Станция мёртвых сердец

Артур проснулся и с трудом заставил лёгкие впустить кислород. Воздух казался колючим, как наждак. Цепкая хватка знакомого кошмара ещё не отпустила и, казалось, его безумные глаза смотрят из всех тёмных щелей. За окном мерно падал снег. Была уже середина зимы, и в преддверии нового года Ретт отправился в какое-то деловое турне. Артур простудился, и Дуглас сжалился, позволив ему остаться на Астории. Артур не был уверен, что это была хорошая идея — в огромной пустой квартире он почти не мог спать. За те два месяца, что он жил у Дугласа — или Дуглас у него, если верить самому Ретту — Артур напрочь отвык от еженочных кошмаров. Ретт мог быть груб, он мог не считаться с желаниями самого Артура… Но когда Артур сворачивался калачиком у него под боком, мысли из головы исчезали мгновенно, и сам он тонул в сновидениях — впервые за последние четыре года спокойных и тёплых. Артур попытался нащупать часы на прикроватной тумбочке, но наткнулся только на мобильный и поднёс его к глазам — была половина четвёртого. Тьма давила со всех сторон, и пустота квартиры ощущалась необыкновенно ясно. Артур колебался несколько секунд, но чувство липкого страха было невыносимо, и он набрал последний номер. Трубку не брали несколько секунд, решимость стремительно шла на нет. Артур хотел было уже нажать отбой, когда услышал на другом конце встревоженный голос Дугласа: — Да? Артур прокашлялся. — Ретт… прости… ты не спишь? — Что-то случилось? Артур натянул одеяло повыше на грудь и подогнул колени под себя. — Ничего. Прости. Просто… — Артур, подожди. Секунду в трубке раздавался только звук шагов, а потом голос Дугласа стал громче и мягче. — Что-то случилось? Артур набрал дыхания в грудь и глубоко вздохнул. — Ничего. Прости. Ты занят. — Не очень. Я бы сам… позвонил. Если бы знал, что ты не спишь. Артур ещё плотнее закутался в одеяло и чуть улыбнулся. — Правда, извини. Я просто… отвык спать один. Наверно. — Я скоро вернусь. Ещё два дня. Артур кивнул, забывая о том, что Дуглас не видит этого движения. — Артур, ещё кое-что… Не знаю, понравится ли тебе это. — М? — Когда я вернусь, нам нужно будет слетать на Землю. На три дня. Будет приём, на котором ты мне понадобишься, — Дуглас помолчал. — Зато второй день пустой. Мы могли бы… — Хорошо, — Артур улыбнулся необычной нерешительности, с которой Дуглас предлагал неизбежное. Последнее время он всё чаще спрашивал, а не отдавал приказы, прекрасно зная, что Артур всё равно не сможет отказать. Нерешительность объяснялась скорее тем, что Ретт не умел просить, но думать, что выбор остаётся за ним, Артуру всё равно было приятно. — Ретт… возвращайся скорей. Он повесил трубку и откинулся на подушки. *** Этот выход в свет начинался ровно так же, как и тот, самый первый. Лимузин остановился у ворот старинной усадьбы, и, выйдя из него, Дуглас протянул руку. Артур невольно помедлил, прежде чем взяться за неё, но всё же пошёл у Дугласа на поводу. Ретт пальцами чувствовал, как дрожит его локоть. Он бросил короткий взгляд на ворота и, обернувшись к Артуру, прикрыл его от входа спиной. — Волнуешься? Артур отвёл взгляд. Ретт наклонил голову и поцеловал его в макушку. — Если хочешь, я скажу, что ты просто мой секретарь. Артур сглотнул. Эта мягкость была невыносима, тем более что смысла в ней больше не было. Юноша поднял глаза. — Они уже знают, Ретт. Ретт поджал губы и чуть приобнял его свободной рукой. — Артур… — он опустил голову и вжался ему в затылок, не зная, что сказать. Ему никогда не было стыдно за то, что уже сделано. Но теперь, вспоминая своё глупое желание досадить Жози, он испытал стыд. — Я никому тебя не отдам. Артур кивнул. Ретт взял его за руку и потянул внутрь. Приём был скучным. Артур так и не понял, зачем он сюда попал. Вопреки обыкновению Ретт не пытался заигрывать с Эрханом — хотя несколько гостей оттуда и было на приёме, Дугласа это будто бы вовсе не интересовало. Они ушли рано, будто отделавшись от малоприятной обязанности, и когда снова оказались в лимузине, Дуглас наклонился, взял руку Артура в свои руки и крепко сжал. — Ну как? — спросил он. Артур непонимающе посмотрел на него. — Я не хочу, чтобы тебе было страшно со мной. Я не хочу, чтобы тебе было больно от того, что я заставляю тебя делать. Артур