Имбирный латте

Моросящий дождик никак не располагал к тому, чтобы выходить на улицу. Но работа ждать не будет: особенно, если учесть то, что вчера его заменяла Джессика и устроить себе еще один выходной, пусть и в воскресное утро, ну никак не получится. Фил щелкнул кнопкой включения электрического чайника, который тотчас загорелся зловещим красным. Открыв шкафчик, мужчина вынул стеклянную банку с кофе, развинчивая крышку, он обернулся к холодильнику, чтобы вынуть бутылку соевого молока. Почти врезавшись во все еще распахнутую дверцу шкафчика, Лестер наконец смог справиться с кофе. «Мне определенно нужен кто-то, кто будет закрывать шкафчики, иначе я разобью себе голову». Дэн достал руку из кармана с одной целью – поправить слетающий из-за сильного ветра капюшон. Дождь бил прямо по лицу, но искать спасения под зонтиком было бессмысленно, если, конечно, Дэн не собирается лететь на работу на своем зонтике, используя его в совершенно новом качестве – как метлу. Редкие прохожие маневрировали между улиц, также спеша в метро. Впереди маячила вывеска Старбакса. Открывая громоздкую стеклянную дверь, Дэн в очередной раз задумался о том, почему на логотипе изображена русалка, а не кит. Кит бы смотрелся куда гармоничнее; к тому же, киты вызывают доверие на подсознательном уровне: большие, миролюбивые и безопасные почти для всех (если планктон вообще подозревает о том, что он в опасности непосредственно перед тем, как он становится завтраком). Бариста был ему незнаком, нечасто у Хауэлла была возможность просто так, без повода зайти сюда. Но сегодня, в такой невыносимо мерзкий день, ему был жизненно (и анти-кризисно) необходим способ восполнить недостающую организму энергию. – Имбирный латте, пожалуйста, – и, предугадывая дальнейший вопрос, добавил, – с собой. Бариста улыбнулся, говоря: – Сейчас будет готово. Дэн приметил на его языке металлическую штангу, а точнее – шарик, который наверняка причинял большие неудобства владельцу. В голову сама собой пришла мысль, что соулмэйту этого паренька повезло, если их связывает зрение или слух; не каждый оценит постоянный металлический привкус во рту. Пару лет назад Хауэлл бы не отказался от такого аксессуара сам, но решимости хватило только на то, чтобы проколоть уши, в которые он до сих пор вставлял черные гвоздики. В остальном же он пытался верить матери, которая утверждала с гордостью: «Теперь ты готов к взрослой жизни, из тебя выйдет отличный юрист», продолжая исправно посещать университет, где, не испытывая почти никакого интереса к юриспруденции, Дэн продолжал свое обучение. Бариста, на бейдже которого значилось краткое «Джо», спросил: – Ваше имя? – Дэн. Юноша чиркнул маркером три буквы и большой смайлик с кошачьими усами. Хауэлл поблагодарил: – Очень мило вышло, благодарю вас. Отпивая из стаканчика горячий напиток, Дэн вздрогнул; на нёбе наверняка появился мерзкий пузырь. К тому же, он резко почувствовал привкус соевого молока. Фила удивило то, что вместо привычного послевкусия растворимой гадости, он пьет что-то вроде… имбирного латте? Да, у его соулмэйта определенно осенняя хандра и отличный вкус. Лестер впервые чувствовал его – он всегда был уверен в том, что рано или поздно к нему вломится разъяренный парень со словами: «Хватит питаться мексиканскими полуфабрикатами!», – настолько близко. Надев шапку и яркий дождевик, Фил выбежал из дома. Его уже ждали на студии: согласно сложившейся за годы его работы традиции, если в вечерних новостях на прогнозе был Фил в его неизменной синей рубашке, утром из-за туч выглянет солнце. Спустя неделю Фил чувствует вкус жареной картошки. В животе урчит. Именно поэтому, выходя из телестудии, он спешит в магазин. Что-то пустяковое, вроде печенья, новой банки кофе и чипсов уже лежит на дне продуктовой корзинки. Долго и придирчиво Лестер выбирает замороженную пиццу. Дома, грея ее в духовке, он думает о том, что можно создать собственную съедобную азбуку для отображения эмоций. Убирая чипсы в шкаф, взглядом Фил натыкается на банку консервированной фасоли. Фасоль в этой азбуке определенно будет означать грусть. Когда Лестер чувствует на языке вкус имбирного латте в очередной раз, он вдруг понимает, что чувствует и запах тоже. Не так много людей пьют что-то подобное по утрам. До ближайшей кофейни было метров четыреста, да и не может вблизи нее стоять настолько сильный запах только одного определенного кофе. Он бросается в глаза сразу: с натянутым