Я в мире Наруто?!

В нос тут же ударил резкий, едкий запах — спирт, антисептики, что-то металлическое и чистое до стерильности. Больница. Да, я определённо была в больнице. В палате всё было обставлено достаточно скудно, но зато явно стерильно, — около кровати, на потёртом стуле, обнаружилась моя аккуратно сложенная одежда. Плечо саднило, но вяло, будто боль уже перестала быть настоящей — остался только отголосок. Всё уже почистили, перевязали. Это было глупо, но я почти сразу же вскочила с подушки и, переодевшись, вышла в коридор. Наверное, надо было дождаться медсестру, но я сильно волновалась за команду и статус нашей первой важной миссии. Она же не отметилась из-за моего обморока? Сзади послышались окрики, — ко мне подбежал черноволосый мужчина в очках. Белый халат нервно мешался под его ногами, пока дежурный наконец-таки не настиг ретирующуюся пациентку: — Вы ведь Чана Судзуки? Почему вы здесь? — Извините, я… — Вы должны вернуться в кровать! — Мне лучше, спасибо… Извините, я правда не могу, поймите, у меня миссия… — бурчание со стороны работника позволяло мне лишь прерывисто и слабо вставлять маленькие протесты между его возмущениям. — После извлечения яда телу нужен покой! Это был не просто токсин, а комплексная смесь — тяжёлая для вашей системы… — …Мне правда лучше! Слушайте, я просто хочу найти своих сокомандников и учителя. — Ну, учителя искать не придётся, — голос, который в этот момент прозвучал, заставил меня развернуться так резко, будто кто-то дёрнул за ниточку внутри. — Всё в порядке. Я уже распорядился, чтобы тебя выписали, как только начнёшь буянить. — Какаши-сенсей!

