и даже оставленная на морозе маленькая собачка, которую мы спасли и отдали в хорошие руки. Сейчас смотрю на этих птиц и забываю про все проблемы, ухожу в иной мир, который они мне показывают. Вот только что прилетел маленький воробей, который тоже хочет кушать, но среди стаи голубей ему сложно это сделать. Он меньше их в разы, однако оказался смелым, — воробушек смог достать для себя одну семечку. Он хоть и маленький, но в обиду себя не даст. Наблюдая за ним, увидела, как воробей, взяв одну семечку, отлетел и сел в сторонке, после чего съел её и стал ждать подходящего момента, чтобы достать пищу. В моём кармане нашлись ещё несколько семечек, и я, встав со скамейки, подошла поближе к воробью, — он не улетел, а просто немножко отдалился от меня. Я присела на корточки, привлекла его внимание и положила одну семечку. Воробей её увидел, подлетел и, склевав, снова отлетел. — У меня ещё есть для тебя несколько семечек, — сказала ему я. Он внимательно смотрел на меня и слушал. Я не стала бросать семечки, потому что это привлечёт голубей, и они отберут их у воробья, а положила одну семечку напротив него, и тот снова подлетел, но на этот раз остался на месте. — Уже не боишься меня? — с улыбкой спросила у него я, и воробушек сделал маленький шажочек в мою сторону. Когда он склевал последние семечки, ещё немного походил рядом со мной и улетел. Проводив воробья взглядом, я снова села на скамейку и посмотрела на время. Не прошло и пятнадцати секунд, как тот же воробушек сел рядом со мной, держа в клюве маленькую веточку, на которой ничего не было. Я сразу поняла, что он хочет подарить её мне в знак благодарности за семечки и улыбнулась. Недолго думая, протянула к воробью руку, но он немного отдалился и выпустил веточку из клюва, после чего вспорхнул крыльями и улетел. Эту веточку я забрала себе, — маленький подарок от птицы поднял мне настроение. Я просидела на скамейке ещё какое-то время, любуясь окружающей средой, а потом, буквально в десяти метрах от площадки, увидела Софию, которая направлялась домой после учёбы. Сегодня у всего первого курса была физкультура, но я на неё не поехала. После того, что произошло вчера, мне меньше всего хотелось возвращаться в университет. Подруга заметила меня и остановилась. Подойдя к ней, я произнесла: — Софи, прости меня, пожалуйста, за вчерашнее. Я очень плохо поступила с тобой и сожалею об этом. Она не стала ничего мне отвечать, а просто обняла, и я сделала то же самое. — Спасибо, Софи! — прошептала ей я, чувствуя, как с моей души сошёл камень. — Ты — моя лучшая подруга и всегда ею будешь, — произнесла София. — Я не обижаюсь на тебя и рада нашей встрече. — Мне очень повезло с тобой, Софи, — сказала ей я. — Поверь, Лида, мне тоже с тобой повезло, — она сделала небольшой шаг назад, и я увидела её улыбку. — Пойдём ко мне? — предложила подруга. — Давай лучше посидим на улице, — попросила её я, и она согласилась. Мы сели на скамейку, а затем Софья взяла меня за руку и произнесла: — Как ты себя чувствуешь? Вчера, после твоего ухода, куратор позвонила твоей маме, чтобы сообщить о случившемся. Мы пытались дозвониться до тебя, но твой телефон был выключен, и только вечером твоя мама сообщила мне, что с тобой всё в порядке. Лида, расскажи мне, что сделал тебе Дима? — Он мне ничего плохого не делал, — тяжело ответила подруге. — А я внушала, что Дмитрий пытался вывести меня из себя, и каждое его слово воспринимала как что-то плохое. Вчера я получила неприятную записку и подумала, что её написал Дима, и сорвалась на него, но… Это было моей ошибкой, о которой я очень сожалею. Он не виноват, Софи, а я полная дура. — Что было написано в записке? — спросила у меня София, и я, вздохнув, всё ей рассказала. — Мне кажется, этот «комплимент» написала девушка, которая ревнует его к тебе… А может и не одна, — дослушав меня до конца, сказала подруга. — Софи, да как такое вообще возможно? — удивлённо