Кокон

      Он лежал на сырой земле, лицом вниз, вдыхая затхлый запах опавшей листвы. Открыв глаза, Акаши увидел перед собой лишь тьму, и только через минуту разобрал перед своим носом изогнутые корни деревьев, что были в земле и над ней. Перевернувшись и сев, парень изумленно огляделся по сторонам и понял, что находится в лесу. Утро только занималось, редкие лучи едва проскальзывали в чащу.       Поднявшись на ноги, юноша покачнулся и прижался к широкому стволу ближайшего дерева. Ему было холодно, а изо рта валил пар. Но это волновало его гораздо меньше чем то, как он здесь очутился.       – Я же был у себя дома… – ошеломленно выдохнул Сейджуро, поустойчивее вставая на ноги. Они с Куроко играли в сёги, затем он остался один, а потом пришёл Кагами.       «Он набросился на меня, и я почувствовал, как что-то иное завладевает мной. Но почему же я оказался в лесу?»       Так и не вспомнив, Акаши снова осмотрелся, пытаясь понять, в какой же стороне находится его дом. Стало немного светлее, и парень вдруг увидел, что кора дерева, возле которого он стоял, буквально рассечена глубокими порезами, словно её разодрал дикий зверь.       «Медведь, не меньше, – глядя на царапины, подумал Акаши. – Но они здесь не водятся. Что же тогда…» – он приложил ладонь к этим следам, и увидел, что кончики его пальцев содраны в кровь. Не веря своим глазам, Акаши отнял руку и приблизил обе ладони к глазам. Так и есть. Все десять пальцев окровавлены, а кожа на ладонях исцарапана и ободрана. И расстояние между этими царапинами на коре такое же, как между его пальцами…       – Не может быть… – сопоставив все факты, Сейджуро пришёл к ужасающему выводу. Он смотрел на свои ладони несколько минут, пытаясь понять, зачем же это сделал, и как вообще оказался в лесу.       «Бесполезно. Я снова ничего не могу вспомнить. Может быть, Кагами что-то сделал со мной? – торопясь домой, размышлял Акаши. – Если подумать, то перед тем, как я отключился, будто видел своё отражение, но с жёлтыми глазами. И он назвал меня альфой… Правда ли, что я мог быть им? Хотя бы на несколько мгновений…»       В доме стояла тишина. Сейджуро, чувствуя себя вором, осторожно проник внутрь, прошел в гостиную и осмотрелся. Удостоверившись, что здесь всё в порядке, он бесшумно поднялся на второй этаж и скрылся в ванной. Его пальцы до сих пор кровоточили, да и остальные ранки были ещё свежими. Вымыв и продезинфицировав ладони, он перевязал каждый палец и вернулся в свою спальню, после чего лёг на кровать. Спать ему не хотелось, хотя ещё было раннее утро, думать он тоже не мог, поэтому просто лежал и смотрел в потолок, пока дом не наполнила жизнь.       – Что это? – за завтраком Тецуя невольно улыбнулся, глядя на перебинтованные пальцы Акаши. – Ты решил последовать примеру Мидоримы-куна?       – Не совсем, – уклончиво ответил тот и, взяв в руки вилку, внезапно уронил её, понимая, что пальцы совсем онемели. Вдобавок к этому, бинты начали окрашиваться кровью, и Куроко взволновался не на шутку. Он подбежал к Акаши и, присев подле него, взял его кисть в свои руки.       – Где ты так поранился? – ужаснулся Тецуя, видя его увечья.       – В лесу, – пространно ответил тот, смотря куда-то в сторону.       – И что же ты делал в лесу? – Куроко поднял на него глаза и нахмурился.       – Гулял, наверное, – пожал плечами Сейджуро.       – Что значит «наверное»? – не унимался Тецуя, проявляя несвойственную для него настойчивость.       – Похоже, я страдаю лунатизмом или что-то вроде того. Наверное, последствия комы, – Акаши снова перевязал свои пальцы. – Вчера после партии с тобой я, похоже, уснул, а проснулся уже сегодня в лесу. Абсолютно не помню, как там оказался.       – Так ведь… было и с Кагами-куном? – отстранившись, Тецуя поднялся на ноги и отошёл от брата. – Тогда ты тоже не помнил, как убивал его.       – Да. Ощущения очень схожи, – тут же согласился Акаши. – Сначала сильная ярость, а потом небытие. Хорошо, что в этот раз пострадали лишь деревья, – вздохнул он.       – Ты точно был один? – настороженно спросил Тецуя.       Акаши отвёл взгляд, смотря куда-то в угол. На самом деле всё это время он был с Кагами, но сказать об этом Куроко – значит признать себя сумасшедшим.       – Да, рядом со мной из живых не было никого, – выпив только кофе, он поднялся на ноги и вышел из-за стола.       – Акаши-кун, ты снова что-то скрываешь от меня… – тоже не чувствуя аппетита, грустно произнёс Тецуя, глядя в свою тарелку. Однако, как только Сейджуро скрылся из вида, парень вскочил на ноги и, бросившись в свою комнату, схватился за телефон.       – Ну давай же, возьми трубку, Аомине-кун… – слыша длинные гудки, он нервничал всё больше, а сердце всё быстрее стучало в груди. И вот, когда он уже хотел бросить телефон и помчаться к другу домой, на том конце лениво раздался сонный голос.       – Да?..       – Аомине-кун! – Тецуя от возбуждения даже подпрыгнул. – С тобой всё в порядке?       – Тецу? – удивился друг. Похоже, он до сих пор не открыл глаза. – Ты чего так рано? Нет, не в порядке, ты меня разбудил.       – Но ведь уже девять… – рассеянно пробормотал Куроко, падая на кровать и облегчённо улыбаясь.       – И что? Для меня это рано, – послышался зевок, и Дайки что-то пробубнил.       – Хорошо, тогда прости меня, – мягко произнёс Куроко. – В следующий раз буду смотреть на часы, прежде чем тебе звонить.       – Не прощу, – проворчал Аомине. – Если не сходим куда-нибудь. У тебя ведь сегодня свободный день?       – Да, но… – Куроко задумался, вспомнив о состоянии Акаши. Он снова странно ведёт себя в последнее время.       – Слушай, сегодня же начинаются матчи по уличному баскетболу! – внезапно проснулся Дайки. – Я три месяца этого ждал. Пойдём, а? Заодно отработаем нашу комбинацию.       – Было бы неплохо, но… – Тецуя снова замялся, а Аомине, казалось, понял всё по его голосу.       – Акаши тоже может пойти. Конечно, не хочется видеть его каменное лицо, но если ты так волнуешься о нём, – с некоторой иронией произнёс Дайки.       – Вряд ли он сможет сегодня играть. И на ближайшем матче тоже, – мрачно признался Куроко.       – Что случилось? – Дайки тоже изменил тон.       – Он повредил пальцы. Сегодня даже нож не смог держать в руках. Думаю, там всё серьёзнее, чем кажется.       – И как же он это сделал? Сунул руку под миксер? Или копал ночью землю? – усмехнулся Аомине.       Куроко ненадолго замолчал, чувствуя, что они подобрались к сути всего происходящего.       – Дело в другом. Понимаешь… – Тецуя осекся, осознавая, что зашёл слишком далеко. Вдобавок, за дверью послышались торопливые шаги. Ему так хотелось поделиться своими сомнениями с кем-либо, что он совсем забылся.       – Позже расскажу, – пробормотал Куроко и отключился, слыша в трубке разъяренный голос друга.       – Акаши-кун… – он выскочил из спальни, перехватив брата в коридоре. Остановившись, тот медленно развернулся.       – Всё нормально, если ты об этом, – Сейджуро приподнял руку и шевельнул пальцами. – Я их снова перевязал.       – Может, стоит сходить в больницу?       – Брось, это всего лишь царапины, – усмехнулся он. – От этого ещё никто не умирал, – Акаши снова двинулся вперёд, как вдруг опять остановился и развернулся. – Или ты имеешь в виду, к другому врачу? – медленно спросил он, а его глаза наполнились незнакомой тьмой.       Куроко, поняв, на что тот намекает, замотал головой, однако слегка побледнел. Может, Сейджуро ненароком услышал его разговор с Аомине?       – Ты куда-то уходишь? – замечая, что тот одет, спросил Тецуя.       – Да, хочу кое-что проверить, – уклончиво ответил Акаши и быстро спустился по лестнице вниз. Тецуя, подождав несколько минут, тоже вышел из дома, решив проследить за братом.       Он не выпускал из вида красноволосый затылок, но держался на расстоянии от него. К счастью, природа была на стороне Тецуи, и ветер дул в лицо, не позволяя Акаши уловить запах омеги. Сначала Куроко показалось, что тот просто гуляет: парень медленно шёл вперёд, без определённой цели. Однако, когда они добрались до опушки леса, а затем вошли в чащу, Тецуя понял, что Сейджуро что-то разыскивает. Тот осматривал каждое дерево и хмурился, когда не находил того, чего искал. Но, через некоторое время, когда деревья обступили их со всех сторон и стали выше и толще, едва пропуская солнечный свет, Акаши остановился.       – Здесь… – прошептал он, подняв руку и коснувшись мощного ствола. Тецуя, стоя слишком далеко и скрываясь за деревом, не мог разглядеть, что там увидел Акаши. Однако, вспомнив утренний разговор, догадался.       «Должно быть, царапины, о которых он говорил», – подумал Тецуя и рискнул подобраться поближе.       – Довольно далеко от дома, – уловил он бормотание Сейджуро. – Я никогда не был в этом месте. Ты специально увел меня сюда? – внезапно он развернул голову и посмотрел в сторону Куроко. Тецуя едва успел прижаться к дереву, чувствуя, как сердце ушло в пятки. Похоже, брат его заметил. Или… нет?       – Чтобы я не перевернул дом вверх дном? – усмехнулся Акаши, опуская руку. – Не ожидал от тебя такой заботы. Или ты боялся, что я причиню вред Куроко?       «С кем он говорит? – снова выглянув из-за дерева, Тецуя прищурил глаза. Сейджуро отвернулся от него и теперь ходил между деревьев, задавая вопросы в пустоту и получая лишь ему ведомые ответы. – Ведь явно не со мной, а кроме меня здесь никого нет…»       – В следующий раз, когда вздумаешь поиграть со мной, предупреждай заранее, Кагами.       «Кагами?!» – расслышав последнюю фразу очень ясно, Тецуя невольно вздрогнул и снова посмотрел на брата. Теперь тот стоял, прислонившись спиной к дереву и сложив руки на груди. Он смотрел прямо перед собой, даже чуть приподнимал голову, будто собеседник, стоявший напротив, был выше его.       «Значит, это был не сон? Он и правда говорит с ним?!» – ошарашенно подумал Куроко, постепенно выходя из чащи и продвигаясь к дому. Парень не стал дослушивать этот разговор, чувствуя, что тот подходит к концу. Тем более, он всё понял, и эти сведения отнюдь не принесли ему облегчения.       Добежав до своего дома, юноша взлетел наверх и заперся в своей комнате, с трудом выравнивая дыхание. Через несколько минут он услышал, как вернулся Акаши, а вскоре тишину наполнили звуки скрипки. Придя в себя, Куроко вновь схватил телефон и набрал последний номер.       – Мы можем встретиться, Аомине-кун?