Скоростная любовь. Speed

Держась за руки, мы в молчании покинули стены гостиницы. Паша, крепко держа мою ладонь, свернул направо и пошел по уже слегка опустевшему проспекту. На улице было холодно. А я была в одном платье. − Что-то мы опять не по погоде! − передернувшись на ветру, заключил Мятежный. − Пошли в бар может? Паша потянул меня в сторону ярко освященной двери и, открыв ее передо мной, пропустил вперед. В баре было накурено, и от зависшего дыма почти ничего не было видно. Спустя минуту мы наткнулись на пустующее место и, заняв его, принялись изучать меню. − Чего хочешь? − А-а-а? − Говорю, чего хочешь? − перекричал он музыку. − Все равно. − Что? − Все равно. От дыма слезились глаза, а музыка давила на мозг. − Как это? − Бери, что сам хочешь. − Полина… − он поднял свой умопомрачительный взгляд и впервые за все это время посмотрел мне прямо в глаза. В шумном, душном, туманном баре я в который раз оказалась в плену его глаз. Мои руки лежали на столе. Рядом с его руками. Я могла в любой момент прикоснуться к нему. Просто положить свою ладонь на его. Или даже не так… просто прикоснуться мизинцем к его большой, сильной руке. Паша. Это не мой Паша. Не мой! Завтра меня ждет Питер. Мой Питер! А он останется тут. И от этого я хочу умереть. А он предлагает мне что-то выбрать. Какой-то чертов алкоголь. Никто меня не понимает. На глазах выступили слезы. Конечно же, он их увидел. Естественно. И в этот миг он наконец-таки обо всем догадался. − Полина… Не желая ничего слушать, я вскочила со своего места и бросилась наружу. Мне не хватало воздуха, меня тошнило. В горле образовался комок. Сердце болело. − Полина!!! Выбежав из бара, я, не обращая внимания на холодный ветер, пошла в сторону парка, в котором когда-то побывала с Ником. − Полина! Черт! − чертыхнулся он позади, судя по звукам, споткнувшись обо что-то. − Полина. Да стой ты! Я свернула на одну из главных аллей. Боясь, что в любой момент он догонит и остановит меня, смахнула с лица слезы. − Полина! − он так и поступил. Догнал и перегородил мне дорогу. − Что за истерика? − Никакой истерики, − шмыгнув носом, я вздрогнула от холода. − Иди сюда! − он притянул меня к себе. Боже! Какой он теплый и уютный. − Зачем ты убежала на холод? Посидели бы. Выпили. Отметили еще раз знакомство, − произнес он. − Что? − меня убила его последняя фраза. − Отметили знакомство? Мятежный, вали к чертям! − Что? − засмеялся он. − Какое отметили? Ты понимаешь, что завтра все кончится? Завтра я уеду, ты успешно меня забудешь. Завтра наступит конец, − быстро заговорила я. Он вытер пальцами мои слезы: − Не утрируй так уж сильно. − Ты ничего не понимаешь! − озверела я. − Хотя на что я рассчитывала? О чем думала? Тебе всё равно! Оттолкнувшись, я развернулась и пошла к гостинице. − Берг, ты истеричка! − крикнул он. − Прекрати! Вновь догнав, он едва ли не насильно поцеловал меня. − Отстань! Фу! − Почему ты так критично настроена? − поинтересовался Паша. − Але, гараж! Я уезжаю в Питер. Ты остаешься в Москве! − крикнула я. − И что? − Действительно! Тебя же это полностью устраивает. − Полин. − А, ну да! − меня понесло, я не могла остановиться. − Надо начинать с другого: ты − сын миллионера, я − нищенка, у тебя есть все, у меня нет ничего. Ты − успешный молодой человек, я − никчемная второгодница, единственное, что у меня есть − это клевая грудь, с этим уж не поспоришь, вот только вряд ли ты ради этого поскачешь в другой город, ведь так? Я думаю, ты и здесь сотни похожих найдешь! Паша смотрел на меня своим непроницаемым взглядом. − Да хрен с тобой! − крикнула я ему в лицо. − И так ясно, что это было для тебя ерундой! Все! Проехали! Я идиотка! А ты ничего не понимаешь! − опять не выдержав, я заплакала и побежала к гостинице. На этот раз он не окликнул меня. Не позвал. Видать, я его утомила. Поднявшись на свой этаж, я обессилено опустилась вниз по стенке возле двери своего номера. − Черт! − я не хотела заходить внутрь. Там был брат, которому и так было хреново, а я, как последняя эгоистка, сидела и плакала, вот только не из-за его проблем, казавшихся куда более важными, а из-за своих безответных и глупых чувств.