повёл плечами. — Это сложно, — сказал он тихо и отвернулся. Дуглас поднял его ладонь и поднёс к губам. Артур лишь прикрыл глаза. — Куда мы едем? — спросил он. Дуглас ответил не сразу. — Я надеялся, что мы поедем к тебе. Артур вздрогнул и ошарашенно посмотрел на него, а затем опустил плечи. — Хорошо. Дугласу невыносимо захотелось обнять его, и он не стал себя сдерживать. — Артур, не бойся, — повторил он. — Я не боюсь. Просто… Не обращай внимания. Там всё равно уже давно нет прислуги. Нет никого, кто бы меня знал. Так что да… поехали ко мне. Он замолчал, и Дуглас тоже не стал отвечать. Артур был сам не свой с самого вылета, и Дуглас понимал почему. Всё здесь было ему знакомо. Возможно, он даже бывал в тех домах, что они собирались посетить — только в качестве наследника фамилии Эссексов, а не в качестве содержанта. Дуглас стиснул его ещё крепче и отвернулся к окну. Дом Эссексов оказался именно таким, как он и ожидал. Несмотря на общее запустение — идеально ровный газон, пруд, покрытый облаками тумана, и состоящий из множества башенок отделанный красной черепицей особняк. Здесь не было лишней роскоши, только строгие прямые линии. Ретт, при всей своей нелюбви к декоративным деталям, всё же подумал, что расти здесь, должно быть было не слишком уютно. Артур подошёл к дверям и, вынув небольшой кирпич сбоку, достал оттуда ключи. — Управляющего отпустил мой отец, — пояснил он. — Тут оставалась кухарка, Мерибэт, но я смог заплатить ей лишь за месяц вперёд, так что, думаю, теперь тут нет и её. Дуглас молча кивнул. Артур, казалось, помрачнел ещё сильнее. — Это была плохая идея, Ретт, — сказал он, чуть поворачивая голову. — Тут нет ничего из того, к чему ты привык. Только голые стены… Дуглас опустил ладони ему на плечи и нагнулся к самой шее. — Тут есть ты, — сказал он. Артур ничего не ответил, но Ретт видел, как подрагивают его пальцы, вставляя ключ в замок. — Дай, — сказал Ретт и, отобрав у него кольцо с ключами, открыл сам. В доме пахло сыростью. Дуглас вошёл первым и осмотрелся, и только потом дал Артуру обойти себя. Эссекс смотрел на пустующий холл так равнодушно, будто был здесь в первый раз. — Довольно мрачно, — заметил Дуглас. — Это Англия. Здесь редко бывает солнечно. — Неправда, — Ретт усмехнулся и заставил Артура посмотреть на себя. — Я видел здесь и солнечные дни. Артур повёл плечами и отвёл взгляд. — Я думаю, тебе показалось. — Но почему? Артур всё-таки поднял глаза и растянул губы в злой и холодной улыбке. — Потому что здесь никого нет, Ретт. Только холодный туман и пауки. Артур потянул его на себя и обнял. — Артур, это временно. Наступит весна. Артур пожал плечами. — Ты не видишь? Мне всё равно. — Мне не всё равно. Артур вздохнул. Какое-то время Дуглас не двигался и не выпускал его из рук. Потом чуть ослабил хватку и попросил: — Покажи мне дом. Артур кивнул и неторопливо повёл его по комнатам. Он показал несколько гостиных, библиотеку, два кабинета и спальни родителей, а затем, когда впереди оставалась всего одна дверь, замедлил ход и попытался свернуть назад. — А что там? — спросил Дуглас, перегораживая ему путь. — Ничего, — мрачно буркнул Артур, — пусти. Дуглас и в самом деле пропустил его — но только чтобы шагнуть мимо и рывком распахнуть дверь. — Нет… — едва успел сдавленно выкрикнуть Артур и дёрнуть его за локоть, но Дуглас поймал его и прижал к себе. Так, удерживая юношу, он шагнул внутрь и остановился, разглядывая узкую постель, небольшой комод в углу и письменный стол у окна. — Что это? — спросил Ретт. — Погреб Золушки? — Мне хватало, — мрачно ответил Артур. Ретт поражённо посмотрел на него. — Я серьезно, — повторил Артур. Дуглас огляделся по сторонам ещё раз. Теперь комната уже не казалась ему такой маленькой — пожалуй, для мальчишки, привыкшего к строгому воспитанию, она и в самом деле была нормальной — около одной трети его кабинета. Ретт снова посмотрел на Артура и понял, что ещё больше хочет холить его и дать ему всё. — А это что? — Дуглас подошёл к письменному столу, над которым один над другим висели три старинных револьвера. Артур побледнел. — Просто так, — сказал он. Дуглас взял один из револьверов и крутанул барабан. Затем прицелился в птицу за окном. — Они же не стреляют, — сказал Дуглас, откладывая оружие. И