Станция мёртвых сердец

На четвёртый день Дугласа разбудил звонок. Сев на кровати, он долго молча слушал голос в трубке. Артур, лежавший рядом, обнимал его за пояс и прижимался щекой к спине. Затем Ретт сказал «Да», нажал отбой и потянулся за одеждой. Артур убрал руки и несколько секунд смотрел, как Дуглас натягивает джинсы и свитер, прежде чем решиться на вопрос: — Что случилось? Ретт замер с наполовину натянутым на тело свитером, оглянулся к нему, наклонился и коротко поцеловал. — Танака, — сказал он и продолжил одеваться. Артур сидел молча ещё несколько секунд. — Можно мне с тобой? Ретт снова замер, раздумывая, но всё же ответил: — Да. Так будет лучше. Только поторопись. Артур вскочил, отыскивая вещи и попутно кидая в сумку то, что не нужно было надевать. Теперь уже Ретт несколько секунд смотрел на него в задумчивости. — Что ты делаешь? — спросил он. Артур поднял на него недоумевающий взгляд. — Собираюсь. — Оденься и поехали. Вещи можешь оставить тут. Артур неловко улыбнулся. — Но я хочу забрать их на Асторию. Именно хочу. Ретт поморщился. — Оставь. Их запакуют и пришлют. Жду в гостиной. Дуглас вышел из спальни, а Артур постоял ещё секунду, растерянно оглядывая следы их недолгого счастья, и, быстро накинув свитер, тоже бросился вниз. До космопорта добирались на спорткаре, которого Артур за время пребывания в горах не видел ни разу. «Золотая Вирджиния» уже ждала их, готовая к вылету, и, оказавшись внутри, Артур привычно упал на кресло напротив Ретта. Он вопросительно посмотрел на Дугласа, но тот задумчиво молчал, отвернувшись к окну. Артур потянулся, чтобы поймать его лежащую на столе руку, но тот убрал её. — Не сейчас. Артур обиженно ссутулился и тоже уставился в окно. Заснеженный простор, где несколько дней они могли не вспоминать о том, кто они и кем приходятся друг другу, стремительно уходил вниз. Ретт, которого он узнал тут и в которого едва решился поверить, видимо, оставался здесь. Почти всю дорогу — около двух часов против трёх дней, проведённых в поезде — они молчали. Ретт копался в ноутбуке, а Артур смотрел на звёздное небо в окне иллюминатора. Оно казалось чужим и безвкусным, а прежняя мысль о том, чтобы провалиться в эту бездонную тьму, больше не приходила ему в голову. Это был бы скучный и короткий полёт. Вряд ли он стоил бы и десятой доли того бескрайнего падения, которое он уже успел ощутить вместе с Реттом. Последние полгода Артура бросало то в жар, то в холод день ото дня. Вся прошлая жизнь казалась ему лишённой цвета и запаха, и от мысли о том, чтобы вернуться к ней, в горле вставал тугой комок. Что бы ни делал с ним Ретт, это всегда было лучше, чем могло бы быть без него. И если до сих пор их отношения пугали Артура, принося больше боли, чем радости, то несколько дней, проведённых в больнице, и эта неделя в горах окончательно выбили из головы все сомнения. Он был согласен на всё. Как только шасси коснулись стального пола ангара, Ретт встал и направился к выходу. Не задавая вопросов, Артур последовал за ним. Они вышли и всё так же, не обмениваясь ни единым словом, направились к гаражу. Всё происходящее было до тошноты обыденно, будто бы они снова возвращались к прежним отношениям. В лимузине Ретт всё так же продолжал молчать и только в офисе, обменявшись рукопожатиями с Танакой, отвечая на вопросительный взгляд, сказал: — Пусть слышит. Артур поёжился. Сказано было сухо и равнодушно, так что располагаясь на диване, Эссекс постарался оказаться как можно дальше от Дугласа и вообще сделать вид, что его тут нет. Танака нажал что-то на маленьком чёрном пульте, и над столом появилась проекция трёх портретов. — Феликс Вайнер, — назвал он первого, и проекция, изображавшая светловолосого мужчину, увеличилась. — Один из основателей «Mithril on Stars». — Почему именно он? — спросил Ретт. — Мало