Driven Into The Cage

Спустя некоторое время после этого ужасного дня все вроде бы нормализовалось, Луи только сейчас осознал каким он был идиотом, он заботился только о себе и совершенно забыл о маленькой крохе, живущей у него в животике, который слегка округлился. — Прости меня, малыш, прости, — он поглаживал животик, смотря на свое отражение в зеркале.- Все у нас с тобой будет хорошо, я обещаю. Все бы хорошо, только как-то несовсем приятно начало колоть, а затем вообще перерасло в режущую боль в облости пупка. Паренек согнулся от боли, у него участилось дыхание и штаны стали мокрыми, кровь все сильнее текла. Томлинсон кое-как дотянулся до телефона и набрал скорую: — Здравствуйте, чем могу помочь, — донесся милый голос девушки. — Я, мне больно, живо-о-от, ай, Lime Street 5,быстрее, умоляю, — как можно четче протороторил русоволосый перед тем как отключиться. Отчнулся он в каком-то белом помещении с ярким светом, одетый в обычный больничный балахон. — Ооо, Вы уже очнулись, мистер Томлинсон, — радостно проговорил доктор, на вид ему двадцать три — двадцать шесть, высокий кареглазый шатен с татуировками на руках, которые просвечиваются через кристально белый халат и прекрасный английский акцент, доводящий до эйфории. — Здравствуйте, — взволновано начал голубоглазый.- Как мой ребенок? — Успокойтесь, — опять очаровательная улыбка доктора.- Все хорошо, Вы-молодец, что рано успокоились и смогли вовремя позвонить. Ваш ребенок будет счастливым! — Спасибо. Я очень благодарен Вам, доктор. — Я — Лиам Пейн, Ваш лечащий врач. — Луи, — слегка улыбнулся он. — Не хотите посетить психолога? Беременным это помогает. — Нет, я и сам, вроде как психолог… — Ааа, тот самый Луи Томлинсон, моя жена хотела к Вам попасть, она тоже беременна, -улыбнулся кареглазый.- Я Вам назначаю: чаще пить чай со сладким и посещать занятия для беременных, моя жена тоже их посящает, а Вам, Луи, это очень нужно, особенно малышу. — Я могу принять Вашу жену, — оповестил Лу. -Правда? — удивился Пейн. — Правда, — улыбка в ответ. — Спасибо. — Это мне стоит быть Вам благодарным. — Ладно, — снова улыбка, — выздоравливайте. Через три дня Вас выписываем. Через четыре дня. Все нормализовалось. Стало обыденным. Луи заботился только о своем малыше, теперь воспоминания о Гарри для него были не так болезнены. Томлинсон работал и ему это нравилось. В послелнее время он очень сильно подсел на апельсины и другие цитрусовые, поэтому его можно было кажлый день встретить в маленькой овощной лавке рядом с домом… Вот как и всегда вечером он возращался радостный домой и размышлял чего он хочет. Выйдя из машины, он проследовал по привычному ему маршруту, в овощной магазин. Войдя, продавщица-Миссис Стюард улыбнулась ему: — Как всегду, Луи? Апельсины, бананы и киви? — Нет, сегодня я возьму яблоки и помидоры, — улыбнулся в ответ Луи. Вроде обычная картина, если бы за углом не прятался Гарри, он не хотел тревожить своего бывшего, напоминать о себе, но что-то его насторожило. Возможно, то что он хорошо знал когда-то своего Луи, он прекрасно помнил, что бананы он не ест, потому что ему не нравится их запах, а апельсины слишком кислые… Что же он делал здесь? Ничего, он просто проезжал мимо, просто привычка, просто воспоминания, которые трудно забыть. Нет, он уже не любил Луи, у него был Стен, к Лу у него остались дружеские чувства, вина и уважение. Но забыть он не мог, был просто не в силах, хотя думал, что это просто чувство вины. Утверждать обратное мы тоже не можем, не будем заглядывать наперед… Главное что сейчас они счастливы, хоть это была иллюзия. На следующий день.  — Вы говорите, что Вы постоянно находитесь с женой Вашего любимого человека. И что же Вы чувствуете? — спросил своего пациента Луи. На черном диване лежал брюнет весь в татуировках, глаза его были цвета виски с колой, легкая щетина. — Да, — простянул парень с волосами цвета угля.- Мы с ней ходим на одни занятия, мы с ней в дружеских отношениях. Понимаете? — Понимаю. Вы не волнуйтесь, расскажите, что Вас тревожит. — И она его любит. Она добрая, а я козел! — вынес вердикт несчастный пациент. — Почему Вы так считаете? Поймите, что бросить ее в таком положении было бы нечестно, подло и грубо. Наберитесь терпения, — ободрил русоволосый. А ведь он был прав. — Потому что, если честно я и сам не знаю. Я постараюсь, набраться терпения. -Здравствуйте, класс. Будущие родители, как ваше самочувствие? — в зал зашла девушка лет двадцати восьми в розовой майке и черных леггинсах, рыжие волосы были собранны в хвост. — Начнем с новеньких. Я- Мисс Бенет. — Луи Томлинсон, я буду здесь напротяжении всей беременности. — Очень приятно познакомиться. Рады твоему приходу. Софи введи его в курс дела, пожалуйста. -Хорошо, — доброжелательный голос донесся от куда-то с зади. Лу обернулся и увидел милую шатенку с таким же маленьким животиком, как у него самого. — Привет, — улыбнулся голубоглазый. -Привет. Начнем, — у них это точно семейное, они улыбаются так искренне. Спустя пятнадцать минут после начало занятия дверь распахнулась и вошел он, тот самый пациент Томлинсона. — Извините за опоздание, — немного запыхавшись произнес кареглазый пакистанец. — Ничего, Зейн, проходи. Иди в группу к Луи и Софи…  Да, немного неловко было в последующие пять минут, так как по дружескому объятию Зейна и Софи Лу понял, кто есть кто и не мог до конца поверить, что тот самый Лиам вел две совершенно разные жизни. Но он не мог его судить, потому что он бы поступил так же, ведь русоволосый был в ужасном положении после того как его отпустил кудрявый и никому такого не пожелает. Ему стало как-то нехорошо, поэтому он оставшееся время сидел на кресле и мысленно разговоривал с животом. Зейн, Луи и Софи с каждым днем общались теснее и дружелюбнее. Зейн сначала был немного напряжен по поводу того, что Луи знает маленькую тайну его жизни и боялся, что она будет расскрыта, но Томмо заверил его, что будет молчать. Вот так вот и начинается дружба… точнее так началась дружба этих троих счастливых будущих родителей. Спустя 8 месяцев и 2 недели: — Я сейчас умру, — стонал голубоглазый, лежа на каталке. За руку его держали Зейн и Софи, животы у них были, подобающие сроку. — Терпи, Лу, терпи. Мы уже в больнице, — как можно бодрее говорил Малик. — Со мной всегда все хорошо, только сначало плохооо, — нервно улыбнулся русоволосый и пыхтел, как маленький ирландский чайничек. Через две недели Софи и Зейн родили в один день с разностью в два часа. У Зейна девочка-Нина, у Софи мальчик - Ник. Через пять лет — Стен, белое или красное вино? — Ммм, красное, — блондин нежно поцеловал Гарри в губы. Гарри и Стен женаты 3 года, летом они хотели перейти на новый уровень — пополнить семью Стайлс, но через несколько процедур у врача, оказалось, что Стен бесплоден.Хоть омега и пытался быть сильным, но шатен слышал, как по ночам его супруг идет в комнату, которую они уже обустроили для их малютки, а утром он был с опухшим лицом и с красными глазами. Сейчас Стайлс выбирает вино, он решил ободрить своего любимого, сказать, что он его все равно любит… -Маргарет, маленькая вредина, вернись или останешся без сладкого! Из продуктового отдела выбежала маленькая кудрявая девочка, а за ней голубоглазый омега. И вот они встречаются глазами.Повисло молчание. В их памяти всплыли счастливые моменты их времени и тот самый вечер, в который изменилось все..