Павлины

Люциус с кислым видом водил ложкой по сероватой овсяной жижице у себя в тарелке. От сваренной на воде овсянки его уже мутило. Разумеется, мистер Малфой понимал: если бы он не потратил все деньги на покупку павлина, им не пришлось бы уже который день довольствоваться пустой овсяной кашей. Но, в то же время, — напоминал себе Люциус — если бы у них не было лорда Шэня, сегодня они все оказались бы на улице. Люциус взглянул на Шэня, которого преисполненная благодарности Нарцисса усадила на почетное место за столом, — тот достал откуда-то палочки и пытался подцепить ими скользкую овсяную жижу. Драко, сидевший рядом, с насмешливой физиономией наблюдал за его мучениями. — Осмелюсь заметить, мой лорд, овсянка не то блюдо, которое едят палочками, — осторожно сказал ему Люциус, стараясь говорить как можно учтивей, чтобы лорд Шэнь не оскорбился. Шэнь с досадой посмотрел на палочки, измазанные в овсяной слизи. — Увы, я уже успел в этом убедиться, — нехотя признал он. — Но я не могу есть этими вашими неуклюжими приспособлениями! — Боюсь, вам все же придется снизойти до европейских столовых приборов, если не хотите встать из-за стола голодным, — произнесла Нарцисса менторским тоном, словно обращалась не к лорду Шэню, а к капризному маленькому Драко, который не желал кушать как подобает благовоспитанному мальчику. — Позвольте поинтересоваться, где вы вообще взяли эти палочки? — Нарцисса присмотрелась. — Они поразительно напоминают… — …волшебные палочки, — закончил за нее Драко. Лорд Шэнь, отчаявшись ухватить овсянку, положил палочки на край тарелки. — Волшебные? Хм, а мне они показались вполне обыкновенными… Их выронили те трусы, когда спасались позорным бегством. Белесые брови Драко поползли вверх. — Так это что, действительно волшебные палочки?! Серьезно? — удивился он. — И вы не придумали ничего лучше, кроме как использовать их вместо столовых приборов? — он захихикал. — Драко Люциус Малфой, ведите себя прилично, вы уже не ребенок, — строго одернула его Нарцисса. Повернувшись к лорду Шэню, она попросила: — Сэр, разрешите мне на них взглянуть. Она взяла палочки, взмахнула каждой поочередно — и в воздухе поплыли сияющие полосы. Лорд Шэнь изумленно вытаращил глаза. — Я знал, что ты служил могущественному волшебнику, господин Люциус, — проговорил он, — но я даже не подозревал, что твоя достойная супруга тоже ведунья. Отчего же вы тогда прячетесь в родовом гнезде вместо того, чтобы расправить крылья и первыми нанести удар своим врагам? — Наши враги тоже маги, — мрачно ответил Люциус. — Захватив власть, они запретили нам колдовать. Лорд Шэнь в возмущении раздул широко разрезанные ноздри. — Ваши недруги поступили коварно! — заявил он. — Отнять магию у мага — всё равно что отнять кун-фу у мастера кун-фу. Господин Лю Ци, клянусь моим хвостом, тебе недолго осталось сносить нанесенное тебе бесчестие. В былые времена я создал чудо-оружие, которое дышало огнем и плевалось металлом. Оно разрушало города и обращало в бегство армии. С твоей помощью я построю новое чудо-оружие — и мы восстановим справедливость. Мы застанем твоих врагов врасплох, атаковав их в их же дворце. Ты увидишь: мое оружие в единый миг превратит тысячи вражеских воинов в горстку пепла. Драко поперхнулся овсянкой. — Вы собираетесь разбомбить Министерство? Вот это настрой! — рассмеялся он — и добавил с издевкой: — А я думал, вы одолеете всех министерских чиновников с помощью своего кун-фу. Лорд Шэнь не понял, что Драко шутит, и ответил с полной серьезностью: — Нас слишком мало, а их кун-фу может оказаться сильнее нашего кун-фу. Зачем рисковать, если мое непобедимое чудо-оружие побеждает любое кун-фу? Я сокрушил им самого верховного мастера города Гунмень Носорога Громовержца, сына легендарного Летающего Носорога и победителя десяти тысяч змей в Долине Горя, — похвастался он. Драко прыснул, сделав вид, что просто прочищает горло. — Не скрою, после поражения Темного Лорда я и сам множество раз рисовал в своих мечтах, как Министерство Магии взлетает на воздух, — сказал Люциус, — но мы должны действовать тоньше. Создание чудо-оружия, каким бы всеразрушающим оно ни было, потребует времени… и средств, которых сейчас у нас нет. Но там, где ты, мой лорд, намеревался использовать огонь и металл, мы можем использовать хитрость. В конце концов, мы всё еще слизеринцы, верно? Лорд Шэнь свел к переносице черные брови и, по-птичьи повернув голову, искоса посмотрел на мистера Малфоя. — Что же ты задумал, господин Лю Ци? — Послушайте, — Люциус подался вперед. — Когда лорд Шон говорил о кун-фу, мне пришла в голову одна идея… — и он изложил свой хитроумный план. — Артур Уизли, возглавляющий Комитет по рациональному распределению отчужденного имущества, падок на маггловскую экзотику, — сказал он в заключение. — Полагаю, мы не ошибемся, если сыграем на