С масками и без...

      На скромную сырную лавку, выделяющуюся среди прочих зданий только немного побледневшей от времени вывеской, Маринет смотрела со смутным нехорошим желанием обрушить её под прикрытием борьбы со злодеями и попросить не восстанавливать. Она, конечно, понимала, что никогда подобного не сделает хотя бы потому, что её владельцы лично семье Дюпен-Ченг не причинили никакого вреда, но от одного только воспоминания о карманных деньгах, от которых осталось меньше трети, сердце кровью обливалось.       - Быстрее же, быстрее, - прошипел из сумки Плаг, и Маринет с тяжёлым вздохом вошла внутрь.       В нос сразу же ударила смесь специфических запахов сыра. Плаг издал звук, отдалённо похожий на довольный "мявк", и заурчал, Маринет же старательно удерживая нейтральное выражение лица, направилась продавщице. Та приветливо помахала рукой.       - Тебе как обычно? - поинтересовалась она.       - Да. Пожалуйста, сто грамм чего-нибудь не очень дорогого и не сильно ароматного, - выговорила девушка, старательно изображая внимательный осмотр витрины.       - Хорошо, - снисходительно ответила женщина. - У нас как раз кусочек подобного продукта остался.       Воспользовавшись тем, что продавщица удалилась в хранилище за искомым сыром, Плаг выбрался из сумки и, мельком оглядев разложенное на витрине великолепие, ехидно спросил:       - Что-нибудь не очень дорогое и не сильно ароматное? Ты о таком понятии как сорта сыра слышала?       - Слышала, но все предыдущие годы я прожила без их знания, и теперь, прочувствовав в полной мере определённые сырные качества, не горю желанием их запоминать, - ответила девушка, бесцеремонно запихивая своего квами обратно.       К слову, о разновидностях сыра Маринет не знала ничего кроме того, что он бывает с плесенью и без неё, вонючий и не очень.       Вернувшаяся в зал продавщица положила на весы аккуратно завернутый кусочек, не источавший к неимоверному счастью девушки никаких особо резких запахов, и, взвесив, взяла оплату. Кошелёк Маринет стал ещё более пустым чем раньше, и она, опечалившись данному факту, не обратила никакого внимания на пристальный взгляд, направленный на неё.       - Интересно, почему девушка, не особо любящая сыр, покупает его с такой завидной регулярностью?       Вопрос был внезапным, Маринет даже не сразу поняла, о чём её спросили, но, как только до неё дошло, мысли заметались в голове с невероятной скоростью. Правда вертелась на языке, но говорить её не следовало ни в коем случае.       "По какой причине человек может есть продукт, который ему не очень нравится?" Невнятная, сырая отговорка едва успела оформиться, но девушка решила сразу же пустить её в ход.       - Думаю, это можно назвать своего рода диетой, - произнесла Маринет, уставившись в пол.       Кончики ушей запылали, выдавая её волнение в связи с ложью, но была надежда, что продавщица посчитает это признаком смущения во время признания.       - Вот оно как...       - Да, именно так, - каким-то чудом девушке удалось оторвать взгляд от пола и даже вполне правдоподобно улыбнуться. - До свидания.       Маринет с трудом удержала себя от того, чтобы, уходя, не перейти на бег. Она размеренным шагом прошла несколько домов и, только зайдя в переулок, позволила себе остановиться, чтобы прийти в себя. Слишком уж юная Дюпен-Ченг не любила ложь и слишком плохо умела врать, чтобы остаться спокойной после такого разговора. Глубоко вдохнув, Маринет постаралась максимально расслабиться и тотчас же услышала чавканье. Такое хорошо знакомое чавканье.       - Плаг! - возмущённо воскликнула девушка, открывая сумку, в которой, как оказалось, наедине остались квами и сыр.       - Что? Ты мне ещё "спасибо" должна сказать за то, что я ем такой пресный, неаппетитный сыр.       - Да уж, спасибо, - пробурчала Маринет, отбирая уже изрядно покусанный кусок. - Только, если ты будешь поглощать его по поводу и без, тебе в скором времени придётся перейти на продукт сырный плавленный, потому что станка для печатания денег у меня дома нет, а грабить банки и магазины я не собираюсь.       Плаг предпочёл тактично промолчать, потому что питаться тем, что люди называли "плавленным сыром", не очень хотелось.       В душе Маринет тем временем медленно устанавливалось умиротворение. Ведь слова про диету были не такой уж и ложью, она просто не уточнила, для кого покупает.