За кадром

      Спокойствие. Всего лишь мгновения спокойствия, что кажутся вечностью. Их так ощутимо не хватает в её жизни. Определённо безумной. И неправильной. Далёкий гул многочисленной ржавой техники доносится до её ушей сладкой мантрой, которая убаюкивает, успокаивает, не даёт окончательно свихнуться. Она привыкла жить в постоянном напряжении, в постоянной готовности. Так её обучили и вырастили. Это понимание пришло с первым тяжёлым стволом, что приятно холодил руки и ощущался тяжестью в мышцах. Она машинально дёрнулась, когда далёкий счастливый «ву-у-уб-ш-ш» прыжковой панели прогудел где-то на улице. Вскакивать от малейшего шороха, ожидая увидеть только дуло оружия перед собственным носом. Она не знала, когда это кончится.       Афина громко выдохнула и тяжело откинулась обратно на жёсткий подлокотник дивана. Старый диван, рваный, скрипит от каждого движения. Другого, что на Пандоре, что на Элписе не найдёшь, после того, как люди научились делать деньги только на убийствах. По правде, Афину это устраивало. После стольких лет работы и охоты на «Атлас», забываешь о таких простых вещах, как удобство или, она даже не знает, милосердие?       Наёмница снова закрыла глаза, желая погрузиться в сладкое небытие. Она успокаивала себя мыслью о том, что искатели хранилища смогли хотя бы найти в Конкордии отдельные друг от друга жилища. Нет, Афина не была против своих «коллег», и всё же кроме работы, больше ничего общего она с ними иметь не хотела. Гладиатор слишком много времени пробыла в одиночестве, и ей не особенно хотелось это менять.       Диван неприятно скрипнул, когда Афина поёрзала на месте, пытаясь всё же устроиться поудобнее. Бесполезное занятие, так же, как и постараться снова уснуть. Только отвратительные мысли снова в голову полезут. И Афина уже даже хотела подняться, никому ничего не говоря отправиться в Пустошь, чтобы немного развеяться и пострелять краггонов, однако тут же делать это перехотела.       Профессиональный слух уловил странный шорох и несвойственное механическое жужжание для её маленького жилища. Звук шёл откуда-то сверху. Она знала, что крыша — главная слабость этого проклятого места. Там есть ход, небольшой, незаметный на первый взгляд. Кто-то выследил её. К сожалению, Афина не могла сказать с ходу, кто именно. Слишком много врагов она нажила себе за последние годы. Но что-то было не так. Неправильность и неаккуратность происходящего сводили её с ума. Любители никогда не отправятся за головой Афины, а вся Конкордия с первого дня поняла, что лучше держаться от наёмницы подальше.       Послышался скрежет металла, очень приглушённый, но, тем не менее, неприятный. Рука осторожно легла на эфес ксифоса, мирно покоящегося рядом с диваном. Афина затаила дыхание, всё тело напряглось, в любой момент готовое броситься вперёд и опередить опасность. В полной темноте наёмница могла доверять только ушам, глаза цеплялись лишь за очертания немногочисленной мебели и за полоски яркого света, льющегося с шумных улиц Конкордии через задёрнутые жалюзи старого окна.       «Проклятье».       Афина тихо выдохнула и закрыла глаза, стараясь здраво оценить ситуацию. И, может быть, немного схитрить, притворившись спящей. Она снова прислушалась. Это были не шаги, то есть не совсем шаги. Это было что-то знакомое, что она слышит изо дня в день, раз за разом, жужжание за жужжанием. Гладиатор сжала зубы от раздражения. Она не может вспомнить, не может соотнести этот противный звук хоть с чем-то!       Неизвестный остановился рядом с диваном, спасибо скрипучей половице, давшей это понять. Мгновение, ксифос рассекает красным лезвием ночную пустоту. Крик. Нет, не крик. Механической набор испуганных звуков…       - Железяка, — холодно бросает Афина, наблюдая за тем, как неуклюжий робот кривляется на полу.       А причины кривляться у него были. Клинок оставил неплохую дыру в корпусе. Из неё вылетали редкие искорки, помогая в полной темноте рассмотреть нанесённый ущерб.       - Тупое ведро с гайками, — выдохнула наёмница, поднимаясь с дивана.       В её голосе не было ни капли злобы, что проскальзывали в брани Вильгельма. Не было раздражительных издёвок, что так часто доносились от Ниши. Не было даже надменности и наигранного неуклюжего превосходства, которые маленький робот так часто слышал от Аурелии и Тимоти. Ему не было обидно от слов Афины, потому что его сенсоры смогли распознать только разочарование.       - Хей, подруга! — неожиданно бодро отозвался Фрагтрап, принимая вертикальное положение, — Отличный удар! Я не сомневался, что ты узнаешь меня, иначе я бы уже был давно мёртв! Да, мы матёрые искатели хранилища, кто ещё может мастерски показать класс искателю, кроме другого искателя?       - Что тебе нужно? — голос Афины был жёстким и непоколебимым.       