Одна прерванная линия

– Я усыпил его, Дин, – зайдя за спину Сэма, Кастиэль нахмурился. – Я подумал, что так будет лучше, пока мы… будем это вытаскивать. Сзади есть еще один гвоздь. – Я знаю, – убитым голосом сказал Дин. – Этот сукин сын постарался, чтобы я видел все… – скривившись, он осторожно взялся за рукоятку ножа, пронзившего руку Сэма, – …чувствовал каждое чертово движение, которое он заставлял меня делать. Господи, Сэм, – стиснув зубы, он потянул за нож, стараясь не думать о тошнотворном хлюпанье, с которым лезвие вышло из тела Сэма. – Ты же сможешь вылечить его, верно? Кас? Скажи, что ты сможешь все исправить. Кастиэль кивнул, расслышав в голосе Дина отчаяние, граничившее с паникой. – Да, Дин. Я исцелю его раны, но… – Очищение он должен будет пройти сам, – Дин посмотрел на гвоздь, торчавший из руки Сэма. – Дай мне клещи. Они… они на том проклятом столе, – инстинкт говорил ему, что надо поскорее осмотреть раны, остановить по возможности кровь, но сейчас приходилось просто ждать. Кастиэль залатает все телесные повреждения Сэма, как только будут устранены инородные предметы. Нагнувшись, Дин начал распутывать ноги брата, в то время как ангел вытаскивал штырь из его плеча. – Дин, – Кастиэль передал ему клещи через плечо Сэма, а сам стал осторожно развязывать правую руку, скользя липкими пальцами по окровавленной веревке. – Это моя вина, – тихо сказал Дин, глядя на татуировку на груди Сэма. Не залитая кровью картинка казалась ему живым укором. – Кому как не мне помнить об этом. Я должен был следить за своей татуировкой. Пока старший охотник возился с гвоздем, Кастиэль положил руку ему на плечо и как мог исправил ситуацию. – Теперь она снова целая. Дин ощутил, как волна тепла, исходящая от руки ангела, устремилась ему на грудь и рассеялась. С тяжелым вздохом он швырнул в угол железку и нагнулся, чтобы удалить последний гвоздь из бедра Сэма. – Слишком поздно, Кас. Что сделано, то сделано. – Зажав клещами гвоздь, он поднял взгляд, услышав тихий стон Сэма. – Черт. – Скорее, Дин, – Кастиэль снова сжал в ладонях голову Сэма, готовясь исцелить его сразу же, как только гвоздь будет извлечен. Ухватившись покрепче, Дин вытащил гвоздь; из раны хлынула кровь. Сэм с криком очнулся, и Дин увидел, как под действием ангельской силы раны практически мгновенно стали затягиваться. Дин перехватил одну руку брата, которыми тот замолотил воздух. – Спокойно, Сэмми. Не дергайся! Сэм судорожно вздохнул. Он готов был снова вскрикнуть, но внезапно почувствовал, как знакомое тепло течет по его телу, концентрируясь в местах мучительной боли, и та отступает, оставляя после себя лишь смутно-неприятное ощущение, уже начинающее слабеть. На секунду он встретился взглядом с Кастиэлем, а потом закрыл глаза, всхлипнув от облегчения. – Кас, – слабо выдохнул Сэм. – Спасибо. – Какое-то время ты будешь чувствовать слабость, Сэм, – сообщил ему Кас и, нахмурившись, отстранился, тщательно избегая взгляда Дина. – Раны залечены, но я не могу полностью устранить последствия потери крови. – Не можешь? – закончив развязывать теперь уже здоровую руку брата, Дин обернулся и встревожено посмотрел на Кастиэля. Кас уже открыл рот, но Сэм опередил его. – Демонская кровь. Верно? – он взглянул на ангела, и тот кивнул. – Вот черт, – рявкнул Дин. Рука Сэма дернулась в его руке, и он обуздал свою злость. Сэм не заслужил этого – на этот раз не заслужил. – Это не твоя вина, Сэм. Ты спас мою задницу. Жаль, что я… – Дин провел рукой по волосам и встретился взглядом с измученными глазами