Принцесса и беднячка

      Утро первого сентября выдалось приятное, тёплое и солнечное, однако как же тяжело продрать глаза, учитывая, какую часть ночи я потратила на интернет вместо сна. Кое-как дотянувшись до мобильника, вгляделась в часы и тут же решила, что ещё полчаса можно уделить отдыху. Заведя новый будильник, я отложила телефон и завернулась в одеяло, совершенно не ведая, что через несколько минут нас с ним бесцеремонно разлучат.        – Подъём, Коля! – бодрый голос лучшей подруги Юльки прозвучал, казалось, прямо возле уха, и ласковое тепло, окутывающее меня, мгновенно сменилось пронизывающим холодом.        – У-у-у, – я недовольно заворчала, не открывая глаз и ощупью пытаясь вернуть столь драгоценную по утрам вещь, но ничего не вышло. – Ещё полчаса спать можно!        – Никак нет! Вставай, кофе сейчас будет!        – Ну разве что ради кофе, – лениво потянувшись, я сползла с постели и направилась в ванну умываться.       Несмотря на то, что Юлька почти постоянно зовёт меня Колей, я всё-таки не парень, хотя очень хотела бы им быть. Просто семнадцать лет назад родители посчитали, что Николь – это достаточно оригинально для их ребёнка. Любимой маминой вариацией этого имени было «Ника» – богиня победы, однако за свою жизнь я наслушалась самых разных модификаций, автором большинства которых была именно Юля. С ней мы вместе с начальной школы, а может, даже и с детсада. Объяснение до боли простое: живём в одном доме и подъезде, она на третьем этаже, я – на четвёртом, не общаться просто не могли. И вот сейчас вместе с ней же, я вступаю в новую, так сказать, эру своей жизни – студенчество.       По правде говоря, мне дико повезло, и я поступила именно туда, куда хотела. Безопасность информационных и коммуникационных систем была для меня пределом мечтаний. Мама, конечно, была против. Тяжело вздыхая, она то и дело страдальчески вопрошала что-то вроде: «Ника, ну куда тебе, девочке, в технику?!», зато папа всецело меня поддерживал. И вот настал тот день, когда я увидела себя в списке зачисленных на бюджет…       На следующее же утро я схватила документы и помчалась в вуз. Однако там меня ожидал сюрприз: Юлька, подающая оригиналы на ту же специальность! Моё лицо тогда надо было видеть…       Уже через полчаса, когда с формальностями было покончено, и мы расположились в кафе неподалеку, подруга объяснила мне, что решилась на такой шаг ради нашей дружбы.        – А как же твоя филология? – спросила я тогда, чуть не плача.        – Передумала! – Юлька бодро похлопала меня по плечу. – Не хочу быть учителем! К тому же туда одни девчонки поступают.        – Но ты и техника…        – Но зато мы будем вместе, как в школе! – она меня даже не слушала. – А домашку ты за меня сделаешь!       Вот так и получилось. Я, конечно, пыталась её отговорить, однако подруга находила для себя всё новые и новые аргументы в пользу бытия программистом, и, в конце концов, я сдалась. Всё-таки это её жизнь.       Утром этого волнительного для нас обеих дня Юлька решила завтракать у меня, чтобы выйти заранее и поехать вместе, но, судя по всему, у нас очень разное понимание этого «заранее». Мне бы хватило и получаса на сборы, но вот подруга наверняка поднялась ни свет ни заря, успела вымыть голову, сделать макияж, сто раз перемерить все свои платья и всё равно выбрать то, на котором остановилась ещё вчера. Затем ещё подняться ко мне, сварить кофе, помочь моей маме с бутербродами… Не зря мне её всё время ставят в пример!       Я улыбнулась и отпила ещё ароматного напитка. Юля уже давно завершила трапезу и теперь сосредоточенно наводила марафет, а точнее, добавляла макияжу завершающие штрихи.       Сполоснув за собой чашку, я взглянула на часы и неспешно поплелась в комнату одеваться. Рано подняли, могла бы ещё полчаса спать…       Выудив из шкафа самые обычные чёрные джинсы и светлую рубашку, я надела всё это на себя и посмотрелась в зеркало. Выгляжу как всегда. Худая, немного нескладная, с вороньим гнездом на голове. Несколько движений расчёской – и волосы приглажены. Всё, можно идти.       Сидящая на диване Юлька, конечно же, пару раз хмыкнула. На её фоне я смотрелась совершенно не по-девичьи, а скорее даже смахивала на мальчишку-старшеклассника.        – Ты в своём репертуаре, – выдохнула подруга, подымаясь. – Идём?        – Ага, – я последний раз улыбнулась своему отражению, подхватила рюкзак и вышла из комнаты вслед за Юлей.       До коридора мы дошли спокойно и без происшествий, но вот потом…        – Никочка… – в голосе заметившей меня мамы прозвучало явное страдание. – Ну не пойдешь же ты так?        – Уже пошла! – поспешно натянув кроссовки, я скрылась за дверью. Какая разница, вообще, в чём туда идти? В универе, хвала небу, нет формы, и никто больше не будет заставлять носить эти дурацкие юбки на первое сентября.       Юльку я дожидалась у подъезда, боялась, что маме всё же придет в голову безумная идея затащить меня назад в квартиру и насильно переодеть. Бр-р-р!       Когда подруга, наконец, показалась из-за двери, я удовлетворённо выдохнула. Всё-таки она очень даже симпатичная, не то что я. Сегодня Юлька в лёгком кремовом платье с небольшим пояском и тёмно-синем пиджаке, на случай, если похолодает. Светло-русые волосы она мастерски накрутила, а на ноги обула мой ночной кошмар – босоножки на здоровенной шпильке. На ней всё смотрелось так изящно и мило, но стоило мне представить в подобной одежде себя, как плакать хотелось со смеху.        – Коль, ты чего? У меня что, тушь потекла? – Юлька подозрительно уставилась на меня.        – Нет-нет, – я поспешно замахала руками, – всё просто супер! Пойдём!       К счастью, универ всего в получасе езды от дома. Пока вроде не опаздываем, а даже с запасом времени идём…       В троллейбусе красавице Юльке тут же уступили место, а я так и простояла всю дорогу у двери, размышляя о будущем. Интересно, как там вообще в универе? Что будет за группа? Какой куратор? Как вообще будет проходить церемония? Интересные ли будут занятия?       Вуз у нас в целом технический, а значит, скорее всего, основную часть студентов будут составлять парни. Будет ли мне там комфортно? Надеюсь, что да.        – Коль, не спать! – Юлька дернула меня за руку, и мы вместе с остальной толпой вышли из транспорта на нужной остановке.       Здание университета выглядело сегодня особенно величественно. Я была здесь всего пару раз: на дне открытых дверей и во время подачи документов. Сложно поверить, что теперь буду ходить сюда каждый день.       Быстро найдя свой факультет, мы прошествовали к куратору нашей группы и отметились, что пришли. Выбрав парту, Юлька усадила меня рядом с собой и принялась увлечённо рассматривать будущих одногруппников, сразу же выдавая комментарии:        – Смотри, вон справа сидит… Такой толстый и прыщавый! Сразу видно – тролль! А тот, что рядом с ним, в очках – однозначно ботаник! А те, что на третьей парте – явно рэперы с района!        – Почему ты только плохие качества замечаешь? – пробурчала я, всё-таки следуя примеру подруги и принимаясь рассматривать парней, которые, кстати, тоже не сводили с нас заинтересованных взглядов.       Тот, которого Юлька назвала троллем, был на самом деле довольно миловиден. Скорее не полный, а просто массивный парень с очень веселыми глазами и добродушной улыбкой. Ну и с небольшими проблемами с кожей, чего уж тут скрывать. Второй, по Юлькиному определению «ботаник», был в противовес своему соседу по парте очень худ и серьёзен. Черты лица у него были правильные и тонкие, а очки в явно дорогой оправе дополняли образ благородного аристократа. Интересно, о нас они тоже сейчас что-то подобное думают?        – Они на твой третий размер пялятся, – заявила я, проследив примерную траекторию взглядов парней.        – Ну не на твою же нулёвку им пялиться! – отпарировала Юлька, хватая меня за руку. – Пошли знакомиться!        – Не нулёвка у меня, а единичка… – прошипела я, прежде чем подруга, потянув меня за собой, приблизилась к «троллю» и «ботанику».        – Юлия, будем знакомы! – громко заявила она, протягивая руку парню в очках.        – Георгий, очень приятно, – тот пожал протянутую ладонь.        – А я Миша, – сказал, подходя ко мне, парень, которого Юлька назвала троллем.        – Коля, – я представилась, не раздумывая.       Увидев замешательство на его лице, я тут же перепугалась. Ну что опять не так?        – Коля? – переспросил парень, пристально осматривая меня.        – А, ну Ника, если тебе так удобней. Полное имя – Николь, – пояснила я, вздыхая с облегчением.        – Ясно, – он улыбнулся. – Классное имя, красивое и редкое.        – Спасибо, – я опустила глаза. – Ты первый, кому оно нравится. Ну, после Юльки, конечно же.       Дальше нашему разговору помешала одна из старших студенток, сообщившая, что церемония открытия скоро начнётся и первокурсникам надо пройти в актовый зал.       Все сидящие в кабинете поднялись со своих мест и направились в вышеупомянутое помещение. Юлька была всецело поглощена своим новым знакомым, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как идти с Мишей.        – Кстати, – смущённо спросил он, пока мы следовали за девушкой, – как тебя лучше называть? Коля или Ника?        – Да как хочешь! Мне всё равно! – я попыталась мило улыбнуться. Кажется, так производят хорошее впечатление…        – Колян – свой пацан! – выдал парень, немного подумав.        – Сойдёт! – кивнула я, рассмеявшись. – Юлька, вон, вообще Николаем зовет, так что мне не привыкать!       Дальше Миша спросил о моей подруге, а я – о его товарище, и постепенно разговор перешёл на их личности.       В актовом зале было ужасно людно. Похоже, что помимо студентов тут собралось ещё полгорода. Кое-как заняв свои места, мы с Мишей немного поболтали, но потом вынуждены были замолчать, так как ректор начал приветственную речь.       Первые десять минут я искренне пыталась слушать, но вскоре монотонное перечисление заслуг каждого преподавателя и расхваливание вуза в целом начало меня утомлять. Чтобы хоть как-то занять мысли, я принялась рассматривать окружающих.       На «вип-местах» сидели преподаватели, деканы и прочие должностные особы. Со своего ряда мне были видны лишь их затылки. Следующие несколько рядов были отведены для председателей различных советов, медкомиссий, ассоциаций и так далее. Каждого из этих холёных людей ректор по очереди представлял, а затем описывал их «подвиги во имя университета»…       Боже, ну зачем? Зачем мне знать, что Марина Витальевна Собольская, заместитель председателя ассоциации «Здоровый ребёнок», не пропустила ни одной вступительной церемонии в нашем учебном заведении?!       Наплевав на все правила приличия, я достала плеер и, надев наушники, хотела было погрузиться в мир музыки, как вдруг заметила кое-что, очень меня удивившее: на первом ряду, среди пожилых профессоров сидела девушка примерно моего возраста. Почему там? Почему не со всеми студентами?       Пока я об этом думала, ректор, наконец, закончил говорить, и началось выступление старшекурсников: смешная сценка об их студенческой жизни. После утомительного ректорского монолога юмористическая постановка была как бальзам на душу – мы с Мишкой от души посмеялись. Последним номером программы была песня в исполнении одного из третьекурсников.       Честно, я бы не сказала, что он обалденно пел, красивый голос, но не больше. Однако вся женская половина зала просто пищала от восторга, стоило парню лишь сделать какой-то жест рукой или улыбнуться. Высокий темноволосый студент просто покорил аудиторию.        – Экий красавец… – задумчиво сказала я, когда певец, раскланявшись, ушёл со сцены.       Мишка лишь хмыкнул. Почему-то мне показалось, что ему неприятен этот тип.       После официальной части все группы вновь разбрелись по кабинетам, где кураторы выдали расписание, проверили присутствие всех новоявленных студентов, ответили на появившиеся вопросы и отправили нас к коменданту. Интересно, это ещё зачем?       В суматохе я потеряла Юльку, но зато прочно вцепилась взглядом в Мишку. Шли мы не в первых рядах толпы, так что, когда остановились, то оказались в самой гуще галдящей молодежи. Что там говорила комендантша, я не поняла, но по возмущённому гудению народа уразумела, что ничего хорошего нам сейчас не предстоит.        – Чего она хочет? – спросил Миша, но именно в этот момент женщине, видимо, доставили мегафон.        – Внимание! Все мальчики сейчас идут за мной! – голос у комендантши оказался писклявый и жутко неприятный, впрочем, как и она сама.       Мишка поплелся вместе с остальными, напоследок взглянув на меня, будто осуждённый перед смертной казнью. Прикольный он, думаю, мы подружимся.       Пока народ немного разошёлся, я попыталась отыскать Юльку, но безуспешно. За комендантшей последовали далеко не все парни, так что разглядеть подругу всё ещё было проблематично. Однако когда ушедшие вернулись со связкой граблей и грудой старых одеял, местоположение Юли было четко определено по громкому «Не-е-е-ет!», эхом разнёсшемуся по университетскому двору.       