тут же внимание его переключилось на синюю тетрадь, изукрашенную нарисованными от руки завитушками. Почему-то Ретт сразу понял, что это дневник, и что Артур ещё не заметил этот предмет. Дуглас торопливо наклонился над столом, делая вид, что вешает револьвер обратно на гвоздь, а свободной рукой загрёб дневник под пиджак. Едва он сделал это и распрямился, как увидел под тетрадью свою собственную фотографию. Ретт покосился на Артура и торопливо отложил в сторону вырезку, чтобы увидеть под ней ещё одну. Затем ещё… — Не трогай! — Артур рванулся вперёд, силясь отобрать у него бумаги, но не успел. Вместо этого Дуглас попросту загрёб его в охапку и притянул к груди. — А говорил, тут никого нет, — прошептал он, склоняясь к виску Артура. — Нет… — выдохнул Эссекс — ещё дёргаясь, но уже приготовившись обмякнуть. — А мне кажется, всё же есть. — Это не то… Дуглас оторвал от себя Артура только затем, чтобы накрыть его губы поцелуем. Он осторожно держал хрупкое лицо в своих больших руках, не давая тем не менее возможности вывернуться. — Ты меня любишь, — прошептал он. Эта мысль настолько поразила его самого, что он не смог скрыть этих чувств. Артур закусил губу и попытался отвернуться. Но не смог. — Артур! Теперь бесполезно отрицать. Артур покачал головой. Он всё мотал и мотал ей, пока Дуглас снова крепко не сжал его щёки и не принялся покрывать поцелуями лицо. — Артур… — выдохнул он, целуя опущенные веки. — Пожалуйста, не лги мне… Артур молчал, всё ещё силясь вывернуться, но руки его тоже вцепились в спину Дугласа. Вопреки словам стройное тело юноши вжималось в Ретта со всей доступной ему силой. Ретт с трудом смог расцепить это объятье, чтобы освободить Артура от пиджака, а потом от рубашки. — Не здесь… — выдохнул юноша, но Дуглас не слушал, продолжая раздевать его, пока в руках его не оказалась полностью обнажённая хрупкая фигурка. — Арти… — прошептал он, всё ещё целуя юношу в щёки, нос, губы. — Арти, помоги. Он попытался сбросить пиджак и от спешки едва не запутался в рукавах. Затем уже при помощи Артура стащил с себя рубашку и брюки и, наконец, приник к Артуру кожей, наслаждаясь теплом. — Малыш, почему ты не сказал? Артур молчал. Только пытался спрятать лицо у него на груди. Дуглас не знал, что ещё можно сказать и попросту подтолкнул его на кровать. Развёл ноги Артура чуть в стороны и приник к ещё мягкому члену, вылизывая его и заставляя окрепнуть. Он старательно ласкал головку и её обод, почти не опускаясь дальше. Пальцы Ретта проникли ниже, под яички, к всё ещё плотному входу. Дуглас убрал руку, смочил их слюной и принялся старательно готовить любовника. Потом чуть подтолкнул его, запрокидывая ноги Артура себе за плечи, и принялся вылизывать анус, то и дело срывая сладкие стоны — Дуглас отлично знал, что эти несложные касания языка сводят Артура с ума. Артур стонал и извивался, и старался подставиться ещё сильнее, пока Дуглас не оборвал сладкую пытку поцелуем в самое розовое колечко. Он привстал и со всего маху вошёл в Артура. Тот тут же задергался, добиваясь чего-то. В их первые разы Дуглас думал, что Артур так сопротивляется, а потом понял — он не сопротивлялся никогда, лишь старался сильнее податься навстречу, притиснуться вплотную. И сейчас его видимо не устраивало то, что контакт их тел был слишком мал, и Артур не чувствовал того тепла, которое они дарили друг другу помимо обычного наслаждения. Ретт тут же позволил ему опустить ноги и, повернув вдоль постели, сам устроился между его едва разведённых бёдер, наваливаясь на него всем телом, так что Артуру стало трудно дышать. — Я люблю тебя… — прошептал Дуглас, плавно и медленно вгоняя себя в теплое податливое тело. Артур вытянулся под ним, сжимая бёдра Ретта своими. Юноша скользил руками по спине Дугласа — не сильно, но беззастенчиво. Дуглас наклонился, целуя приоткрытые губы, и долго мучил их, пока пальцы Артура не спустились на его ягодицы, не впились в них со всей силы, вгоняя Дугласа глубже. Оба выдохнули, прогибаясь навстречу друг другу. Дуглас с трудом перенёс вес чуть вбок и рухнул рядом с Артуром, прижимая его к себе. — Я так тебя люблю… — повторил он, прикрывая глаза. Ответа не было. Артур лишь молча гладил его по плечам, по вискам и затылку, и сам вжимался лбом в его грудь.