Мамой клянусь!

Поттер пропал. Вообще исчез с горизонтов: не появлялся, не докучал, не ныл — его будто бы никогда и не было. И Снейп, чертыхаясь, кляня на чем свет стоит себя, покойничка-лорда, Дамблдора, всех гриффиндорцев, вместе взятых и особенно одного, самого неугомонного, не находил себе места. Первые пару дней он ощущал себя парящей в небесах нимфой. Следующие сутки — ползающей по дну камбалой, а еще через двое — беснующейся мартышкой, которая, будь у Снейпа в доме лианы, скакала бы, как ненормальная, по ветвям, лишь бы унять безумное беспокойство. Северус запер от самого себя камин, дверь, установил антиаппарационку, выпил успокоительное и отправился в лабораторию. Но мерзкое, колюще-режущее беспокойство сжирало его изнутри. Стоило только закрыть глаза, как тут же в мозгу появлялся воображаемый Поттер, истекающей кровью, с переломанными ногами, руками, свернутой шеей, покрытый синяками и порезами, из которых сочилось что-то черное, или желтое, или красное… Снейп так сильно жмурился, что перед глазами плясали разноцветные круги, а успокоительное давало такую слабость ногам, что он вынужден был приваливаться к стене и глубоко дышать. О, как же он ненавидел своё извечное желание вытаскивать героя из его геройского дерьма! Но привычки, многолетние, заскорузлые шрамы неискоренимы, несводимы никакими средствами, а потому, по истечении недели, Северус, стиснув зубы и засунув в карманы стратегически важный запас зелий, произнес, кидая в камин добрую горсть пороха: — Гриммо, двенадцать. То, что встретило бывшего профессора в гостиной, куда он вышел из камина, повергло его в шок. Кровь, алая и свежая, была повсюду — стены, стол, пол, диван, и даже входная дверь. Собственная субстанция, которая обычно бодро курсировала внутри Снейпа, моментально застыла в жилах и он закрыл глаза. «Всё, опоздал…» — билось в возбужденном мозгу. — Поттер, ты такой Поттер… — с пекущими глаза слезами прошептал Северус и, наконец, отмер. Вдруг откуда-то со второго этажа раздалось зычное ругательство, Снейп вздрогнул и ринулся вверх по лестнице, на бегу доставая палочку и разрабатывая план захвата убийцы любимого (какого черта теперь-то себе врать!) героя. Влетел, застыл на месте, прожег взглядом насквозь, и… не смог вымолвить ни единого слова. Эффектное появление Северуса в распахнутой мантии с палочкой наперевес заставило Поттера подскочить на месте, зашарить измазанными руками по полу в поисках своего волшебного инструмента и, наконец, убедившись, что опасность в лице какого-нибудь очередного злодея отсутствует, успокоенно выдохнуть: — Снейп, ты как черт из табакерки — напугал до смерти! Поттер сидел на полу, скрестив ноги, а перед ним в полный рост стоял трансфигурированный Снейп в черной, застегнутой наглухо, мантии. А в руках тот профессор держал крупное белое нечто. И это самое нечто весьма недвусмысленным образом напоминало эрегированный член, торчащий из складок одежды. — Это что? — стуча себя по груди и пытаясь восстановить голос, прохрипел Северус. — Банан. И у меня ничего не выходит с ним. Совершенно ничего! Поттер двинулся вперед и открыл рот, пропуская в горло спелый ароматный изогнутый ствол. Закашлялся и инстинктивно сомкнул зубы, откусывая сразу больше половины. Снейп вздрогнул, прикрывая пах руками. — Я даже смотреть не могу на них! Меня тошнит от одного вида. Я просто не могу больше делать это, — Гарри дожевал банан, через силу сглотнул вязкую субстанцию и продолжил, — с ним! Поттер ткнул пальцем в обгрызенный ствол и брезгливо сморщился. — Ты… — выдохнул Северус и не смог вымолвить больше ни слова, потому что поганец расслабленным языком лизнул откушенный банан и скосил глаза на бывшего проффа. — Ну и что мне делать с этим? Я ведь сейчас все