Осколками

Магазин мадам Харт славился на весь город своим ассортиментом. Это было богатое заведение с большими цветными витринами, в которых можно было увидеть сердца самых разных видов: черствые, наполненные добротой, лишенные любви, - одним словом, здесь можно было подобрать любое сердце, какое вам только нужно. И это было очень удобно: разбили вам сердце – несите его сюда, и его починят в самые кратчайшие сроки в специализированной мастерской. А если не починят, то тогда можно купить новое. Прекрасное, право, место. Посетители магазина были людьми разными, в основном из высших слоев общества. Тут пестрели платья с тугими корсетами, шляпы с павлиньими перьями, изысканные смокинги, белые накрахмаленные воротнички…Каждый желал заменить свое сердце или купить про запас (что будет делать он завтра, если ему внезапно нанесут сердечную рану?) Естественно, никто из них не собирался терпеть боль разбитого сердца. За прилавком магазина всегда стояла одна и та же девушка, губы которой были сложены в неизменную улыбку. Никто из посетителей не мог сказать точно, надевала ли она когда-нибудь другую маску. Девушка знала в лицо практически каждого покупателя. Только вот сегодня она неожиданно увидела совсем нового клиента. – Милая, что тебе нужно? Перед прилавком стояла девочка невысокого роста, на вид лет двенадцати-тринадцати. У нее были длинные темные волосы, заплетенные в косы, и серые глаза, с какой-то странной грустью смотрящие на продавщицу. «Беспризорница какая-то», – думала девушка, глядя на поношенное платье и плащ посетительницы. Продавщица вышла из-за прилавка и присела рядом с девочкой, смотря на нее снизу вверх. Какая-то дама брезгливо обошла их стороной, стараясь не запачкать подол дорогого платья. – Мне нужна помощь, – хмуро глядя на девушку, пробормотала себе под нос девочка. – Ну да, наверное, потерялась, надо бы отвести ее домой, – подумала продавщица и добавила вслух: – Как тебя зовут, солнышко? – Акация. – Ну что же, Акация, чем я могу тебе помочь? – спросила девушка, сверкнув своей фирменной обезоруживающей улыбкой. Люди обходили их стороной, возмущаясь тем, что тут стоит какая-то грязная беспризорница. Акация же, хмуро потупившись, с осторожностью вытащила руки из-под плаща и показала их девушке. В ладонях девочки темно-красным цветом тлели осколки разбитого сердца. Девушка нахмурилась, не понимая, что происходит. – Ох, а почему твои родители сами не пришли? Я ведь не смогу им сердце подобрать без них самих. Или у тебя, может быть, есть мерки? – спросила девушка у Акации, думая, что это была плохая идея – заговаривать с ребенком. Нужно было сразу выставить девочку за порог, только вот на ней маска доброжелательности, и она ничего не может с этим поделать. – У меня есть деньги, – тихо ответила Акация, осторожно протягивая распростертые ладони девушке. Вокруг люди стали уже обращать внимание на Акацию. – Это понятно, но родители-то твои где? Я же объясняю, что не могу продать им сердце, если их самих здесь нет, – терпеливо стала объяснять девушка, уже нервничая, что мадам Харт может подумать, что она не справляется со своими обязанностями. – Это мое сердце, – все так же тихо ответила девочка, потупив взгляд. Теперь уже девушке было не до шуток. – Милая, зачем ты врешь мне? У тебя такое прелестное детское личико! Твоё сердце не может быть разбито! – строго произнесла продавщица, встав на ноги. – Девочка, – рядом с Акацией встала какая-то дама, крепко вцепившись в ее руку своими железными пальцами, – скажи лучше правду, иначе ты зря теряешь здесь время. – Но я не вру. Оно мое, – ответила Акация, уже чувствуя, как в уголках глаз появляются слезы. Она не может понять, почему эти люди ей не верят. Заинтересовавшись происходящим, со всех сторон вокруг девочки стали собираться посетители. Когда они увидели, что в руках у Акации разбитое сердце, по толпе пошли ошеломленные шепотки, постепенно переходящие в возмущенный гул. – Как это – у ребенка и разбитое сердце?! – Почему она врет? – Я пришла сюда не на каких-то грязных детей смотреть! – Нет ничего хуже врущих детей. Однажды я видел такой же случай… – Может, ей денег дать? – Или потерялась она? Да нет, тогда бы она сюда не пришла… – Ох, да она же воровка сердец! Слышали о такой? А тем временем серая Акация стояла посреди толпы, выслушивая всю эту грязь и молча рыдая. Осколки сердца она убрала обратно под плащ, боясь случайно потерять их. Вскоре собравшиеся поняли, что они не смогут ничего добиться от девочки и что это уже неинтересно, и все разбрелись обратно по своим делам. Оглянувшись вокруг и не заметив на себе ни одного взгляда, Акация подошла к той девушке, что продавала сердца. – Так вы не поможете мне? Что мне делать с моим разбитым сердцем? – утерев слезы, тихо спросила у нее Акация. Та со своей неизменной улыбкой повернулась к девочке и удивленно уставилась на нее, словно видела в первый раз. Потом же, вспомнив ее, девушка покачала головой и сказала: – Я ничем не могу помочь, потому что твоих родителей здесь нет. А ведь это не твое сердце. Разве у девочек твоего возраста может быть разбито сердце? Поняв, что она так и не сможет объяснить людям, что это ее сердце разбито, Акация вздохнула и, вновь ссутулившись, пошла прочь из магазина, думая найти иной выход. По пути к Ателье душ она в отчаянии выкинула осколки сердца в первый попавшийся мусорный бак. Продавщица же, ощутив какое-то странное волнение в области груди, удивилась этому: не так уж и давно вроде бы сердце меняла.