Станция мёртвых сердец

— Ретт? Дуглас посмотрел на часы. Была ещё только половина шестого, и Джереми по всем правилам этикета должен был бы ждать его в приёмной. Джереми и правила этикета — были вещами несовместимыми. Ретт никак не мог понять, в самом деле мальчишка влюбился или попросту слишком ревностно отрабатывает своё содержание, но Джереми Уоткинс всегда приходил на встречи на полчаса раньше, после секса лежал в постели на полчаса дольше и говорил в два раза больше, чем хотел бы Ретт. Джереми был милым мальчиком. Он был изящным и утончённым, прекрасно смотрелся в смокинге и ещё лучше — без него. И всё-таки его было слишком много. Ретт встретил Уоткинса на презентации нового вина, которую проводил Бёлер, и тем же вечером Джереми абсолютно легко оказался у него в постели. Ретт думал, что наутро всё закончится, и мальчишка исчезнет — как и полагается вежливой шлюхе, но Джереми снова попался ему на глаза уже утром. Оказалось, он жил в том же отеле, что и Ретт. Дуглас долго гадал, кто этот мальчик — вёл он себя скромно, как будто воспитывался в приличной семье, отдавался с душой и при этом ничуть не стеснялся тратить деньги своего случайного любовника — как оказалось вскоре, собственных денег у него не было ни гроша. Ретт довольно быстро понял, что Джереми интересуют серьёзные спонсоры, но окутавшая его тайна на некоторое время позволила юноше задержаться в поле зрения Дугласа, а потом он как-то постепенно поселился в нём насовсем. Ретт, в принципе, был не против. Деньги Джереми тратил со вкусом, но всегда знал, когда остановиться. Истерик не устраивал, всегда был готов «отработать». Ретту казалось, что заниматься сексом Джереми может везде — его не смущали ни лифты, ни рабочие кабинеты, ни общественные бассейны. При этом как Ретт ни старался поймать его на связях с другими, так и не смог. Джереми определённо знал, что такое самоотдача. Как оказалось, Уоткинс работал моделью — не слишком, впрочем, удачно. Несмотря на очаровательную внешность и абсолютную фотогеничность что-то в нём, видимо, было не так. Ретт так и не понял, что. К более серьёзной работе у юноши не было ни интереса, ни способностей, но Ретт всё же решил использовать его до конца — изучив портфолио, он подумал, что Уоткинс вполне подойдет на роль лица фирмы. Кое-кто в совете директоров смотрел на него как на психа, но Ретт был спокоен как танк. Ему нравился Уоткинс, значит, он не мог не понравиться и его покупателям. В преддверии запуска новой линии прогулочных яхт «для самых богатых» Ретт договорился о тематической фотосессии в одном из лучших агентств на Астории, и теперь Джереми не переставал третировать его с просьбами посмотреть, как будут проходить съемки. Ретту не то, чтобы было не интересно посмотреть на юношу, который в одной полурасстёгнутой рубашке будет изображать малолетнего миллионера в кожаном пилотском кресле, — просто это он уже видел и даже имел. Фотосессия должна была занять слишком много времени, чтобы Ретт мог позволить себе оторваться от работы, а Уоткинс никак не хотел понимать, что его место в жизни покровителя вполне ограничено: Ретт не стесняясь брал его с собой на приёмы, с ещё большей радостью в постель, но Уоткинс не был тем, ради чего он стал бы переносить встречи. Видеть его с утра тоже не хотелось — Джереми слишком много говорил. Этим он напоминал Жози, но, вопреки ожиданиям самого Ретта, сравнение работало не на мальчика. — Джереми, — Ретт вздохнул, прикрывая ноутбук и посмотрел на стоявшего за спиной юноши Сандберга как на предателя. Тот лишь развёл руками — Ретт и сам знал, что от Джереми избавиться довольно трудно. — Ретт, ты ещё не собрался? — Я и не собирался собираться, Джери, — Ретт проследил, как юноша приближается к нему и опускается на отставленное в сторону колено. Джереми поёрзал, делая вид, что устраивается поудобней, и Ретт ощутил, как тяжелеет в паху. — Но ты обещал. — Вообще-то я сказал, что подумаю. — Но… — Я договорился с Францем, разве этого мало? Джереми ощутимо надулся. На самом деле Ретту нравилось, когда его лицо принимало такое выражение. Оно казалось совсем детским и напоминало ему что-то, что он давно уже решил забыть. Ретт потянул Джереми на себя и обнял за пояс. — Я посмотрю фотографии. — Знаю, — Джереми вздохнул. — Просто… Это первая серьёзная фотосессия, и я надеялся, что ты будешь со мной. — У меня ещё одна встреча, а потом я заеду за тобой в студию, договорились? — М-м… Джереми хитро