Диссонанс

Вдали от шума толпы было спокойно и тихо. Легкий и неизменный ветер ласково касался лица девушки, пахло чем-то сладким, терпким, манящим. Элиан вновь и вновь любовалась красотой Валинора, понимая, что уход оставит шрам на ее сердце. Здесь было что-то родное, теплое, как только бывает по-настоящему дома. Здесь можно было не опасаться кровопролитных войн, не вздрагивать от стука стали. Если бы еще его покинул один конкретный Вала, Моро бы смогла вздохнуть с гораздо большим облегчением. Но и с этим неприятным фактом здесь было волшебно. Здесь — верные друзья, мудрые наставники, любимый… чего еще можно желать? И все рухнет из-за проклятых камней. Элиан вздохнула и оперлась руками на резной парапет белоснежной беседки, смотря на поляну, залитую светом. И улыбнулась. По крайней мере, сейчас все хорошо. Тихие шаги разрушили ее уединение, девушка даже слегка огорчилась, но ровно до того момента, как увидела, кому они принадлежали. Элиан и сама не знала, что с ней творилось, но одного взгляда этих прекрасных глаз хватало, чтобы заставить ее таять, как мороженое, оставленное на солнце. Хотелось вечность любоваться этими изящными движения, слушать его мягкий голос, внимать мудрым речам. Хотелось полностью принадлежать одному ему, навсегда. Всегда ощущать его губы на своих, слушать биение сердец, одно на двоих. — Почему ты ушла? — тихий голос, мягкое прикосновение к щеке, и вновь колени подкашиваются. Элиан прикрыла глаза, подавшись на руку, принимая ласку с такой нежностью, на которую была только способна. Только она. И только к нему. — Тебя ждала, — шепнула в ответ она, а Финдарато мягко улыбнулся, скользнув пальцами к ее ладони. Моро улыбнулась в ответ, переплетая с ним пальцы, рассматривая его. Идеален. Точно прекрасное творение мастера, сошедшее со своего пьедестала, воплотившееся в эльфе. Идеален до дрожи в кончиках пальцах, до слез на черных ресницах, до блеска серых глаз. — Где ты был? — С братом говорил, по поводу одного очень важного дела, — Финрод лукаво улыбнулся, что случалось с ним достаточно редко, от того любопытство в Элиан пробудилось и стало сильнее, чем прежде. Вид у него был, как у кота, который предвкушает какой-нибудь рыбный пир. — И что же это за очень важное дело? — Элиан рассмеялась, поправив ему волосы, а заодно и венец, скользнув по нему кончиками пальцев. Тот отозвался каким-то живым теплом. Он помнил свою создательницу. Ни одно украшение, созданное ею, не обладало «разумом», если можно было так выразиться. Кроме этого украшения. Хорошо, что Мелькор не знает о том, что венец был, своего рода, живым. Оберегом, хранящим от бед, по крайней мере, старающимся. В камнях затаился свет звезд. Как хорошо, что этот свет заметен лишь тем, кто знает этот секрет, кто знает о надписи внутри. То есть, никто, кроме Моро и Фелагунда. Это была их тайна, общая, негласная, но такая теплая и сближающая… — Я все тебе расскажу. Только немного позже. А пока, не хотите ли потанцевать со мной? — эльф в шутку слегка склонился, протягивая девушке руку, которую она со смехом приняла. Они вновь вышли к народу, еще звучала музыка, еще молодожены не удалились с торжества. Но уже время близилось к ночи, а потому на поляне остались лишь самые близкие гости. Но это было даже к лучшему. Элиан помнила свой сон про какой-то бал, где она танцевала с ним, с одним-единственным. В реальности же это было в тысячу раз лучше. Невозможно было описать те ощущения, когда его ладонь легла на ее талию, когда они оказались совсем близко, когда смотрели друг другу в глаза. Музыка будто проникала в них, заставляя танцевать в одном темпе, буквально продолжая друг друга. Приятная дрожь проходилась по телу, а глаза сияли, как никогда. Им не нужно было слов, они выражали свои чувства в танце, в мимолетных касаниях, плавных движениях. Элиан не пожалела, что вплела в волосы несколько синих лент, в тон к торжественному платью, ибо они красиво развевались на каждом повороте. Возможно, в их танце было что-то столь волшебное, что другие украдкой поглядывали на них, а некоторые восхищенно замирали. Моро считала, что это — полностью заслуга возлюбленного, он же полагал наоборот. Но это было неважно в тот момент. Музыка их связывала, делала еще ближе, притягивала души, завязывала узел на сердцах. Тот, который не разорвать и не перерубить. Но танец закончился. Он длился целую вечность и всего лишь мгновение. Одновременно. С видимым сожалением Элиан отпустила ладонь Финрода, но тот не дал ей этого сделать, посмотрев внимательно в глаза девушки. Он был готов. Сейчас или никогда. — Милая моя Дикая Роза, сколько я себя помню, ты была рядом со мной. Когда я был ребенком, ты была мне другом и наставником. Я помню, с каким нежным трепетом думал о тебе даже тогда, я помню, как впервые надел твой подарок. Возможно, я не самый достойный из эльдар, но я люблю тебя. И вечность мое сердце будет принадлежать только одной тебе, той, кто сияет настоящим светом. Потому я хочу спросить тебя… — под изумленными взглядами гостей величественный нолдо опустился на одно колено, смотря на возлюбленную снизу вверх. У Элиан перехватило дыхание, то ли от неожиданности, то ли от всепоглощающего взгляда. — Ты согласна стать моей женой? Лишь несколько секунд понадобилось Моро, чтобы она взяла себя в руки. Ну, насколько это было возможно. Впрочем, голос ее все равно дрожал, а в глазах встали слезы. — Да, — слетело с ее губ тихим шепотом. Сердце больно ударялось о ребра, настолько сильно оно билось. Руки дрожали. Как только на ее пальце оказалось аккуратное, изящное колечко, девушка будто бы окончательно очнулась, поднимая возлюбленного с колен, крепко обняв его. — Конечно же да. И даже не сомневайся, ты — достойнейший из эльдар. Я люблю тебя, навечно, — тихо прошептала она, уткнувшись лбом в его плечо, чувствуя, как сильные руки обнимают ее. По щекам Элиан скатились слезы, впрочем, они были от такого счастья и нежности, что голова шла кругом. Остальной мир потерял свои очертания, важен был лишь он один, лишь его стук сердца под ладонью. «Я сделаю тебе такое же красивое», — подумала Элиан, бросив взгляд на помолвочное кольцо, сверкающее на ее пальце. Впрочем, это была последняя здравая мысль, ибо в следующее мгновение эльф мягко поцеловал свою, теперь уже, невесту. И им стало не до размышлений.

