Не детские сказки

      Стоял в дебрях теремок, был не низок, не высок. В тереме никто не жил, ветер в комнатах кружил. Как-то мимо шастал Мышь. Глядь в окошко — всюду тишь, нет вокруг души живой, и пошёл Мышь на постой. Мыл все в тереме усердно, оказался непоседой, и когда уж солнце встало, улыбнулся Мышь устало, нос умыл, и на кровать он поплёлся честно спать.       В это время Жаб зелёный (в Мыша он давно влюблённый) возле терема гулял, о своей любви мечтал. Стрескав пару комаров, сыт и смел стал, прям готов штурмовать манящий зад. Только будет ли Мышь рад?       Серенький сопит в подушку, не мечтая о лягушках… (Ой, простите, Жаб, о жабах, я исправилась, как надо), видит уж десятый сон и сквозь сон вдруг чует он, как кровать тихонько «Скрип!..» Мышь от страха в стену влип. Тут представиться бы Жабу, головой ведь думать надо. Да какой там! Жаб дорвался и совсем распоясался: обнял тело, что дрожало, ну и пофиг, что не встало у Мыша на эту ласку. Не везде ж любовь, как в сказке.       Мышь дрожит, а Жаб пыхтит, внутрь проникнуть норовит. Поменял уж пару поз, ить, совсем растёкся мозг. Кое-как в Мыша забрался и, вдруг, как-то растерялся. Ни туда и ни сюда. Сухо. Ахтунг, господа! Больно Мышу, неприятно, Жаб уж рад бы напопятну. Сам исходит слизью мокрой, но от этого нет толку. Внутрь ее бы в Мыша впрыснуть, не пришлось тогда бы виснуть.       Мыш тут с силами собрался. Обернулся. Растерялся:       — Ты ли, Жаб, зеленый друже? В заду моём чего те нужно?       — Да вот, шел мимо, заглянул. Ты пукнул — я сквозняк заткнул.       — Хм… Еще ни разу утром рано не затыкали мя так странно. Ну, ладно, хватит. Все. Вылазь.       — Я б рад… Застрял. Тут надо мазь.       — Где мазь возьму? Чё, крышей съехал, когда в меня вот так заехал? Хоть плюнь, но тотчас же вылазь! — бурчит. — Придумал же, блин… Мазь…       Наш Жаб заерзал, оживился, своею слизью исхитрился мазнуть удачно. Вглубь качнулся, Мышь запищал вдруг, изогнулся. Тут Жаб смекнул, что в цель попал, ка-а-а-а-к газанёт — наш Мышь пропал! Скребет подушку коготками, шипит, всех шлет к етеней маме, а Жаб довольно так хохочет, по спинке гладит и все строчит.       С тех пор Жаб подселился в терем, хоть поначалу злобным зверем, на его фейс косился Мышь. Сейчас меж ними гладь да тишь. Проездом я у них была, чаёк с настоечкой пила. Морошкой, клюквой угощали и о себе порассказали. На ночь там не осталась спать (не захотела их смущать). Зато вот с вами поделилась. Надеюсь, что повеселились.