Станция мёртвых сердец

Поговорить, однако, так и не удалось. Вернувшись на Асторию, Ретт потратил почти сутки на улаживание внезапно возобновившегося конфликта с «Intelligence» — ряд земных партнёров оборвали контракты, и по мнению Мартина за всей этой чередой случайностей чувствовалась рука Гарднера. — Не понимаю, что он имеет против вас. У «Intelligence» и «Дуглас корп» по сути нет пересекающихся зон влияния… — сообщил он тогда. Дуглас промолчал. Что имеет против него Гарднер — было очевидно. Но почему именно сейчас он так осмелел, оставалось непонятным. В течении дня он несколько раз пытался прозвониться Артуру, но телефон того не отвечал. Камера показывала, что Артур работает дома, а вдумываться в причины этого не было времени. Для полного счастья уже в космопорту выяснилось, что пропал любимый аэромобиль Дугласа, который должен был ожидать его на стоянке. Пропал вместе с шофёром, что было просто смешно — чтобы найти и человека, и машину требовались от силы сутки. Зато в связи с угоном пришлось несколько часов просидеть в участке заполняя бумаги — хотя Дуглас не видел в этом особого смысла, Танака настоял на том, что машина должна числиться в угоне во избежание разного рода подстав. Только вечером Ретт наконец смог задуматься о том, почему Эссекс не явился в офис. Их последняя встреча прошла неоднозначно — с этим невозможно было спорить. Однако при всей этой неоднозначности Ретт был уверен на все сто, что они не ссорились. Артур действительно хотел того, что произошло в коридоре. Если только потом в его дурной голове все произошедшее не вывернулось наизнанку и не обрело другой смысл. Взяв в руки телефон, Ретт завис над ним на несколько минут, а потом, подбирая каждое слово, набрал: «Я люблю тебя. Я не хотел тебя обидеть. Не знаю, что ты думаешь сейчас, но я просто хочу поговорить. Можно по телефону, если ты боишься меня. Хотя я бы очень хотел увидеть твои глаза. Я поверю всему, что ты скажешь — иначе уже не могу. Люблю». Отправил сообщение и отложил телефон на стол. Попытался вызвать Сандберга, но тот, видимо, уже ушёл, так что Ретт вернулся на место и стал ждать, перебирая материалы. Работа не шла. Мозг слишком устал, а нервы были на пределе. Ретт снова взял в руки телефон. Можно было бы позвонить Танаке и… и что? Спросить «почему он не отвечает?». Танака теперь знал о похождениях Артура не так уж и много — не больше, чем о любом другом сотруднике компании, а Лефевр не спешил делиться информацией. Можно было сделать проще — спуститься вниз и поехать к Артуру домой. Ретт почти не сомневался, что Эссекс его пустит. Поразмыслив, Ретт остановился на втором варианте и, разложив документы по местам, стал спускаться вниз. Уже у самого лифта его окликнул Мартин. — Ретт… Дуглас обернулся. — Вы опять сидели допоздна? «Intelligence» никуда не убежит. — Точно, — Ретт хотел улыбнуться, но не было сил, — так что я побегаю за ней завтра. И вам советую. Мартин улыбнулся. — Да. Я уже собирался уходить. Может, заедем куда-нибудь вечером? Может, ко мне… Ретт устало покачал головой. Даже если бы он не собирался ехать к Артуру, сил оставалось только на то, чтобы завалиться на диван и уснуть. — Простите, не сегодня. — Тогда, может, подбросить вас? Вы же… — Карлос, я справлюсь, спасибо, — Ретт всё-таки выдавил куцую улыбку, — не обижайтесь. Я просто хочу отдохнуть. — Что ж… как скажете, — Мартин так же слабо улыбнулся, — тогда извините за беспокойство. Мартин повернулся к своему кабинету, а Ретт вошёл в лифт. Разговор оставил неприятный осадок, и настроение испортилось окончательно. Взяв служебную машину, Ретт всю дорогу нервно барабанил пальцами по стеклу — аэромобиль шёл то слишком медленно, то слишком быстро, на поворотах