брата. – Блин, Сэмми. Прости. Сэм покачал головой. – Нет. Я должен был проверить твою татуировку, после того как тебя цапнул Адский Пес, – он содрогнулся, вспомнив, что в тот момент он чуть было не увидел, как Дин умирает у него на глазах. – Я не подумал… я должен был. Прости. При виде виноватого выражения на лице младшего Дин покачал головой. Не обращая внимания на Кастиэля, он притянул к себе Сэма и на секунду просто сжал его в объятиях. Только Сэм мог найти повод ненавидеть себя после того, как его пытал собственный брат. – Ты ни при чем, – тихо сказал он. Он немного отстранился и ждал, не отпуская голые плечи Сэма, пока тот не посмотрел на него. – Ты сохранял хладнокровие, старик. Ты десять раз мог потерять его, но не потерял. Ты оставался спокойным, ты… – прервавшись, Дин с горделивой улыбкой покачал головой, – …ты вешал лапшу на уши тому ублюдку, пока он кромсал тебя. Ты нашел способ вызвать сюда Каса, и ты спас нас, Сэм. Черт, по сути, чувак… ты снова спас мир. – Если бы демон, вернувшись в Ад, рассказал Кроули о вас и об Испытаниях, скорее всего, вы оба были бы уже мертвы, – уверенно сказал Кастиэль, надеясь, что Сэм примет это за чистую монету. – Его надо было остановить, иначе все оказалось бы напрасно. – Он был у меня в голове, Сэмми, – Дин снова перехватил его взгляд. – Был в бункере. Он знал о Кевине и Гарте. Сэм медленно кивнул и положил руку Дину на плечо, заметив, что того пробирает дрожь. – Ладно. Ладно. Я понимаю, но… может, ты дашь мне свою куртку, старик? – он вымученно улыбнулся, отчего старший брат фыркнул. – Дам, – отпустив его, Дин стянул с себя куртку. Передав ее Сэму, он смотрел, как тот надевает ее дрожащими руками. Сэм все еще был очень бледен, и Дину не нравилось, что ему холодно. Несмотря на помощь Каса, он все еще мог быть в шоке после пережитого, не говоря уже о потере крови. – Где? – Сэм плотнее запахнул на себе куртку, радуясь ее теплу и черпая спокойствие в знакомом запахе кожи с нотками оружейного масла – запахе, который всегда означал для него безопасность. – Где я буду… в смысле, у нас больше нет бункера Бобби. – На самом деле, он не сильно огорчался. Он не был уверен, что ему хватит духа войти в ту комнату, зная, что его ожидает. Обхватив себя руками, Сэм встал, чувствуя настоятельную потребность оторваться от этого стула. – Че… черт, – он покачнулся, когда перед глазами все поплыло, и благодарно кивнул ангелу и брату, которые сразу же подхватили его с обеих сторон. – Это просто потеря крови, – заверил Кастиэль Дина, увидев страх на его лице. – Это пройдет, – встретившись взглядом с Сэмом, он снова ощутил свою вину. – Прости, Сэм. Я не мог найти иного выхода. Сэм кивнул, стараясь не смотреть в глаза другому человеку в комнате. – Все в порядке, Кас. – Но все было не в порядке. Он понимал, что это было необходимо, но от этого не становилось легче. Ничуточки. Он все еще чувствовал во рту вкус крови, чувствовал, как она тошнотворно бултыхается у него в животе, и ему захотелось убраться подальше от этого места. – Может, теперь мы уйдем отсюда… хоть куда-нибудь? – Я должен идти, – Кастиэль склонил голову, прислушиваясь к чему-то, чего они не могли слышать. – Я… загляну к вам позже. Не успел Дин открыть рот, как ангел исчез, и он со вздохом обхватил Сэма за плечи. – Пошли. Пора убираться из этой дыры. – Ты в норме? – тихо спросил Сэм. – Тот демон… он сказал, что контролировал тебя целую неделю. – Ему не хотелось думать о том, что мог натворить демон, обитая в теле Дина. Единственным утешением