Пути назад нет

- Что? Ты смеешься? Да, у меня есть навыки правления! Но, проклятье! Я не собираюсь всю жизнь, заметь, очень долгую жизнь, быть императором огромного процветающего государства! Да я просто не смогу этого сделать! - Дакар был просто в бешенстве. - Я не могу остаться, Дакар. Здесь слишком все изменилось. Сама земля изменилась. Здесь мне нет места. Я пережиток прошлого, который по какой-то причине еще до сих пор не сгинул. Кроме того, месть станет на какое-то время для меня целью, а там посмотрим. - Ты не можешь. Я отказываюсь. Лион, да я сам хотел уйти отсюда. Я не могу долго сидеть на одном месте. Меня держало только то, что я был правителем воинствующего государства. А ты, демоны тебя дери, показал мне новые знания, новые миры… - Дакар разъяренно смотрел на Асмериллиона, но глаза его по-прежнему оставались ярко зелеными, в них не было даже отголоска черноты глаз альвов. Да, за столько лет он научился лучше себя контролировать, во многом благодаря этому магу, который с непроницаемым лицом стоял сейчас напротив. - Если честно, меня мало волнует судьба этих людей. Делай, как посчитаешь нужным, но Арингол я оставляю на тебя, - Асмериллион развернулся и тихо вышел, оставляя ошарашенного новостями Дакара одного. - Проклятье! – Дакар со всей силы ударил кулаком о стол. Этого просто могло быть. После стольких лет совместных трудов по построению единого, мощного государства, налаживанию мира, экономики, установления дипломатических контактов. Асмериллион теперь хочет все вот так бросить. Оставить все на него. Дакар даже предположить такого не мог, чт Лион оставит все на него. Да империя не сможет без его руки, не удержится. Уйдет могущественный правитель – и не станет всего того, что они так долго строили. Дакар не выдержал и быстрым шагом вышел из кабинета, направляясь следом за Лионом. Буквально влетая в кабинет, он с силой захлопнул дверь, отчего светильники у входа мигнули. В ярости силу он не контролировал. - Мы еще не закончили. Какого демона ты это делаешь? Зачем вообще тебе это было нужно? Все это. Тратить столько сил и времени, чтобы потом взять все и бросить. Это на тебя не похоже. Так в чем же дело? - В том, что я нашел то, что искал. Дакар застыл, не понимая, о чем тот говорит. Асмериллион чуть помолчав, продолжил: - Я нашел предателей. Знаю, где они. Столько лет я потратил на поиски. Но, знаешь, Дакар, для меня время – не важно, оно важно для людей. А на людей мне плевать. - С каких это пор? - Всегда было. - Я тебе не верю… - Ты не понимаешь, ты не видел то, что было раньше. Не видел, - в тихом голосе звучала затаенная боль. – Они пришли, как саранча. Уничтожая все, к чему прикасались. Они не ценили красоту. Жестокость и агрессия, алчность и низменные потребности – вот что такое люди. - Не все. К тому же альвы и оборотни похожи на людей. Это вы – перворожденная раса. Но и вы тоже не идеальны! Живые, прекрасные куклы! Вы хоть что-то испытываете? Вы - бездушные руководители своих марионеток. Да какой в этом смысл? – Дакар кричал, даже не осознавая этого. Все напряжение последних месяцев, которые выдались особенно трудными, выплескивалось наружу. - Мы чувствуем, Дакар. Более чем ты думаешь. Мы не бездушные, - тихий голос никак не изменился. Он оставался таким же ровным и слегка надменным, в нем слышалась сталь, каткие интонации заставляли людей бояться. В нем слышалась мудрость времен. - Нет идеальных рас. Создателю никогда не нравилось то, что он создавал, он всегда искал совершенство и не находил его, создавая все новые и новые. Дакар немного успокоился, взяв себя в руки. Своими бьющими через край эмоциями он ничего не добьется. - Вот и сейчас – холоден, как и всегда. С тобой невозможно разговаривать, воскликнул Дакар. - Неужели, - насмешливый голос заставил Дакара напрячься, надо же хоть что-то. – А что ты хочешь от меня услышать? – Асмериллион подошел вплотную к Дакару, не касаясь его. Мужчина чувствовал его дыхание, шевелившее короткие волоски на лбу. – У меня отняли все, что у меня было. Мне наплевать на власть, деньги, а теперь даже на окружающих. У меня ничего не осталось. Раньше у меня был долг. Я не выбирал, все было решено за меня. Я никогда не был свободным и за столь долгое время мне это… надоело. Я хочу получить хоть частичку той свободы, которая всегда была у тебя. Тебе ведь тоже не нравился Совет двенадцати, управление Гильдией, ты также стремился к свободе. Хотя бы в этом ты меня сможешь понять. Мой долг - забота об этом мире. Он требовал, чтобы я попытался его улучшить, сделать его хоть отдаленно похожим на прежний. Посмотри, я многого достиг. Все, что можно было сделать в этих условия, я сделал… мы сделали. Я