Кокон

      Тецуя вернулся домой позднее, чем обычно. И дело было не в затянувшейся тренировке, а в том, что он думал об Аомине не просто, как о друге, а как об альфе. Несомненно, между ними есть какая-то связь, но достаточно ли её, чтобы быть парой? Когда они встретились с Кагами, то чувство вспыхнуло не сразу, оно рождалось постепенно, возможно, и с Аомине будет так же. А вдруг у него есть шанс стать истинным альфой?       – Всё в порядке?       Тецуя, застыв посреди гостиной, внезапно осознал, что находится здесь не один. Акаши, отложив скрипку, подошёл к брату, внимательно смотря на него.       – Ты вернулся позднее, чем обычно, – заметил он.       – Да, тренировка затянулась. Мы отрабатывали новую комбинацию, – вздохнул Куроко, ощущая запах дома. Здесь ему сразу стало спокойнее.       – Тренировка… – в задумчивости протянул Акаши, смотря сквозь Тецую. – С Аомине?       Юноша кивнул, снимая с себя верхнюю одежду.       – Ясно, – Акаши, перестав смотреть на него, опустил глаза и вернулся к камину, возле которого оставил скрипку. – Ужин будет через полчаса, – предупредил он.       – Хорошо, я тогда спущусь к этому времени, – кивнул Тецуя и, подобрав свои вещи, поднялся наверх. Ему внезапно захотелось умыться холодной водой, потому что лицо запылало. Быстро переодевшись, он прошел в ванную, включил кран и, набрав воды в ладони, ополоснул лицо. Потом ещё раз, и ещё, пока кожа не стала холодной, как вода.       «Странно, от чего такое волнение?» – вытираясь полотенцем, подумал Тецуя. Он взглянул на себя в зеркало, чтобы убедиться, что лицо не красное, и вдруг заметил на своей шее отметку, что осталась после поцелуя Аомине.       «Как… неловко», – почувствовав смущение, Куроко вышел из ванной и, пройдя в свою комнату, отыскал свитер с высокой горловиной. Надев его, юноша снова посмотрел на себя в зеркало. Красноватой отметины больше не было видно. Однако…       «Если Акаши-кун заметил её, то подумает, что я намеренно скрываю от него. Как же так вышло? – Тецуя удрученно вышел из спальни и спустился вниз, к ужину. – Ведь между нами ничего нет, а со стороны выглядит иначе…»       – Что-то не так? – заметив его отрешенное состояние за ужином, как ни в чем не бывало спросил Сейджуро. – Ты почти ничего не съел. Сказать повару, чтобы заменил блюда?       – Нет, – очнувшись, Куроко опустил глаза в тарелку и тут же почувствовал сильный голод. – Просто задумался, – криво объяснил он и приступил к ужину. Судя по тону, Акаши ничего не заметил, либо предпочел это скрыть. С той роковой ночи прошло уже много времени, а они ещё ни разу не поднимали эту тему. Может быть, всё действительно не так страшно, как он думает. Они с Акаши не ставили каких-либо условий, и оба – свободны.       «Но почему мне так неловко при нём?» – как только ужин подошел к завершению, Тецуя, поднявшись на ноги, хотел убежать к себе, однако брат его остановил.       – Не сыграешь со мной одну партию? – Акаши указал на сёги.       – Ты же знаешь, какой из меня игрок, – тихо пробормотал тот.       – Ты лучше многих, с кем мне приходилось играть, – возразил ему брат и, пройдя к камину, опустился в кресло. Тецуя, слегка помедлив, всё же присоединился к нему. Сейджуро был прав: несмотря на то, что Куроко старался держаться в стороне, его логические навыки были на хорошем уровне, поэтому он мог стать очень достойным соперником, как и в баскетболе, если бы больше тренировался. Но Куроко предпочитал в свободное время читать книги, нежели играть в сёги. Это занятие его не так привлекало, как старшего брата.       – Сегодня после тренировки я столкнулся с Ниджимура-саном, – прерывая молчание, признался Тецуя. – И, похоже, ты ему нравишься, Акаши-кун.       Сейджуро, задумавшись над ходом, поднял на брата глаза и посмотрел так, будто тот сказал какую-то глупость.       – Удивительно, – в итоге бесстрастно произнёс он.       – Нет, здесь нет ничего удивительного, – Куроко в отличие от него был предельно серьёзен. – Это уже не в первый раз, когда альфа обращает на тебя внимание. Я не говорил тебе, но Маюзуми-кун ещё на выпускном сказал, что испытывает к тебе безответные чувства. Он даже навещал тебя, когда ты лежал в коме.       – И что? Хочешь, чтобы я встречался с альфой? – улыбнулся Акаши, пожирая его фигуру. – Бесполезно. Как бы интересен я не был Ниджимуре, когда он встретит истинного омегу, ему просто снесёт голову, и о бете он даже не вспомнит.       – Откуда ты знаешь? Ведь не всё строится на инстинктах, – Тецуя тоже попробовал атаковать, но провалился. – Может, он вообще никогда не встретит своего омегу.       – Я поговорю с ним и решу эту проблему. Меня не интересуют альфы, – он посмотрел на брата так, что того бросило в жар. Тецуя опустил глаза, сосредотачиваясь на игре и чувствуя, как заколотилось сердце. Странно, что они вообще могут так спокойно говорить о других, зная, что между ними произошло.       – Тебе не жарко? – спустя несколько минут напряженной партии, спросил Сейджуро, указывая на его свитер.       – Нет, всё в порядке, – проговорил тот, пытаясь сосредоточиться на игре. Однако и здесь Акаши оказался прав: парню было невыносимо жарко, а спина так вообще оказалась мокрой. Во-первых, он сидел прямо у камина, во-вторых, Акаши смотрел так пристально, что бросало в дрожь, а в-третьих, игра требовала затрат энергии, хоть была не такой активной, как баскетбол. Всё это смешалось в нём и не давало покоя. К тому же, оставшись с братом наедине, Куроко почувствовал, как его захлестывают воспоминания о той ночи. Тецуя стремился как можно быстрее закончить игру и уйти, но Сейджуро будто намеренно затягивал и не давал ему проиграть. В итоге, промучившись ещё несколько минут, Тецуя всё же проиграл. Облегченно вздохнув, он поднялся на ноги.       – Пожалуй, я все же пойду к себе, – не смотря на брата, сказал он.       – Хорошо, – кивнул тот, убирая фигуры. – Доброй ночи.       – И тебе, – пожелал Куроко и отправился наверх.       Оставшись один, Сейджуро бросил сёги и, закрыв глаза, откинулся в кресле. Его тело начало погружаться в какой-то океан, наполненный яростью, завистью и ревностью. Прежние разрушающие чувства, о которых он почти забыл, вновь начали разрывать и мучить его. Подобные ощущения он испытал, когда увидел брата с Кагами в раздевалке спортзала. А теперь… то же самое происходит с Аомине. Та отметина на его шее, которую он так тщательно пытался скрыть, появилась не просто так. Вот только… они лишь целовались, или зашли дальше?       «Нет, Куроко так бы не поступил, – Акаши с силой стиснул подлокотники, сдерживая свои эмоции. – Он осторожен и не любит торопить события. Так было с Кагами и…»       – Но с тобой так не было, – раздался знакомый голос, и Акаши, открыв глаза, увидел, что рядом с камином стоит Кагами, держа в руках семейную фотографию. Сейджуро настолько привык к его обществу, что теперь даже не удивился.       – Да, мы поддались страсти, – согласился парень. – Но это не значит, что с другими Куроко будет вести себя так же.       – Интересно, а как поведёшь себя ты? – Кагами вернул фотографию на место и лукаво посмотрел на Акаши. – Получается, ты популярен у альф не меньше, чем Куроко.       – Боюсь, разочарую их всех, поскольку все мои мысли занимает лишь один альфа, – иронично проговорил Сейджуро, отвечая Кагами недовольным и слегка презрительным взглядом.       – Хаха, приму это за комплимент, – рассмеялся тот, а потом снова посерьёзнел. – Боишься, что он останется с Аомине?       – Не боюсь, но меня трясет лишь от одной мысли об этом, – признался Акаши, чувствуя, как начали дрожать руки. – Я чувствую себя ничтожеством, но не могу подавить это.       – Так выпусти наружу, – предложил Кагами. – Ты всегда держишь всё в себе, пытаешься казаться крутым лидером, который контролирует всё и вся, – покривился Тайга. – Но делаешь хуже лишь себе. Знаешь, в чём разница между нами? – взглянув на него, спросил парень. – В том, что я могу справиться с собой, а ты – нет.       – Выпустить всё наружу? – Акаши поднялся на ноги и приблизился к собеседнику. – Да, я уже готов это сделать. Но что если кто-то окажется рядом со мной?       – Сейчас здесь никого нет. Выпусти пар на мне, – Тайга развернулся к нему и указал на свою грудь. – Как ты это сделал тогда.       – Я не хочу выпускать пар подобным образом, Кагами, – сквозь зубы прошипел тот. – Не хочу превращаться в монстра!       – Что ж, тогда я помогу тебе расслабиться, – ухмыльнулся тот и, схватив Сейджуро, завалил его. Не ожидая такого нападения, Акаши не устоял на ногах и рухнул прямо на стол, где лежали его сёги. Он не почувствовал боли, хотя упал на коробку, а несколько фигур впились в спину и руки.       – Всегда мечтал так сделать, – прорычал Кагами и, замахнувшись, от души заехал кулаком по лицу Сейджуро, разбивая его губы в кровь. Акаши почувствовал, как ярость и злость вспыхнули в нём с новой силой и окатили горячей волной, однако он не ответил, а лишь прямо смотрел на Кагами.       – Только не говори мне, что ты этого заслуживаешь! – разозлившись, тот схватил парня за грудки и, подняв на ноги, приложил к стене. Акаши буквально услышал, как хрустнули его кости, затем почувствовал ещё один удар, затем ещё и ещё…       – Давай же, выходи! Покажи свою истинную сущность! – последний удар вышел самым мощным, и Акаши, ощутив, что задыхается от ярости и боли, внезапно понял, что внутри него что-то произошло. Что-то лопнуло и начало выливаться наружу, сливаясь с его кровью и заполняя тело. Он мгновенно почувствовал нечеловеческую силу и такую власть, что готов был свергнуть весь мир. Это чувство абсолютного превосходства и вседозволенности пьянило и погружало разум в небытие. Тело двигалось само и не нуждалось в приказах хозяина. Потому что теперь у него был другой хозяин.       – Наконец-то… – восторженно прошептал Кагами, видя перед собой пылающие золотистые глаза. Акаши отбросил его с такой силой, что Тайга отлетел на другую сторону гостиной. – Вот мы и снова встретились, господин альфа, – он облизнул солоноватые губы и криво усмехнулся, видя, что Сейджуро снова наступает на него. – Теперь бой будет равным…