этом. Только тебе, мой лорд, придется изобразить перед ним китайца. Лорд Шэнь опешил. — Что значит изобразить китайца? Я и есть китаец! Династия павлинов правила Китаем многие века. И во имя всех предков, прекрати наконец называть меня Шоном! — взорвался он. — Мое имя — Шэнь. — Что?.. О. Приношу мои глубочайшие извинения, мой лорд, — Люциусу стало неловко. — И уверяю тебя, ни у кого из нас и в мыслях не было усомниться в твоем благородном происхождении. Но плебеи вроде Артура Уизли ничего не смыслят в настоящих китайц… китайских павлинах. Им подавай забавных иностранцев, которые беспрестанно кланяются, улыбаются и говорят с китайским акцентом. Лорд Шэнь склонил голову к другому плечу, посмотрев на Малфоя левым глазом. — С китайским акцентом? Это как? — О, это легкотня. Я покажу, — вызвался Драко. Растянув пальцами веки, — так, что вместо глаз у него получились узкие щелки — Драко состроил дурацкую улыбочку и затараторил писклявым голосом: — Моя твоя не понимай… Лорд Шэнь возмутился: — Вы считаете, что китайцы разговаривают вот так?! — он с прищуром посмотрел на Драко. — Вот-вот, так всё время и щурьтесь, — посоветовал ему тот. — А то глаза у вас больно круглые — Уизли не поверит, что вы настоящий китаец. — Это унизительно, — скривился лорд Шэнь. Вдруг Нарцисса, всё это время не участвовавшая в разговоре (она размышляла над планом Люциуса), всплеснула руками: — Мерлин! Мы совсем позабыли об одной важной детали: в чем лорд павлин отправится в Министерство? Не в твоем же, Люциус, домашнем халате! Лорд Шэнь, недоумевая, отчего миссис Малфой так встревожилась, посмотрел на свой халат. — Чем же он плох, уважаемая госпожа Ци Си? Это, верно, тончайший шелк во всей вашей провинции! — он любовно погладил ткань халата. — Неужели ваши противники одеваются еще роскошнее? Люциус, Нарцисса и Драко в тот же миг вспомнили старенькую заношенную мантию Артура Уизли, заштопанную его домовитой супругой, — и улыбнулись друг другу. — Возможно, я была не права, — сдалась Нарцисса. — Шелковый халат моего мужа на вас, сэр, выглядит очень даже… эм-м-м… живописно. И очень по-китайски. Но в таком случае нужно подыскать для вас какие-нибудь, — она вспомнила журналы мод, которые в девичестве листала тайком от родителей, — стильные аксессуары, чтобы, так сказать, завершить образ. Последующие за этим два часа всё семейство Малфой с увлечением рылось в платяных шкафах и комодах, забитых всевозможными вещами, слишком старыми или слишком странными, чтобы их конфисковали или чтобы удалось их продать в Ноктюрн-аллее. Наконец, разворошив горы тряпья, наглотавшись пыли и растревожив мирно обитавшую в шифоньерах моль, Малфои разложили на софе свои трофеи: два облезлых Нарциссиных веера, шкатулку с остатками столового серебра из приданого миссис Малфой и войлочные домашние туфли Абраксаса, побитые молью. — Мерлиновы подштанники, это было чертовски увлекательно! — воскликнул Драко — и чихнул. — Нам надо почаще разбирать шкафы. — Ничего, Драко, нам с тобой еще предстоит сложить всю эту кучу вещей обратно, когда папа с павлином уйдут в Министерство, — напомнила ему Нарцисса. Драко мгновенно сник. Заговорщики уселись прямо на ковер и принялись разглядывать свои находки. — Как думаешь, дорогой, который из этих вееров больше похож на китайский? — задумчиво пробормотала миссис Малфой, вертя то так, то этак старые веера, с которыми она дебютировала в свете: один — некогда пышный белый из страусовых перьев, второй — кружевной черный в испанском стиле. Лорд Шэнь выхватил у нее и тот, и другой. — Они оба великолепны, — решил он — и, раскрыв веера словно оружие, сделал несколько эффектных выпадов. Малфои в один голос восхищенно ахнули. — Домашние туфли вообще какие-то… арабские, — с сомнением произнесла Нарцисса. — Значит, Артуру Уизли точно понравятся, — успокоил ее Драко. — Он же просто свихнулся на своем Египте. Один раз съездил, теперь никак не успокоится — всё рассказывает про пирамиды да про верблюдов в пустыне. Лорд Шэнь обулся в войлочные туфли, прошелся по комнате важно вскидывая ноги, и, вернувшись к софе, заглянул в шкатулку со столовым серебром. — А это что? — спросил он. — Какие-то ваши… украшения для волос? — он вынул витой серебряный стержень с прихотливым черненым узором и попробовал заколоть им свои длинные волосы. Вышло весьма неплохо. — Это серебряные шпажки для оливок, — вздохнув, сказала Нарцисса. — Всё, что осталось от прежнего набора. Остальное мы распродали, а шпажки для оливок никто не хотел брать: говорят, на такую бесполезную вещь покупателя не найдется. Лорд Шэнь закрепил в волосах еще четыре шпажки — получилось нечто вроде шипастой короны. Нарцисса, скрестив руки на груди, придирчиво оглядела Шэня с головы до ног. — Не знаю как вам, а мне очень нравится, — наконец одобрила она. — Весьма изысканно… и вполне по-китайски.