Дурман

      Она никогда не была девочкой-феечкой. Но очень хотела ей стать. Она тоже хотела любить играть в куклы и наряжаться в розовые платьица. Она тоже хотела засыпать в обнимку с плюшевым зверем и слушать на ночь сказки со счастливым концом. Она хотела, очень хотела.       Но поломанные девочки по определению не могут стать феечками. Слишком не идеальны. Слишком не безупречны. Таких девочек нельзя починить. Они никогда не будут плеваться красивыми цитатками и носить ромашки в волосах. У таких девочек нет улыбки во взгляде и заразительного смеха. Такие девочки обречены на провал. А феечки по определению не могут провалиться.       Она знала свои шансы, но в глубине души тайком верила, что когда-то в будущем ею тоже будут восхищаться. Она верила. Верила, пока ей не стукнуло четырнадцать, и не пришло время планового школьного медосмотра. Новость обрушилась на нее, как вулканическая магма: уничтожила все живое, что было в этой маленькой девочке.       Когда сидишь в кабинете хирурга, который почему-то так печально на тебя смотрит, а рядом нервно трясется мать, воображение дорисовывает недостающие пазлы само. — Девочке, наверное, лучше подождать в коридоре, — как-то неуверенно произносит врач и смотрит в глаза матери этой самой девочки. Она колеблется. Зато малышка решает все быстро. — Я останусь здесь. Мне все равно придется узнать, какой дрянью я заразилась. Зачем оттягивать момент? — пожимает плечами и смотрит на доктора. Он прячет глаза за толстым стеклом очков. Мать сидит обездвиженно и тихо. Она лишь иногда судорожно передергивает плечами и впивается острыми пальцами в ремешок сумочки.       Тогда никто не мог представить, что этой дрянью окажется рак легких. Ее спрашивали, курит ли она. Но девочка отрицательно мотала головой, точно зная, что это правдивый ответ. Она никогда не курила, но ее всегда привлекал дым, исходящий от сигарет. Особенно, если курят красиво. Потом спрашивали у матери, курит ли она. Но та тоже давала отрицательный ответ. Никто не мог понять, как у четырнадцатилетней девочки могли обнаружить рак легких II стадии. Но факт оставался фактом.       Когда они с матерью приехали домой, Кэролайн еще до конца не осознавала всю паршивость данной ситуации. Но уже тогда точно знала, что когда-то в будущем она сдохнет от этой параши. Поломанная девочка стала поломанной основательно. Брак на производстве дополнился поломками при пользовании. Мечта стать феечкой улетучилась, когда она впервые услышала непонятные слова: метастазы и химиотерапия. Треснул по швам розовый внутренний мир маленькой Кэролайн. Там все оказалось не таким уж и розовым.       Тогда она впервые взяла в руки карандаш и начала рисовать. Тогда она не знала, что из-за этого в будущем выберет художественный колледж. Тогда она знала только одно: ей обязательно нужно начать курить. На следующий день она осуществила задуманное. Первая сигарета в четырнадцать — это не так уж рано. Тем более ее совесть была совершенно чиста. Заболела она не от этой дряни. А если заболеть можно просто так, то зачем отказывать себе в чем-то?       Через восемь лет ее жизненное кредо останется таким же. Но от маленькой девочки не останется и следа. Ее уничтожат химиотерапией и горстью таблеток. Ее уничтожат равнодушием. Зло порождает зло. Равнодушие порождает равнодушие. Внутренний мир покроется пленкой, а легкие совсем выйдут из строя. Она станет равнодушной стервой, с детской психологической травмой, загубленным здоровьем и красным дипломом в руках. Она переедет в Оклахому, снимет квартирку-студию с балконом и будет курить на этом балконе очень часто. Будет травить свои легкие, которые врачи пытаются вылечить, будет подпитывать опухоль, от которой врачи пытаются избавиться, будет добивать ту маленькую девочку, которая изредка напоминает о себе. Она будет сидеть на балконе посреди глубокой ночи, окутанная дымом сигарет, и курить. Как же чертовски красиво она курит. Как же чертовски привлекательно она себя убивает.

***

      Кэролайн умела производить впечатление. Эффектная статная блондинка в недорасцвете лет. Никто в ее новой жизни не знал о тяжелой болезни. Об этом уж Форбс позаботилась. Никто даже не догадывался, что эта стервочка медленно умирает. Все восхищались ею. Она была девочкой-загадкой, появившейся в Оклахоме очень неожиданно. Для Кэролайн же Оклахома стала спасительным глотком воздуха. Она не знала, на что способен этот город, но она влюбилась в его улочки, в его природу, в его жителей. Она по-настоящему полюбила этот город, когда в рекордные сроки устроилась на работу. Коллектив ее никогда не привлекал, но этот коллектив был особенным. Она не знала почему, да это ее и волновало в меньшей степени. Среди совершенно чужих людей она чувствовала себя уютно. А главное - здесь можно было курить.       Ею восхищался весь коллектив. Прельщало то, что в нем не было ненавистных ей девочек-феечек. За восемь лет Форбс научилась безошибочно определять их. Эта способность была кстати, потому что после встречи с такими особами ей приходилось долго восстанавливаться. Детская обида давала о себе знать. Где-то внутри именно в эти моменты вылезала маленькая девочка с розовыми мечтами и выедала остатки прогнивших органов. Форбс бесило, что она не идеальна. Что у нее в легких нет цветочных полей, а в животе - бабочек. У нее лишь опухоль да кишки. Не совсем романтично. Но и Кэролайн не совсем романтик. Она ненавидела всех, кто лучше. Она презирала всех, кто лучше. Она избегала всех, кто лучше. Гребаное чувство досады саднило где-то меж ребер, а маленькая девочка вновь дожирала гниль внутри блондинки.       Она умирает, но умирает красиво. Никому в голову не придет, что она уже восемь лет умирает. Никто не догадается, что внутри у нее уже не осталось ничего живого. На вид она живее всех живых.       На работе она курит медленно, красиво, привлекательно. Она уверена, что все, кто смотрят на нее, хотят вырвать сигарету из ее тонких длинных пальцев и затянуться. Она уверена, что этого хотят все. Ее хотят все. В этом она тоже уверена. А еще она уверена, что ее считают восхитительной. Самооценка в Оклахоме у девочки выросла, но и девочка выросла. Маленькая Кэролайн любила хвалить людей, взрослая любит наслаждаться похвалой.       А Оклахома любит играть с такими вот поломанными девочками. Она просто обожает давать им дышать, а потом перекрывать доступ к кислороду. Она просто жить не может, если не переломает парочку неудавшихся девочек-феечек вроде Кэролайн и не пораскидывает их по всей округе. Она без ума от их тихих криков в пустых квартирках и дыма на балконе. Она без ума от своих пристрастий.