Принцесса и беднячка

      Однако завтра началось совсем не так, как было запланировано. Я проспала. Да, чёрт подери, я проспала в первый же день в универе! Едва открыв глаза и увидев, который час, я надела первое, что попалось на глаза, и, схватив собранную, слава Богу, заранее сумку, выбежала на улицу. Чертыхаясь, вскочила в переполненный, уже отъезжающий троллейбус и только здесь смогла расслабиться: вроде успеваю. Надо ж так… И почему Юлька меня не дождалась? Могла бы хоть позвонить! Наверняка, всё ещё дуется из-за вчерашнего…       Выскочив на остановке около универа, я опрометью кинулась в корпус. Взлетела по лестнице, пронеслась по коридору быстрее ветра, чуть не сбив с ног пожилую женщину, завернула в нужную аудиторию и… столкнулась нос к носу с той самой девушкой с первого ряда! Неужели мы ещё и в одной группе?        – А-а-э-э… – забормотала я, ещё слишком шокированная ситуацией, чтобы сказать что-нибудь вразумительное.       Её серебристо-серые глаза просверлили меня негодующим взглядом, бровь презрительно изогнулась. Я резко ощутила себя муравьём, на которого вот-вот наедет поезд.        – Извини, пожалуйста, я не специально… – сказала и почувствовала себя полной дурой.        – Так, все по местам, начнём нашу лекцию, – в аудиторию вошла та самая пожилая женщина, которую я обогнала.       Всё, мне конец. Это ещё и препод!       Шатенка кинула на меня последний холодный взгляд, развернулась, обдав волной аромата дорогих духов, и прошествовала к своей парте. Я также поспешила ретироваться с «поля боя».        – Николетта, где тебя черти носят?! – зашипела Юлька, едва я приземлилась около неё.        – Проспала, блин, – пробурчала я в ответ. – Ты ж не позвонила.        – Прости, я не подумала, – подруга виновато вздохнула.       Видимо, я ошиблась, считая, что она ещё злится. Юлька всё же совсем не злопамятная, просто немного вредная.       Преподавательница тем временем разместилась за своим столом, достала небольшую тетрадочку и потребовала у старосты список. Глава группы, выбранная вчера после церемонии, оказалась очень ответственной, поэтому тут же протянула женщине напечатанный заранее листок с фамилиями.        – Итак, – женщина постучала карандашом по столу, привлекая к себе внимание, – меня зовут Ольга Марковна Садовская, и я ваш преподаватель высшей математики. Сейчас я сделаю перекличку и базовую проверку ваших знаний. Посмотрим, что вы вынесли из своих школ.       Группа недовольно зашумела, но математичка не обратила на это никакого внимания. Взглянув в листик, она громко и отчетливо произнесла:        – Аримова!        – Есть! – мать вашу, я ещё и первая в списке.        – Я Вас, Аримова, порекомендую кафедре физкультуры, там-то Вы точно будете отличницей! – я почувствовала, что краснею. Блин, ну что за день?       Студенты начали хихикать, поглядывая на меня. Чёрт! Мы ещё посмотрим, кто будет смеяться последним!        – Бедламов!        – Есть! – Жора поднял руку. Смешная у него, однако, фамилия…        – Бронин!        – Есть!        – Вертецкий!        – Есть!       Пока Ольга Марковна называла фамилии, я разглядывала одногруппников. Большинство парни, чего и следовало ожидать. Из девчонок только я, Юлька, староста, вчерашняя незнакомка и её соседка по парте. Надо хоть познакомиться с остальными… Интересно, как зовут эту снежную королеву?        – Колдунова!        – Здесь, – спокойно, но довольно громко ответила шатенка, тут же изящно поправляя волосы, сегодня распущенные.       О, вот и узнали фамилию! Красивая такая, аристократическая, под стать внешности.       Тем временем Садовская уже подошла к концу списка:        – Циркулевский!        – Я! – Миша поднял руку.        – Хорошая у Вас фамилия, юноша, математическая такая, – заметила женщина, улыбнувшись уголками губ.        – Э-э, спасибо, – не ожидавший такого внимания Мишка даже немного покраснел.        – Ярковская!        – На месте! – Юлька бодро помахала учительнице.       