произнесла я. — Ни о какой ревности и мысли быть не может. — Ещё как может, — смотря мне в глаза, сказала София. — Кому-то не нравится, что Дима обращает на тебя внимание. — Это какой-то абсурд, Софья. — Я выясню, кто написал тебе эту записку, обещаю, — сказала она. — Не надо, Софья. Это того не стоит. — Стоит, Лида, ещё как стоит. Если такое произошло однажды, то может повториться вновь. Я хочу всё узнать, и да, это не обсуждается. Я посмотрела на неё и поняла, что спорить бессмысленно. Когда Софи что-то хочет сделать или докопаться до истины, то с ней лучше не спорить. — Тогда я тоже в деле. К тому же запомнила почерк, — сказала подруге. — Хорошо. А после того, как мы узнаем правду, я точно не буду молча стоять в стороне, Лида. Димы сегодня не было на учёбе — говорят, что он собирается уйти из университета. Последние слова заставили меня застыть на месте. Я не двигалась несколько секунд. «Я сам уйду» — вспомнила сказанные мне вчера слова Димы. Нет-нет, что же я наделала! — Софи… — еле слышно выдавила я и снова замолчала. — Сегодня в пять вечера группа «MAGIC» выступит в городском парке, — произнесла она. — Я пойду на концерт, а после — постараюсь с ним поговорить и извиниться за вчерашнее. Не хочу, чтобы он из-за меня бросал учёбу. Лучше уйду сама, но… — Никто никуда не уйдёт. Все останутся на своих местах, — серьёзно сказала София. — Устроили детский сад, ей-богу. — Ты говоришь как моя мама, — произнесла я. — Твоя мама всегда говорит по делу. Слушай её и меня. Всё образуется. Я тоже пойду на концерт и помогу тебе поговорить с Димой. Вместо тысячи слов я просто обняла её и спустя пару секунд произнесла: — Спасибо, Софи. Мы ещё немного с ней поговорили и решили, что увидимся прямо на концерте, так как ей нужно сперва съездить к маме на работу, чтобы отвезти кое-какие бумаги, а оттуда она сразу пойдёт в парк. Домой пришла почти в три часа. У меня была слабость от того, что я почти всю ночь не спала. Мама сегодня после работы поедет в гости к тёте, а приедет либо завтра вечером, либо утром в воскресенье. Она не хотела оставлять меня одну, но мне удалось убедить её, что со мной всё хорошо. Хотя всё не бывает — это я поняла уже давно, но чтобы никого не тревожить, говорю привычную всем фразу: «Да, всё хорошо». Первым делом пошла на кухню, чтобы перекусить, а потом в свою комнату. Мне вдруг захотелось что-нибудь написать. У меня бывают такие моменты, когда неожиданно появляется вдохновение, но это случается редко и длится недолго. На этот раз мне захотелось просто излить душу на бумаге, а в итоге сочинила несколько строчек и захотелось спать. Пытаясь отогнать сон, я просто легла на кровать и стала смотреть в потолок. Засыпать было нельзя, ведь скоро нужно идти на концерт, но. Меня разбудил звонок сотового телефона. Это была София. — Лида, ты где? Концерт уже во всю идёт, здесь много людей, тебя я среди них не вижу. — Оййй… Прости меня, я не поставила будильник и заснула. Сейчас быстро соберусь и приеду, — торопливо ответила подруге. — Ну ты… Давай быстрей, Лида! Я буду ждать тебя у входа на концертную площадку. Поторопись! — Спасибо, Софья, скоро буду. На часах было половина шестого. Я быстро соскочила с кровати и открыла шкаф, чтобы взять одежду. Времени для тщательного подбора не было, поэтому, я решила надеть тёмно-синий джинсовый костюм: джинсы-клёш с небольшими чёрными разводами и пиджак с ремнём. Под пиджак надела белую тунику с длинным рукавом, которая первой попалась на глаза. Волосы расчесала и завязала в два низких хвостика. Затем быстро положила в маленькую белую сумочку телефон с блокнотом и ручкой, надела её через плечо и поспешила в прихожую. Бросив взгляд на обувную полку, взяла с неё белые кроссовки и надела на ноги. По пути на остановку позвонила маме и сказала, что поговорила с Софи и сейчас иду в парк на концерт. Мама в это время уже ехала в электричке в Санкт-Петербург