Немногочисленных девочек и в том числе чуть ли не рыдающую на шпильках Юльку распределили вырывать амброзию, а парней и меня, никем не замеченную, погнали убирать листья.       Не скажу, что столь неожиданное трудоустройство пришлось мне по душе, но такого потока матов и проклятий, какой издавали новоявленные студенты, идя до вверенного нам участка двора, я ещё нигде не слышала.       Мы с Мишкой и каким-то парнем с другого факультета объединились и принялись за работу. Убирать листья мне было не впервой, так что никаких проблем это не доставило. Неприятная неожиданность, но не больше. Мишка изредка бросал на меня косые взгляды, видимо, жутко удивляясь тому, что я не бьюсь в истерике, как неженка Юлька.       Особо поговорить во время уборки у нас не получилось, но какое-то духовное сближение я всё равно чувствовала. Мишка – однозначно хороший человек. Интересно, что Юлька смогла узнать о «ботанике» Георгии?       Задумавшись над этой мыслью, я сама не заметила, как отошла довольно далеко от своих соратников по уборке. Приметив под деревом брошенное кем-то одеяло, я решила сгрести все ближайшие листья на него и отнести в грузовик самой, чтоб не кричать мальчикам. Первая часть работы была выполнена быстро, а вот второе оказалось куда сложнее. Стараясь не запачкать рубашку, я всё же доволокла листья до небольшого грузовичка, служащего контейнером, и с трудом вытряхнула их в кузов. Мама наверняка бы в обморок упала, увидь она меня сейчас, но я была почему-то счастлива и довольна, как слон. Прислонившись к дереву, чтобы перевести дух, я вдруг заметила ту самую девушку с первого ряда, выходящую из корпуса.       Она шла рядом с певцом-третьекурсником и что-то увлечённо ему рассказывала. Парень кивал, улыбаясь и глядя на неё. Я на секунду задержала дыхание, разглядывая их. Студент не вызывал у меня никаких эмоций, а вот его собеседница…       Сейчас я смогла получше её рассмотреть. Красивое платье, облегающее стройную фигурку, и черные босоножки на шпильке придавали ей какой-то изящности и хрупкости. Длинные волосы светло-русого оттенка были заплетены в какую-то сложную прическу, а серебристо-серые глаза – искусно накрашены наверняка профессиональным визажистом. На руках девушки было несколько колец и браслетов, а в ушах – причудливой формы серёжки. Не знаю почему, но именно в тот момент я вдруг почувствовала себя жутко страшной…       Красавица на секунду оторвалась от своего собеседника и кинула на меня пронзающий ледяной взгляд, в котором явно читалось непонимание и презрение. Или мне это показалось?       Пройдя мимо меня, парочка направилась к автостоянке, и скоро я услышала гул заводящегося автомобиля. Наверняка дорогая иномарка…       Мне стало вдруг очень стыдно. Весь тот триумф, ощущавшийся после единоличной победы над кучей листьев, показался вдруг не более чем детской глупостью. Я ощутила себя такой жалкой и ничтожной на фоне этих двоих…        – Эй, Ник, мы закончили, – голос Мишки вернул меня к реальности. – Пойдём, отметимся, и будем свободны!        – Ага! – я тут же вновь улыбнулась, прогоняя наваждение. – Идём!       Комендантша, на редкость противная тётка с ярко-рыжими волосами, поставила напротив наших фамилий по плюсику и отпустила с миром. Мишка созвонился с Жорой, и вскоре мы уже подходили к главному корпусу, где назначили встречу.        – Коля-я-я! – Юлька бросилась меня обнимать. – Боже, это было ужасно! Мои туфли, моё платье! А эта баба сказала… – тут подруга театрально всхлипнула, – сказала снимать их и босиком убирать! Представляешь?       В её голосе было столько ужаса, что я не стала иронизировать, а решила даже немного ей подыграть.        – Представляю. Моя рубашка вон тоже вся грязная…        – Ах, это та самая, что я тебе дарила! – Юлька продолжила ужасаться ещё громче. – Кошмар!       Жора с Мишей тоже похвастались не самыми чистыми костюмами, затем неприятный сюрприз от руководства университета был забыт. Чтобы отметить знакомство, парни предложили сводить нас в кафе неподалеку, и приглашение было с удовольствием принято. Юлька что-то там шипела о нашем ужасном внешнем виде, но достаточно тихо, чтобы никто, кроме меня, этого не услышал.       