***

Мы шли рядом, шаг в шаг, по вымощенной гравием дороге — хруст камней под ногами звучал слишком громко и нервно в вечерней тишине деревушки, приютившей нас где-то на границе между Страной Огня и водяной слякотью чужих берегов. Ещё и Хатаке молчал, как партизан! — Сколько я была без сознания? — Четыре часа, — голос его звучал ровно. — Мы же ведь всё ещё при исполнении, да? Я вновь поймала себя на том, что была вынуждена сильно задирать голову, чтобы увидеть мужское лицо, не отражающее ничего, кроме этой вечной расслабленности. Чёртова многоэтажка, скажи уже, что с нашим заданием! — …Так вот, почему ты вся на нервах! — усмехнулся джоунин, наконец взглянув на меня, — Да. Тазуна-сан и ребята меня уговорили. Камень с души! Вот же был бы позор, если бы 7 команда всё-таки вернулась в Коноху с проваленным заданием! До гостиницы мы добрались быстро — посёлок был маленьким, почти игрушечным, и все его тропинки казались одинаковыми. Здесь до любой точки можно было дойти за пару минут, если не останавливаться и не смотреть по сторонам. Щёлкнув ключом, Какаши впустил меня в общие апартаменты, рассчитанные на шестерых. Просторное, но обветшалое помещение встретило тусклым светом ламп и чуть затхлым воздухом. Деревянные двухъярусные кровати стояли вдоль стен, а вещи уже были разложены кое-где у подножий — кто-то явно успел устроиться. Первым, кто бросился навстречу, был Наруто. Он чуть не споткнулся о свой собственный рюкзак, но это его не остановило: — Чана-чан! Ты как? — Спасибо, всё хорошо. Прошу у всех прощение за хлопоты… Да? — Можно с тобой поговорить? — вдруг подал голос Саске, вставая с кровати. Он не глядел на меня, только кивнул в сторону балкона. Не успев толком рассмотреть мрачноватую комнату, я оказалась на узком уличном балкончике, где с трудом помещались двое. Под ногами — разбитая плитка, вдоль перил — облупленная краска, а дальше, в сумраке, начиналась стена из соснового леса, стоявшая в гробовом молчании. — У меня что, на лице что-то не так? — я попыталась пошутить, но голос прозвучал слишком тихо, — Ты уже в который раз так на меня смотришь, будто что-то вычисляешь. Саске стоял, опираясь спиной о перила, одним плечом почти касаясь двери. Он проверил взглядом, не подслушивает ли кто изнутри, но, заметив не прекращающийся пристальный взгляд Сакуры, всё же сдался, начав говорить тихо, почти не шевеля губами: — У тебя изменился цвет глаз. Я впала в лёгкий ступор. Он сказал это так, будто в этом было что-то важное. Либо же это был лишь предлог, чтобы завязать разговор? Во всяком случае я почувствовала себя глупо из-за этого вопроса. — Может, просто освещение? — я слабо пожала плечами. — Нет. Раньше они были светло-карими, а сейчас потемнели. Ты точно здорова? — Саске, почему ты… — я уж было хотела нахмуриться, попрекнуть Учиху за лишнюю опеку, отшутиться, вот только в секунду погодя осеклась. — …Я поняла о чём ты. Всё хорошо. — последнее я проговорила с нажимом, оперевшись об балкон и потупив взгляд на свои перевязанные руки. Сначала меня напрягло такое внимание со стороны Саске. Для него это была вообще не характерная история — так явно за кого-то переживать. Но теперь я почувствовала себя совестно. Это случилось незадолго до того, как я попала в это тело. По чужим воспоминаниям в моей голове, настоящая Чана попыталась свести счёты с жизнью, не выдержав груз своего прошлого и резкого отдаления от неё Саске. А ведь он был для Судзуки по факту единственным близким человеком в деревне. К счастью, всё обошлось, Учиха подоспел к ней во время в тот момент. Но с тех пор его взгляд по отношению к ней — то есть теперь ко мне — изменился. И я до подлинно не знаю, что именно за ним стояло. Жалость? Забота? Страх? Разочарование? Мне не хотелось сейчас слишком сильно думать об этом. Хоть воспоминания были и не мои — давались они мне с необычайной тяжестью. — Я не думаю, что это то, о чём ты думаешь. — подала я голос. — Серьезно. Это, скорее… Просто, знаешь, с возрастом ведь всё меняется. Так, например, многие младенцы рождаются голубоглазыми, а потом через годик-другой становятся кареглазыми, а у стариков вообще глаза сереют… Но ты же не из-за этого меня позвал? — прищурившись, я постаралась разглядеть на сосредоточенном лице что-то этакое. — У нас же всё в силе? Вопрос был поставлен серьёзно, поэтому я сразу поняла, о чём зашла речь и, неуютно поёжившись от ветра, кивнула. За все эти года он никогда об этом Чану не спрашивал. Наверное, потому что раньше был в ней уверен. А сейчас из-за всего произошедшего, и моих изменений в характере в том числе, — начал сомневался. Здесь Саске был не единственным, кто пережил резню, случившуюся почти пяти лет назад. С моим появлением, в этот мир добавился некий клан ирьёнинов, к которому принадлежала Чана — то есть уже я, и из которого выжила также Инкуна, её старшая сестра, которая в течении этих лет так и не явилась в деревню, не смотря на то, что в квартире всё ещё стояла дополнительная для неё кровать. Клан полиции и врачей… Что же их связывало? Почему родители и все родственники Чаны ринулись в квартал на помощь, оказавшись полностью истреблёнными, как и их союзники? Этого я не знала, но, опираясь на сведения из головы, точно понимала, что двое, стоявшие сейчас здесь, пообещали после пережитого отомстить Итачи за содеянное. Но готова ли была я в теле этой Судзуки участвовать в убийстве человека, являющегося не таким однозначным персонажем, как кажется на первый взгляд? А стоило ли вообще толкать Саске на размышления о произошедшем с другой стороны? Этот юноша был тем ещё упрямцем, и мнение, не пересекающиеся с его, гений часто воспринимал в штыки. Но, может быть, пока он ещё не был так силён и не знал об Орочимару, стоило рискнуть и рассказать ему часть правды?

Мне не хватило на это духу.