правильно делаю. Вот, смотри, я нашел книгу, — Гарри продемонстрировал маггловскую брошюру, — «Искусство минетов, умелое владение языком». Тут написано, что надо просто открыть пошире рот, расслабить горло… — Я убью тебя, Поттер! — рыкнул Северус и ринулся на Гарри с озверевшим лицом. Навалился, словно гигантский осьминог, и вцепился в горло несчастного героя, глаза которого были выпучены так сильно, что, казалось, сейчас вывалятся из орбит и покатятся по полу спальни. — Я же думал, что тебя убили, скотина ты этакая! Снейп прикладывал и прикладывал Поттера головой об пол, отчего тот лишь громко клацал зубами. — Пропал на неделю, все в крови, разруха везде, а он тут разврату предается! Северус оседлал распластанного по полу молодого мага и вцепился ему в шевелюру. Стиснул пальцы, заставляя Поттера запрокинуть голову и застонать. — Я же чуть авроров не вызвал, безмозглый ты придурок! И Снейп обессиленно упал на Гарри, утыкаясь длинным носом в крепкую шею и понимая, что здесь и сейчас позволит этому мерзавцу, кретину и его персональному наказанию всё! И даже больше… Северус отключил собственное сознание и, практически напоминая самому себе оголодавшего вампира, вгрызся в вожделенную шею. Поттер совершенно бесстыдно скрестил ноги на пояснице у бывшего профессора, выгнулся, как в лучших фильмах эротического содержания, и застонал. — Прекрати вести себя как дешевая шлюха, — пробормотал Снейп, не в силах оторваться от неистово колотящейся жилки на шее героя. — А как дорогая? — О, заткнись! Снейп с каким-то остервенением целовал пахнущие бананом губы, вылизывал сладкий рот, и лишь краем сознания отмечал, что совершенно неприемлемо постанывает от удовольствия. Руки самопроизвольно забрались под футболку и скользили в хаотичном порядке вдоль торса, наслаждаясь теплом тела. Он потерялся в этом запахе, вкусе, утонул в ощущениях и чувствовал, как возбуждение совершенно затуманило мозг. «К черту» — мелькнула мысль, а член согласно дернулся, предвкушая. Как Северус оказался спиной на полу, он и не понял сразу, чувствуя что Гарри совершенно бездарно трахает его рот своим языком. — Мягче… — выдохнул Северус и обхватил партнера руками за лицо, направляя, показывая. Поттер оторвался от Снейпа и выпрямился, потираясь о пах бывшего проффа. — Мммм, ты только одними поцелуями доводишь меня до безумия… Как только подумаю о том, что трахну своего бывшего профессора, грозу подземелий… И Поттер оказался впечатанным в противоположную стену. Снейп резко поднялся на ноги, окинул презрительным взглядом расхристанного героя, потирающего шишку на затылке, и сказал: — Вы, Поттер, очевидно решили, что потешите собственное самолюбие за мой счет? Разочарую вас: не выйдет. Наша договоренность потеряла свою силу. Впредь настоятельно советую не беспокоить меня своими визитами и не озадачивать проблемами. — Ты же хочешь меня, Снейп! И я хочу тебя до безумия. — Закрой рот, Поттер, и не смей приближаться ко мне на расстояние ближе пяти метров. — Прости меня, я сморозил глупость, но не бросай меня вот так вот. Да, я надеялся, что ты позволишь мне себя… — Хватит, Поттер, — устало произнес Северус и потер лицо, выдыхая, — я больше не желаю обсуждать сексуальную составляющую нашего брака. Решай свои проблемы как тебе будет угодно, но не за мой счет. — Чертов Снейп! Я сплю и вижу тебя в своей постели, я дрочу на твой светлый образ, — орал Гарри и махал руками в разные стороны, — я трансфигурировал твоё тело, потому что мне до дрожи в коленях хочется посмотреть на голого тебя, так почему ты не можешь просто отпустить себя? Или у тебя пунктик только насчет меня? Ты не можешь подставить задницу бывшему студенту? — А кто тебе сказал, что я вообще собирался подставлять тебе