к своей старшей сестре, которая пригласила её и меня на эти выходные, но я отказалась от поездки. Мне было не до неё. От моего дома до городского парка минут пятнадцать езды на автобусе. Приехала я в начале седьмого и ещё минут пять-десять шла до концертной площадки. Весь парк делится на несколько зон: спортивную, где находится стадион с футбольным полем и беговыми дорожками, открытый каток и площадка с турниками и тренажёрами; развлекательную и большую площадь для прогулок. Мне нужна была развлекательная зона. Музыка играла настолько громко, что, казалось, её можно услышать по всему периметру парка. Именно по музыке я поняла, что группа «MAGIC» всё ещё выступает. Людей в развлекательной зоне было много, и мои глаза беспорядочно перемещались от одного к другому, пытаясь найти среди них знакомое лицо. — Лида! — вдруг услышала своё имя. Посмотрев вперёд, увидела Софию, которая пробиралась через толпу людей ко мне. — Ну ты и соня! — громко сказала она, когда подошла ко мне. — Знаешь, Софи, ты права, я ещё та соня, — также громко ответила ей. — Они поют последнюю песню. Нам будет очень сложно выловить Дмитрия, когда у него столько поклонников. — Не волнуйся, Софи, это уже моя задача. Даже если мне придётся ждать весь вечер, чтобы сказать ему пару слов, — я буду ждать. — Я с тобой, — ответила София. Мы встали недалеко от входа на концертную площадку, откуда была видна сцена, чтобы дождаться окончания выступления группы. Дмитрия я увидела не сразу, — он часто перемещался по сцене. Когда мои глаза поймали его, я почувствовала, как сердце стало биться быстрее. Он был одет в чёрные джинсы и тёмно-серую рубашку. Волосы от энергичных движений по трепались, а на левой ноге я заметила развязанный шнурок на кроссовке. Если у артиста во время выступления что-нибудь порвалось, развязалось или упало, он не должен заострять на этом внимание и закончить начатое. Песня была на английском языке. И пусть я не понимала значение слов, но чувствовала, как по всему телу разливалось тепло и бежали мурашки. У Дмитрия сильный голос, который вряд ли кого-то может оставить равнодушным. И красивая медленная музыка, казалось, летала над зрителями, на время забирая все проблемы и тревоги. Когда песня закончилась, я словно вернулась в реальный мир, который не вызывал у меня приятных ощущений. Вокруг было много людей, среди которых хватало и пьяных, и пугающих своим неординарным внешним видом, и грубиянов. А стоило заметить чей-то взгляд на себе, как становилось страшно и хотелось поскорее покинуть это многолюдное место. После того, как группа покинула сцену, началась дискотека. Нам просто включили на полную громкость диск с разной музыкой. Я предполагала, что, как и тридцать первого числа на набережной, группа «MAGIC» будет раздавать автографы, и нужно только найти это место и занять очередь. За пределами площадки людей было поменьше. Мы с Софи решили разделиться: она осталась на месте, а я пошла в противоположную сторону развлекательной зоны парка. Пробираться сквозь толпу было тяжело, а пойти в обход я не решилась, так как на это уйдёт немало времени. Когда я всё же преодолела преграду и оказалась на другой стороне парка, где людей было немного, то грустно вздохнула, подумав, что скорее всего группа не стала раздавать автографы и уехала. Но я всё-таки решила ещё чуть-чуть осмотреться, очень надеясь, что увижу хоть кого-то из её участников и попытаюсь с их помощью связаться с Дмитрием. Я ходила и смотрела по сторонам, но чем дольше длились мои поиски, тем больше понимала, что сегодня с Димой поговорить не получится. «Не судьба» — мысленно говорила себе я, бродя по парку. И мысль о том, что увидеть его не получится, разочаровывала меня ещё больше. Но я всё равно продолжала искать, и в очередной раз, когда подумала, что не смогу поговорить с Димой, моё внимание привлекла одна компания. В ней было порядка десяти-пятнадцати