Вот так у нас всегда и везде: я первая, она последняя. Сколько себя помню, во всех списках было так. Наверное, именно поэтому я вынуждена была хорошо учиться – слишком уж часто спрашивали, а подруга чаще всего «отдыхала», зарабатывая большинство оценок на письменных работах.        – Хорошо, что Вы на месте, – продолжила вдруг Ольга Марковна. – А теперь поднимайтесь со своего места и идите к доске.        – Но я же последняя в списке, – вяло воспротивилась Юля, выходя из-за парты под моё довольное хихиканье. Ну хоть где-то восторжествовала справедливость!        – А если перевернуть, будете первая, – хитро улыбнулась математичка. – Решите мне вот это уравнение, – она протянула моей подруге учебник, тыкая пальцем в необходимый пример.       Юлька дрожащей рукой переписала задание и остановилась, кинув на меня беспомощный взгляд.       О Господи, это же так просто! Одно из свойств логарифма! Давай же!        – Хм… – начала говорить подруга, выразительно глядя на меня.       Выждав момент, когда Ольга Марковна взглянула на доску, я быстро показала рукой круг.        – Ноль! Будет ноль! – обрадованная Юлька написала ответ и положила мел.        – А почему? – Садовская ехидно улыбнулась и к своей большой ошибке повернулась спиной к группе.        – Потому что… логарифм единицы с любым основанием равен нулю! – бойко протарахтела Юлька, не сводя с меня глаз. Не зря же перед экзаменами мы с ней выучили язык жестов!        – Что ж садитесь, – тяжело вздохнула учительница, задумчиво что-то записывая напротив Юлиной фамилии.       Дальше Ольга Марковна вызывала каждого по порядку и, заставив решить один пример, делала какие-то пометки в своём блокноте. Я уже начала, было, засыпать, как вдруг…        – Колдунова, к доске!       Я мгновенно сфокусировала зрение на шатенке, которая, грациозно поднявшись из-за парты, прошествовала на середину аудитории. Сегодня на ней была короткая джинсовая юбка с каким-то узором и светло-голубая блузка явно из дорогой ткани. Туфли на каблуках, на ногтях – причудливый орнамент, на лице – слой макияжа. Я бы не сказала, что она внешне как-то выделялась, но что-то в её облике всё же заставляло меня чуть ли не дыхание задерживать.        – Возьмите, пожалуйста, производную от выражения x^3-3x^2+8x-6, – математичка сложила руки на груди и выжидающе взглянула на девушку.       Я ожидала, что красотка быстро напишет ответ и сядет обратно, но Колдунова внезапно осмотрела класс, будто ища где-то подсказки.        – Не знаете? – строго спросила Садовская. – Так и говорите, поставлю двойку.        – Если поставите, Вас уволят, – вдруг на полном серьёзе заявила девушка. – Вы же знаете, кем я прихожусь ректору.        – Это ничего не меняет, Карина Валерьевна. Вы такая же студентка, как и все остальные. Я уверена, что Геннадий Аркадиевич не станет увольнять квалифицированных специалистов из-за капризов своей внучки, – спокойно сказала математичка, даже не поведя бровью на эту попытку запугивания. – У Вас есть минута, чтобы… хм… найти выход из этой ситуации.       Сказав это, Ольга Марковна вздохнула и села за стол, чтобы что-то написать, а Карина снова нерешительно осмотрела аудиторию. Неужели серьёзно не знает? Это же просто…       В моей душе зашевелилось что-то похожее на жалость. Серые глаза скользили по одногруппникам, будто моля о помощи, но никто особой активности не проявлял. Неужели тоже не знают? Миша и Жора, в знаниях которых я была уверена, вообще не поднимали глаз от парты, шушукаясь о чём-то своём. Это даже немного жестоко…       Кинув беглый взгляд на соседку Карины, судорожно рывшуюся в учебнике, я решилась. Выхватив из Юлькиного пенала черный маркер, я открыла свою тетрадь и на первой странице крупно написала: 3x^2-6х+8. Подняв тетрадь так, чтоб её можно было увидеть, я пару раз щёлкнула пальцами, привлекая к себе внимание. Колдунова ухватилась за подсказку как утопающий за соломинку. Быстро написав ответ, она поспешила занять своё место.        – Вот видите, не всё так плохо, – вздохнула Садовская, делая очередную пометку в блокноте. – Так, следующая Караваева!       