был тот факт, что в последнюю неделю они совсем мало времени провели порознь. Дин покачал головой, а затем кивнул. – Я в порядке, чувак, – он вывел брата из здания склада и молча повел к Импале, терзаемый воспоминаниями о последней неделе. Он никогда не расскажет Сэму о том, как всякий раз, когда Сэм засыпал, демон стоял над ним с ножом, раздумывая, не убить ли его, и издевался над Дином, расписывая во всех подробностях, что он собирается сделать с его младшим братом. – Куда поедем? – устало спросил Сэм, падая на пассажирское сидение Импалы. – В бункер Словесников, – Дин пожал плечами и присел на корточки перед открытой дверью. – Сам знаешь, тебе надо будет обеспечить надежную изоляцию. Как ты себя чувствуешь? Сэм кивнул, понимая, что имелось в виду. – Начинается. – Спасибо Кастиэлю, он выпил Диновой крови ровно столько, чтобы убить тварь внутри брата, и кураж уже почти рассеялся. Сэм чувствовал первые признаки ломки – ощущение, которое он надеялся никогда больше не испытать. Он содрогнулся. Закрыв пассажирскую дверь, Дин провел руками по лицу и направился на противоположную сторону машины. Он чувствовал себя паршиво и все еще немного… отстраненным от самого себя, как если бы в мире все внезапно разладилось. Усевшись на водительское место, он взялся за знакомый руль так, словно делал это впервые. – Дин? – Сэм внимательно наблюдал за ним. Он всегда надеялся, что брату никогда не придется испытать на своей шкуре демонскую одержимость. Дин имел обыкновение вешать на себя всех собак, и Сэм знал, что ему будет непросто свыкнуться со случившимся. – Я в порядке, Сэм, – тихо сказал Дин и завел машину. Прежде чем тронуться с места, он прислушался к рычанию двигателя. Его бесило, что демонический ублюдок целую неделю водил его Детку. Какое-то время он хмурился, но потом улыбнулся, вспомнив реакцию Сэма на оскорбления в адрес их машины. Улыбка быстро поблекла, когда Дин вспомнил о том, что случилось потом – он словно заново ощутил, как собственными руками душит своего брата. Сны о том, что он делал с Сэмом, будут преследовать его всю оставшуюся жизнь, он не сомневался в этом. – Мы в порядке.

***

После четырех часов езды Сэму определенно не стало лучше. Более того, к тому моменту, когда они подъехали к бункеру Словесников, его самочувствие ухудшилось. Он не помнил, чтобы в прошлом ломка начиналась так скоро, но, с другой стороны, сейчас ему потребовалось также больше усилий, чтобы вытащить и уничтожить демона. Голова все еще раскалывалась, и он пожалел, что Кас не избавил его заодно и от этой боли. – Пойдем, Сэм. Услышав рядом голос, Сэм удивленно вскинул голову и уставился на брата. Он даже не слышал, как тот вылез из машины, обошел вокруг нее и открыл дверь. Теперь Дин стоял рядом и смотрел на него с плохо скрываемой тревогой. – Гм, да. Прости. Идем. Нахмурившись, Дин следил за тем, как Сэм встает с места. Его движения были скованными, и он явно пребывал в некоторой прострации. Дин ни на шаг не отходил от него, пока они заходили в бункер и спускались по металлической лестнице, но затем Сэм остановился, глядя на длинный коридор за библиотекой. – Сэм? – Наверное, ты должен отправить меня вниз, – тихо сказал Сэм. – Идем. – Дин сходу отмел эту идею и, взяв Сэма за руку, повел его по коридору. Он знал, чего ждет брат – что его привяжут и оставят в одиночестве в какой-нибудь темной комнате на часы или даже дни. Но Дин просто не мог так поступить – не мог его связать. Слишком мало времени прошло с тех пор, как его руки пытали Сэма. – Дин, ты