молодых людей, среди которых я увидела и Дмитрия. А рядом с ним стояла девушка, которую он обнимал за талию. Я почувствовала, что не смогу подойти к нему. Стоило мне взглянуть на него, как моя смелость улетучилась, и не хотелось своим появлением им помешать. Да и как я вообще могла быть такой наивной, чтобы решить, что он уделит мне хотя бы десять секунд своего времени? Ну и дура же я! Отойдя подальше от их компании, достала из сумки телефон и набрала подругу: — София, можем идти по домам. Дмитрия здесь нет, — соврала я. — Мне сказали, что вся группа уехала сразу же после выступления. Никогда не врала ей, но в этот раз для меня это был самый лучший вариант. — Лида, я встретила однокурсников, и они предложили погулять. Присоединяйся к нам, — расстроенным голосом говорила Софи. — Извини, София, но мне не охота. Ты оставайся, а я поеду домой. — Лида… Я знаю, что ты расстроилась… Если хочешь, то могу позвонить Ване и спросить у него номер или адрес Дмитрия. — Нет, Софи, не нужно. Не сегодня. Давай мы завтра с тобой встретимся и спокойно поговорим, — предложила я. — Хорошо, Лидочка. Ты точно не хочешь погулять? — спросила она ещё раз. — Нет, Софи, не хочу. Хорошего тебе вечера. Мы попрощались с ней до завтра, и я быстро направилась к одному из выходов из парка. Но не успела пройти и десяти метров, как вдруг меня кто-то схватил за руку, резко развернул и притянул к себе. Моя рука моментально ощутила боль. От человека, который прижимался ко мне, сильно несло алкоголем и табаком. Терпеть не могу такие отвратительные запахи. меня резко затошнило. — Ну что, красавица, тебе повезло сегодня, ведь я выбрал тебя, — раздался голос пьяного молодого человека. Одной рукой он гладил мои волосы, а другой крепко держал за талию. Я чувствовала, что ещё немного, и его рука окажется под моей туникой. Мне было очень страшно, но оставаться в его компании я точно не собиралась, поэтому резко оттолкнула парня от себя и быстро повернулась, чтобы бежать, но оказалась в руках другого. Он был не один, их здесь трое, и все пьяные! Сердце забилось в агонии. — Ты посмотри на неё, Стас! — заговорил второй парень, в руках которого я находилась. — Этой девчонке не нравится наша компания! Давай-ка покажем ей, как с нами хорошо. — С удовольствием, Макс, — ответил ему тот. В голове тут же возникла страшная картина, как меня тащат в безлюдное место и… Нет, я не стану жертвой насилия! До ужаса напуганная, оттолкнула от себя Макса и начала звать на помощь. Но не прошло и пяти секунд, как третий парень схватил меня за запястье, а затем ударил по лицу, отчего я упала на землю. От удара из моих глаз посыпались искры и заболела голова. Из нижней губы текла кровь, горела часть нижней, левой стороны лица. Понимая, что не смогу убежать, закрыла мокрые от слёз глаза руками и стала умолять не трогать меня. Спустя некоторое время услышала много голосов, и кто-то взял меня под руки и поставил на ноги, отчего я в панике открыла глаза и подалась назад, но тут увидела, как Дмитрий и ещё двое участников группы «MAGIC» ввязались в драку с моими обидчиками. Происходящее жутко меня пугало, и я, желая поскорее покинуть это место, побежала в первую попавшуюся на глаза сторону. Но от того, что у меня кружилась голова, вскоре пришлось остановиться. Немного постояв, я двинулась дальше, но уже шагом. Спустя некоторое время я заметила, что иду по безлюдному месту и решила где-нибудь сесть, чтобы хоть немного прийти в себя. Такое решение приняло за меня моё состояние, которое не позволяло сразу отправиться домой. Поэтому я стала искать глазами подходящее место, где меня никто не увидит. Медленно шагая, спустя где-то минуту увидела горку, которая вела наверх, и направилась прямо к ней. На горке была небольшая поляна, окружённая деревьями и камнями. Здесь меня точно никто не увидит, и я смогу немного привести себя в порядок, прежде чем снова покажусь людям. Я сняла