откровенно скользил и вообще никоим образом не оправдывал ни цены, ни марки. До дома Артура он в итоге добрался на взводе и сразу же взлетел по лестнице на третий этаж, предоставив охране догонять и ругаться про себя. Позвонил в дверь — никто не открывал. Ретт достал мобильный, но вместо того, чтобы набрать номер Артура сразу же заглянул в камеру. Артур сидел за столом и работал. Уже десять часов подряд. Ретт постучал в дверь так, что железное полотно задрожало. Затем прислонился к нему щекой и прислушался. В квартире было тихо. В принципе, так и должно было бы быть, если бы Артур в самом деле работал. И всё же картинка передаваемая камерой ему не нравилась. Ретт оглянулся на шедшего позади Шелмана. — Ломайте, — сказал он тихо. Вопросов не последовало. Ричард лишь осмотрел дверь и кивнул одному из помощников. Тот подошёл вплотную и, достав универсальный электронный ключ, поднёс его к замку и стал ждать. Секунды тянулись мучительно медленно. Ретт подумал, что если бы Артур действительно был внутри, то давно бы уже выбежал и закатил скандал, потому что устройство безбожно пищало. Наконец дверь открылась и, не обращая внимания на протесты Шелмана, Ретт ворвался внутрь. Тридцати секунд хватило ему на то, чтобы понять — квартира пуста. Он остановился у письменного стола и не глядя набрал номер Танаки. — Твоя игрушка сломалась, — бросил он, услышав знакомый голос. — О чём ты? — Где сейчас Артур? Защелкали клавиши. — У себя на съёмной квартире. Работает за компьютером. — Я у него за компьютером, я! И его здесь нет! *** Ретт в ярости мерил шагами комнату. В последний раз Танака позвонил три минуты назад и сообщил, что с камерой разобрался. Дуглас тут же бросился проверять это сообщение и едва не вышвырнул телефон в окно, увидев на экране серый шум. Он даже подошёл к стеклу, но просто замер, опершись на него локтем и глядя вниз. Это место казалось ему безумно странным — слишком низко, слишком тесно, слишком близко деревья, в кронах которых мог бы укрыться снайпер. — Сюдзи, я с ним не ссорился, — сказал он тихо. Танака промолчал, но Ретт молчать не мог. Даже слыша мерный стук клавиш и догадываясь, что Танака почти не слушает его. — Сюдзи, я ничего не сделал в этот раз, ничего. Почему он сделал это опять? Танака промолчал. — Я просто… хотел поговорить. Я может быть даже отпустил бы его, если… Чёрт. Нет. Я бы никогда его не отпустил. Но мы бы поговорили, и всё снова было бы хорошо. Почему он не дал мне шанса, почему он… — Он подготовил фальшивые документы, — произнёс Танака тихо, не дожидаясь, когда Дуглас закончит, — давно, месяца два назад. Мы их уже нашли, значит дальше будет легче. Любая покупка билета, любая попытка зарегистрироваться в гостинице… — Я это уже слышал! — Уймись. Мы найдём его. Как всегда. Только ты всё же подумай — зачем тебе это, если он снова сбежит? Ретт закрыл глаза. — Ищите, — сказал он тихо. — Просто ищите его. Ретт нажал отбой и невидящим взглядом оглядел охрану. — Запечатайте дверь обратно. Шелман, отвези меня, не хочу садиться за руль. Ричард кивнул, и Дуглас направился к выходу. *** Новая информация появилась только к утру. Танака позвонил, когда Ретт уже входил в кабинет. — Можешь заехать? — спросил он. — Нет, — ответил Дуглас куда более резко, чем хотел. Новые обвалы на бирже уже успели испортить ему настроение с утра. — Тогда по телефону. Ретт… Мы нашли этого мальчика, с которым сошёлся Эссекс. Избитым… — Стоп. Я еду. Отбой. *** К офису Танаки Ретт мчался, подрезая пересекавшие ему дорогу аэромобили и рискуя не доехать живым. Пальцы сжались на руле, как будто заледенели. Ворвавшись в знакомый подвал, молча бросился на нижние этажи и только у лифта был остановлен Танакой. — Не туда. Не