Yoonmin

Юнги сидел на мягком диване в общежитии и, постукивая пальцами по подбородку, пялился в экран ноутбука, перечитывая написанный текст снова и снова. От этого хотелось рвать на себе волосы, так как все написанное ему абсолютно не нравилось и казалось то слишком слащавым, то слишком прямолинейным. Блондин мысленно убивал остальных участников группы за то, что те повесили на него обязанность написания нового альбома и сейчас спали крепким сном, пока Юнги отчаянно пытался найти музу. Выходило у него не очень. Блондин настолько ушел в себя, что не услышал приближающиеся шаги и вздрогнул, когда на его плечо опустилась рука. - Хён, почему ты еще не в кровати? Два часа ночи уже. – Над ухом раздался тихий шепот Чимина, отчего на лице блондина промелькнула небольшая улыбка, но тут же на смену ей пришло строгое выражение лица и Юнги посмотрел на переместившегося на диван парня. - Я работаю. А вот тебе нужно спать, мелкий. Почему ты тут? – В голосе старшего слышалось недовольство. Чимин опустил голову и, сложив руки в замок, облизал свои губы. -Без тебя холодно, хён. Я не могу заснуть. Внутри Юнги разлилось тепло, но внешне он остался невозмутим. Парень бросил на брюнета тяжелый взгляд и снова уставился в экран ноутбука. - Иди спать, Чимин-а. Я скоро приду. - Я не вернусь туда без тебя. – Голос Пака был полон уверенности, отчего Юнги устало выдохнул и прикрыл свои глаза. -Делай, что хочешь. Я тебе не мать, в конце концов. На лице Чимина появилась победная улыбка, и он тут же подсел ближе к своему хёну, после чего положил свою голову ему на колени, утыкаясь лицом в плоский живот и засыпая практически мгновенно. Юнги посмотрел на брюнета и мысленно начал проклинать тот день, когда Тэхен с Хосоком умудрились переломать сразу две кровати из-за чего им с Чимином пришлось ютиться на одной. Если Мину было, в общем-то, плевать, где и как засыпать, то Чимин сразу же нашел удобную позу, зажимая старшего в своих медвежьих объятьях. И Юнги правда было плевать, до того самого момента, пока эти объятья не перешли и в их повседневную жизнь, а засыпать на плече у своего хёна между интервью, перед концертами и вообще в любой подходящей ситуации, у Чимина не вошло в привычку. Еще блондин проклинает их менеджера за то, что это длится уже больше месяца, а новые кровати никто до сих пор не купил. И Юнги проклинает себя за то, что позволил этому войти в привычку не только у Чимина, но и у себя. Злился на то, что быстро вздремнуть на диване или в кресле больше не получалось из-за нехватки теплых объятий и горячего дыхания где-то в районе шеи или ключиц. Злился еще больше, когда понимал, что это не просто привычка. Закрыв ноутбук, Юнги зарыл свою руку в мягкие волосы Пака и стал рассматривать его лицо, освещенное лунным светом. Лицо – детское, но до одури красивое. Настолько, что Мину хочется покрыть каждый его миллиметр поцелуями. И от этой мысли блондина начинает мутить, а по коже бегут мурашки. Сейчас и каждый раз, когда к нему в голову приходят такие вот идеи, что происходит все чаще и чаще. Юнги шумно вздыхает и нежно проводит пальцами по щеке спящего парня. Чимин просто слишком любвеобильный, тактильный и, всего навсего, открытый. А хён для него, как для ребенка, лишь привычный плюшевый медведь, которого можно тискать и обнимать сколько душе удобно, а тот и слова против не скажет. Вот только в их случае не потому что Юнги не живой, а потому что любит. И любил задолго до сломанных кроватей, вот только признавать не хотел. Блондин осторожно наклоняется и дарит спящему Паку легкий поцелуй в лоб. Хочется избавиться от этих чувств. Правда хочется. Чтобы при виде брюнета на лице грозного хёна не появлялась глупая влюбленная улыбка, которую начали замечать все, кроме самого Чимина. Чтобы руки не порывались зажать младшего парня в крепких объятьях, когда тот подходит ближе, чем на один метр. И Юнги неплохо справляется. Только вот это все притворное, а хочется по-настоящему перестать любить этого глупого мальчишку. Однако, когда он видит эту широкую улыбку, он понимает, что не получится. А когда младший сжимает его в объятьях, понимает, что не так уж и хочется. -Чимин-а, пошли спать. – Блондин аккуратно будит Пака, легко стуча тому по носу своим указательным пальцем. Брюнет что-то мычит и немного открывает глаза, после чего медленно встает. Юнги встает следом и, сам за собой не замечая, берет парня за руку, ведя в общую спальню. Чимин молча плетется позади, все еще не отойдя ото сна. Мин, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить спящих парней, аккуратно укладывает брюнета на узкую кровать, после чего и сам ложится, укрывая их одеялом. Младший привычно обнимает Юнги, утыкаясь своим носом в бледную шею. -Ты самый лучший хён, которого только можно найти. – Сонный голос Чимина почти не слышно, но для старшего он словно гром среди ясного неба. Юнги правда хочется заплакать.