с себя пиджак и, расстелив его под берёзой, села и облокотилась спиной на ствол. Наверное, я поступила неправильно, что убежала от всех и даже не сказала спасибо моим спасителям. Но в тот момент я была очень напугана и вряд ли смогла бы нормально произнести хоть слово. А если и смогла, то потом уже никуда бы не ушла и чувствовала себя виноватой за то, что отнимаю их время. Да, мне сейчас плохо, но не настолько, чтобы привлекать к этой проблеме других. А ещё дело в том, что я теперь не знаю, как после сегодняшнего буду смотреть в глаза Диме. Пришла на концерт, чтобы после перед ним извиниться за мой вчерашний срыв, а в итоге чуть не стала жертвой насилия, и если бы не он с друзьями… Даже думать страшно, что бы тогда произошло. Мне нужно было как-то остановить кровь, которая текла из губы, поэтому я открыла сумочку и обнаружила, что платка нет. Но был блокнот, из которого я и вырвала несколько листков и прижала к губам. Кажется, мне придётся просидеть здесь больше, чем я предполагала, потому что если сейчас встану, то могу упасть. В конце концов, если голова так и будет продолжать кружиться, то придётся позвонить Софии и попросить о помощи. Ох боже! Час от часу не легче. Убрав от губ уже красные от крови листки, я смахнула очередную слезу и потянулась правой рукой к блокноту, но тут перед моим лицом появилась чья-то рука, протягивающая синий платок и бутылку с водой, а ещё через пару секунд напротив меня сел… Дима!. Неужели он шёл за мной! — ощутив, как всё тело покрылось мурашками, подумала про себя я. — Приложи бутылку к щеке, — сказал он мне. Я молча приложила бутылку с ледяной водой на место удара, боясь посмотреть ему в глаза. Видимо поняв, что я растерянна, Дима открыл другую бутылку с водой, намочил платок и протянул его мне. И вновь, не говоря ни слова, взяла мокрый платок и приложила к губам. Мне было неловко перед ним, поэтому спустя некоторое время, набравшись немного смелости, я посмотрела на Диму и произнесла: — Спасибо! Он смотрел мне прямо в глаза, отчего внутри как будто всё переворачивалось. Его взгляд передавал множество разных чувств, большинство из которых я не могла разгадать, но среди них точно были жалость и волнение. — Попей немного воды, — Дмитрий протянул мне открытую бутылку. Я поставила холодную бутылку на землю и взяла из его руки другую. Сделав несколько глотков, отдала бутылку Диме и снова приложила холодную к лицу. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Дима. — Всмысле… Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, но мне необходимо знать, сможешь ли ты идти? — Думаю, что смогу, — неуверенно ответила Диме. — Но я пока не хочу уходить отсюда. Я очень благодарна за то, что ты и твои друзья для меня сделали! Дальше я уже сама о себе позабочусь, а ты иди. Не нужно ждать, когда я захочу пойти домой. Пока ещё держалось тепло, я решила провести время на улице: подышать свежим вечерним воздухом, немного привести в порядок свои мысли, а потом уже вернуться в четыре стены и не выбираться из них до понедельника. Дмитрий же ничего мне не ответил, а встал с корточек, снял свой чёрный джинсовый пиджак и накинул на мои плечи после чего сел на траву и облокотился на дерево. Его поступок усилил моё чувство вины, и я опустила глаза вниз. В голове возник вчерашний инцидент с «комплиментом», когда я, поддавшись своим эмоциям, налетела на Диму с обвинениями и оскорблениями. Ох и дура же я! Мне так перед ним стыдно… Я не знаю, как искупить свою вину, и убедить его не уходить из университета из-за моей глупой выходки. Я повела себя очень некрасиво, но он ведёт себя со мной так, словно ничего и не произошло, как будто вчерашний мой срыв — пустяк, о котором он уже и забыл. Но это ещё не всё, за что я чувствовала себя виноватой перед ним. У него наверняка были планы на вечер, но из-за меня они сорвались. — Дима… — Не надо, Каштанка. Если ты хочешь, чтобы я снова ушёл, то