объясняя ничего, Сидзуити втащил его в приёмную, и Ретт увидел спокойно сидящего на диване Адамса. Лицо его, правда, украшал здоровенный фингал. При виде Дугласа Адамс вскочил и, сжав кулаки, рванулся вперёд. Ретт сам не заметил, как на губах его расцвела злая улыбка, а тело охватило предчувствие чего-то прекрасного. Он уже готовился врезать мальчишке так, чтобы захрустели кости, когда между ними вырос спокойный как танк Танака и сказал голосом, от которого в жилах стыла кровь: — Тихо. Оглядел сначала Адамса, потом Дугласа. — Ретт, хотя бы ты не веди себя как ребёнок. — Он забрал Эссекса! — выпалил Адамс, сверкая глазами. — Ретт! — впервые за долгие годы Дуглас слышал, как Танака повышает голос. — Я спокоен, — сказал Ретт предельно мягко и опустился на диван. — Ты прав. Драться с мальчишкой смешно. Танака облегчённо выдохнул и повернулся к Адамсу. — А ты не дури. Секунду он просто смотрел на парня, а затем Дэрек опустился на противоположный диван. — В общем, так, — сказал Танака, отходя в сторону, но стараясь оставаться между ними, — Адамс говорит, что вчера они были в клубе, когда за Артуром заехали мы… Мы — это твоя охрана на твоём аэромобиле. На твоём угнанном аэромобиле. Ретт хрустнул пальцами. Кровь в висках застучала так, что он едва слышал прорывавшиеся сквозь монотонный гул голоса. — Артур узнал шофёра, — сказал Дэрек упрямо. — Потом ему приказали садиться. Он не хотел… Ретт посмотрел на Танаку, но лицо Сидзуити оставалось спокойным. Дэрек коснулся пальцами разукрашенной скулы. — Вам лучше знать где он! — заорал он наконец. Ретт молча скользнул вперёд и впечатал кулак в другую скулу мальчишки, а затем, вздернув его за воротник, основательно встряхнул так, что клацнули зубы. — Где была охрана? — У нас с Лефевром перемирие, — вмешался Танака, — они не будут мешать нам, пока вопрос не встанет о здоровье и безопасности Эссекса. — А о чём сейчас вопрос, чёрт бы тебя побрал! — Ретт, уймись! Танака сжал пальцы на запястье Дугласа, заставляя ослабить хватку и выпустить мальчишку. — Надо думать, — сказал он, тяжело дыша. — Кто эти люди. Почему он спутал их с нами. Артур должен знать всю нашу охрану в лицо. — Не всю, — Ретт снова хрустнул пальцами и отвернулся, — точнее… Помнишь, в мае мы набирали новых людей. Потом они не справились на Земле. Я сказал ему тогда, что нам всё равно нужно расширять команду, и он наверняка думал, что на их место взяли кого-то ещё. И… Он понимал, что если за ним пошлют, то кого-то чужого. Шелман вряд ли потащил бы его насильно. — Череда глупостей. Обернувшись, Ретт с удивлением обнаружил, что в глазах Танаки сверкает злость. — Всё, что ты делаешь последние два года, Ретт, череда глупостей. Я даже… не хочу разбирать по деталям. Бизнес, Бёлер, Артур, это изнасилование… Дэрек вскочил, явно собираясь что-то вставить, но Танака обжёг его ледяным взглядом. — Если мы его всё-таки найдём, — продолжил Танака, снова оборачиваясь к Дугласу, — дай слово, что не будешь держать его силой. Потому что мучить мальчишку — не та работа, на которую я нанимался. — Я его не держал, — сказал Ретт и, снова упав на диван, уронил лицо на ладони. Потёр глаза и только потом снова поднял взгляд на Танаку, — он сам так хотел. Сам. — Я не знаю, кто из вас чего хотел. Я в этом мараться не буду. — Как вовремя в тебе проснулась совесть. — Да, вовремя! Я не боюсь убивать, но то, что ты сделал — теперь бросает тень на всех моих людей. Я не буду в этом участвовать и покрывать это. И разгребать последствия тоже не буду. — Успокойся, — сказал Ретт и сам почувствовал, как его гнев испаряется, — главное, верни его. Будет он со мной или нет, там, где он сейчас, ему не лучше. Поверь. Танака тяжело вздохнул и кивнул. — Попробую.