что? – Сэм остановился, когда Дин втолкнул его в его комнату. – Так ничего не получится. – Заткнись, Сэм, – оглядев комнату брата, Дин кивнул. – К счастью, дизайнер из тебя, как из монаха-отшельника, – ухмыльнувшись, он подтолкнул Сэма к кровати. – Отсюда запросто можно будет вынести все, что может летать по комнате. Сядь. Сэм упал на кровать. Только теперь, когда они вылезли из машины, он почувствовал, что его беспрестанно колотит дрожь. Он с несчастным видом опустил голову. – Прости, Дин. Я должен был найти другой способ. Дин, бросавший вещи со стола Сэма в небольшую коробку, прервался и вздохнул. Потом подошел и сел рядом с братом. – Сэм, его не было… разве что убить меня. Ты это знаешь. Конечно, Кас мог бы выжечь мне глаза, но они у меня вроде как не лишние. Издав смешок, Сэм кивнул. – Ага. – Ты выдержишь это еще раз, – твердо сказал Дин, положив руку ему на плечо, после чего продолжил собирать вещи. – Мы оба выдержим. Четыре часа спустя Дин махнул рукой на все сопливые моменты и личные пространства – и всё ради того, чтобы снова не связывать Сэма. Он сидел на кровати, в комнате «где-нет-ничего-кроме-кровати», и, прислонившись спиной к подголовнику, держал Сэма мертвой хваткой. – Спокойно, Сэмми, – приговаривал он, прижимая к бокам руки брата, пока тот трясся всем телом, тяжело дыша. Крепко зажмурившись, Сэм замотал головой. Боль волнами прокатывалась по нему, он даже не мог говорить, пока организм изгонял из себя остатки ядовитой крови. Его не покидало смутное беспокойство – как бы ни была сильна боль, остальные известные ему симптомы еще не проявились. Он все время ждал настоящих, нешуточных глюков, но пока не видел ничего, кроме мелькнувшей в углу физиономии улыбающегося Люцифера. Не было также вспышек телекинеза, обычных для детоксикации. Нет, хуже всего была боль… боль, а еще воспоминания о том, как в его тело вбивали гвозди, и как сдирали кожу с его руки. При одной только мысли об этом ощущения возвращались, хотя раны исчезли благодаря Кастиэлю. – Сэм. – Дин легонько встряхнул его, когда ему показалось, что брат сейчас задохнется. Он чувствовал, как отчаянно колотится сердце Сэма. – Старик, притормози уже, – каждый стон ножом вонзался ему в сердце, каждый вскрик напоминал о том, сколько боли он причинил своему брату. – Я держу тебя, дружище. Все в порядке. Боль снова отступила, и Сэм обмяк на груди у старшего. – Прости. Прости, – его голова бессильно перекатилась на плечо Дина, и он перевел дух; щекам было горячо от безудержных слез. – Я должен был опередить… должен был заметить… заметить это раньше. Прости, Дин. – Черт возьми, Сэмми. Заткнись, – проворчал Дин ему в ухо, не разжимая рук. – Ты не должен винить себя за это. На лице Сэма появилась усталая улыбка, и он тихо хмыкнул. – Тогда ты тоже… тоже не вини себя. – Он нахмурился. – Я должен был обратить внимание… на татуировку. Я тебя штопал и… проглядел это. Я проглядел. Глупо. – Эта хреновина на моей груди, Сэм, – закатил глаза Дин. – Это я обязан был заметить. С сегодняшнего дня проверяем татушки каждый день. Сэм снова хмыкнул, все еще тяжело дыша, и кивнул. Потом повернул голову, чтобы видеть лицо Дина. – Ты же понимаешь… то, что он делал со мной, делал он… не ты, верно? – разлепив глаза, он заметил, как окаменела челюсть Дина, и нахмурился. – Я серьезно, Дин. Ты всегда говорил мне, что Мэг… что это был не я тогда. И что я не виноват, что Люци… – Сэм поперхнулся и вздрогнул, заметив краем глаза ненавистное лицо, мелькнувшее в углу. – Тихо, тихо, – почувствовав