извини, в этот раз не получится. Я не уйду, — серьёзно сказал он. — Я не хотела и не хочу, чтобы ты уходил, — еле слышно произнесла я. — Но у тебя есть свои планы на вечер… — У меня нет никаких планов, — снова перебил меня он. — Я остаюсь, и это не обсуждается. — Ты говоришь в точности, как София, — вздохнув, сказала Дмитрию. — Можешь представить, что сейчас здесь сидит она, — произнёс он, и я слегка улыбнулась. К этому времени кровь из губы уже не текла, но я по-прежнему продолжала смачивать платок каждые пару минут и прикладывала к губам. А благодаря закрытой, холодной бутылке нижняяя часть лица практически перестала гореть. Картина, конечно, не из лучших, но я рада, что сейчас со мной сидел Дима, а не София. Я люблю подругу, но зная её реакцию, она бы сначала закидала меня вопросами, потом проклинала бы моих обидчиков, а на следующий день повела бы меня в полицию и заставила писать на них заявление. И это было бы правильным решением, но я не хочу идти в полицию и уж тем более, чтобы о случившемся узнала мама. А Дмитрий у меня даже не спрашивает, как я оказалась в ненужном месте в ненужное время. Как это ни странно, с ним я не только не чувствую тревоги, но и готова признать, что мне комфортно в его обществе. — Кстати, о твоей подруге, — снова заговорил он. — У неё есть парень? — Ничего себе! — удивлённо воскликнула я. — Вот это вопрос! Хотя чему я удивляюсь? София красивая, умная… — Типичная женская логика, — перебил меня Дмитрий. — Если спросил про парня, то это сразу значит, что она мне нравится? — слегка улыбнулся он, а затем немного склонил голову набок. — Да, а как иначе? Она будет очень рада, когда узнает, что ты ею интересовался. Нет, она будет счастлива! — Вот как? — якобы удивился он и снова слегка улыбнулся. — А у тебя есть парень? — Что? — убрав от губ платок, переспросила у него я. — Я спросил, есть ли у тебя парень? — повторил свой вопрос Дима, и я вздёрнула брови. — Я что-то не пойму… — А чего тут непонятного? Я спрашиваю про парня, потому что ты мне нравишься. От его слов у меня чуть было не открылся рот, но тут я поймала себя на мысли, что Дима шутит, и моя реакция его забавляет. — Ладно, почему ты спросил, есть ли у Софии парень или нет? — Она приглянулась одному моему хорошему другу. Другу… Я вспомнила, как после концерта видела Диму с девушкой. Вполне возможно, что та высокая блондинка, которую он обнимал, была его девушкой. А если бы на её месте была София? — подумала про себя я и в мыслях отрицательно покачала головой. С Софией они бы не смотрелись также хорошо, как с блондинкой. И хотя София действительно была бы рада отношениям с Димой, но, как мне кажется, они не подходят друг другу. Девушка, которую он обнимал, как мне показалось, вполне могла бы броситься ему на шею. София… Ну может только от радости, что смогла заинтересовать такого парня как Дмитрий. Потом же, если её что-то не устроит, немного потерпит, а там и до взбучки недалеко. Вот и Дима сказал, что София, как девушка, его не интересует. Да ещё и надо мной пошутил, когда я, даже не подумав, представила счастливую Софию рядом с ним. А всё потому, что нужно сразу говорить, с какой целью интересуешься. — И кто же он? — спросила у него я. — А это имеет значение? — Конечно, ведь речь идёт о моей лучшей подруге. — Я не буду раскрывать его имени, но поверь мне наслово — он хороший человек. Немного подумав, я всё же произнесла: — У Софии нет молодого человека, Но в университете за ней ухаживает один парень. «Ухаживает» — громко сказано. Парня, которому она нравится, зовут Илья. С первого дня он бегает за ней по пятам и пытается заинтересовать разными историями. В этих рассказах он как только себя не хвалит, думая, что тем самым может понравиться Софии. Конечно, я не говорила так подруге, но для меня Илья — «лживое мачо», а не мужчина. — Что ж, спасибо за ответ, — произнёс Дмитрий. Мы снова замолчали. Я, стараясь