Скоростная любовь. Speed

Вернувшись, я сразу же начала готовить. Кирилл пришел на кухню, когда все уже было подано. − Ну и где мой ужин? − Где-где! На столе! − ответила я ему. − Слушай… − протянула я, когда почти все уже было съедено. − Что? − Твой друг... он же на «Рено»? − Дима-то? Ну да. А что? − Да! Дима! Забыла его имя, − усмехнулась я. − Скажи мне, он вообще, в принципе, адекватен? − Не понял? − Ну, с ним можно общаться нормально, или он такой же чокнутый, как и ты? Ха-ха-ха! − Сестра! Ты что городишь тут? − возмутился брат. − Да нет, просто сегодня он имел неосторожность переступить мне дорогу… − протянула я с важным видом, прекрасно понимая, что брат сильно заинтересуется подобным. Но вместо этого Кир резко дернулся и потянулся к карману. Спустя мгновение из него раздались первые звуки мелодии входящего звонка, и брат, показав мне рукой, чтоб я молчала, ответил на вызов. − О, Димон! Ну как ты? Да… да. Мне оставалось лишь презрительно закатить глаза. − Ага… ага, − брат продолжал общение с этим придурком. − Договорились. На этих словах Кир подлетел со стула и бросился в свою комнату. − Ого! Ничего себе! − я так и замерла с поднятой вверх вилкой. − Куда это он? Двинувшись за ним, я настигла его уже в коридоре, он шнуровал кроссовки, при этом все еще держа трубку в руке. − Я уже одет! Уже бегу! − воскликнул он, при этом с необыкновенной радостью в глазах посмотрев на меня. − Димон! Спасибо тебе большое! На этом разговор прекратился, а Кир, чмокнув меня в нос, на всех парах вылетел в парадную. − Эй! Куда это ты? − крикнула я ему вдогонку, но Кирилл лишь махнул на меня рукой. Весь вечер теряясь в догадках, я, так и не найдя достойного объяснения, куда все-таки делся мой брат, решила в конце концов нормально выспаться и поэтому, уже в одиннадцать вечера, разобрав кровать, с удовольствием легла спать. Однако мой сон быстро закончился, звонок на мобильный разрушил тишину. На этот раз в самом деле звонила Аверина. − Сашка, я тебя убью! − А что так? − Я сплю уже вообще-то! − Уже? Спишь? Берг, ты заболела? − Я гляжу, тебе там весело. Ну-ну! − Ну ладно! Ладно! Я звоню, кстати, по делу! Одолжишь завтра свои кеды, в которых сегодня была? Не спрашивай зачем, все равно не скажу! − Ба-а-алин!!! − стукнула я кулаком по подушке. − Что такое? − Ты умудрилась испортить мне настроение, а ведь только я начала забывать об этом гаде! − Что? Не поняла? − Сегодня один идиот на машине облил меня с головы до ног. Мои кеды сейчас не в лучшем состоянии, поверь. − Ого? Как так вышло? Я бы убила за такое! − Поверь, я сделаю все возможное! − Да? Как же? − Ну, я смогу добраться. Я постараюсь. Ему не повезло, − прошипела я в темноте. − Ой! Я уже боюсь за него. Ну, расскажи мне о Пашке-то! Таким образом, мы проболтали с Авериной до полвторого ночи, и стоило мне повесить разрядившуюся трубку, как послышалось скрежетание входной двери. Вернулся Кир. Не поленившись подняться с кровати, я вышла в коридор и, замерев у него за спиной, поинтересовалась: − Ну и где ты шлялся? − Блять! − подскочил он, как будто его ошпарили. − Ты смерти моей хочешь? − сердито поинтересовался брат. Обойдя меня, он направился в ванную, не забыв захлопнуть перед моим любопытным носом дверь. − Офигел? Ты что тут двери закрываешь? − А что? − его голос уже смешался с водными струями. − Ты хочешь понаблюдать за мной, пока я голый? − Фу! Извращенец! Нет! Блин, почему от тебя воняет за километр? − брезгливо поморщила я нос. − Настоящий мужчина всегда так пахнет! − Ну-ну! Ты где был? − Что за допрос? − Где был?! − По делам ходил, Полина! Что за вопросы? − Я что, уже не могу интересоваться у брата, где он пропадал до половины ночи? − Трахался! Ха-ха-ха! − заржал он из ванной. − Прости! Это шутка! У меня очень хорошее настроение! − Я не поняла, ты это у своего придурошного друга таких плоских шуток набрался? − Ты что к нему вечно цепляешься? − приоткрыв дверь, Кир высунул нос с глазами наружу. − Запала? Ха-ха-ха! − О боже, Кир! Оденься сначала! − воскликнув от неожиданно представшей передо мной картины нагого брата, который неумело прикрывался одной рукой, я потеряла всякий интерес к выяснению его темных дел и убежала к себе в комнату. − Ха-ха-ха! Смылась! Как будто бы у меня все совсем плохо, и тебя сейчас стошнит! − Уже стошнило! − крикнула я из-под одеяла. Настроение отчего-то было на высоте, поэтому я с улыбкой на лице прикрыла глаза и, мгновенно нарисовав в своем воображении романтическую картинку, главными героями которой были мы с Пашей, сладко заснула. Однако сон не желал меня слушаться. Вместо романтики Паша то и дело бегал за мной с душем в руках. Периодически он появлялся передо мной за рулем какой-то странной машины. Подъезжая, Мятежный опускал стекло и поливал меня водой из душа, которая, попадая на кожу, превращалась в уличную грязь. Но самое ужасное приключилось в моем сне позже, когда наконец-таки оказавшись в объятьях настолько желанного человека, я, подняв на него взгляд, обнаружила вместо привычных голубых нежных глаз острые, колкие и такие самоуверенные зеленые глазища.