посмотрел на него. — А ты умеешь фотографировать? — спросил он. — Вряд ли мне кто-то даст фотоаппарат. — Да брось, Ретт. Я знаю, ты можешь настоять на своём. Ретт прокашлялся. — Посмотрим, — сказал он и ссадил юношу на пол, получив в ответ разочарованный вздох. Джереми поправил пиджак и двинулся к двери. — А вот если бы у меня была машина, я бы не заставлял тебя отвозить меня всюду, — заметил он все также, будто бы невзначай. — Я подумаю, — повторил Ретт и окончательно погрузился в работу. *** — Думаешь, это поможет? — спросил Дэрек, разглядывая изогнутые абстрактные фигуры по обе стороны коридора. — Это первый шаг, — ответил Артур спокойно. — Но у меня и так полно фотографий. Артур остановился и наградил его мрачным взглядом. — Дэрек, как думаешь, что за человек станет слушать классику в современной обработке? Дэрек молчал, и Артур двинулся дальше по коридору. Открыл одну из дверей и остановился в ее тени. — Я тебе скажу. Это человек, который ценит респектабельность, но хочет жить в современном ритме. Дэрек фыркнул. — Ты знаешь, что я думаю о толстосумах. — А ты знаешь, что я думаю о сопливых девчонках, на которых работает Рюэль. Кстати, о девчонках, — он подтолкнул Дэрека к зеркалу и заставил взглянуть на отражение. Волосы музыканта были собраны в низкий хвост. Жёсткий крой костюма заставлял постоянно ёжиться — Адамс так и не научился носить пиджаки. — Замри и улыбнись, — скомандовал Артур. — Да не так, — Артур чуть поправил руки и пальцем растянул натянутую улыбку ещё шире, от чего Дэрек искренне захихикал. — Я думаю, что романтичные особы любого возраста будут в экстазе. Дэрек хмыкнул, но Артур заметил в этом звуке изрядную долю самодовольства. — О, Франц, — Артур протянул руку показавшемуся в дверях мужчине, — Франц Лекур. Дэрек Адамс. Артур пожал руку фотографу и отошёл назад, позволяя им с Дэреком внимательнее рассмотреть друг друга. Франц и сам был довольно молод — Артур никогда не задумывался о точной цифре, но сомневался, что он старше его самого. Зато он был на голову выше и как-то жилистей. А вот улыбался он почти так же хитро, как и Адамс. — Это наша звезда? — спросил Франц, насмотревшись на Дэрека и оборачиваясь к Артуру. — Он самый. — Вдвоём не хотите сняться? Получилось бы очень мило. Артур прокашлялся в кулак. — Может, напоследок. Для поклонниц он должен быть одинок и натурален. Артур тут же ощутил болезненный тычок в бок и едва успел увернуться от второго. — Какой журнал выбрали? — спросил Лекур, проходя вглубь студии и высматривая что-то в интерьере. — Я думал о «Forbes». Франц чуть повернул к ним лицо и поднял бровь. Артур выжидающе замолчал, но не дождавшись ответа, пояснил: — Стиль у Дэрека не тот, я и сам знаю. Но он хочет играть серьёзную музыку, и нам нужно вывести его на серьёзный уровень. Интервью на молодёжных каналах уже были… — И это только подпортило ему репутацию, — продолжил Франц за него и, повернувшись, резко щёлкнул фотоаппаратом так, что Дэрек не успел даже дёрнуться. — Ну, вот что я думаю… Для начала вот так, — Лекур подошёл к Адамсу вплотную и резким движением сорвал с его плеч пиджак. Отошёл на шаг назад и внимательно осмотрел результат. Потом повернулся к Артуру, — Джинсы есть? Дэрек торжествующе хмыкнул. Артур насупился. — Зачем? — Мистер Эссекс… Я правильно понял, что он должен привлечь девушек и зрелых мужчин. Адамс чуть заметно покраснел. Артур снова прокашлялся. — Ну, в общем, да. — Тогда делайте то, что я говорю. Нужно больше секса. — Никогда не замечал, чтобы зрелым мужчинам не нравился хороший стиль, — проворчал Артур чуть слышно, а громче добавил, — я куплю. Подождёте минут десять? Франц, впрочем, расслышал. — Мистер Эссекс, не сравнивайте… — он кивнул на выход и, снова повернувшись к Дэреку, сделал ещё один кадр, — я пока посмотрю… Как его лучше взять. *** Артур бродил по окрестным бутикам почти час — выбор джинсов оказался неожиданно трудным делом, потому что он категорически не хотел брать «молодёжку». Когда он вернулся, Дэрек сидел на подоконнике, согнув одно колено и обхватив его руками. Рубашка его была расстёгнута и плавно спускалась вдоль бедра, а снизу в бедро упирался гриф гитары. Франц увлечённо щёлкал один кадр за другим. Артур постучал о стену, обращая на себя внимание, и Франц остановился. — Нашёл, — сказал он мрачно, но Франц лишь махнул рукой. — Поздно, — сообщил он, прикрывая объектив фотоаппарата и поглядывая на висевшие на стене часы, — У меня ещё