Блондинка, сидящая рядом с Кариной, захлопнула учебник и громко произнесла:        – Я не знаю эту тему!        – Двойка, – хмыкнула математичка, тут же исполняя приговор резким росчерком ручки.       Я закатила глаза и вновь опустила голову на парту. Судя по этому небольшому тесту, многие из поступивших откровенно глупы. Как они только проходной балл набрали, ума не приложу.       Ситуация ясна разве что с Кариной. Она родственница ректора, потому и сидела в первом ряду, потому и не работала на практике, потому и поступила сюда. Хотя, судя по отношению к ней Ольги Марковны, преподы таких мажоров не любят.       Приоткрыв глаза, я вновь взглянула на шатенку. Она сидела, делая вид, что пишет, а на самом деле щёлкала что-то на смартфоне. Красивая, очень красивая. Черты лица такие правильные и изящные, у неё наверняка какая-нибудь королевская династия в предках.       Воображение тут же разыгралось, превращая универ в старинный замок, а Карину – в прекрасную принцессу, наследницу трона. Ещё немного, и я бы вообразила себя странствующим рыцарем, как вдруг Юлька резко пихнула меня под бок:        – Жора пошёл, ты следующая!       Я кивнула и попыталась сосредоточиться. С математикой вроде всегда дружила, так что проблем быть не должно.        – Так, у нас осталась одна Аримова. Ну, что ж идите к доске.       Я быстро вышла на середину класса и, взяв мел, замерла в ожидании примера.        – Вот этот, решите, пожалуйста, – Ольга Марковна, мило улыбаясь, протянула мне книжку.       Увидев интеграл, который мне предстояло взять, я поняла: вот она месть за бег по коридору. Переписав пример длиной во всю доску, я отложила книгу, и, ощущая эйфорию оттого, что знаю, как его решить, начала писать, параллельно объясняя свои действия. Жаль, что стояла спиной к группе и самой Садовской. Юлька потом мне сказала, что эти лица стоило видеть…       Когда я, исписав всю доску, наконец, положила мел, все дружно захлопали.        – Там сзади в книге есть ответы, сверьте, – попросила меня преподавательница.       Найдя нужный номер, я убедилась, что все правильно, о чём тут же и сообщила ей, не сдерживая триумфальной улыбки.        – Молодец, правда, молодец, – Ольга Марковна быстро написала что-то напротив моей фамилии в блокноте. – Но всё-таки по коридорам не бегайте!        – Не буду! – пообещала я от всей души, чувствуя почему-то искреннюю симпатию к этой женщине.       Тут прозвенел звонок, и все, быстро собрав вещи, поспешили на следующую пару, проходившую в огромной аудитории вместе с несколькими другими группами. Сели мы с Юлькой в самом конце, а шум стоял просто ужасный. Из объяснений препода, симпатичного мужчины лет сорока, я поняла, что разбираем мы механику, а предмет зовётся основами физики. В следующий раз нужно будет занять места поближе…       Едва заслышав спасительную трель звонка, мы с Юлькой поспешили в столовую, и я, наконец, поела. Всё-таки, отсутствие завтрака давало себя знать. Большая перемена здесь длинная, целых сорок минут, при желании можно даже успеть сделать домашнее.        – Можно к вам? – послышался вдруг голос Миши. – А то везде занято.        – Угу, – кивнула Юлька, и парень опустился на свободный стул, предварительно поставив поднос на наш столик.        – Сейчас ещё Жорик подойдет, – сообщил нам друг. – Очередь жуткая!        – Да, нам повезло, что рано пришли, – вздохнула подруга. – Николетта, хватит жрать!       Это она уже мне. Интересно, почему о моей фигуре Юлька печётся больше, чем о своей?        – А что? – я проглотила очередную булочку. – Это вместо завтрака!       Вскоре появился Жора со своим подносом, и началось обсуждение сегодняшнего дня.       Юлька злостно критиковала математичку, парни – физика, который очень тихо говорил, а я просто слушала их болтовню.       В самый разгар перемены в столовой вдруг появился тот самый Игорь Хорьков в сопровождении Карины и ещё одной нашей одногруппницы – блондиночки, отказавшейся отвечать. Караваева, кажется, её фамилия... К третьекурснику тут же подбежал какой-то парень, который, выслушав приказ «босса», организовал им столик и принёс поднос с едой.        – Прям принц крови, – я не сдержала презрительного смешка. – У него тут и слуги есть.        – Какой крови? Где слуги? – мгновенно среагировала Юлька, тут же находя взглядом предмет разговора.        – Ха, Хорёк таки охмурил Ведьму? – Мишка удовлетворённо потёр руки. – Так им и надо! Два сапога – пара.        – Ведьму? – удивилась я. – Карину, что ли?        – Ну да! – рассмеялся одногруппник. – Она же Колдунова!        – Быстро же ты выдумываешь прозвища, – вздохнула я, возвращаясь к своей булочке.       В тот момент меня заполонила какая-то обида за Карину. «Ведьма» ей совершенно не шло, да и к тому же звучало грубовато. Она ведь не сделала нам ничего плохого.        – Это не он придумал, её так вся школа называла, – спокойно сказал вдруг Жора, запивая кашу горячим чаем. – Она под стать Хорьку, ты уж мне поверь.        – Она что, тоже с вами училась? – выдохнула я, чуть не давясь своим напитком. Неужели наш мегаполис настолько тесен, что в одну группу попадают трое бывших одноклассников?        – Ага, – Бедламов кивнул. – Пришла к нам после девятого. Может, у её предков закончились лишние деньги на частный колледж или лицей, чёрт его знает, где она там раньше училась, а может, ещё какая причина. Факт в том, что она изрядно отравляла жизнь нам, простым смертным. Наглая, высокомерная, уверенная в том, что всё в этом мире продаётся и покупается… Зря ты, кстати, помогла ей на вышке. Она того не стоит.       В его голосе было столько ненависти и явного презрения, что мне стало даже немного страшно. Может, не стоило заводить о ней разговор? Не понимаю, неужели внешность настолько обманчива?       Когда Жоркин поток красноречия немного поутих, я всё же не смогла сдержать вопроса:        – Почему ты так её ненавидишь?        – Она стукачка, – ответил вместо друга Миша. – Всегда всё про всех докладывала директору. А однажды нас подставила. Слава Богу, всё обошлось, но у нас с Жоркой были все шансы попасть в колонию. Короче, дура. И если Хорёк сломает ей жизнь, это будет правильно!       Нашу беседу прервал резкий звук звонка. Быстро убрав за собой, мы помчались на следующую пару, оказавшуюся, на мою беду, одним из самых сложных для меня предметов.        – Hello, dear students! Sit down, please! [1]       Ох, нет, только не это! Не сказать, что я прям ненавижу английский, просто запоминание правил и новых слов даётся мне гораздо сложнее, чем та же математика. Хотя, чего уж тут, знала, что этот предмет сегодня по расписанию…        – Arimova, go to blackboard, please! [2] – блин, час от часу не легче!       Сейчас опозорюсь по полной! За лето я успела забыть даже то немногое, что знала. Ловлю на себе тревожный взгляд Юльки. А ведь она даже не сможет подсказать: мы опоздали, поэтому сесть пришлось прямо перед носом у преподавательницы, остальные места были заняты.        – Make up a sentence, using Past Perfect Continious Tense. [3]       Боже, что она сказала? Чёрт, кажется, я паникую!       Англичанка заполняла журнал, даже не смотря на группу. Так, это шанс! Давай же, Юль, придумай мне что-то! Но подруга лишь пожала плечами. Видимо, её познания не лучше моих… Блин!       Вдруг я самой себе дико напомнила Карину. Да, сейчас я так же развернусь и щенячьими глазами посмотрю на одногруппников, но мне никто не поможет, в отличие от неё.       Услышав чей-то щелчок пальцами, я на автомате обернулась. Взгляд тут же остановился на Колдуновой, которая подняла вверх тетрадь с написанным предложением.       Она мне помогает?! Не верю!       Со зрением, к счастью, всё нормально, поэтому я, быстро переписав подсказку, поспешила занять своё место.       Пронесло на этот раз! Надо будет подучить английский, всё-таки он и для программирования важен.        – Предательница! – прошипела я на ухо Юльке, приземляясь с ней рядом.        – Прости, Коль, но я реально не знала, – подруга опустила глаза, признавая свою вину.       