дрожь брата, Дин ткнулся подбородком в копну темных волос, как всегда делал в детстве, когда Сэм был напуган. – Его здесь нет, Сэмми. Только я. Ты в безопасности, – Сэм кивнул под его подбородком, не отстранившись, и одно лишь это подсказало Дину, насколько он не в себе. Он вздохнул. – Я знаю, что ты прав, ясно? Знаю. Просто… мне нужно время, чтобы… – Дин с трудом сглотнул. – Я не могу забыть это – забыть, как вбивал в тебя те проклятые гвозди. – Это был не ты, – Сэм с трудом высвободил одну руку, чтобы похлопать брата по руке. – Тварь, которая мучила меня, мертва, и… теперь я не жалею, что сделал это. – При мысли о том, что он спас Дина, чувство вины за то, что он пил демонскую кровь, наконец-то стало отпускать его. Ради этого Сэм готов был вытерпеть физические страдания и отвращение к самому себе. – Ладно, послушай. Я перестану корить себя, если ты тоже перестанешь, – тихо сказал Дин, когда Сэм расслабился у него на руках, засыпая. Он лгал, конечно. Потребуется немало времени, прежде чем он перестанет грызть себя за всю эту историю, и он понимал, что добавил еще несколько бессонных ночей себе… и Сэму. Хотя брату не следовало знать об этом. – Поспи, Сэм, – он снова почувствовал, что голова Сэма согласно наклонилась, и вздохнул. – Эй, Дин? Дин удивленно опустил взгляд. Он-то думал, что Сэм уже на пути к блаженному забытью. – Что еще? Чувак, ты меня не слушал? Спи, пока можешь. Усмехнувшись, Сэм снова похлопал его по руке. – Ну что… месячный лимит сопливых моментов исчерпан, верно? Несмотря на теперешнюю ситуацию и ночные события, Дин рассмеялся и покачал головой. – Скорее годовой, младший брат. А может, и двухлетний – в зависимости от того, обслюнявишь ты меня во сне или нет, – он улыбнулся, услышав тихий смешок, а потом просто сидел, прижимая к себе Сэма, пока тот засыпал, иногда вздрагивая от ломки. Дин был приятно удивлен, что очищение от демонской крови на этот раз обошлось без кошмаров, терзавших брата в прошлом. Впервые Дин действительно был рад, что в итоге Испытания выпали Сэму, поскольку только этим он мог объяснить произошедшую перемену. Они что-то изменили в младшем брате, и это смягчило ломку. Хотя… тот факт, что они как-то меняли Сэма… пугал его. Но об этом он подумает как-нибудь в другой раз. У них полно было неотложных дел, и ему не хотелось валить все в одну кучу. Сделав над собой усилие, он заглушил тревогу и постарался убедить себя в том, что Сэм скажет ему, если дела пойдут скверно. – Ага, как же, – прошептал Дин, закатив глаза. Они оба начинали нести чушь, когда дело касалось признания собственной слабости. Однажды Дин уже объявлял себя самым слабым звеном, но Сэм после возвращения из Клетки поднял планку на совершенно новый уровень, решив, что Дин считает его способным только на то, чтобы прикрывать ему спину. – Мы справимся с этим… и с Испытаниями, и со всем остальным, что встретится нам на пути, – внезапно раздался тихий голос Сэма. Он знал, что какой бы скверной ни оказалась для него эта ночь, Дину пришлось гораздо хуже. – Обязательно справимся. И сейчас, и потом. Дин непроизвольно улыбнулся – казалось, Сэм всегда чувствует, когда у старшего начинается приступ самоедства. Он слегка ослабил хватку, уловив слабое движение Сэма, и откинул голову на стену позади кровати. – Я верю в тебя, Сэм, – тихо пробормотал он. Уставившись в потолок, Дин почувствовал, что глаза сами собой закрываются, и он начинает засыпать, отпустив на минутку своих собственных демонов и зная, что Сэм в безопасности. Как и должно быть.