не привлекать внимания, то отводила взгляд, то снова смотрела на него, а вот он, по-моему, всё время следил за мной, потому что каждый раз, когда мои глаза возвращались к нему, его — смотрели на меня. Наверное, Дима был взволнован моим состоянием, поэтому и не спускал глаз. Но спустя где-то пару минут его взгляд упал на мой открытый блокнот. Он взял его и начал читать вслух четверостишие, которое я сочинила сегодня днём: —«Ты говоришь, что тебе всё равно, Но я-то знаю, что это не так. Я слышу, как бьётся сердце твоё — Оно, как и моё, бьётся в такт», — он поднял глаза на меня. — Неплохо! Пишешь стихи? — Нет. Эти строчки внезапно пришли в голову, — смущённо ответила я. — Внезапно… Конечно, это не моё дело, но может кто-то нравится? Я не люблю разговаривать на темы, которые касаются моей личной жизни. Единственные, с кем я могу о ней поговорить — мама и София. — Нет, мне никто не нравится, — коротко, но честно ответила Диме. — Из этих строк можно написать песню, — снова посмотрев в блокнот, сказал он. Недолго думая, взяла блокнот, вырвала страничку с четверостишием и протянула Диме: — У меня всё равно затеряется. Если тебе понравилось, забирай. — Просто так отдаёшь мне его? — спросил он. — Конечно. Он взял листок, сложил пополам и убрал в кармашек рубашки. — Спасибо! — произнёс Дима. Было бы за что благодарить, — подумала про себя я и кивнула ему. Ещё какое-то время мы с ним продолжали разговаривать, а потом он посмотрел на небо и молвил: — Становится прохладно, а ты сидишь на земле, — пиджак не особо спасает. Я отвезу тебя домой. Мне бы хотелось ещё побыть в его обществе: оказывается, с ним можно о многом поговорить, забыть о всех тревогах и не думать о времени. Я увлеклась и не отдавала себе отчёт в том, что Дима сидит со мной не по своему желанию, а потому что мне так угодно. Он ведь мог отвезти меня домой и раньше, а потом поехать по своим делам, но во мне проснулась эгоистка, которой захотелось подольше побыть на улице. А Дмитрий, явно пожалев меня, сказал, что планов на вечер у него нет, и сидел развлекал «Мадам Брошкину». — Да, конечно, — виновато молвила я. — Спасибо! Дима поднялся с травы и помог мне встать на ноги, после чего отпустил и наклонился за пиджаком. Я, почувствовав головокружение и слабость в ногах, не смогла устоять и чуть было не упала на землю, но он быстро меня подхватил и вернул в прежнее положение. Дима крепко держал меня за талию, и я чувствовала на себе его дыхание. Не в силах больше молчать о главном, посмотрела ему в глаза и произнесла то, что должна была сказать сразу: — Дмитрий, прости меня, пожалуйста, за вчерашнее! Я наговорила много лишнего. Мне очень стыдно за то, как я себя вела по отношению к тебе. Прошу, не уходи из университета! Прости меня. — Каштанка, только не плачь, пожалуйста. Ты сказала то, что должна была, и я понимаю тебя. В какие-то моменты я действительно перегибал палку, за что прошу у тебя прощения, — мягким голосом сказал он, и я ещё больше заплакала. Неожиданно подул тёплый, но не сентябрьский, а скорее — июльский ветер, и я увидела вокруг нас на земле что-то необычное. Присмотревшись, поняла, что мы стоим в белой «восьмёрке» — в разных её «капельках». Готова поклясться, что раньше этого следа здесь не было! «Восьмёрка» явно не из песка, краски… — Лида… — Что это? — перебила его я, указывая вниз пальцем. — Только не это! — услышала еле слышный голос Дмитрия. — Ветер поднял пыль, а это скрывалось под песком, — уже нормальным голосом сказал он. — Но тут нет пыли… — Она была, но ты просто не заметила из-за своего состояния, — перебил меня Дима. — Нам пора. Дмитрий взял меня на руки и начал спускаться вниз по горке. От него исходило невероятное тепло, и уже через считанные секунды я и забыла про след, который видела на поляне. Неуверенно, но я всё же слегка обняла его шею руками и стала следить за дорогой. Просить отпустить меня — не хотелось…