***

За окном была гроза. Не на шутку разбушевавшийся дождь тоже не приносил желанного умиротворения. Он барабанил по крышам так сильно, что это было слышно даже на первом этаже. Ингвэ был задумчив, его занимали поистине великие думы. И он до конца не мог сказать, были ли они веселыми или грустными. Но факт оставался фактом: они были. Впрочем, внезапно распахнувшаяся дверь, ударившаяся о стену из-за сильного порыва ветра, отвлекла его. Он изумленно поглядел на гостя, который решил прийти в такую погоду. Впрочем, разглядеть ничего не смог, ибо незнакомец был закутан в плащ. — Кто ты? — грозно вопросил он, поднимаясь с трона. — Дожили, уже друзей не узнаем, — хмыкнула девушка, закрывая дверь и откидывая капюшон своего плаща. Ингвэ же с еще большим удивлением посмотрел на подругу. Да, это была именно Элиан, с ее россыпью черных волос, легкой улыбкой на губах, с ее серыми глазами и неизменным кольцом на пальце. Но что ее привело себя в такое время? — Что-то случилось? — голос Ингвэ был обеспокоен, но Моро лишь покачала головой, надеясь, что на полу тронного зала не останутся слишком большие лужи. — Ничего. Мне нужен твой лук на несколько дней, — Элиан говорила это обыденным тоном. У короля ваниар был изумительной красоты лук, когда-то подаренный ему самим Оромэ, но Ингвэ пользовался им крайне редко, лишь только когда выезжал на охоту. А это случалось нечасто. Его поразила просьба девушки настолько, что несколько минут он просто не находился, что ответить. — Зачем? — наконец, разумный вопрос все-таки всплыл в его голове. Моро пожала плечами, решив ничего не скрывать от друга, потому честно призналась: — Хочу попробовать сделать такой же. Для себя. А то я даже стрелять прилично не умею, стыдно, — Ингвэ это объяснение немного успокоило, однако, тревога в его сердце осталась. Впрочем, это был Валинор, где никто никому не причинял вреда, так что тревогу он объяснил просто необычной просьбой, протягивая подруге лук. Элиан облегченно вздохнула, рассматривая изящное оружие. Что ж, теперь, по крайней мере, у нее будет оружие. Оружие, которым она сможет защититься. Глаза на миг сверкнули грозной решимостью. Девушка больше не будет беззащитной наблюдательницей.