кто в корпорации будет переживать о Кёниге. Многим он даже в каком-то смысле мешал. Но Вайнер привёл Кёнига на фирму, и у нас есть основания полагать что… — Понял, дальше. Танака кивнул и увеличил следующее изображение. — Джонатан Карлайл. На самом деле, я не уверен, что именно он, но Джонатан приезжал на Асторию в прошлом месяце и провёл ряд встреч с лицами… нашей профессии. — Я не думаю, что он стал бы так подставляться. — Напротив. Карлайлы представляют старую семью и традиционный бизнес. Вряд ли у них большой опыт в таких делах. Ретт кивнул. — Допустим. — На самом деле, я тоже не думаю, что это он. Фото нашей первой леди я показывать не буду, — Танака мрачно посмотрел на Дугласа, — мы оба знаем как она выглядит. — Я понимаю, — кивнул Ретт. — Не думай, что я буду её защищать. Проверяйте так же, как и всех. — Я рад. Но я не думаю, что Жозефина настолько глупа. Она вполне комфортно чувствует себя в роли твоей жены. — Она могла опасаться… Оба почему-то метнули короткие взгляды на Артура, от чего тому захотелось съежиться, и снова посмотрели друг на друга. — Могла. И могла знать, что у вас происходит. Так что я её оставляю. Танака снова покосился на Артура. — Четвёртого показывать? Дуглас тоже посмотрел на юношу. Тот сглотнул. — Я догадываюсь, кто четвёртый. Почему бы ему было не убить Дугласа в больнице или в эти четыре дня? — Потому что, — сообщил Танака ровно и вывел портрет Артура, — на Фобосе вы постоянно находились под надзором. А если и был момент, когда вы оставались наедине, то убийца был бы слишком очевиден. К тому же, если это вы, мистер Эссекс, то вряд ли бы были заказчиком или исполнителем. Для первого вы слишком незначительная и неопытная фигура, а для второго не подходите ни физически, ни психологически. Вы могли быть только наводчиком. Но… — Танака покосился на Дугласа, и тот кивнул. — Все ваши телефонные разговоры за полгода прослушивались. Вы постоянно под наблюдением охраны. Я не вижу для вас возможности связаться с другими звеньями, разве что вы сигнализировали им через окно азбукой Морзе — впрочем, это мы бы тоже давно заметили. Либо вы в самом деле предельно законспирированы, либо… мне приходится признать, что вы чисты. — Спасибо, — произнёс Артур холодно. Мысль о том, что все его разговоры с Люси хранятся где-то на плёнке, пробежала холодком по спине, но сейчас явно не было времени уточнять этот вопрос. Ретт протянул руку и опустил ладонь ему на плечо, но Артур лишь дёрнулся, сбрасывая её прочь. — Будьте добры, продолжайте. — Собственно, с этими четырьмя всё понятно, — он снова повернулся к Дугласу, — у всех был мотив, но у Вайнера и Эссекса не было возможности, а для Карлайла и Жозефины всё это выглядит более чем топорно, — Танака помолчал. — Есть пятый. Но, по-моему, у него нету мотива. — Говори. Танака снова сделал паузу и наклонив голову исподлобья посмотрел на Дугласа. — Клаус Бёлер. Дуглас молчал, и Танака воспринял это как сигнал продолжать. — Ты встречался с ним каждую неделю. Дуглас кивнул. — Вы обсуждали как деловые вопросы, так и личные. Ещё один кивок. — Он знал про Артура? Дуглас колебался пару секунд, прежде чем ответить: — Он знал всё. — У него хорошие завязки с теми людьми, которые могли бы сделать всё чётко и чисто. Думаю, что проследить всю цепочку невозможно. По крайней мере пока. И… Я думаю, что мотивом могли быть ваши дела с «Красным архонтом». — Ему невыгодна моя смерть до завершения сделки. — Не знаю, — Танака покачал головой. — Мы знаем о его целях далеко не всё. На первый взгляд всё верно, и ты ему нужен, но… — он прямо посмотрел на Дугласа, — считай, что это предчувствие. Ретт качнул головой и ответил ему таким же спокойным взглядом. — Я знаю его столько же, сколько и тебя. Танака кивнул. — Если хочешь, я сдам дела и поручу проверить и себя. Возможность