показал им новые, давно забытые технологии. Теперь люди не голодают. Я принес им мир – теперь они под надежной охраной оборотней. Я обучил магов – теперь они смогут поддерживать ту силу, что есть. Более я здесь не нужен. - И тебя не волнует, что будет после того как ты уйдешь? - Нет, Дакар. Я точно знаю, что будет. Я был в стольких мирах, когда мое настоящее тело было заточено здесь. Я проживал сотни жизней, и я уверен, что будет с этими людьми дальше. История в разных мирах никогда не меняется. Люди не смогут долго жить в идеальном мире, они сами его и разрушат, просто потому что одним не будет хватать денег, другим власти, третьим земель, четвертым захочется вечно жить, других погубит похоть. Замкнутый круг. Пороки и грехи. Людей не изменить. Знаешь, в одном из миров, была вера, которая позже преобразовалась в религию – еще одну форму порабощения и подчинения. Смешно, люди всегда могут все извратить, даже самые светлые и искренние порывы. – Асмериллион задумчиво смотрел сквозь Дакара. В нем отражались просто непостижимые разуму мудрость и знания. Казалось, он знал все тайны мироздания. - Так вот, эта религия, строилась вокруг единого бога и его сына, посланного на землю, чтобы исправить людей, помочь им, избавить от грехов, в которых они погрязли. И знаешь, что они с ним сделали – распяли. Даже он не смог их спасти, хотя пытался. Воскрешение. Он взял на себя все их грехи и что же? После этого сотни, тысячи лет бесконечных, кровопролитных воин, уничтожения, жестоких убийств и ненависти. Сами же проповедники их божества уничтожали миллионы людей, подвергая их жесточайшим пыткам. Фанатики, гоняющиеся за химерой. Такова сущность людей, - голос мужчины звучал отрешенно, но видно было, что ему жаль, все равно жаль всех этих несчастных существ. Жаль, что он ничего не может изменить. Помолчав, Асмериллион продолжил. Дакар слушал и понимал, что ничего уже не изменить. Призрак уйдет и ничто его не остановит. - Ты не прав, говоря, что альвы и оборотни похожи на людей. Оборотни, по сути, действительно, звери. Ими движут инстинкты, но они никогда не убивали просто так. Я не беру времена безумия, но даже в это темное время они приспособились, подавляя темные, низменные инстинкты, преобразовывая их. По крайней мере, большая их часть. Оборотни всегда держались вместе, помогали друг другу. Альвов можно назвать более человечными, но лишь отчасти. Им всегда были чужды понятия власти, денег, хотя страсти бушуют внутри них. Да, Создатель сделал шаг, от холодных Призраков к новой расе. Он наделил альвов чувственными эмоциями, лишив, однако некоторых инстинктов, например, таких как страх… - взгляд Асмериллиона вновь обратился на Дакара, даря спокойствие и умиротворение. - Тогда зачем? Я не понимаю… - чуть слышно спросил Дакар, утопая в этих глазах с тоненькой полоской зрачка. - Это был мой долг. Теперь все. Я полностью его исчерпал. Оборотни получили связь. Теперь это связь с землей и этим миром, а не с Призраками. Здесь меня больше ничего не держит. Но я хочу, чтобы ты правил этой страной. Правил ей мудро. За эти годы ты многому научился, теперь время закрепить результат. Ты стал настоящим Призраком, отец бы тобой гордился. Прощай, Дакар и удачи, - кончики пальцев прикоснулись в прощальном жесте к вискам, скользнув по линии подбородка, прикасаясь к губам и дальше на шею, заканчивая свой путь. Дакар вздохнув, закрыл глаза, чего-то ожидая, а когда открыл, в библиотеке больше никого не было. *** Красивый мужчина с серебристыми волосами стоял посреди маленькой комнаты, сплошь заваленной книгами, свитками и другими вещами на высоком дубовом столе, на полках и даже на полу. Перед ним горел портал, который источал белое свечение, от которого рябило в глазах. По нему всполохами проходили голубоватые потоки силы, притягивая и завораживая. Мужчина был полностью одет в серебристо-серый костюм для верховой езды. Голову украшал серебряный обруч, сплетенный из листьев и цветов экзотических растений, от названия которых осталось упоминание лишь в старинных хрониках, и небольшого голубого кристалла на лбу, который сейчас светился таким же светом, что и арка. Проведя кончиками пальцев по столу, мужчина обвел ими корешки книг и символы, написанные на обложках. Задумчивая улыбка скользнула по губам. Предвкушение отразилось в глубине черных, как тьма глаз, с узким зеленым зрачком. Не спеша, сняв с себя обруч, мужчина положил его на стол. Расстегнутый кафтан небрежным движением плеч был скинут на пол. Глаза еще раз обежали маленькую комнату, как будто запоминая, остановились на портале. Через несколько секунд комната погрузилась во тьму. Ни портала, ни мужчины в комнате больше не было.