Пламя наших душ

Иногда я украдкой рассматривала Влада. Когда он был чем-нибудь занят, то практически не обращал внимания на то, что творится вокруг. А его лицо не могло не приковывать взгляд своей необычностью. В который раз отмечала, что с различных ракурсов этот молодой мужчина выглядел по-разному. Мог казаться красивым и в то же время каким-то неказистым. Как-то раз я даже нарисовала его портрет, но сумела передать только один, промежуточный образ. Но практически всегда проглядывало в нём что-то волчье. Будто прошлое навечно заклеймило его душу. И дело было не в моём воображении или в памяти, где сохранился образ зверя, неразрывно связанный с этим человеком. Другие люди тоже замечали эту черту, не осознавая до конца, что именно они видят. Однажды я попыталась затронуть тему прошлых воплощений, но он постарался перевести всё в шутку. И это несмотря на то, что обо всём другом он готов был общаться довольно охотно. В день моего рождения природа решила преподнести свой подарок, и разыгралась сильная метель. Так как я обещала позвонить домой, пришлось выбираться из тепла и идти сквозь белую пелену, борясь с порывами ветра. Возле реки порывы были ещё сильнее и, если бы не Влад, то боюсь, меня могло сдуть с крутого берега прямо на лёд. На миг показалось, что меня даже приподняло в воздух, но Влад перехватил меня за руку и вернул… в сугроб. — Нужно было нормальную зимнюю куртку надевать, а не этот плащ, — проворчал Влад. — Он как парус. — Нет, надо было ещё хороший крепкий зонт взять, и я бы точно взлетела, — возразила я. Мужчина хмыкнул. — Тоже мне, Мэри Поппинс. Ничего сказать я не успела, поскольку мы уже пришли к дому по соседству, куда ходили звонить. Пока говорила по телефону, Влад курил на улице. Выслушав стандартные поздравления, которые периодически прерывались ужасным треском, я заверила родителей, что у меня всё хорошо и с чистой совестью положила трубку. Пробираясь мимо коробок и инструментов, которыми был заполнен и без того узкий коридор дома, я услышала разговор хозяев с одной из соседок. В деревне гибли животные, и это послужило им вполне нормальным обоснованием считать, что некоторым «избранным» вредит ведьма. Надо же, столько времени прошло, а некоторые люди до сих думают о том, что ведьмам больше заниматься нечем кроме того как вредить невинным крестьянам. Нервно заправив выбившуюся из-под шапки прядь волос, я выскочила за дверь. Пусть я не имею ярко выраженный рыжий окрас, но искушать судьбу не стоит. Мало ли что ещё может прийти этим милым людям в голову. Понимаю, конечно, что не средневековье, но и демона из меня пытались изгонять, можно сказать, почти недавно. На пороге меня перехватил Влад. — Что-то случилось? — спросил он обеспокоенно. Я отрицательно мотнула головой. — Всё в порядке. Пойдём. Ветер к тому времени немного утих, и до вагончика мы добрались значительно быстрее. Я успела замёрзнуть и потому заскочила внутрь, опережая Влада и пробежала наперегонки с гибкой кошачьей тенью. Чёрный желтоглазый бродяга сегодня снова решил нас посетить. Приглашённый однажды, он стал частым гостем и порой даже оставался на ночь, устраиваясь у меня в ногах. — Извини, что у меня нет никакого подарка для тебя, — произнёс Влад, сильно смущаясь. — Ничего. Мне хватает и того, что ты меня тут терпишь. — Это совсем не трудно. К тому же, ещё непонятно, кто кого терпит. Подумай, быть может, есть что-то, что я могу сделать для тебя. Я поймала его внимательный взгляд. Сказать по правде, это не всегда легко — встречаться с ним взглядом. Обычно он избегает прямого зрительного контакта, а тут смотрит прямо и искренне. У меня даже вырвался разочарованный вздох. Ну не могу же я пожелать, чтобы он прекратил все отношения с Александром. Он скорее прогонит меня. Скажет, чтобы не говорила ерунды. Или просто удивится и не поверит ни единому слову. Преданность против фактов, опирающихся на воспоминания о прошлой жизни. Мне кажется, я знаю, что он выберет. — Давай просто спокойно выпьем чаю. В его глазах промелькнула тень разочарования. Видимо, Влад ожидал от меня какого-то другого ответа, но уловить его настроение сейчас для меня было непосильной задачей. Мысли мои неизменно возвращались к воспоминаниям. Прошло два года, а я всё ещё так ясно помню о том, какой подарок сделал на шестнадцатилетие мой зеленоглазый бог. И потом, уходя, он тоже кое-что оставил после себя. Это заставляет думать о том, что свои главные подарки в этой жизни я уже получила. Остальное на этом фоне, превращаясь в обыденность, безнадёжно теряет значимость. Но всё же Влад сумел меня удивить. Когда заснула под звуки работающего телевизора, то почувствовала, как надо мной склонились и прошептали самые прекрасные стихи, которые я когда-либо слышала. Прекрасные потому, что были посвящены мне, обладали идеальной рифмой и чувством. Затем меня поцеловали в висок. И тут мне почему-то стало жаль этого человека, а ещё я почувствовала себя виноватой. Сколько бы мы ни встречались прежде, ему доставалась незавидная участь. Предательство и одиночество ещё не самое страшное, что с ним произошло. Однажды его казнили в моём присутствии. Тогда я была бессильна что-либо сделать. Но в последний раз его убили даже несмотря на все приложенные усилия: громкие скандалы напоказ и разрыв всех отношений. Я не люблю говорить о карме и считаю, что мы создаём её сами. Но здесь мне вдруг захотелось всё исправить. Не буду судить, кто и чего достоин. Пусть звериная суть остаётся на этой душе клеймом, но я постараюсь изменить сценарий, ставший таким привычным.