у меня была. Ретт поджал губы. — Не надо. И с Артуром вопрос закрой. Что ещё ты думаешь? Танака пару секунд молча смотрел на зависшую над столом проекцию. — Исполнитель молчит. Нам пока удалось выяснить только детали покушения и причины неудачи — он снимал квартиру этажом ниже Эссекса. Основную ставку делал на лифт. Тебя на лестнице увидел случайно, и решил рискнуть. Ты порядком сбил его с толку своим сопротивлением, и он попытался скрыться. Вот, собственно, и всё. По-прежнему остаётся возможность, что это было всего лишь предупреждение. Ретт откинулся на спинку дивана и скрестил руки на груди. — Предупреждение о чём? Танака качнул головой. — Сам понимаешь. Либо о том, чтобы ты не имел дел с «Архонтом»… Либо о том, чтобы ты вёл их иначе. — Если первое, то это не Бёлер. — Но копать нужно в этом направлении. Если честно я думаю, все остальные твои авантюры за последние полгода вряд ли могли привести в чему-то подобному. Карлайлы или «Mithril» с тобой связывать не станут. «Красный Архонт» в случае чего расколет нас как орешек. Их враги — тоже. Дуглас тяжело вздохнул. — Думаешь, есть смысл что-то переигрывать? Танака покачал головой. — Думаю, нет. Усилим охрану. Больше никаких выходок — ты давно уже не космопех. И будем ждать. Дуглас кивнул и повернулся к Артуру. — Тот проект, о котором мы говорили… И есть наше дело с «Красным архонтом». Артур медленно кивнул. — Хочешь сказать… Это чревато… — Охрана будет усилена по максимуму. Я просто хочу, чтобы ты знал во что ввязываешься, и зачем она приставлена к тебе. Артур кивнул. — Если ты передумал — я пойму. Я не хотел тобой рисковать. Только дать тебе шанс. Артур кивнул ещё раз. — Я хочу подписать, — сказал он, и Дуглас грустно усмехнулся, увидев в его глазах слишком знакомый блеск. Он кивнул Танаке, и тот, вынув из разъема флешку, направился к выходу. Артур остался сидеть неподвижно, даже когда Дуглас встал. Достав из сейфа документы, он положил их перед Артуром, и только тогда тот потянулся к несуществующему нагрудному карману в поисках ручки. Ретт достал собственный паркер и положил перед ним. Артур секунду смотрел на него непонимающе, а потом поднял глаза на Ретта. — Зачем? — спросил он. Ретт не ответил. — Почему ты настолько не веришь мне? Разве если бы ты просто спросил… Ретт стукнул ручкой о стол и, отвернувшись, обошёл диван с другой стороны. Только успокоившись немного, он снова повернулся к Артуру. — Если бы я просто спросил, ты бы сказал, что всё хорошо. Что ты вообще говорил мне о себе, а, Артур? Артур долго молчал. — Откуда ты узнал об изнасиловании? — спросил он наконец. Теперь уже Ретт молча смотрел на него. — Ты не хочешь этого знать, — сказал Дуглас после долгой паузы. Артур опустил глаза и неловко коснулся паркера, а затем отдёрнул руку. — Ты прав, не хочу, — он решительно взял ручку и поставил подписи на всех необходимых местах. — Я не буду читать. Что бы ни было там внутри, пусть это будет на твоей совести. Артур встал и шагнул к двери. Дуглас тихонько рыкнул и, поймав его за плечи, развернул лицом к себе. — Я тебя люблю, — сказал он мрачно, будто признавался не в любви, а в ненависти, — всё что есть в тебе — будет моим, Артур. Не пытайся сопротивляться, ты только причинишь себе боль. Артур отвёл глаза. — Я не пытаюсь, — сказал он тихо. — Я сам отдам тебе всё. Я прошу только одно… время. Он попытался вынырнуть из сильных рук, но Дуглас лишь притянул его ближе к себе и, прижав щекой к плечу, одной рукой прошёлся по волосам. — У тебя было достаточно времени. Но тебе было и будет мало. — Как и тебе, — Артур резко поднял на него глаза. — Мне мало только тебя. Он снова прижал Артура к груди, до боли сжимая хрупкое тело. — Пусти, — прошептал Эссекс, почти не пытаясь вырваться. — Никогда, — прошептал Ретт и бережно поцеловал пушистый затылок.