одна сессия в пять. Парень неплох, — он отбросил косой взгляд на Дэрека и полностью повернулся к Артуру, — только дисциплины никакой. Я пришлю фотографии, если не понравятся — можем сделать ещё. У меня появилась пара идей. Артур улыбнулся и пожал протянутую руку. Он уже повернулся к двери и собрался было уходить, но замер на месте и моргнул, пытаясь спугнуть наваждение. В дверях стоял давешний малолетний компаньон, которого Артур уже видел на страницах «Cosmo». Он улыбался так же искренне и невинно и смущённо заглядывал в студию. — Простите, мне нужен Франц Лекур, — он переводил взгляд с одного на другого, и эти невинные голубые глаза вызвали у Артура приступ почти неконтролируемой ярости. — К вашим услугам, — ответил Франц, — Джереми Уоткинс? — Да, мистер Лекур. — Просто Франц… Артур не стал слушать дальше. Схватив за локоть не успевшего застегнуться Дэрека, Артур потянул его к выходу и перевёл дух только в вестибюле многоофисного небоскрёба. — Что теперь? — спросил Дэрек как ни в чём не бывало, — только не говори, что мы поедем знакомиться с редактором. — Нет, — Артур посмотрел на часы. Домой ехать не хотелось, — я обещал тебе пирожные. — Точно, — Дэрек хмыкнул и огляделся по сторонам, — тут есть кофейня для сотрудников. Надеюсь, не побрезгуете, мистер Эссекс? Артур фыркнул и ответил в тон ему: — Вспомню молодость. — Старикашка, — Адамс, управившийся наконец с рубашкой, отвесил ему подзатыльник. Одевать пиджак он не спешил, но Артур решил не обращать на него внимания. — Пошли. *** Ретт освободился ближе к шести и некоторое время колебался, стоит ли заезжать за Джереми. Юноша, как всегда, преувеличил — собственного Феррари у него может и не было, но были и вполне приличный аэромобиль бизнес класса, и выделенный Дугласом шофёр. В конце концов, Ретт всё-таки решил, что совсем уж бросать Джереми не стоит, да и перспектива провести вечер в одиночестве не слишком радовала. Он спустился вниз и, подняв аэромобиль в воздух, направился к студии Франца. Поднявшись на нужный этаж, заглянул внутрь и пару минут наблюдал, как Джереми позирует на фоне стальной стены под порывами мощного ветра, имитированного вентилятором. Что-то в самом деле было в нём… необычное. Если бы фотографы в самом деле искали новые лица, то вряд ли они прошли бы мимо него. Но, видимо, все предпочитали глянцевую красоту. Он стоял смирно, пока Франц ползал вокруг с фотоаппаратом, а затем заметил Ретта и чуть заметно улыбнулся. Франц защёлкал затвором в два раза чаще. Покосился на Ретта и попросил: — Мистер Дуглас, переместитесь-ка к окну. Вот так. Джереми тут же повернул голову вслед за Реттом, и Франц торопливо сделал ещё несколько кадров, которые показались ему самыми лучшими за час. — Всё хорошо? — спросил Ретт, видя, что он заканчивает. — Да, вполне. Я бы предложил в следующий раз сделать несколько снимков в пилотской форме. Ретт хмыкнул. Он плохо представлял Джереми в роли пилота, но попробовать был готов. Юноша и не думал застёгивать раскрывшийся ворот, подошёл к нему и повис на шее. — Я тебя ждал, — прошептал он почти что в самое ухо Ретта. Дуглас обнял его, но тут же ощутил странный дискомфорт. С Джереми было хорошо в постели, но вот такие объятья почему-то сразу же хотелось прекратить. Мальчик же, похоже, наслаждался мгновеньем на все сто. Франц торопливо щёлкнул фотоаппаратом и только потом, заметив недовольный взгляд Дугласа, спросил: — Вы же не против? — Да нет, не очень, — ответил тот с неохотой, — от нас ещё что-то нужно? — Нет… фотографии прислать вам? — Моему секретарю. — Как скажете, мистер Дуглас, — Франц подхватил со стула кожаную куртку и вышел в коридор. Ретт посмотрел на Джереми и тут же отвернулся — тот улыбался от уха до уха, как сытый кот. — Что мы будем делать вечером? — спросил юноша. — Не знаю… Чего ты хочешь? Ретту в самом деле было всё равно, лишь бы не сидеть в четырёх стенах своего опостылевшего пентхауса. — Тут внизу была отличная кофейня. Попьём кофе и решим? — Да, почему нет, — Ретт потянул его вниз. Они миновали коридор, а когда оказались в лифте, Джереми плотно прижался к Ретту всем телом, так что от горла до пальцев ног разбежался жар. Скользнул руками под пиджак и качнул бёдрами, притискиваясь ещё ближе. Ретт шумно выдохнул. — А может ну её, кофейню? Джереми скользнул губами к его уху и, укусив за мочку, промурлыкал:  — Ты босс. Вечер закончился в гостинице, и кофе там не было, но спать всё равно не хотелось никому.