Она не должна была ничего спрашивать. Это же чёртов Железяка. Ему не нужны причины, чтобы забраться в чей-то дом. Наёмнице надо было просто вышвырнуть раздражающего робота и вернуться к своим делам. Какими бы они ни были. Афина недовольно фыркнула и силой ударила по кнопке подачи энергии, чтобы, наконец, осветить комнату.       - Оу, — робот неуклюже отряхнулся от пыли, — Мило, что ты заметила. В смысле, конечно, ты заметила, что я пробрался к тебе. Но это мелочи. Как и то, что мне нужно. Хотя я бы даже не обратился к тебе за помощью, если бы всё было так просто. Как видишь, я ходячая машина для убийств. Каждая моя часть должна соответствовать моему статусу и не портить мой имидж, — Железяка поднёс руку к корпусу, словно попытался перейти на шёпотом, — Что подумает Элпис, если это будет не так?       - Ты всё ещё здесь? — Афина прервала тираду «коллеги» и недовольно скрестила руки на груди, — Ближе к делу, у меня нет времени слушать твой трёп.       - Конечно, сразу к делу! Поэтому я и люблю тебя, Афина! — робот тут же замялся, поймав сердитый взгляд наёмницы, — Э-э-м, помнишь арену?       - Да, тренировочная арена, мы там были сегодня, и что?       Фрагтрап снова замялся, стуча механическими руками друг по другу.       - И щит.       Собеседница вскинула бровь в вопросе, ожидая продолжение объяснений.       - Афина, ну же, ты поняла, что я имею в виду! Ты, я, пять раундов, море крови, и за это нам ещё и заплатили! И скажем так, твоя награда оказалась… несколько лучше моей.       День всё затягивается и затягивается. Наёмница тяжело вздохнула и закатила глаза. Глупый робот. Никогда не может нормально сказать, что ему надо. Кто вообще мог придумать настолько ненормальный и тупой ИИ? Не удивительно, что Железяк нигде не жалуют. Но сама Афина не могла махнуть именно на этого Железяку рукой. Сейчас он, как и все остальные в их компании, — искатели хранилища. А успех задания зависит от каждого из искателей.       - Давай по порядку, — также сурово продолжила Афина, — Ты забрался ко мне посреди ночи, чтобы украсть щит, не смотря на то, что тебе дали на арене абсолютно такой же? Не считая нескольких цифр?       - Украсть? Пф, нет-нет, я не собирался его красть! — он нервно усмехнулся, — За кого ты меня принимаешь? Может, я и смертоносный робот-убийца, но до такого в жизни не опущусь. Я хотел всего лишь подменить их!       - Настолько идиотская мысль могла прийти только в твою ржавую голову, — наёмница поднесла ладонь к лицу и потёрла уставшие глаза.       Что с ним не так? Каждый выход на задание превращается в полнейший цирк, не удивительно, что другие искатели стараются сбагрить робота ей. О чём думал Джек, когда решил использовать этого Железяку в качестве поддержки нормальным наёмникам? Ведь Фрагтрапу нужно совсем не это. Афина наблюдает за всеми искателями, молча и непоколебимо, но одно она точно может сказать — Железяку не ждёт ничего хорошего в будущем.       - Мне не нужен этот щит, — махнула рукой Афина, — Ты мог просто попросить, а не устраивать это представление.       - Правда?       Афина замялась. Она могла бы сказать, что робот выглядел смущённым, если такое слово вообще к нему применимо. Что-то заныло внутри. Это было то, от чего она давным-давно избавилась, выполняя грязную работу «Атласа». Со временем люди меняются, и, кажется, что не в самую лучшую сторону. Как можно в такое время размякнуть?       - Забирай, он в ящике, — искательница указала на массивную махину производства «Даль» рядом с диваном, — Не делай так больше, иначе дыра в корпусе будет твоей меньшей проблемой.       От Железяки послышался механический радостный возглас. А Афина… она так и продолжала стоять, прислонившись спиной к металлической стене. Продолжала стоять, краем глаза поглядывая на маленького глупого робота, роющегося в её старом снаряжении. Афина думала, чёрт, она слишком много думала последние полчаса, но дело не в этом. Дело в ней, закрытой, твёрдой, словно камень, той, что умеет лишь убивать и следовать к своей цели. Как странно ей осознавать, что так сильно меняешься рядом с болтливым Железякой, которому для полного счастья нужно, чтобы хоть кто-нибудь просто запомнил его имя.       Афина тихо выдохнула в сторону недовольное «ладно», будто бы пытаясь посрамить за что-то саму себя, и отошла к двери. Она послушно распахнулась, неприятно скрипнув и открыв Афине вид суетливой Конкордии. Живой, яркой, но такой ощутимо неприятной. Наёмница обернулась через плечо.       - Клеп, — обратилась она к роботу, — Составишь компанию в Пустоши?       Железяка тут же дёрнулся, а Афине показалось, что если бы он мог, то загорелся бы от счастья.       - Без проблем! Пойдём избавимся от парочки краггонов, детка!       - Я могу передумать в любой момент.       Фрагтрап смешно поднёс руку к корпусу, сделав жест, означающий гробовое молчание. Афина тихо усмехнулась. В открытом старом ящике лежал абсолютно такой же щит, как она заработала сегодня на арене.