задницу? Ты, самоуверенный заносчивый гриффиндорский ублюдок! — Я, по крайней мере, честный ублюдок, в отличии от тебя, мордредов ты слизеринец! Ты же едва не облизываешься при виде меня, только при этом строишь из себя черте кого! Да пошел ты, Снейп! Я иду трахаться, и мне плевать на последствия. Меня все это заебало, понял?! Северус открыл дверь комнаты и почти вышел, но на миг замер и обернулся: — Делай, что хочешь, мне уже все равно. И ушел, слыша, как герой швыряет в стены предметы мебели. А Поттер, негодуя и чертыхаясь, срывал с себя одежду, натягивал чистую футболку, джинсы, и перебирал в памяти своих подружек. Рычал, понимая, что ни одна из них не вызывает даже малейшего желания трахаться. Тело еще чувствовало крепкие руки, жадные, напористые поцелуи, и этот взгляд, который горел желанием обладания. Вылетел из дома и быстрым шагом пошел по аллее. Ох, как же он был зол! Гарри шел быстрым шагом по дорожке, не видя ничего перед собой, пылая праведным гневом, ведя диалог в собственной голове со Снейпом и чертыхаясь себе под нос. Как он оказался в центре маггловского Лондона на Трафальгарской, Гарри сам и не понял. Замер и осмотрелся. Смеркалось. Лондон загорался вечерним неоном, открывались пабы и другие увеселительные заведения. Он вошел в один из клубов и осмотрелся. Народу было еще мало, и Гарри решил — сегодня он оторвется по полной программе. Плевать на магию, плевать на Снейпа, плевать на поганца-Реддла! Девчонке на вид было не больше двадцати, она строила из себя этакую взрослую леди-вамп и имела весьма аппетитные формы. С каждой выпитой рюмкой, Ева (наврала с именем, как пить дать) казалась все краше и краше, все желанней и желанней. Но когда у Поттера в глазах начало двоиться и светлый образ девушки начал приобретать знакомые снейповские очертания, Гарри застонал. Ну не может такого быть! По определению не может! Видимо, он так сильно выпучил глаза, что Ева в ужасе сбежала от ненормального маньяка, да еще и вызвала маггловских полицейских. Поттера повязали и кинули в обезьянник, где он и проспал всю ночь, а утром проснулся, дрожа от озноба, страдая жутким похмельем и отсутствием одежды. За исключением рубашки и трусов с носками. — Ебический хроноворот! — выстонал пьяница и схватился за голову. — Хроноворот? Что это такое, парень? Поттер поднял взгляд, сфокусировался и увидел сухонького паренька, темноволосого, кареглазого маггла. — Да херня одна импортная, — ответил он, думая, а не выдавал ли он во сне какие-нибудь факты из жизни магов. — Ты звал какого-то Снейпа. Требовал отпустить тебя трахаться. Папаша, что ли? — хихикнул парень и добавил, — Билл, Билли Джонс. — Гарри… Просто Гарри. Слушай, а ты не в курсе, почему я голый? — Так ты швырял одежду по сторонам, орал, что будешь трахать все, что движется, и никакой Север тебе не помешает. Я только вот не усек, ты только на севере можешь трахаться? Поттер вздохнул и простонал: — Очевидно, только на Севере. Выпустили их через пару часов. Поттеру жутко хотелось пить и быстрее оказаться дома, но Билл вцепился в него мертвой хваткой, не отходя ни на шаг. — Слушай, Гарри. Я тут живу совсем рядом и у меня еще осталось кое-что выпить после вчерашнего. Текила? — Топор, Билли, лучше топор. А это удобно будет? — Нормально, у меня своя комната, парни, скорее всего, спят вповалку, так что идем. Выпьем, расслабимся, телек посмотрим. Ты мне понравился. Очень. И тут до Гарри дошло, что его банально клеили. — Ты меня соблазняешь? — ошарашенно спросил Поттер. — Эм… Ну, ночью ты кричал, что не готов подставить свою задницу, а вот сам бы не отказался поиметь, и я подумал, что ты гей… Нет? — Ну теперь я даже и не знаю, честно говоря. А знаешь что, Билли, пойдем-ка ко мне, не хотелось бы, чтобы нам помешали…