В кафешке мы просидели недолго, однако успели о многом поговорить. Жора оказался очень интеллигентным парнем из приличной семьи. Насколько я запомнила, у него много двоюродных братьев и сестёр, а вот у своих родителей он – единственный ребёнок. С Мишкой они дружили с детского сада и учились в одном классе так же, как и мы с Юлькой. Оба парня увлекались физикой, математикой и информатикой, что, собственно, послужило причиной для выбора специальности.       Пока я методично жевала своё пирожное, подруга тарахтела без умолку, посвящая новых знакомых в наши с ней приключения на разных этапах дружбы, однако каким-то образом разговор пришёл к сегодняшним выступлениям. Парни вовсю расхваливали весёлую сценку, а Юлька с присущей ей живостью и настойчивостью доказывала, что лучшим номером была всё же песня.        – Коль, ну вот скажи, – видимо, её аргументы закончились, – тебе ведь певец понравился?        – Да ничего особенного, – честно ответила я, отвлекаясь от своего десерта. – Обычный такой парень.        – Но такой душка! И такой красивый! – подруга молитвенно сложила руки на груди. – Вот бы…        – Лучше не связывайтесь с ним, – серьёзно заметил Миша, тут же отводя глаза. – Это добром не кончится.        – Почему? – в этот раз мы с Юлей произнесли вопрос одновременно, но если она точно думала о самом певце, то мои мысли крутились исключительно около таинственной незнакомки, его сопровождавшей.       Взгляды Мишки и Жоры тут же стали напряжёнными и даже немного враждебными. У меня появилось чёткое ощущение, что мы лезем не в своё дело. Я уже готова была непринуждённо рассмеяться и перевести разговор на другую тему от греха подальше, как вдруг Миша, всё же решившись, заговорил:        – Его зовут Игорь Хорьков. Он из нашей бандитской школы, местный авторитет. Позер, трус и лжец, прикрывающийся другими, вот и всё. Мы были в девятом, когда он выпустился, но всё равно, покоя нам не было и в последние два года. Если б я знал, что он и здесь уже свои сети расставил, то не поступал бы сюда.        – А что касается твоих, Юль, намерений, – добавил Жора, не сводя с моей подруги внимательного взгляда тёмных глаз, – то я лично знаком с пятью девушками, которых он бросил. А на деле их гораздо больше!       Юлька покраснела как рак и поспешила отвернуться, а я не сдержала вздоха. Неужели ту красавицу он тоже дурит?       Этот и другие вопросы касательно таинственной девушки с первого ряда я благоразумно удержала при себе, а ребята тем временем сменили тему.       Вскоре мы с Юлькой засобирались домой, обменявшись предварительно контактами с новыми друзьями.       Троллейбусы почему-то не ходили, а денег на другой вид транспорта у нас не было, поэтому решено было идти пешком. На половине пути у меня неприятно заныли мышцы – уборка не прошла бесследно. Юлька так вообще всю дорогу тащилась с кислой миной, изображая святого мученика. Наверняка ей натирают эти жуткие босоножки, но она ни за что в этом не признается…       Чтоб хоть как-то отвлечься от монотонного шага, подруга начала болтать о всяком разном, но мои мысли были слишком далеко от земли, чтобы вникать в её рассказ. Всё-таки сегодня был сложный день…        – Николай!        – А? Что? – после очередного вопроса в мою сторону я всё же сфокусировала на ней взгляд. – Прости, я не слушала.        – Блин, Коль, да что с тобой такое? Идешь, как зомби! – в голосе Юльки послышалась обида.        – Я устала, – ответила я чистую правду. – Я ж там работала, в отличие от некоторых.        – Это ты на меня намекаешь?! – зло спросила подруга, поправляя платье. – Ты же сама видела, я просто не могла!..       Дальше я уже не слушала. Терпеть не могу, когда вот такое начинается. Подруга, похоже, всерьёз обиделась, потому что до конца пути не сказала мне ни слова. Около её квартиры мы молча разошлись, даже не попрощавшись. Чёрт, не думала, что всё будет настолько серьёзно…       Я поднялась на этаж выше и открыла ключом дверь своего жилища. Родители, к счастью, ещё не вернулись, поэтому объяснять свой внешний вид никому не пришлось. Закинув грязную одежду в стирку, я повалилась на свой диван с твёрдым намерением дать телу отдых. Вина за ссору с Юлькой уже разъедала сердце. По сути-то, я ничего и не сделала, но всё равно… Завтра. Завтра всё улажу и помирюсь.