Все будет завтра

Морти не скучал по дому, даже мысли не возникало. Почему-то прежняя жизнь казалась такой далекой, порой вовсе ненастоящей. А иногда грезилось, будто она совсем застыла где-то на другом конце галактики, и его возвращение запустит ее, словно фильм, поставленный на паузу. Он не знал, нормально ли такое почти эгоистическое отношение. Прибудь он на Землю - его двойнику отсканировали бы воспоминания и передали бы оригиналу. Морти ничего не теряет в любом случае, но даже так юноша не желает назад. Когда он начинает задумываться о своих дальнейших перспективах жизни дома, его передергивает. Попав обратно, Морти не сможет смириться с обыденностью, с тем, что он станет невзрачным пятном и растворится в рутине, подобно отцу, единственное утешение которого жалкое подобие хобби по коллекционированию бесполезных монет. Прошло около месяца с тех пор, как он покинул родную планету. Все это время он и Рик путешествовали по вселенным, заметая следы опаснейшего межгалактического преступника – Ричарда Санчеза: проникали, взламывали, ликвидировали. Но на фоне всех захватывающих дух приключений, контрастно выделялись кратковременные передышки. Иногда ради прикрытия им приходилось играть роль туристов, хотя Морти не играл - он наслаждался происходящим. Мальчишка никогда не забудет их визит на V-257, которая являлась одной большой копией Венеции. Они катались на гондоле по водам непривычного густого белого цвета, над ними стелилось розовое ночное небо: Рик говорил, что это неестественные цвета планеты, а Морти совсем не сокрушался по этому поводу. Под миниатюрным безупречно сервированным столиком прямо на лодке была спрятана пушка. Когда они поравнялись бортиками с кем-то, Рик, якобы потянувшийся за бокалом вина, выхватил оружие и, практически не целясь, даже не отрываясь от лица внука, прострелил башку инопланетянину. Под испуганный возглас мальчишки Санчез пинком столкнул тело в воду, сказав нечто вроде: «Голосуй за тридцать пятую поправку, мразота». У этого существа оказалась темно-красная кровь, которая красиво разливалась по белоснежной воде, будто в молоко добавили вишневый джем. Морти запрещает себе думать о подобной красоте, ведь по факту его дед совершил убийство разумного инопланетянина, но все равно смерть нечеловека воспринимать значительно легче - это пугает. Гондола плывет дальше по пустому каналу, позади раздаются крики и вой сирены. Рик не растерялся, как и всегда, он схватил Морти, притянул к себе, заставляя прогнуться в спине, и бесцеремонно уткнулся обветренными губами тому в шею, попутно лапая его задницу рукой. Юноша от неожиданности вскрикнул. Патрульный катер проплывает мимо: их приняли за очередную парочку. Рик позволяет себе терзать шею внука чуть дольше положенного. Мальчишка, запрокинув голову, видит звездное небо и чувствует теплые губы на своей коже, от прикосновений которых идет дрожь по всему телу. *** Порой приходилось скрываться на каких-нибудь богом забытых планетках. Бушует лютая метель, ноги по колено проваливаются в снежные сугробы, но им нужно дойти до убежища, пока не стало еще холоднее. Здесь не работает никакая навигация, Рик ведет по памяти, изредка прерываясь, чтобы хлебнуть из фляги и согреться хоть на немного. Он предлагает выпить Морти, но тот терпит и стучит зубами. Температура почти опустилась до критического для человека уровня, прежде чем им удалось найти логово и попасть внутрь. Конечно, там царила темнота до тех пор, пока Санчез не хлопнул в ладоши: включился свет. Однако генератор ответил лишь противным скрежетом, Рик, матерясь, пнул его ногой, после раздалось мерное жужжание. Потихоньку помещение начало прогреваться, и вскоре уже можно было снять верхнюю одежду. Здесь было весьма неплохо, даже немного уютно, скорее всего, из-за камина, к которому поспешил сесть Морти. Рик же, прихватив бутылку из бара, уселся за свою систему слежения, представляющую собой множество мониторов с различной информацией от погоды снаружи (где-то минус двести по Цельсию) до сигналов с явно взломанных спутников. После мониторинга и убеждения в относительной безопасности Рик смог вздохнуть спокойно и шатающейся походкой подойти и устроиться напротив огня. И угораздило его выбрать именно эту ледышку, в следующий раз он постарается и найдет тропики. - Двигайся, засранец, - Рик садится совсем рядом, а потом поворачивается назад, - Эй, бесполезная хрень, цикл синтеза индейки с грибным соусом. Через десять минут птица была готова, приготовившее ее изобретение подозрительно смахивало на пропавшую давным-давно микроволновку. - Р-р-рик, эта штука на вкус, как вата. - Я, черт побери, создал из ничего пищу, Морти, из пустоты, я даже круче ебанного Иисуса, - Рик кладет себе в рот кусок мяса и сразу выплевывает. – Что за нахер, это есть нельзя. Выплюнь, мелкий. В итоге, после долгой возни с машиной удалось получить куриные крылышки вроде как. Затем Рик вновь просмотрел свои радары и датчики, после пнул диван, разложившийся в кровать. Все-таки здесь не так много места для отдельной кровати, и вполне оправдано, иначе они бы замерзали и тратили слишком много ресурсов. Они теперь всегда спят вместе - это стало уже чем-то само собой разумеющимся, иногда Морти кажется, что Рик замерзает. А тепло на этой планете самая большая ценность, поэтому мальчик, оказавшись в родных объятьях, прижимается сильнее. Слушая дыхание рядом и буйство стихии снаружи, юный Смит думает о том, что будет завтра, и послезавтра, и после послезавтра, и улыбается своим мыслям.