Я струсила, потому смогла произнести только: — Мы разберёмся с этим, но прежде… Теперь мне важно узнать всё. — В каком смысле? — в голосе рядом скользнуло подозрение. — Я не сомневаюсь в нашей цели. Но теперь я хочу узнать всё до последней детали. Никто из нас, даже Инкуна, не знает всех подводных камней, и я, хоть убей, не поверю, что верхушка ничего не знала… — Ты пытаешь сказать, что Итачи сделал это не по своей воле? — в его голосе скользнул несгибаемый упрёк. — Серьёзно? — Я пытаюсь сказать, чтобы ты не переворачивал смысл того, что я говорю!.. Хотя, раз я так вспылила… — я заговорила тише, но это не мешало сокомаднику ловить каждое моё слово, — Может, я просто ещё где-то внутри хочу верить, что это всё неправда… Глупо, наверное, да? Саске молчал. Его лицо оставалось безмятежным, но пальцы сжались чуть крепче на холодном металле перил. Мы так и стояли, глядя в лес, каждый — в собственных мыслях. Воздух густел, вечер сгущался, и только когда небо окончательно потемнело, мы наконец решили вернуться внутрь.

***

Когда я поняла, что никак не могу повлиять на более мягкий исход этой миссии, наши дальнейшие приключения стали проходить для меня, как в тумане: нападения Забузы, прибытие в рыбацкую деревушку, изнуряющие тренировки по контролю чакры, бесконечные смены караулов при охране Тазуны. Где-то в процессе я замкнулась и стала проживать дни ужесточившейся миссии как бы со стороны, будто на автомате. Всё потому что детский азарт от перемещения в другой мир и восторг от способностей собственного тела ушли, ведь пережитое оказалось выше моих возможностей и психики. Слишком много сражений, физической нагрузки и крови. Голова вновь разрыдалась от вопросов, которые находили на меня в течении двух месяцев нахождения в этом мире — почему именно меня переместили сюда? Я не сомневалась, что для более активных фанатов такой шанс стал бы сбывшейся мечтой. Погрузиться в знакомую вселенную, поговорить с любимыми героями — это ведь круто, правда? Вот только, если честно, на деле они все оказывались «круты» только в бою, тогда как в жизни представляли из себя обычных людей. А сражения, которые так впечатляли на экране, оказались совсем не тем не тем же самым, когда ты попадал в их эпицентр, без права на паузу и вдох. Я не знала, не помнила, хотела ли изменить свою прошлую жизнь настолько, чтобы оказаться в чужом теле и в чужом мире. Может, память мне стёрли намеренно. Но одно ощущение всё равно оставалось — ощущение дома, покоя и нормальности, по которому тянуло так сильно, как никогда прежде. Особенно на контрасте с вечными тренировками, разборками между каге и шиноби, грязью и тяжелой работой. Я хотела вернуться туда. Хотела бы и дальше изнывать по несправедливости этого мира. Но вместо этого — пришлось вернуться к происходящему вокруг. Холодный ветер захлестал по лицу, пробираясь под одежду и покрывая коленки мурашками. Ледяные капли воды ощутимо барабанили по спине, а молочный туман то и дело загораживал обзор, — в воздухе царило напряжение, переплюнувшее испытание с колокольчиками и даже нападение тех бандитов в лесу. Потому что сейчас мы находились в моменте по-истине серьёзного сражения. Хаку, ученик бандита-речника Воды, поймал Саске и Наруто в ловушку внутри Демонических Ледяных Зеркал. Остальные же, в свою очередь, могли лишь смотреть, не в силах разрушить образовавшийся купол или хоть как-то помочь сокомадникам. И пусть я знала, что в каноне всё обойдётся… сейчас это не имело значения и звучало для меня скорее, как какая-то насмешка. Ох, если бы я только подготовилась лучше… *ВЗРЫВ С треском и грохотом зеркала разлетелись в стороны, туман рассеялся от мощной ударной волны, обнажив мост во всей его суровой бетонной реальности. Видимость резко улучшилась, и я сразу заметила Саске и Наруто, пока они вновь не скрылись, но на этот раз в буйном смерче огненного пламени. — Я НЕ ПРОЩУ ТЕБЯ! Голос Наруто, пропитанный яростью, сотряс воздух. Поток чакры оттолкнул Саске назад, и в тот миг что-то во мне щёлкнуло. Паника уступила место действию. Я сорвалась с места, не дав себе времени на сомнение. — Сумасшедшая! Куда тебя понесло?! — увидев, как я рванула вперёд, закричала Сакура, скрывая голос. Какаши не успел словить меня или броситься следом. За его спиной всё ещё стоял Тазуне и, едва сероволосый позволит открыться проходу, архитектор словит кунай так быстро, что упадёт навзничь уже будучи давно мёртвым. Я же, в силу паники или логики — не важно — не видела перед собой преград. Только путь, а в его конце — Саске. Обжигающий вихрь, к удивлению, расступился передо мной, и я увидела в нескольких метрах от себя существо. В этой фигуре проскальзывали знакомые черты, но я, на самом деле, больше не узнавала стоящего впереди ребёнка. Это был не Наруто, не тот шебутной мальчишка, всегда заказывающий себе по две порции рамена за раз, или задающий неуместные вопросы, нет.