на голову капюшоном, перекинутой через плечо сумкой-почтальонкой, на ремне которой были закреплены наушники. Его пальцы покрасневшие от холода. И он определенно единственный человек с фирменной кружкой Старбакса в руке. Фил теряется на пару секунд; ну не может же он просто положить руку на плечо и сказать: – Я твой соулмэйт. Поэтому Лестер отходит в сторону, пытаясь как можно незаметнее отойти от толпы. Незнакомец отбивает по крышке какую-то мелодию, переходя дорогу. Как только объект слежки (Лестер не может поверить в то, что сейчас сталкерит какого-то парня просто потому, что у него в руке кружка из кофейни) переходит дорогу, Фил направляется за ним. Несколько метров спустя парень тормозит на очередном переходе. Проезжающая мимо машина наезжает колесом на лужу, разбрызгивая вокруг мутную воду. Юноша чертыхается, пытается одной рукой очистить куртку, и проливает кофе. Все, на что хватает Фила, это начать разговор простым: – Давай я помогу? И вынуть из рюкзака влажные салфетки; он покупал их в магазине игрушек, потому что случайно поранился обо что-то, именно поэтому упаковку украшал Ледяной Джек из «Хранителей снов». Сам мультфильм Лестер пересматривал около семи раз, но об этом он предпочитал не распространяться. Незнакомец, к его удивлению, помощь и салфетки принял. Взглянув на упаковку, он, продолжая оттирать грязь от темной куртки, сказал: – Санта и Кролик вышли крутыми. Фил рассмеялся: – Спешишь? Мы могли бы выпить чаю или что-то вроде того? Из головы как-то вылетел эфир, и то, что группка девушек-гримерш ищет их «солнышко» по всей студии. Дэн замирает, а затем пристально смотрит ему в глаза. Медленно качая головой, парень поясняет свой отказ: – Мне к первой паре сегодня. У него звонит телефон. Хауэлл выглядит раздраженным, когда откидывает крышку старенького самсунга: – Да, Крис? Фил чувствует себя по-дурацки: он уже мог бы ретироваться куда подальше, но он все еще ощущает привкус имбиря и – такой давно забытый – настоящего цельного молока. Поэтому он терпеливо ждет, пока Дэн заканчивает говорить, убирает телефон в карман и вдруг предлагает: – Хочешь поужинать сегодня? Ощущая себя счастливым, Лестер говорит «да», на всякий случай предупреждая: – У меня непереносимость лактозы. – На пиццу она не распространяется? Фил смеется в ответ. Продюссер возмущен, потому что снимать приходится сразу в прямом эфире. Джессика шепчет: – Ты сегодня слишком счастливый, – и добавляет, ухмыляясь такому заметному румянцу на щеках ведущего прогноза погоды, – тебе идет синий. За его спиной – карта всего Королевства; когда Фил произносит: – В Глазго завтра будет солнечно. Впервые за эту неделю солнце не скроется за тучами сразу после полудня, – он светится сам. Дэн решает, что он больше не может выносить такого количества пар по праву в неделю, именно в тот момент, когда сбегает с него. Первый раз за два года он самым наглым образом прогуливает. Когда Дэн стоит в паре метров от Манчестерского Колеса Обозрения, телефон пиликает, извещая о новом сообщении. «Ты не сказал мне своего адреса». «Придешь к колесу обозрения?». Дэн нажимает на «отправить», а спустя десять минут слышит смех парня, который только сегодняшним утром протянул ему пачку салфеток с героями популярного мультфильма. Когда Лестер утром ест батончик со вкусом банановых мюслей, Дэн пьет кофе и морщится: – Не люблю бананы. А затем смотрит на Фила, который кусает батончик, запивая его соевым молоком, которое он потягивает через соломинку. Хауэлл не удивляется. Он ждал чего-то подобного еще с того дня, когда начал почти постоянно ощущать вкус соевого молока. Хауэлл не удивляется, Хауэлл лишь обнимает Фила, чувствуя то, как он выдыхает ему в шею. Когда Фил торопится на эфир в очередной раз, он почти наливает в свой кофе обычное молоко; от того, чтобы врезаться в открытую дверцу шкафчика, его спасает Дэн. Он просто закрывает его, с недоумением смотря на Лестера, который выглядит так, словно бы он приготовился к удару. – Все хорошо? – Ты только что спас мою светлую голову от столкновения с дверцей шкафчика. Фил улыбается простой мысли: «Теперь голову я точно не разобью» и предлагает Дэну укусить свой тост. Хауэлл читает сценарий для очередного видео; счетчик его подписчиков ползет к шести миллионам. Фил больше не ведет прогнозы погоды по утрам. У него теперь свое шоу на радио, и он только за: наконец, можно вести программу в простой футболке с черепашками-ниндзя.