Дальше англичанка спросила ещё нескольких ребят, а затем мы как в школе должны были рассказывать о себе, каждый по несколько предложений. Я с горем пополам промямлила основные сведения, с Юлькиной помощью переведя их на английский, сама Ярковская тоже ответила довольно удачно, но у всех остальных, исключая разве что Жору, Карину и старосту, дела с иностранным обстояли примерно так же, как и у меня – печально.       Рассказ Колдуновой понравился преподавательнице больше всего, и она тут же поставила чуть покрасневшую девушку в пример всей остальной группе. Говорила Карина действительно очень красиво, это даже Мишка сквозь зубы признал, но я из её рассказа не поняла, к сожалению, почти ничего.       Завершив этап знакомства, англичанка раздала нам методички и заставила читать и переводить какой-то текст, совершенно меня не заинтересовавший. Скучно, блин! Хоть бы тема была о компьютерах…       Вдруг кто-то сзади легонько пихнул меня в плечо.        – Что? – я резко обернулась, оперативно пытаясь воскресить в памяти имя одногруппника, но, к счастью, это не понадобилось, так как он просто молча протянул мне записку.        – Спасибо, – я развернулась к своей парте.       Дождавшись, пока преподавательница опустит нос в журнал, а Юлька отвернётся к окну, я развернула таинственное послание и тут же глупо заулыбалась.       «Теперь мы квиты».       Бумажка явно вырвана из дорогого блокнота, почерк красивый и ровный. Нет сомнений, письмо от Карины. Я посмотрела в её сторону и снова столкнулась с взглядом серебристо-серых глаз. Какие же они всё-таки у неё красивые!       Колдунова, явно успокоенная тем, что послание дошло по назначению, продолжила что-то писать в тетради. Я быстро, чтобы Юлька не заметила, упрятала бумажку в пенал. Оставшаяся часть пары пролетела незаметно, и вскоре вся наша компания уже спускалась по главной лестнице к выходу.        – Боже, ну наконец-то! – Ярковская вылетела из здания универа быстрее пули. – Закончилось! Ура!        – Юль, нам сюда каждый день ходить, – усмехнулась я, выходя вслед за ней.        – Ничего, справимся! – подруга, как всегда, была полна оптимизма. – Давайте сходим куда-то! Кино, кафе?       Пока ребята решали, в какое же из заведений направиться, я размышляла над достойным предлогом, чтобы не пойти. Откровенно говоря, лишних денег на подобное сейчас нет, да и в принципе не бывает. Юлькины родители всегда щедро снабжали её карманными, поэтому подруга никогда не задумывалась над экономией, Жора с Мишкой тоже явно обеспеченные, но я-то совсем не такая…       Дело в том, что наша семья не очень богата. Если честно, мы едва сводим концы с концами. Если бы я не поступила на бюджет, родители не смогли бы оплачивать моё обучение. Каждый раз прося у них деньги на какую-нибудь вещь или поход, подобный сегодняшнему, я чувствовала себя страшной эгоисткой и всё сильнее хотела хоть что-то сама зарабатывать. Но папа с мамой были против и всё время твердили, что я в первую очередь должна думать об учёбе и не отвлекаться. Поэтому в последние несколько лет я свела любые затратные мероприятия к минимуму, в который совершенно не вписывались Юлькины амбиции. Иногда, конечно, ей удавалось меня вытащить, как, например, вчера, но учитывая, сколько я ей уже должна… Хоть подруга и строит дурочку каждый раз, когда я заговариваю о долге, дела это не меняет. Сумма там уже значительная, а я привыкла платить по счетам.       Сгенерировав в голове пару причин отказа, я уже готова была озвучить самую правдоподобную из них, как вдруг спасение пришло в виде притормозившей около универа иномарки, из окна которой мне помахал рукой самый близкий и родной человек на этой планете – старший брат.        – Привет студентам! – улыбнулся он, подмигивая мне. – Такси до дома?        – Тёмка! – я не сдержала восторженного писка и, наскоро попрощавшись с друзьями, довольно уселась на переднее сидение. – Блин, всё никак не привыкну, что ты теперь на колёсах!        – Я сам до сих пор не привык, – брат хихикнул, отъезжая от бордюра. – Ой, может, Юле надо было предложить?..        – Не-не, – я быстро развеяла его сомнения. – Она собиралась в кино с ребятами, так что…        – А ты опять жалеешь на такое денег, – укоризненно вздохнул Артём, тормозя на светофоре. – Не отстраняйся от друзей.        – Тебе легко говорить, – буркнула я, отворачиваясь к окну. – Вот буду зарабатывать как ты, тогда не буду экономить.       Брат снисходительно улыбнулся и не стал отвечать, сосредоточившись на вождении.       Такой же темноволосый и черноглазый, как я, Тёмка был успешен во всём, что только не делал. Отличник и спортсмен в школе, образцовый студент в университете и, наконец, обладатель хорошей зарплаты, купивший себе месяц назад машину. Всю жизнь, сколько себя помню, я ровнялась на него и мечтала достичь таких же высот, но брат всегда был на несколько шагов впереди. Обычно этот факт только придавал мне сил, но сейчас я почему-то значительно поникла духом. Как уж тут угонишься за тем, кто в двадцать пять лет смог самостоятельно накопить на тачку?        – Да не куксись ты, – притормозив на очередном светофоре, Артём пихнул меня в бок. – Всё будет, но не сразу. У меня на первом курсе тоже кошелёк пустовал, но если к стипендии прибавить подработку, то роскошно заживёшь!        – Мама против, – вздохнула я, вновь поворачиваясь к нему. – Всё боится, что меня обманут, украдут, убьют и так далее. Да и не хочет, чтоб учёба страдала.        – Маму я беру на себя, – хитро подмигнул брат. – У меня есть кое-какие новости… Думаю, тебя заинтересует!        – О-о-о, – я потёрла руки в предвкушении. – Выкладывай, сообщник!        – Э, не-ет, – Тёмка ехидно ухмыльнулся, заворачивая к нам во двор и притормаживая около подъезда. – Я заеду на чай вечером, тогда всё и расскажу. А сейчас прости, у меня ещё пара неотложных дел!       Проводив удаляющуюся машину взглядом, я неспешно побрела домой. Вот вечно он так – разжёг любопытство и уехал, а мне жди теперь!       В квартире, как и ожидалось, никого не было, зато в кухне обнаружилось «письмо любви» от мамы, в котором мне предписывалось провести генеральную уборку, так как вечером приедут Тёма и Ксюша.       Я вздохнула, мысленно перечёркивая отдых, и, наскоро пообедав, принялась за пылесос, швабру и тряпку для пыли. Тёмка, сто процентов, даже не заметит, что перед его приходом квартиру драили, как минимум, час, так что мама наверняка «старается» для Ксюши. Дело в том, что несмотря на все свои достоинства, брат очень долго не заводил отношений и держал многочисленных подруг на одинаковом расстоянии. Мама по этому поводу жутко переживала, поэтому, когда в жизни нашей семьи появилась его девушка, родители с неё просто пылинки сдували. Да и сейчас сдувают…       Артём снимал квартиру и жил отдельно от нас уже почти два года, а Ксюша перебралась к нему, насколько я знаю, около трёх месяцев назад. Интересно, может, он наконец-то решился сделать ей предложение?!       От волнения я едва не перевернула ведро с водой и тут же принялась в деталях представлять свадьбу: саму церемонию, гостей, Тёмкиных друзей, в компанию которых я безуспешно пыталась влиться, Ксюшиных родственников, которых и видела-то разок по скайпу…       Время пролетело очень быстро, вскоре вернулись с работы родители, а затем пожаловали и гости. Ксюша, как всегда, красивая и элегантная, но, тем не менее, совсем не высокомерная, как я подумала о ней после первого знакомства. Не сказать, что совсем не ревную к ней Тёмку, но внутренне, на самом деле, уже признала её частью семьи.       Чаепитие проходило весело и уютно, впрочем, как и обычно, но я с замиранием духа ждала, что же за новость сообщит брат. Наконец, Артём потребовал тишины и, выдержав эффектную паузу, произнёс:        – Мам, пап, мы с Ксюшей и ещё несколькими ребятами… – тут моя «свадебная теория» дала трещину, – … решили открыть своё дело!        – Своё дело? Бизнес, что ли? – мама сразу заволновалась. – Это ж денежные махинации! Сейчас везде воруют…        – Не переживай, – брат улыбнулся, беря её за руку. – Первые шаги, на самом деле, сделаны уже давно, сейчас фирма уже существует и функционирует, просто я не хотел говорить раньше, пока всё не устаканилось…        – Пф! – я наконец-таки обрела дар речи и, осознав, что свадьбы не будет, издала звук спустившего велосипедного колеса. – Неожиданно…        – А то! – Тёмка явно был доволен произведённым эффектом. – Но это ещё не все. Мы сейчас как раз расширяем штат сотрудников, так что…        – Ты хочешь меня нанять?! – от волнения я даже подскочила на стуле. Знала, точно знала, что брат обо мне не забудет!       Артём кивнул и вкратце изложил условия, пришедшиеся мне более чем по вкусу. Работа на складе, несложная, но ответственная, у доверенного человека – что может быть лучше?       Мама, конечно же, не особо разделяла мой ажиотаж, однако папа встал на нашу с Тёмкой сторону, и коллективными усилиями мы смогли её убедить. Я клятвенно заверила родительницу, что подработка не помешает учёбе, и вопрос был решён.       Уже обнимая брата на прощание, я прошептала ему на ухо:        – Спасибо… Но вообще-то я думала, ты нам о свадьбе объявишь.        – Когда-нибудь объявлю, – Артём загадочно улыбнулся. – Как бизнес раскрутится, и мне будет на что обеспечивать семью.        – Какой ты продуманный, – вздохнула я, опуская взгляд. – Если б я не была твоей сестрой, я бы сама за тебя замуж вышла.        – Пф, – брат ехидно захихикал, – ты уж извини, но размер груди меня не устроил бы!        – Ах ты! – я беззлобно пихнула его кулаком, и мы не сдержали здорового смеха. Моя грудь, точнее её практически отсутствие – любимая тема для шуток в семье. Папа даже как-то ляпнул, что скорее кое-что другое вырастет, за что получил от мамы подзатыльник.       – Кстати, как там твои дела сердечные? – вопросил Артём, вдоволь насмеявшись. – Нашла уже любовь всей жизни? Именно в студенчестве самое время искать!        – Не-а, не нашла, – хмыкнула я. Почему-то в этот момент мне вспомнились глаза Карины, но я не обратила внимания на эту шальную мысль.       Дальше разговор пришлось прекратить, так как из кухни появилась Ксюша, нагруженная различными гостинцами от мамы, и Тёмка оперативно бросился ей помогать. Прощание немного затянулось, так что пока все по кругу обнимались и целовались, брат успел объяснить мне дорогу до склада и уточнить время, к которому я должна завтра прийти.       Счастью моему не было предела, поэтому, когда коридор, наконец, опустел, я, окрылённая хорошими новостями, быстро помогла убрать со стола и удалилась в свою комнату, где сделала часть того, что сегодня задали. В идеале, конечно, делать каждое задание в тот же день, в который его дали, но это, пожалуй, слишком сложно. Сейчас главное вернуть режим сна в приемлемые рамки. Приняв это важное решение, я оперативно завершила все дела, включая интернет-сёрфинг, и легла в постель с твёрдым намерением завтра встать пораньше.       Наверное, я была слишком взволнована и счастлива, поэтому сон совершенно не шёл. Я думала о работе, об универе, о новой жизни, пыталась хоть примерно просчитать распорядок дня, ведь теперь надо будет успевать гораздо больше. Потом мысли постепенно перекинулись на Карину. Хоть я уже и обладала какой-то информацией о ней, почему-то упорно хотелось узнать больше. Сама не зная зачем, я вытащила из пенала её послание и положила рядом с собой на подушку.        «Теперь мы квиты». Значит, всё? Больше помогать друг другу не будем? Не будем больше общаться? Хотя, мы и так не особо общались…       Почему-то от этих мыслей стало грустно. Миша и Жора наговорили о Карине много плохого, но я просто не могу в это верить. Она не может быть настолько ужасной. Она – такая красивая, аристократичная и изящная… И с потрясающим взглядом…       Поймав себя на столь романтичных рассуждениях, я резко оборвала мысль и перевернулась на другой бок. Не дело это – думать о ней в таком ключе. Даже если отвлечься от того факта, что мы обе девушки, остаётся такое важное обстоятельство, как социальное положение. А тут даже смешно сравнивать.       Всё, спать, Ника, завтра новый день.