Это был Лис.

Неконтролируемый Курама изменил голубые глаза своего сосуда на красный, заострив зрачок и превратив пластину на пальцах в когти. Ровная осанка пропала и сгорбилась, будто бы зверь подготовился к броску, собираясь напасть на того, кто пробудил внутри монстра такую ярость. Заметив меня, чудовище блеснуло кровавыми глазами и было готово вот-вот расправиться со мной в придачу, пока его не отвлёк крик. Крик, который принадлежал Саске, — на мальчике не было живого места, вся его синяя футболка была усеяна иглами! Дура, возьми себя в руки! Попытаться докричаться до блондина было бесполезно, да и я была готова скорее проглотить собственный язык, нежели чем хоть слово вымолвить рядом с такой опасностью. Поэтому, едва кьюби перевел взгляд с Учихи в сторону ученика Забузы, в мои виски ударил адреналин, а глаза вцепились в образовавшийся коридор. Вот он, лежит в нескольких метрах! Стараясь не дрожать, я встала на колени рядом и начала осторожно вытаскивать из него сэнбоны. Саске был без сознания, поэтому мне пришлось оттащить его подальше от эпицентра бойни, насколько я могла. После, быстро приложив ладони к его груди, я сосредоточилась. — Техника мистической руки… Чакра внутри послушалась и мои пальцы начали светиться еле заметным зелёным свечением. Я даже не думала, когда сделала это. Просто взяла и начала лечить, как могла и как помнила из того, чему меня учили ирьёнины из клана Судзуки. Он не умер. Слава богу. По канону Хаку должен был ранить Саске не смертельно, но когда он перевернулся из-за воздушной волны, которую создал Наруто, я чуть с ума в моменте не сошла. Иглы могли впиться в его тело сильнее, задев жизненно важные органы. Одно неверное движение — и всё могло пойти не так. Но, к счастью, обошлось. Внутреннее кровотечение было, но я могла его устранить без последствий. Чуть погодя, услышав вскрик вперемешку с отвратительным треском, я, не прекращая лечение, обернулась. Житель Воды смог встать после полученного удара от джинчурики, но при этом его белая маска раскололась, являя миру нежное лицо, который не знающий мог бы принять и за женское. Хаку был явно измотан, поэтому, когда Курама стал опасно разгоняться, даже не шелохнулся, будучи готовым принять на этот раз смертельный удар со стороны кьюби. В момент, перехвативший дыхание, казалось, что Лис и вправду убьёт подростка с феминной внешностью, потому я постаралась отвернуться, но не успела, — смуглый кулак остановился всего в паре сантиметров от врага. — Но… Почему? — подал голос брюнет, — Я почти убил твоего друга. Я собирался убить всех, кто был с тобой… Почему? — Потому, что я не хочу быть монстром! Конечно же, я знала, что он его не убьет. Не должен был, по крайней мере. Но от чиркнувшего напряжения я сейчас была готова упасть навзничь прямо рядом с Учихой. Опустив взгляд вниз и увидев, что Саске открыл глаза, я сдавлено пробормотала «Лежи», вновь сосредоточившись на лечении. — Что происходит? — слабо спросил брюнет, но ответить я не успела, ибо следом за этим послышался гром. Казалось, молния должна была ударить с неба, но всё произошло ниже и дальше, прямо позади. Наёмника больше не было рядом с Узумаки, — загородив возникшего из неоткуда Забузу, Юки прижался к Хатаке и не шевелился, пока по его пронзённой спине сказывались несколько маленьких дорожек крови.